Город где не прощают

Наше времяХоупНовый город встретил меня холодом. Не тем, что пробирает до костей, а тем, что словно предупреждает: «Ты здесь чужая.»Он не был красив, как мой старый — не был родным, не был тёплым. Но в его тишине было что-то... манящее. Неуловимая сила, будто под кожей улиц спала тайна, ждущая, кто осмелится её разбудить.Ветер скользил между домами — острый, как лезвие. Архитектура строгая, с намёком на былую роскошь, сейчас выцветшую и холодную. Я чувствовала, как каждый кирпич давит на грудь, как дыхание этого города медленно проникает внутрь, оставляя свой след.Район оказался небольшим. Здесь все знали друг друга, и, наверное, уже знали, что я новенькая.Когда вечером я закончила разбирать последние коробки, одиночество навалилось с новой силой. Решив, что застоялась, я натянула толстовку и вышла — просто пройтись, осмотреться, убедить себя, что всё не так мрачно, как кажется.Но стоило закрыться за мной двери, как сомнения накрыли волной.Подъезд был тих, лишь где-то наверху скрипнула ступень. Я замерла, потом всё-таки двинулась вниз. Возле выхода послышались шаги — быстрые, торопливые. Сердце сжалось. Я выглянула из-за двери: никого.Выдохнула.И шагнула наружу.Серые стены, массивные двери соседних домов — всё вокруг выглядело чужим. Воздух пах дождём и чем-то металлическим, будто город недавно дышал огнём.Передо мной возвышался двухэтажный дом, больше похожий на старый особняк. Снаружи он был обычным, даже обветшалым, но в готических линиях крыши и окон пряталась странная величественность. Под ногами звенели кафельные ступени, а каменные перила были оплетены древогубцем — его тёмные стебли будто шептали истории старых жильцов.Граф Дракула точно бы оценил такой дизайн, — подумала я и невольно усмехнулась.

Я двинулась вперёд, прислушиваясь к гулкой тишине района.Здесь было странно спокойно — будто город затаил дыхание. Люди вроде бы жили, машины стояли в аккуратных дворах, но казалось, что всё это — декорации. Как будто кто-то забыл включить жизнь.На тротуаре мелькнула кошка — тёмная, гибкая, с глазами янтарного цвета. Она посмотрела на меня, как на нежданную гостью, и бесшумно исчезла за углом.Впереди виднелся небольшой клуб — массивное здание цвета мокрого асфальта. По слухам, именно там по ночам собиралась местная молодёжь.Рядом стояли два странных строения, вроде киосков, с простыми белыми стенами и тонированными стёклами. Их внешний вид раздражал — словно кто-то влепил пластиковую вставку в старинную картину.Безвкусица. Идеальное слово для этого места.— Наверное, оживают только ночью, — пробормотала я себе под нос. — Когда вся эта гламурная нежить вылезает на охоту за дешёвым алкоголем и чужими иллюзиями.Я фыркнула, закатила глаза и пошла дальше.Дома вокруг выглядели ухоженными — газоны ровные, кусты аккуратные, машины блестят. Богатый район. И при этом — будто вымерший.Такое чувство, что здесь люди дышат шёпотом.В центре улицы я заметила парк. Пустой, с золотистыми скамейками, которые ярко блестели под солнцем — как будто насмехаясь над серостью всего остального.На одной из лавочек сидели бабушки, грызущие семечки и бросающие в мою сторону внимательные взгляды.Вот они, местные камеры наблюдения. Бесплатная слежка в человеческом обличье.Я усмехнулась, поправила капюшон и пошла дальше.Где-то на фоне серых домов торчали современные высотки — неуместные, стеклянные, уродующие старинный ландшафт.Мой взгляд поднялся вверх, к вершинам домов, и от резкого света солнца закружилась голова. Я отшатнулась назад и прикрыла глаза ладонью.— Аж в глазах потемнело, — пробормотала я, качая головой.Надев наушники, сунула руки в карманы толстовки и направилась дальше — просто чтобы не стоять без дела.Со стороны, наверное, выглядела подозрительно: девчонка с потерянным видом, бродит по району, как будто ищет закладку.Отлично. Осталось только, чтобы кто-нибудь вызвал участкового.Спустя пару минут я заметила магазин на углу.Небольшое здание, выкрашенное в синий, с серой крышей и облезшей вывеской.Выглядело, как типичный районный ларёк, который держится на силе привычки и двух литрах пива в день.Ну хоть не подвал. Уже плюс.Я вздохнула и шагнула внутрь.

Дверь магазина открылась с характерным звоном колокольчика.Внутри пахло пылью, черствым хлебом и чем-то старым, как будто здесь торговали не продуктами, а воспоминаниями.Полки стояли ровными рядами, освещение мигало, а где-то в углу монотонно гудел холодильник.За кассой сидела женщина лет сорока с тугим пучком на затылке. Она смотрела на меня с тем выражением лица, будто я обязана объяснить, зачем вообще дышу её воздухом.Да, здравствуйте, я грешница. Пришла купить воды и раздражать вас фактом своего существования.— Что-то нужно? — сухо спросила она, не отрываясь от журнала.— Нет, просто проверяю, существует ли здесь цивилизация, — отозвалась я с фальшивой улыбкой.Она фыркнула, но промолчала.Я прошла мимо, взяла банку  Пеппера  — классика выживания в чужом городе.Когда подошла к кассе, дверь магазина снова звякнула.Я краем глаза заметила, как вошёл мужчина. Высокий, темноволосый, с крепкими плечами и уверенной походкой.Он двигался так, будто всё вокруг принадлежало ему — и даже воздух позволял себе дышать только с его разрешения.Я уловила запах его парфюма — холодный, с металлическими нотками, как свежесрезанный лёд.Он бросил короткий взгляд в мою сторону, и я почувствовала, как по коже пробежал ток.Не страх, нет. Скорее — что-то вроде предупреждения.Опасный. Слишком опасный. Именно такие потом становятся частью кошмаров, от которых не хочется просыпаться.— С вас сто пятьдесят, — прервала мои мысли продавщица.Я молча протянула купюру.Пальцы дрожали, но не от страха — от злости. На себя, на этот город, на этих людей.— Мелочи нет? — спросила она с презрением.— Нет. Но вы можете списать с моей души, — отрезала я.Женщина скривилась, как будто я ей предложила яд, и протянула сдачу.Я забрала покупки и уже собиралась выйти, как снова почувствовала взгляд.Он — тот самый мужчина — стоял у полки, выбирая сигареты. Его профиль был резкий, словно высеченный из камня, а глаза... холодные, серые, как замёрзшая сталь.Он не смотрел прямо — но я знала, что ощущение не обман.

Он прошел в перед меня. Резко толкнув дверь, он задел меня. С испугом я отпрыгнула назад. Мужик с агрессивным взглядом посмотрел на меня его глаза приобрели вопросительный вид будто он меня знал и хмыкнул.

-Так это ты! Не соврали! Уйди с дороги!

-Что? Я вам мешаю. Я никого не трогала даже.Надо смотреть куда идете ! И куда дверь открываете.

Мужик повернул голову на меня и закричал:

-Свали с моих глаз, дочь проститутки ! Пока я сам с тобой не разобрался!Совсем проданная осмелела!

Я набрала воздуха и кинула в него баночку напитка.

Она прилетела прямо в висок нахалу и отлетела в угол магазина.

Мне показалось, что даже продавщица растопырила глаза.

Мужик налетел на меня, схватил за воротник и толкнул в стеллаж со сладостями. Все что было на полках повалилось вниз с грохотом. Я смотрела на его лицо то в глаза, в которых даже не было моего отражения. Мои глаза оглядывали помещение,я ждала помощи без возможности кричать.Время играло на секунды, не спасу себя сама, не спасет никто!

Но тут я увидела в воздухе летящую в чьих то руках с тату биту, произошел глухой удар.

Я медленно подняла взгляд. Передо мной стоял парень лет двадцати, одетый во все черное.Лицо скрывали  пряди светлых волос , но я успела заметить пронзительные голубые глаза, изучающие меня с нескрываемым интересом. Его терпкий аромат пробил мои ноздри. В руках он держал окровавленную бейсбольную биту. На руке мелькнула маленькая тату, которая зацепила мое бешеное внимание

– Кто ты? – прошептала я, все еще не в силах осознать произошедшее.

– Неважно. Важно то, что ты вляпалась в серьезные неприятности. И, если хочешь остаться в живых, тебе лучше забыть об этом инциденте и постараться не вякать а лучше исчезнуть !Прямо сейчас. – Его голос звучал холодно и отрезвляюще. Он окинул взглядом продавщицу которые стояла, как вкопанная, с лицом,полными ужаса. – Никто ничего не видел, никто ничего не знает. Понятно?

Он снова посмотрел на меня. В его взгляде читалось предупреждение, но вместе с тем и какое-то необъяснимое сочувствие. Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Развернувшись, парень вышел из магазина, оставив меня наедине с отключённым телом и развалинами былой безмятежности.Моё сердце стукнуло сильнее.Я вышла из магазина, чувствуя на себе этот взгляд до последнего звона колокольчика.На улице воздух показался плотнее, будто сгустился вокруг. Не далеко стояла единственная машина. Белый Лексус. Будто не вписываясь в архитектуру окружающей среды. Водителя было не видно, но я чувствовала что кто то внимательно и с интересом из этой машины на меня смотрит. — Проклятье! Вымолвила я. Натянув капюшон я сгорбилась под гнетом чьих то глаз, которых не могла рассмотреть.Вот оно. Началось.Я шла по тротуару, долго словно прогуливаясь. сжимая в руке банку газировки Солнце скрылось за домами, и город окутала хрупкая, зыбкая тень.Шаги отдавались в ушах громче, чем обычно.Поначалу я думала, что это просто эхо. Но потом услышала — нет, почувствовала — что звук не совпадает с моим ритмом.Кто-то шёл за мной.Я резко обернулась — пусто.Пустая улица, редкие фонари, в окнах — ни души.Показалось. Нервная, как будто на охоте за собственными страхами.Сделала шаг вперёд — и снова этот звук.Медленный, тяжёлый.Идёт не спеша, будто знает: мне бежать некуда.Я ускорила шаг. Воздух стал вязким, как сироп, а сердце забилось в горле.На повороте мелькнула витрина с зеркальным стеклом, и в отражении я увидела его.Высокий. В чёрном.Плечи широкие, осанка идеальная, как у хищника.Шёл спокойно, будто прогулка — это его естественное состояние.Вот и он. Вечный сюжет: девушка и тень за спиной.— Эй! — мой голос прозвучал хрипло, почти с вызовом.Он не ответил.Только остановился. И всё — воздух будто застыл.Я видела его лицо частично — свет фонаря падал на одну сторону, оставляя другую в тени. Это тот паренек который только что был в ларьке Светлые волосы блеснули холодным отблеском.Голубые глаза искорки во тьме, оглядывающие меня с интересом не запоминая, а будто вспоминая меняТакие глаза не смотрят. Они проникают.— Ты следишь за мной? — спросила я, чувствуя, как адреналин смешивается с раздражением.Он прищурился, и в уголке его губ мелькнула почти незаметная усмешка.— Если бы я следил, ты бы не заметила.Голос низкий, ровный. Уверенный до наглости.Каждое слово будто касалось кожи, оставляя за собой след.— Тогда зачем идёшь за мной? — спросила я, делая шаг назад.— Просто шёл мимо, — ответил он. — Но ты сама обернулась. Значит, ждала.Я хмыкнула.— Ждала? Кого — маньяка с хорошим чувством юмора?Он чуть приподнял бровь, будто разглядывая меня.— С дерзостью у тебя всё в порядке. Страх компенсируешь словами?— А ты компенсируешь скуку тем, что пугаешь прохожих?Молчание.Он шагнул ближе.Всего один шаг — но этого хватило, чтобы сердце споткнулось.От него пахло тем же опасно знакомым — смесь терпкого и уже прибавившегося холода и чего-то, что невозможно описать.Как запах дождя перед бурей.— Ты из тех, кто не умеет молчать, даже когда нужно, — тихо произнёс он.— А ты из тех, кто думает, что всем должен нравиться его холодный взгляд.Он усмехнулся.— Холодный взгляд спасает чаще, чем сладкие слова.На секунду наши глаза встретились.И в этот миг мне стало ясно: его нельзя не заметить. Его нельзя игнорировать.Он будто существовал вне мира — вроде и мягкий,но с некой грубостью и потому до безумия интересный.Он посмотрел на мои руки, потом — прямо в глаза.— Не гуляй здесь одна. Этот район не любит тех, кто не умеет бояться.— Тогда мы с ним в этом похожи, — ответила я.Он чуть качнул головой, будто усмехаясь про себя, и пошёл прочь.Медленно, уверенно, не оборачиваясь.— Спасибо за помощь! В след крикнула я. Парень только отмахнулся рукой. Но взглянув через плечо тепло улыбнулся.А я осталась стоять.С банкой Пеппера с бешено колотящимся сердцем и чувством, будто на мою жизнь поставили метку.

Медленно, маленькими глотками, я начала пить "Доктор Пеппер". Сладкий вкус немного отвлек от гнетущих мыслей. Пора домой. Может быть, там, в привычной обстановке, мне удастся собрать мысли в кучу и понять, что происходит.

Зайдя в квартиру, я первым делом заперла все двери и задёрнула шторы. Включила яркий свет, словно он мог разогнать ту сгущающуюся тьму, что поселилась внутри меня. Села на диван и уставилась на банку в руке. "Доктор Пеппер...".

Внезапно меня осенило. Я вспомнила об одной детали, которую до этого упустила из виду. Когда пареньв ларьке замахнулся битой, я видела на его руке татуировку. Маленький, едва заметный знак, но я уверена, что видела его раньше. Где? Голова раскалывалась, но я старалась вспомнить.

И тут меня словно ударило током. Татуировка! Я видела её на фотографии в старом альбоме моей матери. Альбом хранился в коробке с её вещами, которые она оставила до того как исчезла с новым ухажёром. Я долго не решалась его открыть, но, кажется, пришло время.

С дрожащими руками я достала коробку с антресолей. Открыв её, я почувствовала знакомый запах – смесь старой бумаги и маминых духов. Перебирая фотографии, я нашла нужную. На пожелтевшем снимке была молодая мама с несколькими мужчинами средних лет. И у одного из них, на руке, красовалась та самая татуировка.

Когда я осторожно перебирала фотографии в старом альбоме матери, вдруг из-за них выпал потрепанный листок — словно забытый временем и пренебрежением. Бумага была грязной, с залоснившимися пятнами, будто её кто-то давно стирал или рвал в гневе. На ней крупными, едва разборчивыми буквами было написано:

«Не думай, что просто сможешь скрыться с тем, что тебе не принадлежит. Не вернешь. Будешь расплачиваться дочерью...»

Я застыла, словно кто-то ударил меня по голове. Сердце забилось сильнее, дыхание сбилось. Страница — словно послание из другого мира, из тёмных глубин прошлого, которое вдруг всплыло на поверхность в самый неподходящий момент. 

Я держала листок в руках, и он казался таким незначительным, а одновременно — ужасающе важным. Кто мог оставить его? Кто писал? И что именно мне от него ждать? Всё внутри меня сжалось — страх, любопытство и тревога переплелись в один клубок. 

Мысленно я пыталась разобраться — кто мог написать такие слова? Может, это предупреждение? Или угрозы? Или же — чья-то мрачная месть, связанная с прошлым? 

Я взглянула на фотографию — там была молодая мама, улыбающаяся, и рядом жвое мужчин у одного из которых с похожей татуировкой. И вдруг в голове мелькнула мысль: а вдруг эта татуировка — ключ к всему? 

Мой взгляд метнулся по комнате, словно пытаясь найти что-то ещё — скрытые подсказки, зацепки, что помогут понять, кто написал это письмо. А может, это вовсе не письмо? Может, это послание, спрятанное специально? 

На мгновение я почувствовала, что вся эта история — только начало, и что за этим скрывается гораздо больше, чем я могла предположить. И теперь мне предстояло решить: кому я могу доверять, а кому — лучше держать дистанцию? 

Шёпотом, чтобы никто не услышал, я прошептала:— Кто ты? Почему оставил это здесь? И что мне делать дальше? 

И сердце снова забилось сильнее, ведь я понимала — это всего лишь начало. Тайна, которая может изменить всё.

Едва ощутимый порыв воздуха колыхнул тюль. Меня передёрнуло. Поднявшись с ковра, я обвела взглядом комнату.

Я же закрыла окно!

Проговорила я вслух. Тихонько приблизившись к оконному проёму, я выглянула наружу. Сквозь пелену ливня напротив застыли две мужские фигуры, словно изваяния, в зловещих масках, выражающих угрозу. Меня сковал леденящий ужас. Внезапный удар грома и ослепительная молния на миг озарили переулок. И силуэты пропали. От испуга я упала назад, ударившись затылком о журнальный столик.

Чёрт! - выкрикнула я. Острая боль пронзила затылок, и я схватилась рукой за голову.

Что за черти? Кто это был?

Всё тело пронзила дрожь, а страх разливался по венам.

Я опустилась на пол, чувствуя, как пол уходит из-под ног. В ушах звенело, сердце гулко билось, будто в клетке. Воздух стал плотным, пропитанным страхом и дождём.Телефон. Где он?Пальцы нащупали холодный корпус, но экран вспыхнул лишь на миг — и погас.Ещё миг — и на чёрном фоне проступили слова, будто выцарапанные изнутри:«Игра началась!»Я замерла.Снаружи громыхнуло. Свет молнии разорвал темноту, и я увидела его — высокий силуэт у окна. Без лица, без цвета — просто тень, обрисованная светом.Он не двигался.Только наблюдал.Молния погасла — и вместе с ней исчез и он.Тишина обрушилась на комнату.Я медленно поднялась, чувствуя, как внутри всё стынет. На стекле — след. Пальцы. Всего три. И будто капля крови у края.Кто он?И зачем пришёл?Шепот — едва уловимый, будто прямо у уха:— Ты не с теми играешь..Я вздрогнула, резко обернулась — пусто.Только ветер качал тюль, и где-то вдали гремел последний раскат грома.Я осталась стоять одна, среди запаха озона и страха, не в силах поверить, что всё это было реальностью.Но след на стекле не исчезал.И где-то глубоко внутри, сквозь дрожь и боль, я поняла: кто-то уже перешёл границу между сном и мной.