Часть 19

Дорога до Эрудиции выдалась на удивление спокойной. Эмма последнее время редко садилась за руль, предпочитая поездки на поезде общего использования. Можно было наблюдать в окно за быстро меняющимся пейзажем, подумать о ближайшем будущем, прокрутить в голове все разговоры за день и проанализировать их. Но сейчас мысли девушки были заняты побегом Криса. Такое явление, в принципе, выглядит странным. Сбежать из настолько охраняемого места кажется чем-то нереальным, но, видимо, бывшему командиру ОПРП это удалось.

Это страшно. Потому что Эмма до конца не отошла от прошлого. Кто знает, вдруг Крис решил закончить начатое? Ее жизнь снова под угрозой. Здравый смысл вопил, что это маловероятно, Ведь чтобы осуществить переворот и изменить Систему, мужчине нужен новый план, на разработку которого необходимо потратить приличное количество времени. Но навязчивые мысли Эрудитку не покидали. Что сейчас девушка может сделать и как обезопасить себя? Может быть, ей стоит предать это дело огласке, наплевав на просьбу Эрика. Он ведь четко и понятно выразил свое желание, чтобы эта история не вышла за пределы Бесстрашия. С одной стороны, предать дело огласке — загнать Криса в тупик. С другой — мужчина может залечь на дно и скрыться. Тогда поймать его будет практически невозможно. Это еще и произошло за пару дней до дурацкого праздника Единения. Словно насмешка судьбы: все наладилось, поэтому лови побег человека, который пытался отнять твою жизнь.

Вспомнив все, что было, и прописав мысленно все сценарии будущего, девушка пришла к выводу, что изолироваться от внешнего мира в своей квартирке — плохая идея. Махнув рукой и выдав фразу «будь что будет», Эмма решила, что продолжать плыть по течению жизни нужно в привычном ритме. Эрудитка слишком ответственна, чтобы забить на свои должностные обязанности. Девушка только восстановила свой статус внутри фракции. Потерять все снова из-за глупых мыслей — бредовая идея.

***

Следующая встреча Эммы и Эрика состоялась спустя несколько дней. В Искренность прибыли представители разных фракций. Явка Лидеров была обязательной, иначе Совет сожрал бы с потрохами, ведь неприбытие приравнивалось к неуважению. Праздник Единения Фракций делился на две части: официальная, с красивыми речами и представлением и то, что обычно происходило после. Как правило, фуршет не длился дольше двух часов. Потом гостям предлагали экскурсию по территории принимающей общины, рассказывали про улучшения каких-то комплексов и зданий, про традиции и обычаи. Конечно, после застолья до экскурсии добирались не все. Хмельные лица, заплетающиеся языки, невнятная речь. Среди всей этой толпы абсолютными трезвенниками были только Отреченцы. Они, в принципе, выглядели на этом празднике неуместно. В то время как остальные рассаживались за столом как попало, эти ребята держались своей группы. Они не смотрели по сторонам, не клали локти на стол и не травили пошлые анекдоты, чтобы разбавить обстановку. Только молча сидели, изредка отвечая на заданные им вопросы. Нужно отдать должное: каждый год принимающая фракция старалась для всех. Поэтому и для серых жителей Чикаго на столах было разнообразие веганских закусок и продуктов. Или как называл эти блюда Эрик: сплошная трава. Лидер Бесстрашия особо не разбирался в их правилах, знал лишь основные идеалы и запреты. Когда ежегодный праздник проходил в Лихости, мужчина просто запрашивал список разрешенных продуктов и отдавал его назначенному организатору. Эрику в принципе было все равно, что Отреченцы будут есть, главное, чтобы не отсвечивали своими кислыми лицами.

В этом году мужчина прибыл на место проведения за час до начала праздника. Сидеть в кабинете с Лидером Искренности совершенно не хотелось. Они бы вряд ли смогли найти темы для обсуждения, кроме работы. А об этом можно поговорить и на официальных встречах. Поэтому Бесстрашный решил провести время, прогуливаясь по территории Правдолюбов. Он был здесь и раньше, ничего особо не изменилось, но это лучше, чем нагружать себя неформальной болтовней с человеком, который придерживается другой идеологии и видит эту жизнь через призму иного восприятия.

Вышагивая по белому полу и разглядывая мелкие черные вкрапления в покрытии, мужчина не сразу замечает пару женских туфель, обладательница которых разглядывает информационный стенд. Бесстрашный едва успевает притормозить, чтобы своей размеренностью не впечататься в ее плечо. Эрик цокает и спешит рассмотреть застывшую на месте «незнакомку», которая таковой вовсе не является.

То выражение, которое сейчас было натянуто на лицо Эрудитки, Лидер прекрасно знает. Эмма явно чем-то недовольна. Девушка поворачивает голову на цоканье. Плотно сомкнутые ранее губы растягиваются в улыбке, стоит ей только понять личность стоящего неподалеку.

— Привет, — вылетает в доброжелательной манере и спокойным тоном. Стонт поправляет пуговицу пиджака, явно желающую расстегнуться в самый неподходящий момент.

— Здравствуй, — отвечает он ей с тем же спокойствием, — не думал, что увижу тебя сегодня здесь.

— Я бы и не пришла, если бы не навязчивая просьба от руководства. — Девушка тяжело вздыхает, пожимая плечами.

— Добровольно-принудительный порядок? — произносит со смешком.

— Да. Такое не только в вашем Бесстрашии существует.

Постепенно к территории общины Правдолюбов прибывал народ. Парковка ломилась от машин, а с поезда сходили представили разных групп. С одной стороны — Дружелюбы с их улыбками и блеском наивности в глазах, с другой — Отреченцы, забившиеся в угол и стоящие в гробовом молчании. Чуть подальше собралась толпа Лихачей: громкие, шумные, общающиеся отборной матершиной и тычками в спины. Эрудиты, как обычно, раньше всех заняли свои места в зале, их гордо поднятые носы того и гляди проломят крышу. Дисциплинированные, в отглаженных пиджаках, с накрахмаленными воротничками. В руках планшеты и блокноты. Будто не на праздник пришли, а на совещание.

Эрик морщится, разглядывая умников. Он ведь тоже когда-то был таким: горделивым, высокомерным, с большими амбициями. Был подростком, желающим стать кем-то большим. Лидер поворачивает голову в сторону смеющихся, Бесстрашных, маневрирующих на спинках кресел — очередной глупый спор и улыбается. Лихость все-таки ближе мужчине. Буйный нрав, свобода действия и слова (до первого разбитого носа) и выдержка, которая закаляется годами, и расчетливость, приходящая с опытом.

— Приветствуем всех прибывших! — раздается голос Лидера Искренних, шум стихает. Даже ерзающие до этого Бесстрашные усаживаются в кресла актового зала. Естественно не все. Конечно, кому-то из старших приходится прикрикнуть на молодняк, чтобы гул толпы окончательно стих.

Эрик видит Эмму, сидящую в первом ряду, подобно примерной отличнице. Она периодически оглядывается по сторонам. Когда их взгляды сталкиваются, девушка закатывает глаза, мол: «Ну началось. Это надолго.».

Лидер прячет смешок в кулаке. А Эрудитка поспешно отворачивается, пытаясь сконцентрироваться на речи Правдолюба и не обращать внимания на стоящего у стены Бесстрашного.

***

Первая часть торжества прошла без происшествий, не считая поломки аппаратуры, которую достаточно быстро заменили. Сидя за большим столом, разделенным на секции, Эмма опрокидывает залпом третий фужер шампанского. То ли от скуки, то ли из-за усталости и стресса перестает контролировать количество выпитого. На экскурсию девушка решает не идти. Уж в чем, а в прогулках по фракциям за свою жизнь Стонт успела поучаствовать приличное количество раз. Но выйти на улицу, отдать дань вредной привычке нужно.

Эмма поднимается на ноги, перемещаясь ближе к концу стола, обходя по пути молчаливых Отреченцев и улыбчивых Дружелюбов, и задумывается на тем, как люди с таким разным мировоззрением могут мирно существовать в одном периметре. Неужели только рамки приличия сдерживают жителей Чикаго от конфликтов в такой день? Или на самом деле у них всех гораздо больше общего, чем принято считать?

Как рядом могут сидеть Эрудиты с вечным «сила в уме» и Лихачи с «один раз живем!» и минимальными шансами на выживание после этой фразы? А Правдолюбы и Добряки? По всем канонам они должны ненавидеть друг друга, а не обсуждать эмоции от праздника. Эмме до сих пор непонятно: время изменило людей, ошибки прошлого повлияли или эта Система с делением на общины действительно устарела?

Бред...

Девушка дергает головой, отгоняя размышления, и заходит за угол здания. Туда, где обычно собираются курящие, чтобы отравить свои легкие новой порцией никотина. Вечереет. Сумрак медленно опускается на город.

— Ты сегодня решила ходить за мной попятам? — со стороны слышится мужской знакомый голос. Эмма чувствует усмешку Лидера, хотя еще не видит его лица.

— Ты за три месяца в себя поверил что ли? — она отвечает в шутливой форме, доставая из сумочки пачку и зажигалку.

— Тебе когда-нибудь говорили, что ты какая-то неправильная Эрудитка? — и опережая поток речевых оборотов со стороны Стонт, Эрик поясняет: — Я не про интеллект. Шутишь неплохо, грубишь и общаешься с представителем Бесстрашия. Что-то явно с тобой не так. — Он осматривает ее с головы до ног, состроив показушную задумчивость. — Девушка, вы какая-то сегодня странная.

— Если ты пытаешься флиртовать, то получается крайне плохо. — Они смеются в голос. В закутке кроме них никого нет. Все разделились по компаниям и разбрелись по территории так, что хрен соберешь потом.

— Я просто пытаюсь поддержать беседу. К слову, отлично выглядишь.

У Эммы почему-то за секунду сбивается дыхание. Словно они не в Искренности, а на кухне лидерской квартиры. Будто никто не увидит их взглядов и не услышит двусмысленных фраз. Девушка всматривается в черты до боли знакомого лица и понимает, чего эти месяцы ей не хватало для ощущения счастья. Эрик замечает смену эмоций и долгосрочную тишину, повисшую в диалоге. Почему-то зрение подводит, и фокус сбивается, а все вокруг начинает казаться не таким уж и важным, когда напротив него стоит Стонт. Поддавшись порыву, мужчина дергает Эрудитку за руку, приближая к себе. Она рефлекторно упирается ладонями в его плечи.

Им не хватало друг друга. Гнаться за редкой возможностью побыть рядом, кажется, вошло в привычку. И к черту дистанцию! Эмма и Эрик восстановят ее чуть позже: когда поцелуй закончится, объятия разомкнуться, а они перестанут быть единым целым.

Это особенный день...

— Эксперимент «Чикаго-2» будет завершен через десять секунд. — Не пойми откуда раздается монотонный голос. Они разрывают объятия и смотрят в непонимании друг на друга. Обратный отсчет вводит в ступор.

— Может быть чья-то шутка? — пытаясь успокоить нарастающую панику произносит девушка.

***Бюро

— Слушай, а тебе не кажется странным, что эксперимент решили прикрыть? Все-таки эти гораздо дольше и лучше держались, чем предыдущие.

— Как мне объяснили смысла нет в дальнейшем финансировании. Они последнего стопроцентного Дивергента убили несколько месяцев назад. По расчетам генетиков вероятность рождения подобного крайне мала.

— Жалко их, кончено. Все-таки живые люди.

— Ну еще какое-то время они протянут. Мы же не истребляем их. Просто вырубаем электричество.

— Ну да... А еще глушим любое напряжение. Они даже передвигаться, кроме как пешком не смогут.

— Не морочь мне голову своей жалостью. Лучше проверь правильно ли ИИ запрограммирован.

— Да трижды уже проверил. Без возможности восстановления все слетит.

— Отлично.

***Чикаго

Отсчет завершается, город погружается во мрак...