déjà vu

Бессилие одолело её. Инородная жидкость начала распространяться по телу. И не замечала она уже как снова проливала горькие слёзы отчаяния и безысходности. Воспоминания о вчерашнем дне смешивались с последней встречей с матерью.

— Надолго уезжаешь?

— До конца третьего семестра, учёба — серьёзное дело

— У тебя усталый вид

— Все нормально, я..., я просто сплю мало

— Тебе нужно отдыхать, не хочешь же ты снова оказаться на операционном столе в Германии.

— Ты меня могла мучить, значит и я имею на это права

— Не говори так, я хотела как лучше. Чтобы мой ребёнок везде был первым.

— Ничто не оправдает твоего зверства. И спорить бесполезно. Лучше скажи, тебе здесь нравиться, за тобой хорошо ухаживают?

— Сюда приходят умирать, кому здесь может понравиться?

— Я нашла там работу, когда вернусь, смогу перевести тебя куда-нибудь поприятнее. К океану поближе, например.

— Ты не вернёшься обратно.

— Конечно вернусь

Мир вновь сгущался чёрными красками. Жалость к себе била рекорды. И неизвестно, что же ещё могло бы случится и всплыть в её голове, если бы Калеб Уолш не прогуливался мимо. Если бы он своим властным тоном не прокричал: "Стоять", как только увидел её силуэт вдалеке. Если бы не раздражало его неповиновение. И не разбивали бы его сердце девичьи слёзы.

О нет, перед этим никто не устоит. Сопротивляться порыву души бесполезно, даже не стоит думать, что кто-то сможет просто уйти не обняв и не успокоив рыжее чудовище.

Вот и Уолш не смог. Он стоял, не шевелясь, словно руки и ноги его окаменели. А потом принял единственное верное на тот момент решение.

Секунда и девушка оказалась зажата в крепком кольце сильных рук. Сладко опаляло её сбитое дыхание ключицы парня. И мурашками по телу отдавалось лёгкое прикосновение нежной кожи её губ.

— Тшшшш, всё закончилось — сказал он.

— Всё только начинается — ответила она.

И были оба правы.

Одурманенные прелестью мгновенья не понимали они как всё ближе и ближе становились друг к другу. Он нежно проводил подушечками пальцев по её порозовевшим щечкам, стирая солёные капли. Она смотрела ему в душу своими большими зелёными глазами. И утопал он в этом болоте. Пока пелена наваждение не спала, уступая место суровой реальности бытия.

— Ева, задание. Нам нужно кое-что сделать и ты примешь в этом участие

— Хорошо

Не хорошо. Идти ей крайне сложно. Слабость, вызванная скорее всего "лекарствами" Вóрона, невыносима. Титановый позвоночник кажется сейчас упадёт и разорвёт ей спину. Но парень не видит этого. Для него романтический момент прошёл. Теперь его заботит только ноутбук, что ожидает их в разгромленном ресторане.

Калеб не желает слышать лишних вопросов. Его внимание сосредоточено на дисплее устройства. Его хватает лишь на: "Садись, принцесса. Нас ждёт долгий разговор".

— Разговор? — глупо переспрашивает девушка, занимая место возле блондина.

— Видеозвонок, если быть точнее

— И с кем же? — всё не унимается Ева.

— Это мы сейчас и узнаем...

На экране минутой позже она видит аватарку-фотографию симпатичного юноши. Английскими буквами сбоку написано "Айзек".

— Кто он? Ты хочешь позвонить этому парню?

— Замолчи. Я уже это делаю - бесстрастно бросает Уолш, даже не глядя в сторону лисички.

Разговор выходит долгим и мерзким, хотя бы потому, что начинается с какого-то недошантажа и взаимных издёвок.

— Ну привет, Айзек.

— Ооо! Что-то новенькое... — фальшиво недоумение вкупе с жеманным прищуром, - Признаться честно, ждал вашего звонка. - говорит абонент на том краю провода

— Чересчур ты весел Айзек, Айзек Галеро. 24 года. Уроженец Чикаго, штат Иллинойс — парирует Уолш, испепеляя неприлично красивого парня своим недобрым взглядом.

— Эйй-эй, полегче. — усмехается нервно Айзек, обрывисто выдыхая. — Я понял. Знаменитый Калеб Уолш выбил моё досье?

— Навёл справки. А теперь вкраце и по фактам. Что здесь происходит, знаешь? — с нажимом выцеживает Уолш.

— Хо-хо-хоу. Кто кто, а я знаю. — торжественно объявляет симпатюля.

До пары скорым приглушённым звуком доносится клацанье длинных пальцев о клавиатуру. Молодое лицо — теперь уже знакомого брюнета — заменяет открытая конференция с презентацией неизвестного файла.

— Корпорация "Recreon" — зачитывает вслух Айзек, ведя курсором по заглавному шрифту бегущей строки.

— Фармацевтическая компания, основанная в 1990 году Клаусом Фанштейном — говорит Калеб, удивляя и меня и брюнета.

Однако, растерявшийся Айзек быстро сглатывает и продолжает напряженно, но не менее информативно.

— Помимо производства лекарств, в том числе и своих запатентованных, и проведения экспериментального лечения, корпорация тайно занималась проведением опытов на людях — последняя фраза "убивает".

— Испытывали свои препараты на участниках — резким тоном констатирует Уолш, показывая свою осведомлённость.

— Именно — кивает Айзек, косо поглядывая в сторону блондина.

Переключает следующий слайд.

— «Immortalitas» — с лат. "Бессмертие". Вероятно, самая опасная из всех программ разрабатываемых этой компанией. Представляет собой аппарат излучающий электромагнитные волны влияющих на мозг и нервную систему человека. Позволяет повышать работоспособность человека в несколько раз, проще говоря, действует сродни допингу. - произносит Айзек.

— При частом воздействии может свести человека с ума или вызвать кровоизлияние и некроз клеток мозга — дополняет собеседника Калеб.

Ему сказанные слова причиняют особую боль, это видно потому с какой силой стискивает он кулаки на кожаной обивки кресла.

— Ты знаешь какие ещё проекты вступили в силу? — интересуется блондин с еле заметным страхом в глазах.

— Эм да, наверное сейчас... — кивает брюнет, рыская взглядом по бегущим шрифтам на экране. — Вот, да, «Renascentia».

— «Renascentia»? — переспрашивает Уолш, распахивая веки.

— Калеб? — смотрю на него пристально, не спуская взгляда. Мне порядком надоело здесь сидеть и ничего не понимать.

Блондин тянется к краю стола, ища опоры в пространстве, ставшем невыносимо зыбким - тягучим и вязким, как ночной кошмар.

— «Renascentia» — начинает объяснять он - с лат. "Возрождение". Главная программа фармацевтической компании "Recreon". В неё входило создание вируса - биологического оружия, способного уничтожить весь мир, и вакцины, которая его смогла бы победить.

— Слушай, откуда тебе это известно? — задаёт волнующий вопрос Айзек, пристально разглядывая блондина через экран.

— Новости по утрам смотрю — поясничает Калеб.

Это явный сарказм. Потому что я тоже смотрю по утрам новости и ни разу не слышала ничего подобного.

Но Айзек лишь хмыкает: "Охотно верю".

— Правильно делаешь — блондин окидывает парня уничтожающим взглядом, — Нам с Евой надо идти. Ещё увидимся — бросает Уолш, завершая разговор и захлопывая ноутбук.

Затем он резко встаёт и уходит. Козёл. Мне же тяжело так быстро передвигаться.

— Эй стой ... стой!

— Калеб, а если серьёзно, откуда ты все это знаешь?

В висках стучит ускоренным пульсом, колени на миг становятся ватными, когда блондин обводит меня тяжелым взглядом, выдыхая:

— Клаус Фанштейн – мой отец.