30

По всюду был яркий белый свет, который уже давно не слепил её карие глаза. Сколько она брела по этой бескрайней пустыне? Час, день, неделю... Она не знала. И от этого неведенья было как-то жутко спокойно, как будто она умерла. Но нет, девушка постоянно слышала чьи-то голоса. Некоторые до боли знакомые, но не узнаваемые, а другие чужие и пугающие. Она устала идти и не пыталась звать на помощь. В голове была лишь одна мысль, которая пожирала её рассудок каждое мгновение: "Я убила собственного ребёнка"...

Перед глазами всё плыло. Чьи-то светлые тени постоянно мелькали, от чего стала кружиться голова, а к горлу подступил давящий изнутри ком. 

— Пить, — тихо прохрипела девушка не своим голосом.

— Да, сейчас, — ответила какая-то девушка и поднесла к её губам холодный стеклянный стакан, наполненный тёплой водой.

— Спасибо, — отпив пару глотков, поблагодарила Оливия и посмотрела по сторонам. 

Её зрение уже более менее пришло в норму и теперь девушка могла лучше разглядеть всё. Она оказалась в небольшой больничной палате с одной кроватью, на которой и лежала сейчас. У единственного окна стояла тумбочка и несколько стульев, а у стены небольшой шкаф и стол. 

— Тебе сейчас нужен отдых, — темноволосый парень помешал ей подняться и уложил обратно на кровать, поплотнее укутав в одеяло. — Ты не приходила в себя больше недели.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила девушка, которая подала Оливии стакан, но темноволосая ничего не ответила, отвернувшись к стене.

—Мика, пусть она отдохнёт. Не стоит сейчас доставать её расспросами.

— Хорошо, Люк. А что говорят врачи? Когда она сможет выписаться?

— Не знаю, — вздохнул Нейтон, грустно посмотрев на перевязанные руки старшей сестры, которая, как ни странно, довольно быстро погрузилась в беспокойный сон. — Врачи ничего нам не говорили и сообщали о её состоянии только Адриану,Майклу и Вике.

— Понятно, — грустно вздохнула Мика и, поправив белый халат, села на деревянный стул. — Может нам спросить Майкла?

— Пробовали, — ответил Люк. — он, как и Аддамсы, говорит только то, что всё будет хорошо.

— Почему она сделала это? — спросила девушка в пустоту, прекрасно зная ответ, который ей рассказал её парень.

— Слушай, Мика, ты же только недавно приехала. Может тебе стоит немного прогуляться с Нейтаном по городу? — предложил Люк.

— А как же Оливия?

— С вашей Оливией всё будет хорошо, — улыбнулась вошедшая в палату молодая медсестра. — Скоро будет осмотр, и ей стоит немного отдохнуть в тишине и покое. И вам не помешало бы прогуляться и поесть, вы ведь здесь уже не первый час.

— Но...

— Никаких "но", — уже строже сказала она. — С ней ничего не случится. Идите, идите. 

Выпроводив троих немного шумных посетителей, медсестра тихо прикрыла дверь в палату больной и пошла осматривать других пациентов на своём этаже. 

*** Около восьми часов вечера. Молодой темноволосый мужчина в спешке шёл по коридору больницы, ища нужную ему палату. За столом, освещённым светом настольной лампы, сидела тучная седоволосая медсестра. 

— Вы к кому? — посмотрев на позднего посетителя, спросила она. 

— Я к девушке. К Оливии Уокер. Её перевели в новую палату и теперь я не могу найти её.

— Сейчас уже довольно поздно. Придёте завтра.

— Но ещё нет восьми! Пожалуйста, скажите где палата Оливии, — мужчина умоляюще посмотрел на медсестру.

— Ну хорошо, — вздохнув, женщина посмотрела в какой-то журнал. — Ваша девушка в 84 палате, это прямо по коридору. Поспешите, у вас всего пять минут.

— Спасибо вам огромное! — мужчина тут же быстрым шагом направился к 84 палате. 

Уже возле светло-синей двери он остановился и как-то нерешительно постучался. Никто не ответил. Поэтому Адриан, посчитав, что девушка уже спит, решил тихо войти и, оставив фрукты, также тихо уйти. Без скрипа приоткрыв дверь, он вошёл в небольшую комнату и увидел, что девушка вовсе не спит, а, откинув одеяло к ногам, лежит и молча смотрит на потолок. 

— Привет, Оливия, — нерешительно поздоровался Аддамс, но не получил даже кивка. — Как дела?

Девушка вновь проигнорировала его.

— Представляешь, номер твоей палаты совпадает с датой твоего рождения восьмое апреля!.. Эмм, кстати, я тебе немного фруктов принёс, — он поставил пакет на стол, а сам сел на стул, который стоял рядом с кроватью.

—Нейтон сказал, что ты пришла в себя и я решил тебя навестить. Прости, что раньше не смог... Ливи,ты меня слышишь?

— Да, — она слабо кивнула.

— Хорошо, а я то уж подумал, что ты спишь с открытыми глазами, — улыбнулся Адриан, но тут же стал серьёзным. — Мы все переживали за тебя.

— Зачем?.. — хриплым голосом тихо спросила девушка.

— Что, зачем? — не понял Аддамс.

— Зачем вы спасли меня? — чуть громче задала вопрос Оливия. 

Этого вопроса Адриан не ожидал. Он понимал, что его возлюбленная много пережила и что тогда, в тот роковой момент не видела будущего и считала смерть единственным выходом. Но сейчас этот вопрос поставил его в тупик и привёл в ярость — разве она не одумалась? Сейчас Аддамс не понимал её и еле сдерживался чтобы не закричать. И как дать понять ей, что она нужна её братьям, друзьям и... ему. 

Всё это время Оливия лежала и смотрела безразличным взглядом на темноволосого. Она искренне не понимала причину его поступков и сейчас хотела что бы её все оставили. 

Неожиданно в палату без стука вошла медсестра и, раздражённо посмотрев на позднего посетителя, строго попросила его покинуть это место. Адриан молча кивнул. Уже выходя из палаты, он, посмотрев на девушку, сказал: 

— Лучше бы ты спросила о том, почему мы не остановили тебя, — и вышел, оставив Оливию одну размышлять над смыслом его слов.

***

Адриан сидел за столом в своём кабинете и, задумавшись о чём-то, смотрел на довольно толстые папки с документами, а точнее сквозь них. Из его головы ни как не выходил вчерашний вопрос Оливии: "Зачем вы меня спасли?" — эти слова весь день звучали у него в голове. Он пытался заняться бумагами, что принёс отец, чтобы отвлечься от этих неприятных мыслей, но ничего не получалось. 

Да, он любил её и хотел помочь. Но как помочь человеку, который не хочет жить? У Удриана уже руки опускались и каждый день появлялось желание оставить всё как есть. Но каждый раз, когда у него возникало подобное желание, он вспоминал те моменты, когда Назар был ещё жив, а Натан не изнасиловал Оливию. Тогда они вместе гуляли по заснеженным улицам и разговаривали обо всём. Он влюбился в неё уже тогда. В её добрые карие глаза, в приветливую улыбку и тёплую маленькую ладонь, за которую держал её. Она для него была ангелом на земле. Жаль, что ей пришлось пережить столько всего. Но он сможет вернуть её в норму! (Главное чтобы депрессивно-суицидальное настроение не перешло в эту самую норму.)

Вздохнув, Адриан вновь посмотрел на раскрытую папку перед собой, в которой были разные таблицы и отчёты о торговле и производстве запрещённых наркопрепаратов. В другой папке был отчёт о том, что где-то в Афганистане была взорвана база производящая наркотики и склад оружия.  

POV Адриан. 

Похоже, что Макоты уже начали действовать. И эта война закончится только тогда, когда либо я, либо Натан умрём. Я не допущу своей смерти!.. Иначе пострадают Вика,Оливия и все её знакомые. Я обязан победить ради них! Я убью Натана и всех его подельников. Только в начале убедиться, что все кто дорог мне в безопасности. Плюс ко всему, нужно узнать, где прячется Натан... 

— Чёрт, — я отшвырнул от себя бумаги и положил голову на стол. Смотреть на них не могу! Достали! Угораздило же меня родиться сыном главы мафии — теперь разгребай всё это! Так, спокойно, нужно работать, но сначала пойду подышу свежим воздухом.  Во дворе было довольно прохладно, несмотря на то, что сейчас весна, поэтому я накинул куртку. Помню, как один раз прогуливался с Оливией и она рассказывала о том, что на зимних каникулах приедет Назар. Она была так рада этому. Ещё приглашала меня в гости, но я не смог прийти, потому что мне нужно было ехать. Жаль. Очень жаль, что я так и не смог познакомиться с этим замечательным человеком, в одиночку воспитавшим четверых детей. 

- Здравствуй, Адриан.- поприветствовал меня Эндрю. Я и не заметил, как подошёл к гаражам. - Ты что-то хотел?

- Привет. Нет, я ни чего не хотел... - неожиданно ко мне пришло некое странное желание. - Хотя, да, хотел. Ты сегодня не слишком занят? 

*** Я вышел из автомобиля, не забыв прихватить восемь алых гвоздик. Эндрю привёз меня прямиком туда, куда мне сейчас было необходимо, к городскому кладбищу. Именно здесь была похоронена моя мать и отец Оливии.Тёплый ветер подул на меня, будто подталкивая к железным дверям с позолоченным крестом и я, не сопротивляясь, направился к ним.  

Здесь почему-то было немного теплее, чем за оградой. Тени высоких деревьев падали на неширокую тропинку, вдоль которой возвышались неровные ряды могильных плит. В этой части кладбища не было недавних захоронений, поэтому-то здесь и не встречались привычные земляные холмики. Через пару десятков метров я остановился у старого невысокого памятника с слегка затёртым временем именем и словами скорби от близких. Зато чётко была видна фамилия "Аддамс" — это была могила моей матери.  

— Спасибо тебе, мама. Спасибо за то, что родила меня и мою сестрёнку. И прости, что так долго не навещал, — прошептав это, я положил четыре гвоздики на гранитную плиту и грустно улыбнулся.

Странно, но мне в данный момент захотелось плакать, но всё таки я сдержал слёзы.

— Жаль, что тебя нет. Знаешь, я, как ты и предсказывала, нашёл свою любовь. Только она меня не любит. Я для неё всего лишь друг... Кстати, Вика тоже уже нашла себе жениха. Майкл бы тебе понравился. 

Ещё немного поговорив с матерью, я направился могиле Назара Уокера, которая была довольно далеко. И через десять минут я, наконец, дошёл до небольшого земляного холмика с деревянным крестом, к которому была прибита фотография и табличка с именем. 

— Здравствуйте, — я положил четыре гвоздики на холм. — К несчастью, нам не удалось познакомиться лично. Но, уверен, вы знаете, кто я. 

Где-то сверху каркнула ворона и, взмахнув крыльями, полетела прочь. Мне в лицо подул прохладный и немного неприятный ветер, от чего я на миг закрыл глаза. Мне тут же представился Уокер-старший с недовольным лицом. Этот образ рассеялся так же неожиданно, когда я открыл глаза. 

— Мне, правда, очень жаль, что с вашей дочерью всё так случилось. И я сделаю всё, что в моих силах, чтобы с ней всё было хорошо и она была счастлива. Я обещаю, что буду защищать её от всех бед. Поверьте, это не пустые слова, — я больше не знал, что говорить и, опустив голову, уже собирался идти, как вдруг на ближайшую от меня ветку сел тот самый ворон. Птица, наклонив голову, посмотрела на меня, а потом каркнув мне прямо над ухом, перелетела на крест могилы Назара. Я посчитал это, как знак и повторил свои слова.

— Я обещаю, она будет самой счастливой. 

Конец POV Адриан

***

В это время Вика, сидя у кровати подруги в больничной палате, не умолкая что-то рассказывала ей. Но Оливия никак не реагировала на её слова и всё так же молча смотрела в потолок. 

— А когда ты выздоровеешь, мы поедём все вместе в Лондон! Представляешь?! Я бы хотела там жить... Эй! Оливия, ты слышишь меня?! Оливия?!

Темноволосая отвернулась от подруги к стене.

— Оливия! Неужели эта стена гораздо интереснее меня? И вообще, почему ты не разговариваешь ни с кем?

— Можешь оставить меня? — не смотря на подругу, прошептала девушка.

— Оливия, нельзя же так... — по щеке Вике потекла слеза. Она уже не знала, как привести подругу в себя.

— А вот и мы! — в палату вошли Майкл с Нейтон и Микой.

— Как у вас дела?

— Нормально, — чуть не плача ответила Аддамс.

— Отлично, — подойдя к своей девушке, попытался улыбнуться блондин. — Мико и Нейтон пока пообщаются с Оливией, а мы пойдём подышим свежим воздухом. 

Ничего не говоря больше, Майкл помог подняться Вике и повёл её в коридор. 

— Эй, что случилось? — вытирая слёзы с щёк девушки, обеспокоенно спросил Майкл .

— Она ни как не реагирует на меня, — всхлипнула она, прижавшись к парню.

— Ты же понимаешь, что она пережила. Ей сейчас очень трудно, и мы должны поддержать её.

— Я знаю. Но мне кажется, что она никогда не станет прежней.

— Всё будет хорошо, Майкл поцеловал её в макушку, сильнее прижимая к своей груди. — Просто дай ей время.