Глава 1

Я еще стою и размышляю о том, в какой же глубокой заднице оказалась без права на досрочное освобождение, а мужик на постели, простонав, резко поднял голову. Он какое-то время остается неподвижным, видимо, как и я вначале пытаясь сообразить, где он и с кем. И я, что б мне на фиг ослепнуть, не могу не заметить, как напряглись мышцы на его спине, руках и бедрах (и можно я упущу упоминание о филейной части?) так, словно он готовился к прыжку. Потом он принюхивается, напрягается еще больше и издает низкий утробный рык, от которого задрожали мои внутренности, и, кажется, слегка задребезжали стекла. Ага, похоже милашка тоже сообразил, что жизнь - та еще редкостная сучка! - Что, утро добрым не бывает? - говорю я, и он садится так резко, что у меня в глазах это движение смазывается. Мужик... хотя, точнее будет сказать мой муж утыкается тяжелым взглядом в меня и молча начинает проводить осмотр, начиная от пальцев на ногах и выше, так сказать, по списку. Я стою совершенно голая, потому как моя одежда осталась у моей машины, а где нахожусь я - в данный момент даже примерно не представляю. Вот почему наука до сих пор не придумала какого-нибудь навигационного устройства для таких, как я? Чтобы каждый раз, очнувшись, хоть знать, где находишься и куда податься. Может потому, что для официальной науки мы не существуем? Я, нисколько не смущаясь пристального досмотра моего голого тела (ага, поздновато как-то пить боржоми), изучаю результат своей неисправимой оплошности в ответ. Ну, что сказать? Если брать охренительную внешнюю привлекательность за мерило счастья, то мне следует прямо на месте обделаться от того, сколько мне его привалило сразу и одномоментно. Мужчина передо мной, несмотря на то, что он заспан, слегка помят и ко всему прочему необычайно мрачен, обладает прямо таки сногсшибательным, чисто самцовым магнетизмом, я уже не говорю о просто совершенном теле и чрезвычайно привлекательном лице. Его изучающие меня глаза яркого золотисто-карего цвета и сейчас прищурены и явно не светятся радостью. Ноздри его прямого с едва заметной горбинкой носа трепещут, так как он продолжает ловить наши запахи, видимо, продолжая еще осознавать, до какой же степени мы влипли. Его рот жесткий, четко очерченный и довольно крупный, а губы, похоже, прокушены в нескольких местах и выглядят слегка припухшими явно после наших ночных безумств. Я невольно облизываю свои, ощущая, что они не в лучшем состоянии, и я наверняка сейчас просто сказочно выгляжу с моими и без того не тоненькими губами. Неожиданное видение этого его рта, обрушивающегося на меня снова и снова повсюду, простреливает мой мозг, и я едва сдерживаюсь, чтобы не вскрикнуть. Волна тягучего плотского желания прокатывается по мне от макушки до пяток и потом концентрируется внизу живота. Прекрасно! Похоже, чертовы гормоны пары начали своё победное шествие по моему телу и бедненькому разуму. Что же, я всегда отвлеченно задавалась вопросом: как это должно ощущаться, и, видимо, вот и ответ. Но, черт возьми! Я же интересовалась этим в чисто научно-познавательных целях и никогда не планировала испытать это на себе! Млин, я ведь считала себя достаточно умной и предусмотрительной, чтобы избегнуть всей этой хрени со связыванием! Кстати о гормонах... Я резко поднимаю глаза в надежде, что может во мне этой ночью оставалась хоть капля разума, не побежденного животными инстинктами, но тут же вынуждена разочароваться. На его плече ближе к ключице явственно видна моя метка. Причем, судя по яркости и интенсивности, сил я не пожалела. Тупая идиотка! - Похоже, я реально облажался, - низким хриплым голосом, наконец, говорит мой вновь обретенный супруг, моль пожри его шкуру. - Это ты после того, как меня рассмотрел, понял? - усмехнувшись, спрашиваю я. - Что?! - мужчина хмурится, явно проснулся он еще не окончательно. А может, он у меня по жизни одноклеточный, и мыслительный процесс не его сильная сторона? Повезло же мне тогда! - Говорю, что ты тут не один такой, млин, счастливчик. Он поднимается, и я просто вынуждена лицезреть полную картину, которая включает в себя и мощную грудь с коричневыми, плоскими сосками, и пресс, выглядящий так, словно его вырезал уверенной рукой помешанный на мужских торсах скульптор. Вот ненавижу всех этих качков, которые проводят полжизни в залах, 'прорабатывая' каждый долбаный кубик и, проходя мимо зеркальных витрин в городе с девушкой, смотрят исключительно на себя любимых. А еще они любят одевать такие футболочки в облипочку, чтобы даже в одежде были заметны результаты их непомерных потных усилий. Фу-у-у! Но почему-то при взгляде на тело моего случайно приключившегося мужа даже мысли о зале не возникает. Вот просто уверена, что он отродясь там не был. Как, впрочем, и я. Конечно, особо гордиться нечем, ведь это наша физиология Изменяющих делает для нас понятие целлюлита или плохой физической формы просто невозможным. Другой обмен веществ и то, сколько энергии тратиться на Изменение, и эти пробежки не оставляют никакого шанса хоть грамму лишнего жира. Проще говоря, я могу жрать, как лошадь, весь месяц, и все это просто сгорит за три дня полнолуния. Но есть и минус, и существенный. Если мы не накапливаем достаточно энергии, то, изменившись, становимся реально опасными для всего живого, что окажется поблизости, пока мы в животной форме. Мужчина складывает на груди руки, привлекая моё внимание к бугрящимся мускулам на его руках и заодно к следам моей ...м-м-м, так сказать, ночной активности на его гладкой коже. Его руки от кистей и до плеч сплошь покрыты замысловатой вязью татуировок. Насколько я помню это называется 'рукава'. Еще одна тату в виде оскаленной волчьей морды обнаруживается на его шее, буквально прикрывая горло. Художник, делавший её, похоже, настоящий мастер, потому как при любом движении шеи моего свежеприобретенного супруга волчья морда изменяет выражение, а когда он, разминая мышцы, чуть откидывает голову, создается эффект того, что волк угрожающе распахивает пасть в жуткой угрозе. Выглядит настолько достоверно, что спросонья и обделаться можно, взглянув на такое. Я пробежалась взглядом ниже. Господи, прости, я его что, сожрать пыталась или засосать насмерть? Я зачем-то стараюсь сосчитать следы от укусов и засосы, пока не опускаю взгляд настолько низко, чтобы понять, что либо смотрю я слишком пристально, либо этот мужчина очень быстро восстанавливается. Вот лично у меня болит все, изнутри и снаружи, во всех возможных и невозможных местах! Такое чувство, что меня сбил грузовик и, вернувшись, еще пару раз проехался для верности! А этому, похоже, хоть бы что! Резко возвращаюсь к его глазам и натыкаюсь на мрачное выражение лица, но при этом в его глазах, могу поклясться, пляшут наглые бесенята. - Ты разглядывала меня, - это не вопрос. - Ну, ничего страшного. Я не возражаю. Знаю, какое впечатление произвожу на женщин. О, да ладно? Мой долбаный супруг - самовлюбленная задница? Господи, за что? Я закатываю глаза и отворачиваюсь. - Ты это серьезно? Ты правда настольно сосредоточен на собственной неотразимости? - А хочешь сказать, что тебе не понравилось увиденное? - О, я тебя умоляю! Только этого дерьма мне сейчас кроме всего прочего не хватало! Я решительно обошла этого Нарцисса и, стянув с кровати простынь, обмоталась ею. Он проследил за мной взглядом и насмешливо хмыкнул. - Очень своевременно - пробормотал он. - Как будто я хоть что-то не успел рассмотреть. - Типа, меня это и в самом деле волнует. Нам нужно поговорить, и, может, ты тоже сделаешь любезность и хоть прикроешься? - А смысл? Не вижу причины прятаться от тебя, учитывая обстоятельства. Хотя я в любом случае не стал бы. Для чего скрывать нечто по настоящему стоящее? - нагло ухмыльнулся мой... муж. И он плюхнулся на кровать, раскидываясь вальяжно и явно чувствуя себя комфортно. - Просто я привыкла вести диалог с людьми, на которых есть хоть что-то из одежды. - Ну, мы с тобой не люди, пупсик! - подмигнул он мне. Пупсик? Боже, этого не может быть! Этого не происходит со мной! Черт, Изменяющие Облик всегда верили в то, что провидение и природа не ошибаются и сводят в пару только тех, кто идеально подходит друг другу и реально способны полюбить очень быстро и навсегда. Но, похоже, это не мой случай! Никогда не смогу полюбить мужчину, который будет мне так похабно подмигивать и называть чертовым пупсиком. - Меня зовут Юлали. И очень прошу тебя обойтись без всяких пупсиков и кошечек. Не нужно этого презрительно-ласкательного дерьма, - попросила я, нахмуриваясь и стараясь не опускать глаза ниже его подбородка. - А ты у меня злючка, да, Лали-детка? - и он все же накинул край простыни на свои бедра. - Юлали! И никак по-другому! И не стоит так опрометчиво зачислять меня в твои детки. Могу я узнать твое имя? - О, ты такая вся из себя серьезная и задаешь парню вопрос об имени только после того, как провела с ним ночь самого офигенного секса в своей жизни? Не находишь, что это несколько распущенно с твоей стороны? - придурок явно решил пошутить. Лучше бы вообще молчал. Хотя нет. Когда он молчит, я на него пялюсь, и у меня разжижаются мозги. Но как только он открывает рот, все очарование как рукой снимает. - Итак? - проигнорировала я его тупую шутку. - Может, все же сообщишь мне своё имя после ночи довольно посредственного секса? - Посредственного? Ты всегда при посредственном сексе кончаешь без конца и буквально разрываешь партнера ногтями и зубами, крича как безумная? - Ну, знаешь, я ничего не помню, выходит для тебя эта ночь была гораздо более впечатляющей, чем для меня. Вернемся к твоему имени? - О, только не говори, что ты меня не узнала, - закатил он свои золотистые глаза как будто я ему в душу попыталась плюнуть. - А что, должна была? Я, вроде, на память до этой последней ночи не жаловалась и что-то не могу тебя припомнить. Мы встречались раньше? Мужчина уставился на меня так, словно ждал, что я сейчас засмеюсь и, хлопнув по коленкам, скажу: 'Да ладно! Шутка юмора, мужик! Конечно же я тебя узнала!' Ага, а смеяться после слова лопата! Но, попялившись на меня с минуту, он так и не дождался нужной ему реакции и поэтому счел все же нужным мне сообщить. - Я Северин! Северин Монтойя, - и так посмотрел, будто мне стоило упасть со слезами раскаяния и начать целовать землю под его ногами. Но я решила этого не делать и остаться сидеть, где сидела. Северин нахмурился и решил пояснить. - Я владелец и лидер шоу-группы по мото-фристайлу 'Парящие Волки', - добавил он. Я подняла бровь. Это, типа, должно мне о чём-то сказать? - Ты что, никогда не видела мото-фристайл? - почти обиженно спросил он. Я пожала плечами. - Я так понимаю, это что-то связанное с мотоциклами, - ответила я. - Думаю, уточню позже в интернете. А может и нет. - Да ладно! - ухмыльнулся мой совершенно неуместный сейчас муж. - О нашем приезде в ваш город все СМИ кричали как сумасшедшие. - Я редко смотрю ТВ, - спокойно ответила я. - Но судя по всем твоим гримасам, ты какая-то звезда. - Не какая-то, а самая настоящая, детка, - я поморщилась от этого обращения. - И ты наглая врунья, Лали! - И в чем же заключается моя ложь? - решила уточнить я. - В том, что эта ночь была посредственной. Могу дать на отсечение моё левое яичко, лучшего любовника, чем я, у тебя в жизни не было. - Ну, какие мои годы, Северинчик-милашка. И мысль по поводу твоей частичной кастрации с каждой минутой кажется мне все привлекательней, - ответила я, и он скривился, как от кислятины. - Мне не нравится, когда ты меня так называешь! - Мне так же до тошноты противны все эти твои 'Лали-детки' и 'пупсики'. - Женщинам нравятся ласковые прозвища, - нагло ухмыльнулся этот засранец. - Только если они настолько тупые, что не могут запомнить собственного имени. - Ты действительно злюка, Ла...Юлали. - Может и так. Ладно, время идёт, так что давай обсудим то дерьмовое положение, в котором мы оказались, - решила перейти к делу я. - А что тут обсуждать? Тебе охренеть как повезло, тебе достался я. Он же не может говорить это на полном серьезе? Или может? - Мы теперь связанная пара. Так что скажи мне имя своего Альфы, чтобы я сообщил ему, что ты теперь моя забота, и собирай вещички. Моя жизнь проходит в разъездах, и через две недели мы покидаем этот город.