Черное эхо

Феликс сидел на полу, вжимаясь спиной в холодную стену. Дрожь никак не унималась. Он посмотрел на свои руки — они были чистыми, никаких черных нитей под кожей, но фантомная боль в венах всё еще пульсировала.— Это был просто сон... просто иллюзия, — шептал он, пытаясь убедить себя.Но реальность была неумолима. Хенджин исчез три года назад. Семья Хенджина исчезла. Чанбин смотрел на него как на сумасшедшего. А Сынмин...Феликс резко поднял голову. Сынмин. Если всё, что произошло в квартире, было сном, то Сынмин всё еще где-то здесь, в клубе. Или уже ждет его снаружи?Он вышел из туалета, стараясь не смотреть по сторонам. Клуб казался теперь не местом для веселья, а огромным желудком какого-то монстра, переваривающим сотни людей под ритмичные удары басов. Он нашел Сынмина у барной стойки. Тот выглядел совершенно нормально: пил какой-то яркий коктейль и листал ленту в телефоне.— О, Ликс! Ты чего так долго? Я уж думал, ты там уснул, — Сынмин улыбнулся. Но в этой улыбке Феликсу теперь виделся оскал того существа из сна.— Мне нужно домой, — коротко бросил Феликс. — Сынмин, ты... ты давно здесь стоишь?— Минут десять. А что?Феликс промолчал. Он не мог рассказать правду. Как объяснить человеку, что тебе только что снилось, как из его рта лезет черная рука?Они вышли на улицу. Ночной воздух Сеула был влажным. Феликс шел чуть позади Сынмина, пристально разглядывая его затылок.«Если это иллюзия, — думал он, — то где заканчивается правда?»Внезапно Сынмин остановился прямо под тусклым уличным фонарем.— Слушай, Ликс... Ты же видел его, да? В туалете.У Феликса перехватило дыхание.— Кого?— Хенджина, — Сынмин повернулся, и свет фонаря упал на его лицо так, что глаза оказались в глубокой тени. — Не делай такое лицо. Все знают, что ты привез с собой «хвост» из Канады. Но ты не понимаешь одного... Хенджин не просто пропал. Он стал тем, что охраняет границу. И сейчас он очень злится, что ты его заметил.Феликс почувствовал, как мир вокруг снова начинает «плыть». Фонарь над ними затрещал и вспыхнул ослепительно-фиолетовым светом.— Ты сказал, что он пропал без вести! Ты же сам это говорил! — крикнул Феликс, пятясь назад.— Я говорил то, что ты хотел услышать, чтобы ты не боялся пойти со мной, — Сынмин сделал шаг навстречу. Его голос стал глубже, в нем зазвучали те самые механические нотки. — Нам нужен был проводник. Хенджин слишком хорошо прячется в пустоте. Но если приманить его тобой... он выйдет.В этот момент за спиной Сынмина, в густой тени подворотни, мелькнул знакомый высокий силуэт в черном пальто. Феликс замер. Хенджин стоял там, абсолютно неподвижный, как статуя. Его лицо было бледным, почти прозрачным, а на губах застыла та самая горькая усмешка.Он приложил палец к губам, призывая Феликса к молчанию.— Беги, — одними губами произнес Хенджин.И в ту же секунду асфальт под ногами Сынмина начал превращаться в черную лужу, напоминающую ртуть. Хенджин не был «спасателем» в привычном смысле. Он был частью той же тьмы, но по какой-то причине он всё еще пытался играть в героя.— Куда мне бежать, Хенджин?! — закричал Феликс, уже не скрываясь. — Если тебя нет, то и меня пусть не будет!Сынмин резко обернулся на тень, но там уже никого не было. Хенджин снова растворился, оставив после себя лишь резкий запах озона и ледяной ветер, который растрепал волосы Феликса.— Он не поможет тебе, — Сынмин снова стал обычным парнем, только взгляд остался мертвым. — Он — пустота. А пустота не умеет любить. Идем, Феликс. Тебе пора домой. В настоящую Канаду.Сынмин протянул руку, и Феликс увидел, что на ладони друга пульсирует странный символ — точно такой же, какой был на двери его квартиры в том ужасном сне.Иллюзия не закончилась. Она просто стала больше.