Chapter 13

„Война — это путь обмана. Поэтому, даже если ты способен, показывай противнику свою неспособность. Когда должен ввести в бой свои силы, притворись бездеятельным. Когда цель близко, показывай, будто она далеко; когда же она действительно далеко, создавай впечатление, что она близко.“— Сунь Цзы.

Танец смерти.

I

В покоях Эры пахло жасминовым чаем и тишиной. Свет мягкой настольной лампы выхватывал из полумрака глянцевые страницы журнала. Эра, откинувшись на диванные подушки, лениво водила пальцем по фотографии платья.— Посмотри, Исо, они называют это «авангардом». По-моему, это просто неумение шить.Исо тихо смеялась.— Вот это тебе, Исо. С твоей фигурой – идеально. Будто для тебя сшито, — она усмехнулась, глядя на служанку, которая сидела на краю кресла, смущённо теребя край фартука.

— Мисс, да что вы… Такие наряды не для меня, — прошептала Исо, но в её глазах мелькнула робкая искорка мечты.

— Вздор. Когда-нибудь мы выберемся отсюда, устроим шопинг. Ты примеришь всё, что захочешь.

В этот момент, глубоко в недрах «Сихан», система аварийного энергоснабжения на доли секунды задержала переключение. Это была не ошибка. Это был хирургический, цифровой скальпель, введённый неделю назад и активированный сейчас. Защита восточного крыла, полагавшаяся на эту систему, ослепла на три секунды. Этого хватило.

II

Сначала свет лишь померк, мигнул. Эра подняла взгляд. Потом – полная, оглушающая темнота. Через мгновение в кромешной тьме вспыхнули багровые полосы аварийной подсветки, и сирены прорезали тишину таким рёвом, будто сам «Сихан» завыл от боли.

«НАРУШЕНИЕ ПЕРИМЕТРА. ВОСТОЧНОЕ КРЫЛО. КОД КРАСНЫЙ. ВСЕ БОЕВЫЕ ЕДИНИЦЫ – В КОНТАКТ.»

Исо вскрикнула, вжавшись в кресло. Эра уже была на ногах, её тело напряглось, как пружина, забыв о боли в бедре. По внутренней связи понеслись обрывочные, панические сообщения, заглушаемые хлёсткой очередью автомата и глухими взрывами – не разрушительными, а чёткими, тактическими. Взрывы замков, дверей, блокпостов.

— За мной! — её голос, низкий и резкий, прорезал грохот. Она схватила Исо за запястье и рванула к двери.

Коридоры превратились в кромешный ад. В воздухе висела едкая взрывчатка и пыль. Красный свет мигал, создавая сюрреалистичные, прыгающие тени. Где-то впереди гремели выстрелы, слышались крики и тяжёлые удары.

III

Эра не повела служанку в спальню. Она свернула в узкий служебный проход, потом в другую дверь. Личная оружейная. Прохладный воздух, пахнущий маслом и сталью, встретил их. Сотни клинков на стенах слабо блестели в аварийном свете.

— Сядь здесь. В углу, — Эра подтолкнула Исо к нише за тяжёлым тренировочным манекеном. — Эта дверь заблокируется. Здесь есть вода, воздух. Не выходи. Что бы ты ни слышала. Ни под каким предлогом. Поняла?

Исо, вся трясясь, кивала, слёзы текли по её щекам. Она ухватилась за руку своей госпожи.— Мисс, нет! Не уходите! Они… они убьют вас! Останьтесь здесь, со мной!

Эра посмотрела на неё. Никакого страха в её глазах. Только холодная, абсолютная ясность и что-то вроде нежности.— Они в моём доме, Исо. Никто не имеет на это права. Я вернусь. Обещаю.

Она высвободила руку, повернулась к стене. Её пальцы, не дрогнув, обхватили рукоять хварандо – длинного, чуть изогнутого боевого кинжала. С полки она сняла компактный «Глок» с глушителем, проверила магазин. Дверь закрылась с тяжёлым щелчком магнитных замков. Исо осталась одна в святилище смерти своей госпожи.

IV

В лаборатории Минджи только что закончила перезагрузку спектрометра. Тьма и рёв сирен застали её врасплох. Она замерла, сердце колотясь где-то в горле. Потом в голове, ясно и чётко, прозвучал голос Сону: «Если что-то случится… выживай».

Она не побежала искать укрытие. Она подошла к герметичному шкафу с маркировкой «КАТ 5». Её руки, обычно такие точные за микроскопом, теперь двигались с механической, холодной быстротой. Ампулы с концентратом нейротоксина. Шприцы. Портативный небулайзер. Она собрала импровизированное оружие за минуту. Она не была солдатом. Но она была учёным, и её лабораторию атаковали. Это была её территория. Её война.

Она забаррикадировала дверь передвижным стеллажом и встала за лабораторным столом, держа в руках баллончик под давлением, подключённый к смертоносному аэрозолю. Её дыхание было ровным. Она ждала.

VЭ

ра двигалась по знакомым коридорам, как тень. Она избегала главных артерий, пользуясь служебными проходами. Первую группу из трёх человек она встретила на повороте к жилому крылу. Они были в чёрной тактической экипировке без опознавательных знаков, с автоматами. Профессионалы, но не ожидавшие сопротивления внутри.

Она не стала стрелять. Выстрел выдал бы её. Она выждала, пока последний в колонне поравняется с нишей, где она пряталась. Молниеносный бросок. Левая рука – захват и рычаг, чтобы пригнуть голову, правая – длинный клинок хварандо, входящий точно под основание черепа. Беззвучно. Первый упал.

Второй обернулся на шорох. У него было время лишь на пол-оборота, прежде чем её клинок, выскользнув из первого тела, описал короткую дугу и рассек ему горло. Третий, впереди, уже поднимал оружие. Эра бросила в него короткий метательный нож из нарукавного чехла. Он вонзился в шею, не попав в артерию, но отвлекая. Этого хватило. Она закрыла расстояние, парировала ствол автомата клинком и нанесла удар в солнечное сплетение, а затем, когда он согнулся, – добивающий удар в шею.

Эра скользила по коридорам как призрак. Её танец был теперь танцем смерти. Она не шла на звуки боя – она появлялась там, где её не ждали. Из вентиляции, из тени за поворотом. Её клинок находил слабые места в бронежилетах – подмышки, шея. Выстрелы из «Глока» были почти беззвучными, но смертельными. Она выключала врагов одного за другим, продвигаясь к центру здания – к Нефритовому залу. Там было всё: цифровые ключи от счетов, оригиналы древних договоров, печати семей. Душа и кошельки Ким и Бан.

Но врагов было слишком много. Они были профессионалами. Первая пуля прошила её бок, сорвав кожу и мышцы, как раскалённым ножом. Эра споткнулась, зашипела от боли, но не остановилась. Она прижала ладонь к ране, чувствуя, как кровь горячей струйкой стекает по бедру. Второй удар – осколок от взрыва вонзился ей в плечо. Рука онемела, «Глок» выпал и закатился под разбитую витрину. Остался только кинжал.

Она дралась, истекая кровью. Её движения замедлялись. Дыхание стало хриплым, свистящим. Она пробивалась, метр за метром, оставляя за собой кровавый след и тела в чёрной экипировке. Она дошла до огромных двустворчатых дверей Нефритового зала. И здесь её ждали.

Трое. Один прикрывал дверь, двое других разворачивались к ней. Она бросилась вперёд, в последнем порыве. Хварандо блеснул, нашел горло первого. Второго она повалила, вонзив клинок в щель между шлемом и броней. Но третий успел выстрелить.

Удар в живот был таким, будто её переехал грузовик. Воздух вырвался из лёгких с кровавым хрипом. Ноги подкосились. Она рухнула на колени перед дверью, пытаясь удержаться, но сила уходила вместе с кровью, хлещущей из новой, страшной раны. Кинжал выскользнул из ослабевших пальцев и с лязгом упал на камень. Оперативник JK подошёл, поднял свой пистолет, целясь ей в лицо.

VI

В этот момент из бокового прохода выскочила Минджи. Её лицо было искажено не страхом, а холодной яростью. Она нажала кнопку на баллончике. Облако почти невидимого тумана ударило в лицо оперативнику. Он отпрянул, закашлялся – судорожно, дико, хватая ртом воздух, которого не было. Его глаза закатились, и он рухнул, ударившись головой о дверной косяк.

Но победа Минджи была краткой. С другого конца коридора ударила очередь. Пули прошили воздух рядом с ней, одна чиркнула по плечу, другая впилась в бедро. Минджи вскрикнула от боли и шока, упала на колени. Она поползла к Эре, оставляя на полу кровавый след, её пальцы нащупали край её куртки.

— Держись… — прошептала она сквозь стиснутые зубы, пытаясь прижать свою окровавленную ладонь к ране на животе Эры.

Тем временем в оружейной Исо, прижавшись ухом к двери, услышала приближающиеся шаги. Не уверенные шаги солдат «Сихан». Тяжёлые, быстрые, чужие. Кто-то снаружи пытался взломать замок. Металл скрипел под напором. Исо зажмурилась, молясь, чтобы дверь выдержала. Вдруг раздался оглушительный удар – не взрыв, а таран. Дверь прогнулась. Ещё удар. Исо отползла в самый дальний угол, схватив со стены первый попавшийся под руку короткий кинжал-танто. Её руки тряслись, но она встала перед дверью, готовая защищать своё укрытие, как её госпожа защищала дом.

VII

Казалось, всё кончено. Силы защитников были на исходе. Враги, сломив последнее сопротивление у Нефритового зала, готовились его штурмовать. И в этот миг грохот боя перекрыл новый звук – яростный, сливающийся воедино рёв множества автоматических винтовок.

Они пришли не сверху, не с улицы. Они вырвались из глубин «Сихан». Из служебных лифтов, из потайных дверей в стенах, из вентиляционных шахт, ведущих в подземелья. Чан, Сону и два десятка их лучших бойцов, которых все считали за сотни километров. Их лица были искажены не яростью, а холодной, расчётливой жестокостью. Они били по флангам, с тыла, заходя в спину ничего не подозревавшим захватчикам.

Это была не битва. Это была кара. Чан двигался как воплощение смерти, его выстрелы не знали промаха. Он сметал всё на пути к одному месту – к двум окровавленным фигурам у дверей Нефритового зала.

Сону, увидев Минджи, прижавшуюся к раненой Эре, издал звук, средний между рыком и стоном. Он бросился к ним, сбивая с ног одного из оперативников JK локтем в лицо, и упал на колени рядом с Минджи.— Глупая, безумная… — бормотал он, срывая с себя куртку, чтобы заткнуть рану на её бедре, его пальцы дрожали. — Я же говорил… сидеть в укрытии…

— Она… она хуже… — прошептала Минджи, кивнув на Эру.

VIII

Чан подошёл последним. Вокруг него уже стихал бой – его люди добивали последних сопротивляющихся. Он шёл медленно, его сапоги шлёпали по лужам крови. Он смотрел только вперёд.

Он остановился перед Эрой. Она была почти без сознания, лицо – белое, как мрамор, губы – синеватые. Глаза были полуприкрыты, но в них ещё теплился слабый огонёк осознания.

Чан опустился на колени. Всё его существо, вся его ледяная броня, треснула и рассыпалась в прах. Его руки, большие и сильные, привыкшие держать оружие и подписывать смертные приговоры, осторожно, как драгоценность, взяли её лицо. Его пальцы впитали холод её кожи, липкую влагу крови и пота.

Он не сказал ни слова. Он просто смотрел. Смотрел в её полузакрытые глаза, будто пытался вдохнуть в неё свою собственную жизнь, свою ярость, свою волю. Его взгляд говорил всё. Весь страх, который он скрывал. Весь гнев на её безрассудство. Всю немыслимую, не укладывающуюся в логику ценность, которую она в нём обрела.

Эра слабо, почти незаметно, пошевелила ресницами. Она увидела его. Увидела то, что никогда не видела раньше – полную, неприкрытую, животную панику в его ледяных глазах. И что-то ещё, огромное и невысказанное.

Он наклонился. И поцеловал её.

Это не был поцелуй страсти. Это была печать. Клятва, вырванная из самой глубины души. Передача силы. Признание в том, в чём он не мог признаться даже самому себе. Его губы были твёрдыми, холодными, но в них горел огонь. Огонь ярости за её раны, огонь страха от мысли её потерять, огонь абсолютной, безусловной собственности, которая теперь навсегда связывала его с ней.

Эра не ответила. Она не могла. Но уголок её окровавленных губ дрогнул в тени чего-то, что могло быть улыбкой. Потом её глаза окончательно закрылись, и сознание ушло в тёмную, бездонную воду.

Битва за «Сихан» была выиграна. Но его собственная война за неё только что перешла в отчаянную, финальную фазу.