~♾Часть 6🖤~

Don't blame me — Taylor Swift

Мы урожая ждем от лучших лоз,Чтоб красота жила, не увядая.Пусть вянут лепестки созревших роз,Хранит их память роза молодая.Шекспир, сонет номер 1

*****

— Приехали. — с моих мыслей меня вырывает Корлеоне, он смотрит куда-то перед собой. — Ты не отойдёшь от меня ни на шаг сегодня, поняла? — я закатываю глаза.

— Пожалуйста. — спокойно говорю перед собой, смотря куда-то вперёд, как и он.

— Что? — шорох его одежды говорит лишь о том что он повернулся ко мне.

Моя голова поворачивается к нему.

— Скажи «пожалуйста». — я держу голову ровно и смотрю прямо на него пока он молчит.

— Я не твой солдат! Прекрати со мной так общаться. Если ты хочешь минимального общения то перестань раздавать мне указы каждых две минуты. — я в который раз за сегодняшний день срываюсь на такой крик, что чувствую как краснею. — Имей хоть каплю уважения. Ты думаешь я прекращу попытки сбежать просто потому что ты так сказал? По какой причине? По какой причине я должна это прекратить? Потому что ты вдруг спас меня? Та в эту ситуацию я попала только из-за тебя, Корлеоне! — я поднимаю руки в возмущении и он провожает взглядом мои движения.

Он проводит рукой по своей бороде, приглаживая ее. Шумный и тяжелый вздох. Снова его глаза падают на мои руки.

— Заключим пари. — я удивленно выпячиваю глаза, в то время как его спокойный тон продолжает. — Ты не будешь пытаться сбежать и будешь делать то что я тебя прошу, а в замен получишь то о чем говоришь.

— Неужели ты настолько невоспитанный зазнайка что согласишься только через пари? — мне становится смешно.

— Согласна? — он протягивает правую руку и его чёрный феникс появляется передо мной.

— Ты серьезно? — я ухмыляюсь и он кивает. — Окей, Корлеоне, по рукам. — я жму его ладонь своей искалеченной рукой, забывая о боли. — Кровью скреплять будем? Или как это у вас происходит? — я издеваюсь, хмыкая.

— Не советую тебе этого знать. — все что он говорит своим хриплым голосом пока рассматривает мою руку.

Грубые пальцы другой руки подхватывают и он баюкает мою руку, оставляя легкий поцелуй на самом больном месте, словно зная о нем. Застыв, я даже не знаю чего хочу больше: чтобы он подождал или вмазать ему этой же рукой.

— Пожалуйста, не отходи никуда без меня. — безмятежный голос с низким тоном звучит словно мёд для моих ушей.

Я безмолвно киваю и он выходит из машины. Помогая мне выбраться с машины, он осматривает улицу как истинный капо этого города. Когда он нежно взял меня за руку, на мгновение по моему телу прошёлся электрический заряд. Ветер дует нам в лицо и мои волосы поддаются ему. Я укутываюсь в пальто поглубже, в то время как Даниэле заслоняет меня и сильнее обхватывает мою ладонь. Мои высокие ботфорты стучат по тротуару и наша пара выглядит как истинная сицилийская элита, чему я внутренне смеюсь.

Пройдя охрану, мы быстро попадаем сразу в клуб. Шум музыки быстро обволакивает нас, словно купол. Как только мы переступили порог здания, не вооруженным глазом видно как атмосфера меняется на более настороженную с нотками почтения. Кто-то кивает в знак уважения к Верховному капо, кто-то осмеливается подойти, кто-то напротив стремительно покидает помещение.

Большая тёплая ладонь Корлеоне перемещается на мою поясницу. Он подталкивает меня к большой лестнице. Как только мы перемещаемся в вип-зону музыка становится тише, а интерьер выглядит побогаче. Синий неон подсвечивал каждый уголок. Танцовщицы вытворяли свои танцы на шестах, а богатенькие кошельки наблюдали за ними. Корлеоне повёл меня к большому столику в самом углу, на больших низких диванах сидела компания которую с перого взгляда можно отличить от окружающих. Дорогие костюмы, сигары, элитный алкоголь, красивые шевелюры и смуглые лица.

— Капо! — вскрикивает один из сидящих к нам лицом, поднимаясь на ноги. — Felice di vederti (с итальянс. «Рады видеть тебя.») Наконец-то дождались.

Словно солдаты в казарме, все вдруг поднялись и стали приветственно жать руку Корлеоне. Я все так же стояла рядом с чувством что я смотрю фильм.

Наша разница в росте сейчас ощутима как никогда раньше, даже на высоких ботфортах я с трудом достаю до его подбородка. Он самый высокий из своей компании. Итальянская речь заиграла вокруг меня путанной мелодией.

— Oggi ci stiamo semplicemente riposando. Nessun lavoro(с итальянс. «Сегодня мы только отдыхаем. Никакой работы.») — говорит Даниэле и я слегка даже расстраиваюсь. — Это Изабелла. — я растеряно улыбаюсь, получая все внимание.

— Добрый вечер. — нейтрально говорю я.

Возле нас появляется официантка и мы отдаём свою верхнюю одежду ей. Когда все рассаживаються я оказываюсь настолько близко зажата к Корлеоне что меня уже понемногу тошнит. Он кладёт свою большую грубую ладонь на мои ноги, охватывая сразу две, и притягивает к себе. Удерживая меня одной рукой он наклонился и тихим прокуренным тенором зашептал:

— Помни про пари, принцесса. — что за напоминания в телефоне о дне рождении? Я по его мнению золотая рыбка?

Все мужчины шумно обсуждали какие-то темы. В то время как я совершенно не могла сосредоточиться из-за одной маленькой детали. Чертова рука Корлеоне на моей ноге. Он мягко поглаживает и вырисовывает маленькие круги на моей коже, с едва ощутимой лёгкостью, не давая моим мыслям лежать по своим местам. Я глотаю ком в горле и чувствую как мне становиться тяжело дышать. Лёгкая улыбка касается губ Даниэле. К нашему столику подошла стройная светловолосая официантка, кокетливо спрашивая чего желает компания.

— Виски со льдом, а даме... — грубый тенор звучит возле меня и поднимаю голову.

Вау, кто-то придерживается своих обещаний. Я удивлена. Его глаза сталкиваются с моими и внимательный взгляд словно пытается что-то передать.

— Мартини, пожалуйста. — я мило улыбаюсь девушке и она переключается на других присутствующих.

Корлеоне неотрывно смотрит на меня и я отвечаю ему тем же. Его карие глаза в свете неона сейчас сверкали совершенно другими оттёсками.

— Неужто верховный глава сицилийской мафии «Коза Ностра» и вправду держит свои обещания? — наклонившись к нему, я говорю это так тихо чтобы смог услышать только он.

— Я лишь выполняю свою часть уговора, принцесса. — грубый голос что коснулся моего уха заставил тепло разлиться где-то внутри.

— Я надеюсь ты не сядешь за руль после выпитого алкоголя. — я перевожу тему и на его лице появляется улыбка. — Нет, Корлеоне, я не сяду в одну машину с тобой если ты будешь пить. — он поднимает бровь.

— Договорились. — спокойный тон, но его глаза озаряет улыбка и он задерживает взгляд на мне.

Спустя какое-то время разговоров между мужчин кто-то резко перешёл на итальянский. Сделав не заинтересованный и даже скучающий вид, я смотрела на танцпол что находится на первом этаже. Но, к моим ушам доходил весь разговор.

— Наши люди в Сицилии сообщают о нападении. — периферийным зрением я замечаю как пара глаз смотрит на меня и делаю большой глоток своего напитка, что принесла официантка.

Ого, что-то новенькое здесь. Уверена, они специально переходят на итальянский для лучшей секретности.

— Я в курсе. Поставка оружия в Нью-Йорке прошла успешно. Поэтому, целью было что-то другое. — голос Корлеоне шипит рядом и я слышу как он выдыхает, уверена, касаясь своей бороды. — Если это заранее продуманная операция то на этом не закончиться. Скорее всего целью было как раз таки донесение к нам.

— Ты думаешь это Лоренцо? — голос подаёт Марко и тяжелая атмосфера падает на компанию словно проливной дождь, все будто задерживают дыхание.

Рука Корлеоне на моей ноге сжимает мое колено сильнее и я поворачиваю голову к нему в непонимании. Мужчина смотрит перед собой, когда его брови начертили прямую вертикальную линию на лбу.

— Хм. Мы не можем знать этого наверняка. У нас достаточно врагов. — выдыхает Даниэле и делает глоток своего напитка. — Мы должны быть крайне осмотрительны. Если Лоренцо решил выползти из норы мы будем к этому готовы.

— Да, капо. Будет сделано. — мужчина напротив кивает в знак почтения.

— Солдаты в Нью-Йорке жалуются о твоём отсутствии участия, капо. — неуверенно встревает кто-то и я стараюсь уловить каждое слово.

— Какая их проблема? — агрессивный тон звучит словно собака сорвана с цепи. — Мы знаем зачем мы здесь. И все присутствующие знают чем нам необходим этот город. — выплеск гнева Даниэле начинает пугать. — Я дал им кров, дал деньги и возможность их получать! Я выгрыз кровью и потом им их положение. Обеспечил легальное пребывание, ввёл новые правила для упрощения и ограничения разумной криминальной деятельности! Если я услышу хоть ещё одно возражение этих псов, оно станет их последним. — осушив свой бокал до дна он грубо ставит его на столик.

— Может их стоит навестить? Все же, личная встреча напомнит им их место. Я могу это сделать от твоего лица, Даниэле. — встревает Арчи и звучит больше как голос разума. 

Теперь мне становиться ясно почему Арчи консильери. Пусть Даниэле и не вспыльчивая личность, но его агрессия и гнев может нести за собой колоссальные последствия. В то время как Арчи помогает не сорваться с цепи большому церберу. В такие моменты в которой раз можно убедиться что абсолютная власть не может принадлежать всего одному человеку. Всегда должны быть сила и разум на одной единой ступени.

— Сделай это. Напомни им, кому и чем они обязаны. Если же нет, ты знаешь что делать. — Корлеоне взмахивает рукой, и это последние проявления эмоций в этом разговоре, его тон становится прежним.

Арчи уже долетал свой телефон печатая что-то. Обстановка была нарушена. Все была напряженные. По всей видимости, ситуация в великой группировке не совсем стабильна. Английская речь снова заиграла звоном колоколов.

— Капо, ты снова решил показать сосункам кто отец гонок Бостона? — смеётся мужчина что сидит напротив меня и все включаются в разговор.

— Я не устоял, Джонни. — на лице Корлеоне расплывается сияющая улыбка. — Им ещё тренироваться и тренироваться.

— Как только организаторы объявили твоё имя, ставки стали меняться. Но мы все равно смогли заработать не мало денег. — говорит, как я поняла, Джонни.

Я фыркаю и легкий смешок касается моих губ.

— Разве это гонки?! — я подаю голос, скорее как мысли вслух или личный комментарий, не более.

Все внимание резко переключается на меня, будто я оживший призрак. Непонятное для меня презрение сверкает в лицах сидящих мужчин.

— Что ты можешь знать о гонках, bambino?(с итальянс. «ребёнок») — сладко растягивая слова, вмешивается Марко с поднятой бровью.

Корлеоне внимательно изучает меня, не встревая в наш разговор. Держа свой бокал с оставшейся выпивкой, я изучаю его.

— Достаточно, солдатик, достаточно. — что за патриархальные наклонности у этих людей?

Мужчины напротив загораются смешанными эмоциями агрессии и интереса. Складывается ощущение что женщины для них ничего не стоят. В глазах Марко светится красные буквы о нападении и я уже знаю каков будет разговор дальше.

— И что же для тебя значат гонки? Ты хоть раз сидела за рулем, donna? (С итальянс. «женщина») — его аура просто заискрилась ярким пламенем и я открыто улыбаюсь ему в лицо.

— А смотря на тебя я даже не уверена слышал ли ты о экстремальных гонках, солдатик. — как можно дольше я потягиваю своё последнее слово и допиваю содержимое своего бокала.

Даниэле широко улыбается и берет новый стакан алкоголя, махая головой. Улыбки касаются всех присутствующих мужчин и от этого Марко смотрит на меня холодным взглядом. Ответ не заставил себя ждать. Я хорошо умею за себя постоять, этому подтверждение вся моя история жизни.

— Ваше представление о женщинах заставляет себя почувствовать путешественником во времени. — все затихают и уже внимательно смотрят на меня словно я только что сказала что видела фею Динь Динь.

— В каких гонках ты участвовала? — не обращая внимая на мужчин, с интересом спрашивает Даниэле.

Я задумалась, плавно встречаясь глазами с мужчиной. Мысли завертелись огромным ураганом, открывая былие воспоминания.

— Они были разные, какие-то безымённые и никому не известные, какие-то самые громкие. Но, самая известная поставила точку для меня. На Чертовом Повороте во время Быстрого старта. Её пытались отменить из-за дождя но так как ставки сильно удвоили, азарт одолел организаторов. — я замолчала когда картинки того вечера появились перед глазами, громко сглотнув я все же продолжила. — Проблема в том что мне прокололи шины и я с трудом осталась жива. Хоть и смогла забрать второе место, но результаты были сфальсифицированы, а победители проплачен. К сожалению, такие практики можно встретить на таком мероприятии. — задумчиво смотря в свой пустой бокал что стоял на столике, мне хотелось держать уже новый.

В тот день я сидела в машине вместе с Клаусом. Он пытался всегда меня поддерживать и хотел уберечь меня от гонок. Видимо это стало моей зависимостью с которой я не могла справиться. Мне хотелось с каждым разом все больше и больше адреналина.

Обеспокоенность тронула лицо Корлеоне и мне стало ясно лишь от одного взгляда на мужчину возле меня: этот разговор не окончен для нас.

— Это похвально, Изабелла. — встревает Арчи. — Не каждый мафиози пойдёт на одну экстремальную гонку, а ты регулярно их посещала. — снова голос разума и я благодарно киваю мужчине.

— Между исполнителями и высшими должностями мафии не приветствуется участие в экстремальных гонках. — объясняет Корлеоне в своей властной манере, но скорее как напоминание.

— По какой причине? — интересуюсь я

— Это другой вид наркотика. Наркотик который заставляет человека на все новые и новые опасные попытки получить адреналин. В таком случае никто не будет работать как нужно. Из цепочки выпадут звена и она больше не будет такой крепкой. — объясняет мне Корлеоне и я чувствую как его рука крепко ухватилась за мою ногу.

Спустя несколько мгновений, Марко вдруг снова включается в разговор. Опасность его настроя слегка заставляла меня задуматься.

— Изабел-ла, — он специально тянет мое имя чтобы обратить внимание. — мне нашептали что ты оказывается у нас дочь миллиардера.  И даже никому не говоришь об этом. — необъяснимая эмоция запугивания загорелась красным как тряпка для быка.

— А где шепчат? — мой голос полон яда словно редкостной змеи.

Тон нашего разговора не задался с первых минут. Теперь, Корлеоне внимательно смотрит на Марко, будто прямо сейчас может накинуться на него. Как же вовремя мне принесли ещё один бокал, упоминание моего папочки как никогда сейчас успокаивает.

— Там куда тебе никогда не попасть. — самоуверенно отвечает он. — Я расспросил всех кого знаю, и никто не слышал никакого миллиардера с фамилией Уильямс. — я сделала большой глоток мартини смотря прямо в его глаза.

— Это фамилия не моего отца. — я сказала это не отводя взгляд, мне нечего стыдиться, но они не те кому я могу открыть свою душу.

Тема фамилии была последней о чем говорили мы с отцом перед тем как я исчезла из его жизни. Картинка нашей ссоры стоит перед моими глазами и я делаю ещё один большой глоток алкоголя. Проведя глазами действия Даниэле который тоже допил свой бокал, я молюсь отсюда уйти.

— А чья тогда? — не мог угомониться Марко.

— Девичья фамилия моей матери. — я сказала это резко, подняв на него свои глаза, словно меч,  вставив меж рёбер. — Мне нужно выйти. — переведя свой взгляд на Даниэле, он пытался всмотреться куда-то в мою душу и помог мне подняться.

— Беги беги, piccola ragazza. (С итальянс. «маленькая девочка») — прыскает Марко и я очень стараюсь себя сдержать чтобы никто не догадался о моем знании языка.

— Марко, достаточно! — приказ этого человека будто невозможно нарушить, чему следуют все остальные. — Арчи, проведи Изабель.

POV Даниэле:

Какого хрена творит Марко мне совершенно не понятно. Как только Изабелла и Арчи пропадают из моего поля зрения я обращаюсь к парню.

— Марко! — парень поднимает на меня свои чёрные глаза. — Какого хрена здесь происходит? Ты в детективы подался? — ярость вскипала в моих жилах, но мой тон оставался ровным.

— Да что не так, капо? — эмоционально спрашивает Марко.

Одно из правил которых меня научили было таким: смех—защитная реакция. Что и делал сейчас сидящий парень напротив меня.

— Начнём с того что я твой босс! И когда я спрашиваю я ожидаю четкий ответ, солдат! — мой голос резок как острие ножа. — Это ясно?

— Предельно, капо. — вид обозлённого виноватого питомца поселился на лице парня.

— Будто ты сам не знаешь кто её родители, черт тебя подери! — моя злость не стихала и я практически хотел вышвырнуть его из-за стола.

Я стремительно поднялся на ноги, пока не вывернул стол на голову Марко.

— Капо, в том то и дело что мы знаем кто её отец. Что если это лишь какой-то замудренный их план чтобы тебя свергнуть? Мы не так давно укоренились в Америке, нужно быть готовым, ты сам это говорил. — озадачено отвечает парень. — Она совершенно другая. Она не понимает наших правил и устоев. Наших традиций! Она не будет им следовать, капо. Она принесёт нам только беды!

— Марко! — я быстро прерываю его и сталкиваюсь взглядом. — Я капо, мои кровные родичи придумали эти традиции и правила. И это мне решать чему придерживаться, а к чему нет. Если тебе нравятся травяные создания что не могут в туалет сходить без разрешения то значит ты большой поклонник моего деда. — подняв на него указательный палец, парень замолчал. —  Ещё хоть один чертов раз ты устроишь подобное, мать твою. Ты потеряешь мою благосклонность к себе. — метнув яростный взгляд на него я отправился по лестнице к выходу.

Ярость закипала в моей крови. Тяжело контролировать злость когда все вокруг будто только ради этого и стараться. Мне необходимо было затянуться сигаретным дымом, позволяя ему попасть в мои легкие. Парень не может быть прав, я достаточно хорошо про неё знаю. Мои люди смогли достать как можно больше информации о ней. Последний раз когда она созванивалась со своим отцом — рождественские праздники. Керрингтон больше не пытался ей дозвониться. Говорят, как раз в тот период у него были какие-то временные проблемы с бизнесом. Может он просил у неё помощи? Но какой помощи он мог попросить у дочери? Не менее странной есть история смерти её матери. Нигде нету точной информации об этом. Похороны были не в стиле богатеньких кошельков. Все было тихо и без какого-либо шума. Что считается практически невозможным для такого знаменитого человека и не менее известной светской умершей. Мои люди так и не смогли докопаться до правды. Что оставляет большую чёрную дырку в их биографии.

Выйдя на улицу я нашёл укромное местечко. Пока доставал свои сигару и зажигалку, мысли не покидали меня. Сильно затянувшись, я почувствовал как дым обволакивает мои лёгкие в сладостном экстазе. Уже было около восьми или девяти вечера. Ярость выходила вместе с клубом дымом вишневого вкуса из моих легких. Грубые шаги могут говорить лишь о том что ко мне присоединился Марко.

— Капо. — обращая мое внимание, он продолжает. — Извини, я погорячился. — эти слова тяжело ему даются и он протягивает свою большую ладонь когда я жму её в ответ. — Пойми меня правильно, Капо, эта девушка не соответсвует нашим традициям, она не понимает их. Она не итальянской крови. Она американка. Её отец великий магнат. Ложь течёт в его крови с давных лет. И в её крови так же. Мы всегда будем детьми наших родителей. Мы многого добились нашим кланом, прошли вместе сквозь огонь и воду. Я предан тебе до конца своих дней, как и все те люди что сидят там за столом. Если ты скажешь нам что чёрное — это белое, мы поверим и заставим поверить всех. Но, в ней я ни сколько не уверен. Я не хочу чтобы из-за папаши этой девушки или из-за неё самой все пошло крахом. — желваки играют на его лице.

— Марко, так же как ты поверишь в белое, так и поверь в неё. — я кладу руку ему на плечо. — А нет, так просто послушай меня. Она моя забота. И мне плевать на традиции. Я их уважаю, но они устарели. Я имею право как Капо уклониться от них. Или поменять их статус на не обязательные. — выдыхаю я. — Она моя. И никак по-другому. Я сам разберусь с ней. Эта тема закрыта. — ярость моего голоса заставляет согласиться.

— Как скажешь. Я верю тебе и твоему выбору. — мы жмём руки друг другу закончив этот разговор прийдя к абсолютному согласию.

Протянув ему сигарету, что считается нашей традицией: «Когда разговор улажен, старший по званию должен предложить что-то, будь это сигарета, алкоголь или ценный предмет. Это делается во избежания недопонимай между управляющим и подданным. Мой телефон разрывается в кармане и я достаю его.

— Что там? — деловой тон граничит с настороженностью.

— У нас чп, Даниэле. — голос Арчи грубый и серьезный.

Не проходит и трёх секунд как к нам выбегает Джонни. Глубоко вдыхая, он быстро говорит.

— Капо, проблемы с Изабель. — ища ответ в моих глазах, он не выражает никаких эмоций.

— Веди. — бросая сигарету по пути, мои эмоции очень смешаны, ярость и волнение ведёт меня вперёд.