«Гости из Европы»

Темная ночь. За окном было не спокойно.

- Николай Александрович, вас, и вашу семью просят пройти в подвал. - аккуратно проговорил мужчина.

- зачем это Евгений Сергеевич? - с удивлением спросил другой мужчина с прикрытой рукавом татуировкой в виде дракона.

- в народе гуляют слухи о том, что вас больше нету в живых. Мы хотим сделать фото вашей семьи, чтобы опровергнуть эту информацию.

- хорошо. - немного задумчиво ответил мужчина и перевёл свой взгляд на женщину средних лет, что обеспокоенно смотрела на него.

В подвал спустилось четверо молодых девушек, женщина, что была на несколько лет старше их, а также тот самый мужчина с татуировкой, что уже была полностью прикрыта рукавом мундира, а на его руках сидел мальчик лет 13, и очень обеспокоенно смотрел по сторонам. Следом зашли ещё три мужчины и одна старушка.

- здесь даже стульев нет? - спросила женщина средних лет и посмотрела на слуг, что принесли два стула, ей и маленькому мальчику.

Дама и мальчик сели на стулья и люди перед ними выглядели жутко неуютно. На них была странная одежда и на их головах не менее странный головной убор.

Вдруг один мужчна вытащил лист бумаги, направил его и громогласным тоном изъявил ужасную весть.

Тот мужчина поднял руку и разрезал ей воздух, выразительно объявив:

- на нас возложена миссия покончить с домом Романовых!

Присутствующие в подвале были в ужасе, а мужчина с татуировкой проговорил, перед тем, как люди, что выставившие пистолеты в их сторону , не начали огонь.

- Боже мой, что же это такое?!

Но не успел он продолжить, как раздался выстрел и он упал замертво, а следом за ним две женщины.

Крики, выстрелы, мольбы о пощаде. Среди стрелявший, в темном кожаном пальто стоял высокий мужчина с бордовым лицом.

Тут же подскочил Роман Романович, сев на кровать, а руками вцепившись в край одеяла.

Он тяжело дышал, будто от сильного испуга, а сердце колотилось в бешенном ритме.

Мужчина проснулся от кошмара. Он не знал тех, кого он видел в своём сне. Что это были за люди? Что это был за приговор? Но больше его смущал мужчина с багровым лицом, он казался ему знакомым?

Щетина на лице этого незнакомца была темно-рыжей, почти коричневой, а глаза показались ему голубыми и настолько знакомыми. Что это было?

- Роман, всё в порядке? - сонно и в полном недопонимании спросила Зоя Сергеевна и присела рядом с супругом, смотря обеспокоенно на него, аккуратно положив руку на плечо Романа.

Роман Романович посмотрел на супругу и тяжело выдохнув опустился к ней, уткнувшись носом в её узкое плечо, начиная потихоньку успокаиваться.

Такое поведение было совершенно неестественным для Романа, от чего Зоя сильно испугалась за него, аккуратно погладив мужа по его черным как смола волосам, приподняв его голову и  нежно поцеловав его в лоб, проверяя, нету ли у её благоверного жара.

- что тебя гложет, родной? - ещё раз аккуратно спросила Зоя Сергеевна посмотрев супругу прямо в глаза, но он резко отвёл взгляд, отвернув голову.

- тревожит меня сон один..... Мне снится семья... Незнакомая, которую по непонятной причине убивают... - Роман Романович не особо хотел описывать сон во всех подробностях, от того рассказал всё очень кратко.

- наверное это из-за переутомлённости. Спи , утром мудренее - Зоя положила мужа на кровать, а после и сама легла рядом, посматривая на мужчину, наблюдая, послушал ли он её?

Благо Роман, переступив через себя, послушал жену и решил всё таки уснуть. Может, он и не послушал, а просто был очень уставшим, так как не спал уже две ночи. Отдых был бы не лишним.

На утро мальчики как всегда бодрствовали и шалили.

После того вечернего инцидента прошло около полторы недели и Сашино горло не так сильно болело, но мальчик всё  ещё не мог громко смеяться и также живо болтать, и почти каждый взрослый находил время спросить Сашу, как он.

Ближе к часу дня должны были прибыть важные гости в дом Вятизьславовых, к чему и готовился глава семьи.

Мужчина надел свой тёмно-синий мундир с красным воротником, что застёгивается на золочёные пуговицы с гравированным гербом двухглавого орла на каждой такой.

На мудире расположены ордена и медали: Святого Андрея Первозванного, Святого Владимира, Победоносца Георгия 1 и пр. На плечах расположились эполеты с толстой винтовой генеральской бахромой, а также аксельбант с серебряным наконечником.

Через правое плечо мужчины была перкринута широкая голубая атласная лента, а под ней, через левое, перекинута токая золочёная лента. Такой же золочёный пояс находящийся на талии, и Георгиевский офицерский кавалерийский темляк.

Красные рукава, с тремя золотыми запонками, на каждом и белые перчатки.

Дополняли образ суконные тёмно-синие брюки Романа Романовича, с красной полосой по бокам каждой гачи. На ногах красовались до блеска отчищенные сапоги с медными посеребряными шпорами прибитым к каблукам, поверх которых надели брюки.

Такой марафет Роман Романович наводил из-за приезда гостей, ведь при них, кем бы они небыли, ни в коем случае нельзя упасть лицом в грязь.

Зоя Сергеевна, как и Наталья Романовна, также оделась по порадному, вот только Наталья ходила с очень недовольным выражением лица, ведь она на дух не переносила светские встречи, эти платья с корсетом и тонной слоев юбки, это стоит ей по горло , но она держалась, и чаще старалась молчать.

Мальчишек к сожалению не успели поймать, хитрецы успели убежать пораньше в деревню, поиграть с сельскими ребятами, от чего слугам отдали указ о том, как Саша и Филлип вернуться сразу привести их в порядок.

Через час ожидания экипажа подъехала темная карета - «Брогэм», в которой сидели два европейских гостя.

К ним подбежали два дворецких и отворили дверцы небольшой кареты.

Из неё вышел мужчина достаточно небольшого роста для государства, но это была очень статная и серьёзная фигура. Одет он был поимператорски и давал понять каких именно кровей он является.

У этого господа были то ли седые, то ли от рождения белые волосы, длина которых была почти до плеч. Голубой глаз выразительно и строго смотрел чуть ли не в душу, а второй был прикрыт повязкой. Острые черты лица и достаточно тонкий и заострённый нос. Явные от возраста морщины на лбу, у рта и глаз, что придавало лишь статнтости данной персоне.

Следом за ним вышел юноша лет 20-ти. Высокий, хорошо сложеный и явно очень юный. У него были длинноватые и темные волосы, светло-зелёные глаза, и такие же острые черты лица, а нос имел небольшую горбинку.

У него были длинные и тёмные ресницы, а брови тонкие и выразительные. Взгляд лишь приобретал свою строгость, но в волю возраста юноши он имел эту нотку ещё молодой глупости.

У старшего гостя лицо было в черно-бело-черной раскраске, с пятном на правом глазу, что было похоже на черного орла, но всё было прикрыто повязкой, а у юноши раскраска лица была: черно-бело-красной без каких либо пятен.

Роман Романович дёрнул бровью, немного посмотрев на гостей в смятении, но быстро беря себя в руки, улыбнувшись и подходя к приезжим.

- как же я рад вас видеть Генрих Вольфганг Штольц! Не ожидал вашего визита. - Роман одарил немца своей широкой улыбкой и протянул ему руку для пожатия.

- взаимно. Не мог отпустить своего мальчика так далеко от дома. - Генрих Штольц улыбнулся Роману в ответ, пожав ему руку.

Роман Романович кивнул Генриху и обратил внимание на его сына, сохраняя улыбку на лице, при этом осматривая юношу.

- приятно с вами увидеться в живую Фридрих Штольц. - по доброму проговорил Роман Романович и также пожал юноше руку.

Фридрих был немного растерян, будто он спал всю дорогу и ещё не успел проснуться до конца.

- и мне приятно. - проговорил юноша с жутко ярким акцентом и ломаным русским языком, неуверенно пожав руку Роману Романовичу и ощутив на себе пристальный взгляд отца.

Чувствуя напряжение Роман Романович лишь нервно улыбнулся, стараясь держать всё под контролем.

- предлагаю вам зайти внутрь и поговорить, вы же прибыли к нам для личного разговора, верно? - мужчина посмотрел на Генриха и он лишь кивнул головой, начиная ход к раскошному крыльцу особняка как тут за ними послышалось:

- папа!!! Папа!!!

Все трое обернулись назад и Роман почувствовал как на его голове волосы зашевелились, а он совсем потерял улыбку на лице.

Какой же ужас он узрел.

К ним бежали два мальчика, Филлип и Саша. Уж точно не понятно, как и где они умудрились испачкаться, но знаете... Грубо говоря они были с ног до головы в грязи, так ещё и без ботинок! Где они были?

Роман Романович немного приоткрыл рот и хотел что-то сказать, а во взгляде читался ужас, тысяча и один вопрос.

Генрих Штольц, переводя немного недопонимающий взгляд на Романа Романовича, подумал, что ему показалось, или его собеседник побледнел от увиденного и успел потерять дар речи...?

И это не было бы так ужасно, Роман понимал, что сыновья играли, и бог с этой одеждой, и с потерянными, как видно бесследно, ботинками, но мальчики так не вовремя явились, это убивало Вятизьславого.

Мальчики и сами поняли по выражению лица их отца и рядом стоящих с ним гостей, что прибежали совсем не вовремя, от чего начали переглядываться.

- а уже не надо, мы обратно! Прости папа! - сказал Саша и они с Филлипом быстро убежали обратно в деревню, запланировав вернуться домой через сад.

Роман Романович и сказать им ничего не успел, как ребята в спешке убежали.

Мужчина посмотрел на своих гостей, чтобы проверить их реакцию, а у самого было то ли бледное, то ли красное от лёгкого гнева лицо.

- это ваши сыновья? - колко спросил Генрих Штольц, без всякого проявления эмоций, лишь незначительно приподнимая брови.

- кхм, да. Александр и Филлип. - Роман Романович собрал себя в руки, проведя рукой по волосам. Он в миг успокоился и посмотрел на гостей. - прошу вас следовать за мной.

И после этого Роман не произнёс ни слова, ведя гостей по лестнице, по коридору, доходя до роскошных и больших дверей, за которыми был большой зал, в нём хозяин поместья принимал гостей.

Зайдя в эту комнату Генрих осмотрелся по сторонам, рассматривая помещение и усмехнулся. Всё было как в старые добрые, совсем дальние, годы.

- присаживайтесь. - сдержанно пригласил присесть своих гостей Роман Романович, сам садясь в кресло с вырезными узорами из дерева.

Генрих и Фридрих не стали пренебрегать приглашением и сели в кресла, что были напротив. Впрочем, их кресла выглядели менее презентабельно, в отличии от того, на котором сидел Роман Романович. Хотя, оно и ясно почему так, ведь русский тут хозяин, а значит этот статус нужно подчеркнуть.

- Андрей, подойди. - спокойно поговорил Роман Романович и посмотрел на своего дворецкого Андрея Ивановича. Это был мужчина средних лет, с седыми прядями волос. Он подошёл к барину и внимательно посмотрел на него при этом ничего не сказав. - принеси, пожалуйста, чаю гостям. - продолжил просьбу Роман.

- а вам? - посмотрел  на барина Андрей Иванович с небольшим вопросом во взгляде.

- я откажусь. - отрезал Роман Романович и посмотрел на Андрея Ивановича, который уже развернулся и ушёл, выходя из кабинета.

Видя как дворецкий ушёл Роман Романович снова перевёл свой взгляд на гостей.

- и так, что это было за важное дело, о котором вы хотели поговорить, Фридрих Штольц?

Но Вятизьславов ещё не знал, что сын Генриха - Фридрих, приехал как предлог, чтобы русский согласился на переговоры, на деле ведущим лицом, был и будет до конца : Генрих Вольфганг Штольц.

- ты можешь идти Фридрих. - коротко сказал Генрих на немецком языке, и после этих слов его сын поднялся с места и пошёл в направлении выхода.

- то есть? - в замешательстве возразил Роман Романович, видя как Фридрих уже вышел.

- мой сын совсем молод и неразумен, от того я, не могу доверять ему. - спокойно поспешил успокоить русского Штольц, сохраняя своё хладнокровие.

- получается, вы соврали мне? - Роман Романович начинал злиться, ведь было неприятно тратить время на такого человека как Генрих Штольц. Он то знал, насколько это поганый человек, не имеющий чести, не знающий, что такое мораль и сопереживание, хотя, а может ли он стать иным в его то положении?

- да. - старший немец не видел смысла скрывать или врать Роману Романовичу, это будет бесполезно, он уже сидит перед ним. Зная воспитание русского, зная его отца, Вятизьславов не позволит себе уйти или прекратить разговор.

Роман Романович нервно усмехнулся, отводя взгляд в сторону и в буре мыслей подбирал правильные слова.

- значит ваш сын лишь пешка, а на деле вы до сих пор у руля власти?

- вы сами так сказали. - Генрих посмотрел на русского и понимал, что тот сейчас в смятении и растерян, какая же прелесть видеть совсем не собранного собеседника. Зверь учуял запах слабости.

Фридрих, выходя из кабинета, сложил руки за спиной и фыркнул, вспоминая надменный взгляд отца, перед тем как он ушёл.

У младшего немца была своя задача, ведь просто так без дела он не будет слоняться по коридорам особняка.

Тем временем Саша и Филлип решили поступить так, как они и планировали, заходя в особняк через сад, где их уже поджидали слуги, чтобы привести в порядок.

Мальчики особо не сопротивлялись, добровольно слушаясь старших и через некоторое время они были чистыми, причёсанными и ухоженными. Но десткая натура требует веселья, от чего, вся отлаженная на них одежда была в миг помята от активных игр мальчиков, но к этому уже давно все привыкли и просто смирились, склоняясь к тому, что они просто дети.

Тем временем Фридрих неспеша прогуливался по длинными и на удивление пустым коридорам особняка. На стенах висели портреты, просто семейные, а в добавок и великих полководцев. Рассматривать их было сплошным удовольствием. Работа художников поражала. Штольц просто обожал живопись, но сам не умел рисовать, хотя и пробовал, но его отец считал это ненужным занятием, гораздо важнее по его мнению были другие науки, такие как стоять у власти и подобное этому.

Юноша вздохнул и отвёл взгляд от картины и тут же увидел рядом с собой двух мальчиков. Глаза немца округлились от удивления, видя ребят. Как он их не услышал?

- здравствуйте! Вы же Фридрих Штольц? - с детской наивностью спросил Филлип. - меня Филипп Романович! - и он протянул руку юноше.

- А меня Саша! Александр Романович - продолжил за братом Саша, и также протянул руку немцу.

Фридрих прекрасно понимал мальчишек, хотя некоторые слова и выражения ему давались туго, от чего он в небольшом шоке осмотрел мальчиков и пожал обоим руки.

И в мыслях пролетел небольшой вопрос, откуда они знают его имя?

- очень... Приятно. - на ломаном русском ответил Фридрих, обдумывая каждое своё слово.

Мальчики переглянулись и усмехнусь над забавным акцентом их нового знакомого.

- вы плохо говорите на русском? - спросил Филлип.

Фридрих лишь кивнул в ответ и думал, что же ему делать дальше? Он совершенно не знает этот особняк, плохо говорит по русски. Он посмотрел на детей и решил, что они-то и помогут ему в одном деле.

- вы потерялись? -  спросил Саша,  видя, что юноша оглядывался, а теперь не знает какие будет правильно подобрать слова.

Штольц, как только услышал вопрос мальчика снова кивнул в ответ и осмотрел его. В глаза бросались кудрявые и рыжие волосы, чуть вздернутый носик и яркие янтарные глаза мальчика.

- мы могли бы вам показать поместье, хотите?- теперь уже спросил Филлип, вливаясь в разговор.

И тут Фридрих будто вздрогнул от удивления, услышав звонкий голос Филлипа. Он посмотрел на мальчика и будто бы что то обдумывал, а после кивнул в знак одобрения.

И только Филлип задумался о своем предложении, как заметил, что его брат повёл гостя вперёд по коридору, что то ему рассказывая, показывая картины, и казалось Саша как заведенная игрушка, что ещё не скоро замолкнет. На лице парнишки была наивная и добрая десткая улыбка, а его янтарные глаза прям таки блестели, отражая изредка попадавшие на них солнечные лучи.

Филлип заметил замешательство гостя, и то как он неуверенно отвечал, мальчик  чувствовал, что, что-то здесь явно не так, а эта доверчивость брата лишь сбивала его, ведь чем дальше они уходили, тем чаще парнишка мог услышать крик брата: " не стой на месте Филипп, пойдём с нами!!! ", это его отвлекало, от того Филя встряхнул головой, решив, что ничего страшного, ведь в первую очередь их с братом учили показывать своё гостеприимство и доброжелательность к гостям, ведь что же он за хозяин, что плохо относится к своему гостю?

Мальчики показали Фридриху главные коридоры, по которым в основном водят гостей, да и они сами часто пользуются именно ими, хотя особняк  полон смежными, потайными коридорами и проходами, о существовании по крайней мере половины таких знают сами братья, но отец им запрещает показывать эти места кому либо, сказав мальчишкам в более легкой и доброй формулировке, что это их домашний секрет.

Также были запреты на показ некоторых комнат, в частности кабинетов, и личных комнат проживающих в особняке. От того Саша и Филлип показали лишь малую часть основных помещений, как те же гостевые, залы где их отец проводил время со своими премногоуважаемые друзьями, офицерами, да политическими деятелями. Хотя, как можно заметить, Роман Романович часто по молодости проводил вечера в компании молодых гусаров из элитных полков, любил напиваться с ними шампанского, да совершать новые пьяные подвиги, от чего и в наступлении серьёзной взрослой жизни, Роман не сразу, но смог взять себя в руки и побороть свою натуру и характер, но выпивать тихими вечера с офицерами, покуривая папиросу с горьким табаком, ему куда приятнее, чем находиться в обществе напыщенных политических заноз.

Но больше Фридриха поразил бальный зал, это был роскошный, просторный зал. Над потолком висела хрустальная и большая люстра, а сам потолок был расписал именитый художник. Стены были украшены золотыми узорами, тонкими колонами и золоченными подсвечниками необычной формы. Явно в создания этой комнаты не пожалели своих сил мастера, и если сравнивать с бальным залом, что был в особняке у Штольцов, то проводя параллель с этим он казался меньше и менее роскошным, естественно, ведь дед Фридриха предпочитал скромность, а отец, Генрих, просто не видел смысла что то переделывать, ведь это, как он выражался: пустая трата времени для тех, кому совсем нечего делать. К примеру Америка начала прогрессивно расти, за счёт того, что в их приоритете время, а время это деньги, и немец был согласен с данным взглядом на жизнь.

Юноша осмотрелся вокруг, казалось, что в глазах ребеет, так много деталей, украшений, что голова кружится. Фридрих закрыл глаза, встряхнул головой, и посмотрел на мальчишек, что стояли у входа и смотрели на него, будто ему сюда не стоило заходить. Скорее всего мальчики хотели показать ему это место, но о том, что сюда не стоит заходить без разрешения, совершенно забыли. Оставалось лишь  надеяться, что об их прибывании в бальном зале никто не узнает.

Фридрих, смотря на ребят, принял решение выйти, да продолжить экскурсию, вряд ли что то полезное он сможет найти в этом помещении.

Когда он выходил, заметил небольшое напряжение на лице Александра, понимая, что зря он зашёл в зал, но заметил как Филлип толкнул своего брата в плечо, приводя его в чувство и что то шепнул ему на ушко.

- Саша, да не волнуйся ты! Всё хорошо будет, нас никто не видел, да и если папа узнает, сильно ругать не будет

Штольц их совсем не понял, может плохо расслышал? Но лезть в это дело не решился, приняв решение промолчать, при этом Саша быстро пришёл в себя, перестал так сильно нервничать и оглянулся, смотря своими янтарными глазами на юношу.

- это был бальный зал, туда нельзя заходить без разрешения, но вы не волнуйтесь, всё хорошо)

Филлип по доброму улыбнулся, ведь перво наперво это вежливость, гостеприимство и улыбка.

Немец немного нахмурился и пытался про себя подробнее разобрать каждое слово мальчика. И как ему казалось, он его понял, но всё таки присутствовало небольшое сомнение, поэтому, чтобы не наговорить лишнего юноша кивнул в ответ.

Филя посмеялся, а Саша немного возмущённо посмотрел на брата и легонько толкнул его в плечо, и тут же брат толкнул Александра в ответ. И дело почти дошло до небольшой  драки, как Филлип заметил, что гость ушёл.

Фридрих решил не ждать и не останавливать на этих мальчишках, для него они были помехой, хотя, и в каком то плане они полезны, но они очень сильно задерживают юношу, а вдруг разговор отца и Романа Романовича быстро завершиться?

И проходя по коридору, услышав, что ребята заметили его отсутствие, юноша нашёл слегка приоткрытую дверь, которую он соответственно открыл и посмотрел в комнату. Что же она скрывалась за собой?

Это была небольшая, но достаточно просторная и аккуратная убранная комната. Кажется в ней мало проводят время, от того она такая чистая и пустая. Но что именно представляет собой это помещение, что она значит для хозяина поместья, неважно! Для немца это всего лишь комната с нужными для него бумагами что лежали на полках большого книжного шкафа.

Видно тут недавно убиралась нерасторопная служанка, что забыла закрыть дверь, ведь обычно в такие комнаты принято закрывать на ключ, но теперь все ценные документы, бумаги находятся в открытом доступе.

Юноша тихо подошел к высокому книжному шкафу, доставая с полки сундучок где лежали архивные записи и приказы императоров прошлого. Во втором сундучке лежали некоторые записи и документы Романа Ярославовича. И вот Фридрих потянулся к третьему сундуку, что находится достаточно высоко, и его мог достать только очень высокий человек, и для Фридриха это было невыполнимой задачей, и чтобы достать сундучок, в котором, как он чувствовал, лежат самые ценные бумаги, придётся поставить стул, что он и хотел сделать, но только он начал отпускать руку.

- что вы делаете, молодой человек? - строго, на четком и ровном немецком сказала видно женщина, находившийсь в дверном проёме.

Фридрих резко повернул голову в сторону голоса, а после также резко повернулся и не удержавшись на ногах он упал на книжный шкаф, разводя руки в стороны, чтобы хоть как то удержаться, а сам испуганно и удивлённо смотрел на женщину.

Наталья Романовна сурово осматривала юношу. Казалось, она прожигает его взглядом.

Воздух начал тяжелеть, дыхание у Фридриха сперло и стало тяжело. Особенно стало не по себе, когда женщина начала подходить к нему, в этот момент, юноша сильно напрягся, а ожидая допроса или ещё чего хуже, юноша вжался спиной в этот проклятый шкаф.

Наталья Романовна подошла, сохраняя суровый взгляд и после она по-доброму улыбнулась.

- вам не стоит находится в этой комнате, юноша. Мои племянники видно показали вам тот коридор, что вы видеть не должны, позвольте я вас провожу. - хоть по Наталье Романовне и не видно, но она с трудом держала эту натянутую улыбку, было такое дикое желание схватить этого наглеца за ухо и вышвырнуть его из этой комнаты.

- д.. Да, конечно - Фридрих отвёл взгляд, чтобы не смотреть Наталье Романовне в глаза, и отлипая от книжного шкафа, последовал за ней.

Выходя из этой злосчастной комнаты Фридрих заметил, как Наталья остановилась у двери. Юноша стоял спиной к даме,  и услышал как она хлопнула дверью, что аж он вздрогнул, и после замкнула комнату на ключ.

Краем глаза, юноша заметил, что в руках у Натали Романовны была связка ключей, но она быстро, на давая рассмотреть, каким именно ключом она замкнула дверь, спрятала связку в потайной кармашек юбки своего платья, а после снова строго и сурово посмотрела прямо в глаза немца, а после улыбнулась.

- пройдёмте. - она подошла к Фридриху, замечая, как он снова спрятал свой взгляд.

Роман Романович сжал руку в кулак и стиснул зубы. Мужчина попытался взять себя в руки и собраться с мыслями, пытаясь в каждом слове немца найти подтекст.

- и с какой целью вы посетили нас. - с каким же напряжением произнес эти слова Роман Романович.

Вятизьславов понимал, что от этого гостя не стоит ожидать чего то хорошего, или выгодного для обоих сторон, если он что-то будет предлагать, в каждом таком предложении будут подводные камни. Те, кто заключает с этим человеком договор или сделку оказываются у него в долгу, или остаются с большими проблемами. В каждом из его предложений есть лазейки, что трудно заметить сразу. От того, с ним нужно общаться очень аккуратно.

По Роману было заметно как он напряжён, на чем и хотел сыграть Генрих, но он лишь знал сдержанного Вятизьславова, и основываясь лишь на знания этой черны характера Штольц грозиться сильно просчитаться.

- слышал у вас напряжённая обстановка с Османской империей..

- да, но это вас не касается, вы уже достигли высот, разгромив французов, с чего вдруг вы заговорили о конфликте с Турцией - Роман Романович перебил Генриха. Это была такая бестактность, и хоть на лице собеседника сохранялась улыбка, по его взгляду можно было догадаться, как он недоволен.

- почему же? Это беспокоит всю Европу и как я слышал, многие недовольны действиями вашего отца и императрицы Софии.

- Екатерины Алексеевны, императрицы Екатерины. - Роман снова перебил Генриха, так ещё и поправил его. Вятизьславов сам не понимал, что за язва его укусила, но ему так и хочется вывести из себя немца.

- хорошо, императрицы Екатерины. - Генрих сохранял спокойствие, хоть и не было желания называть ту маленькую девочку, что он помнит, именем, что она взяла приняв христианство. Штольц является лютерантом и как же он был возмущён, узнав кем стала маленькая София. - в любом случае в войне всегда нужны союзники, а вы находитесь на грани остаться одному на политической арене, это не есть хорошо, вы сами это прекрасно понимаете, Роман Романович.

- и вы хотите предложить своё союзничество?

- верно! Чем будет помеха союз с мной? - но это щедрое союзничество тянет вниз его подводные камни.

- как вы можете помочь в войне, и с чего вы взяли, что мне нужна помощь, мы заключили с Османской империей перемирие

- а надолго ли? Весь мир ждет вашей войны. Вам ли не знать, на что способно европейское правительство

- и вы являетесь частью Европы Генрих Штольц, не забывайте это. - Роман Романович снова перебил его, а голос звучал строго и уверенно. Немец немного напрягся.

Идя по коридору Наталья Романовна не проронила ни слова, она смотрела вперёд и Фридриху казалось, что он будто связан оковами и не может уйти.

- Филлип, Александр, я встерила вашего друга. Он потерялся, поэтому впредь следите за ним, вы сами прекрасно знаете, насколько большой особняк, он может и потеряться.

Как раз мальчики уже успели поднять Зою Сергеевну, чтобы она помогла найти их ногово знакомого, но с этим прекрасно справилась тётушка. После чего, матушка мальчиков решила отлучиться.

- спасибо тётушка! - сказал Филлип и подошёл в Фридриху. - куда вы уходили? Вы же могли заблудиться! - проговорил мальчишка с такой наивной улыбкой.

Фридриху стало так тошно, он сделал небольшой шаг назад, а потом почувствовал пронзающий взгляд на себе, и обратив на это внимание, он заметил, как Наталья Романовна прожигает его строгим взглядом, отчего юноша встал как вкопанный и не смел больше отходить назад.

- может наш гость будет не против сыграть с вами в прятки, мальчики? - спросила Наталья Романовна с улыбкой на лице, смотря на племянников.

Глаза парнишек сразу заблестели, а вот Фридрих не сразу понял о чем была дама, но когда до него дошло, то по его выражению лица было отчётливо видно недовольство, но снова почувствовав строгий взгляд со стороны Натальи он лишь одобрительно кивнул.

- ja...(да) - согласился Фридрих и посмотрел на ребят, что начали активно спорить, кто будет водить.

Заметив этот спор Наталья Романовна подошла к мальчишкам и немного наклонилась к ним, продолжая улыбаться.

- юноши, водить буду я, ваша задача спрятаться - она осмотрела племянников и легонько погладила по голове Сашу, а после выпрямилась. - надеюсь, что в этот раз наш гость сильно не потеряется - и смотря на Фридриха чувствовалась, что на лице дамы больше нет той искренней улыбки, она сменилась на надменную и лицемерную, от чего немцу лучше не стало.

Также Фридрих заметил как Наталья Романовна подозаола служанку и передала ей в руки связку ключей, а после, слегка нагнувшись к ней, дама была очень высокой, от чего молодая служанка на её фоне выглядела очень низкой и миниатюрной, и что то тихо сказала, видно, то что должна была слышать только она.

Служанка после услышанного посмотрела на Наталью Романовну, живо кивнула, а после пошла в сторону коридора.

Кинув взгляд в её строну, Наталья Романовна снова посмотрела на племянников и улыбнулась им.

- ну, а теперь начнём? Я буду считать, а вы прячьтесь.

И тут дама почувствовала недопонимающий взгляд со стороны Фридриха и она тут же обратила на него внимание.

- и вы тоже, или брезгуете?

Тот не стал сопротивляться и что то говорить против, юноша неуверенно кивнул головой и заметил улыбку на лице Натали Романовны.

Маленькая служанка сжала в своих замызганых и побитых руках связку ключей, торопливо идя по коридору, осматриваясь с какой-то тревогой по сторонам. Девушка, не могла объяснить эту тревогу, было беспокойно, казалось вот вот что то должно случиться.

- Марфушка, это ты? Девочка моя!

Девушка остановилась и посмотрела назад, замечая с доброй улыбкой на лице Зою Сергеевну, что шла к ней.

- здравствуйте Зоя Сергеевна, как ваше самочувствие? - Марфа сделала небольшой поклон и осторожно, с небольшим интересом, посматривала на даму, та, в отличии от Натали Романовны, была гораздо ниже, но всё равно, выше малютки служанки.

- чувствую я себя гораздо лучше, спасибо за беспокойство - Зоя Сергеевна услышала, как что то звенит в руках служанки, - это связка ключей, Марфуша? - с той же доброй улыбкой спросила дама.

- да, Зоя Сергеевна, мне их отдала Наталья Романовна, попросила замкнуть все комнаты в этом крыле особняка

- всё замкнуть? Что то случилось? - после услышанного Зоя Сергеевна сильно удивилась и немым вопросом предложила малютке служанке пойти дальше, нельзя задерживать выполнение работы.

- как я заметила, Зоя Сергеевна, Наталья Романовна нехорошо посматривала на нашего гостя - девушка подошла к одной двери, что была по дороге, и проверила, заперта ли она, оказалось, что нет, поэтому пришлось искать в связке подходящий ключ и запирать дверь.

- гость? Это ты про господина Штольца?

- нет нет, Зоя Сергеевна. - девушка удивлённо и с неким осуждением посмотрела на собеседницу, - какой он господин, он совсем ещё зелёный и юный, а взгляд такой растерянный и несобранный, как он может быть господином, Зоя Сергеевна?

Но тут глаза служанки округлились и она аккуратно прикрыла рот рукой. Она осознала, что только что нагрубила Зое Сергеевне, так нагло и дерзко высказав своё мнение.

- Зоя Сергеевна, простите, прошу вас, я вам сейчас так нагрубила - Марфа немного попятилась назад, но снова взглянув на даму, она заметила, её мягкую и добрую улыбку.

- не стоит извиняться, Марфуш, всё хорошо, я не злюсь на тебя. - Зоя Сергеевна тихо усмехнулась, а после, похлопав легонько по плечу девушку, она жестом руки предложила ей идти дальше.

- но всё равно, Зоя Сергеевна, я не должна так грубо высказываться о господах...

- не беспокойся, при мне так можно, а вот при Романе Романовиче или Наталье Романовне лучше не стоит.

На ответ Романа Романовича Генрих решил промолчать, чувствуя как он сейчас теряет контроль над ситуацией.

- неужели вы хотите сказать, что являетесь исключением? С какой радости? - Роман Романович строго осмотрел собеседника и фыркнул встав с места. - что мне даст ваша поддержка, с таким то ненадежным союзником как вы? После заключения союза с вами ещё никому не удалось выйти сухим.

- в том то и заключается суть союзов, мы работаем с вами за общую выгоду.

- но вы не озвучиваете своих условий, и лишь обещаете, хотите оставить меня в должниках? Извините, но мне такая позиция не по душе.

Генрих саркастично усмехнулся.

- вам говорить о долгах Роман Романович? Или вы не хотите оставаться моим должником? Вы лишь пятитесь назад, будто чего то боитесь, верно? - на лице Генриха появилась улыбка, смотря прямо в глаз собеседнику. - может я буду требовать не у вас, а у повержаной Османской империи?

- вас так и выворачивает от Турции? А какая гарантия, что вы не будете в сговоре с остальной Европой, что, как вы говорите, так недовольна мной и моими действиями. Хотите сказать, что Франция и Англия до сих обижаются за свое поражение на Петропавловской крепости?

- для чего мы быть с ними в сговоре? Европа мешает мне и будет мешать будущему моего сына. Они не дают расширять колонии, а союз двух сильных империй был бы на руку нам обоим, а Османская империя лишь одна из моих помех.

- а я помеха для заполучения графства Варшавского, которое поделили между мной и вашим братом, мне ли не знать как вы беситесь из-за этого. Легче заключить союз и с той же империей как Австро-Венгрия, а я вам не союзник.

Генрих поморщился, как только услышал про свою племянницу.

- что толку от этого лоскутного одеяла?

Роман Романович удивлённо дёрнул бровью. Он совсем не ожидал такого оскорбления Генриха по отношению к своим родственникам, неужели его ненависть к брату, перешла на его же племянницу?

- и как часто ваши сыновья видятся с матерью?

И тут же Роман Романович застыл, смотря на Генриха взглядом наполненными яростью.

- какое вам дело до моей семьи? - чуть ли не прорычал Роман Романович, подходя к своему письменному столу.

- но ведь от итогов войны зависит многое, верно? - Генрих следил за всеми действиями Романа Романовича, сохраняя свою уверенность.

Вытизьславов остановился, положив руку на круглую ручку небольшого шифлота письменного стола.

- ведь от итога зависит целостность вашей семьи, а особенно положение вашей жены ведь..!

И Генрих не успел и дальше произнести и слова, как Роман Романович молниеносно вытащил что то из шифлота и ударил кулаком по столу.

- НИ СЛОВА БОЛЬШЕ! - выразился громогласно Роман Романович. Он стремительно начал подходить к Генриху. - вас не касается не итог войны, ни моя семья, а в особенности моя супруга!

Генрих старался как множо быстрее отойти от разъярённого русского, и подойдя в входной двери он заметил как твёрдая рука Вятизьславова схватила его за воротник и открыв ногой дверь он в буквальном смысле впечатался спиной в стену, ведь его туда швырнул Роман Романович.

И тут Марфа и Зоя Сергеевна услышали как что то с грохотом ударилось об стену.

- вы сошли с ума Роман Романович! Учите ..! - хотел возразить Генрих как около его головы, в стену влетел и вонзился кинджал, тот что вытащил как раз Роман Романович из маленького шифлота.

Генрих в ужасе замолчал, смотря на зеркальное лезвие киджала, где отражался его шокированный и местами испуганный взгляд, а после на русского, что выглядел как бешенный медведь который сейчас разорвёт на куски.

Девушки были недалеко от эпицентра ссоры, поэтому они быстро прибежали как раз таки в тот момент, когда в Генриха почти влетело холодное оружие.

- НИ СЛОВА БОЛЬШЕ! - из выхода кабинета показался злой  и готовый убить немца, Роман Романович. - ВОН! ВОН ИЗ МОЕГО ДОМА! 

- Роман! Успокойся! - к мужу начала подходить Зоя Сергеевна, понимая, что её супруг может сделать в таком состоянии.

- отошла! - крикнул на жену Роман Романович и подошёл к Генриху, смотря на него свысока, положив руку на на рукоять кинлжала, вынув его из стены и отходя от немца, понимая, что сейчас было бы лучше успокоиться.

Как раз к этому моменту прибежал Фридрих, видя испуганный взгляд своего, отца, а прибежавшие следом мальчишки с небольшим испугом смотрели на своего отца, Романа Романовича, видя как он прикрикнул на их мать, а Наталья Романовна, что пришла позже всех, стояла в большом недоумении.

- Марфа! - строго и грозно произнёс Роман Романович, всё тем же громогласным тоном, да так, что аж бедная малютка вздрогнула и на минуту задержала дыхание, с большим страхом смотря на барина.- уведи наших гостей и прикажи, чтобы подкатили как можно быстрее карету. - мужчина подошёл к малютке служанки, и казалось, что бедная Марфуша побледнела. - проследи, чтобы наши гости как можно быстрее уехали.

- как прикажете батюшка! - тоненьким и испуганным голосом воскликнула Марфа и вежливо попросила иностранных господ пройти за ней.

- и если вы вернётесь, Генрих Штольц, то я даю вам слова, что этот кинжал окажется у вас во лбу. - сурово, на идеальном немецком языке сказал в след немцу Роман Романович.

Генрих гордо выпрямился и поднял голову, смотря вперёд, пропустив мимо себя угрозу русского, и направился вслед за служанкой краем глаза посматривая на сына, видя его полное недоумение.

- папа? Что произошло? - подошёл к Роману Романовичу Александр и немного испуганно посмотрел на него, сжав в своей детской руке край мундира своего отца.

Мужчина будто пришел в себя и немного вздрогнул, смотря вниз.

- всё хорошо сынок, - Роман Романович присел на корточки перед сыном , улыбнувшись ему. - не обращай на это внимание

Но даже от такого, маленький Саша всё равно не мог полностью успокоиться, наблюдая, как к отцу подбежала мама, начав расспрашивать о том , что же произошло, почему он выгнал Штольцев, а тетушка, подойдя в Роману, что то тихонько прошептала ему и Зое на ухо, а мальчики так и не расслышали, о чем она говорила.

Темная карета мчалась по дряблой дороге. Иногда, наезжая на кочки, от чего повозка немного подскакивала и покачивалась в разные стороны.

- ты выполнил задание? - смотря в сторону спросил Генрих, с чувством оскорблённости.

Фридрих постарался быстро отвести взгляд, не смотря на отца и думал, что же ответить.

- и чего ты молчишь? - строго спросил Генрих уже переводя взгляд на Фридриха.

- нет, я не смог выполнить твою просьбу отец... - на тяжёлом выдохе ответил младший немец, чувствуя как его прожигают взглядом, и как же это раздражало! Как же хотелось вырвать отцу глаза, чтобы больше не ощущать этот ненавистный взгляд на себе, как же хотелось..!

- вот как. - Генрих выпрямился не отрывая взгляда от сына.

И тут же Фридриху будто стало тяжелее дышать, а в руках появилось необъяснимое тремоло. После этих слов не следовало ничего хорошего и младший Штольц почувствовал животный страх.

_____________

Телеграм канал: 𝕾𝖍𝖆𝖗𝖆𝖘𝖍𝖐𝖎𝖓𝖆 𝖐𝖔𝖓𝖙𝖔𝖗𝖆/Countryhumans