12

Тела горели в ровных рядах костров, которые были созданы на пути к лесу Броселинд. Солнце начало садиться за белое облачное небо, и когда каждый костер поднимался ввысь, оно взрывалось оранжевыми искрами. Эффект был необычно красив, хотя Им Кёлькён сомневалась, что каждый из скорбящих, собравшихся на равнине, думал также

По какой-то причине, песня, которую она знала в детстве, заела у нее в голове

Охотятся в черном целую ночь, Белый же цвет символ скорби. В золоте подвенечное платье невесты, А красный от магии тебя защитит. На костре в белом шёлке тела наши сжигают, А если потерянный воротился, синее знамя висит. В честь рождения нефилима пламя зажигают, И им же наши грехи смывают. Сера для тех, кто много знает, А кости для тех из нас, кто не стареет. Шафран при победном шествии сжигают, И зеленый разбитые сердца наши исцеляет. Серебром башни демонов покрывают, А бронзой злые силы призывают.

А кости для тех из нас, кто не стареет. Брат Енох, в его робе цвета слоновой кости, шагал взад и вперед по линии костров. Сумеречные охотники стояли или опускались на колени, либо бросали в оранжевое пламя горсти бледных белых цветов из Аликанте, которые росли даже в зимнее время

- Консул, - голос позади был мягким. Она обернулась и увидела брата Захарию - или мальчика, который, по крайней мере, когда-то был им - стоящего за ее плечом. - Брат Енох передал, что вы хотели поговорить со мной

- Брат Захария, - начала она, а затем помедлила. - Есть ли другое имя, которое вы предпочитаете? Имя, которое вы носили до того, как стали Безмолвным Братом?

- Захария сойдет, - сказал он. - Я еще не готов вернуть старое имя

- Я слышала, - начала она, и остановилась, потому что следующие слова было неловко произносить, - что один из колдунов Спирального Лабиринта, Го Хеми, та, кого вы знали, и о ком заботились в прошлом. А для того, кто был Безмолвным Братом так долго как вы, это большая редкость

- Она - это все, что у меня осталось с тех времен, - сказал Захария. - Она и Чимин. Я бы хотел поговорить с Чимином, если можно, прежде чем он...

- Хотели бы вы пойти в Спиральный Лабиринт? - прервала его Кёлькён

Захария испуганно взглянул на нее. На вид ему было столько же лет, сколько и ее дочери, подумала Кёлькён. Его ресницы были невероятно длинными, а глаза казались молодыми и старыми одновременно

- Вы выпускаете меня из Аликанте? Разве вам не нужны все воины?

- Вы служили совету в течение более чем тридцати лет. Мы не можем просить вас о большем

Он оглянулся на кострах, на черный дым, поднимающийся воздух- Как много знает Спиральный Лабиринт? О нападениях на институтах, Цитадель, представителей?

- Они хранители знаний, - сказала Кёлькён. - Не воины или политики. Они знают, что произошло в Буррене. Мы обсудили магию Ину, возможные методы лечения омраченных, способы укрепления наших сил. Больше они ни о чем не спрашивают...

- И вы сами не говорите им, - перебил ее Захария. - Таким образом, они не знают о Цитадели, о представителях?

Кёлькён стиснула зубы- Я полагаю, вы хотите сказать, что я должна была им все рассказать

- Нет, - сказал он. Он держал руки в карманах; его дыхание превращалось в пар на холодном прозрачном воздухе. - Я не говорю этого

Они стояли бок о бок, среди снега и тишины, пока, к ее удивлению, он снова не заговорил

- Я не отправлюсь в Спиральный Лабиринт. Я останусь в Идрисе

- Но разве вы не хотите ее увидеть?

- Я хочу увидеть Хеми больше, чем еще чего-либо на свете, - сказал Захария. - Но если бы она знала больше о том, что происходит здесь, то она хотела бы быть здесь и сражаться рядом с нами, но мне бы не хотелось этого. - Его темные волосы упали вперед, когда он покачал головой. - Меня пробудили, и теперь я больше не Безмолвный Брат. Даже если я и не хотел этого. Может быть, это эгоизм. Я не уверен. Но я уверен, что колдуны в Спиральном Лабиринте в безопасности. Хеми в безопасности. Если я отправлюсь к ней, то тоже буду в безопасности, но я также буду скрываться. Я не колдун; я не могу принести пользу в Лабиринте. Но я могу быть полезным здесь

- Вы могли бы съездить в Лабиринт и вернуться. Это будет сложно, но я могу попросить...

- Нет, - сказал он тихо. - Я не смогу встретить Хеми лицом к лицу и умолчать правду о том, что здесь происходит. Более того, я не могу пойти к Хеми и предстать перед ней как смертный человек, как сумеречный охотник, и не сказать ей о чувствах, которые я испытывал к ней, когда... - Он замолчал. - Мои чувства не изменились. Я не могу предложить ей это, а потом вернуться туда, где меня могут убить. Лучше пусть она думает, что для нас никогда не было шанса

- Обдумайте все хорошенько, - сказала Кёлькён, глядя на его лицо, на надежду и тоску, что были видны каждому. Она посмотрела на Бэ Юми и Хену, стоящих на расстоянии друг от друга в снегу. Недалеко была ее собственная дочь, Наен, которая стояла, положив голову на плечо Чхве Уджи. - Мы сумеречные охотники, мы ставим себя в опасность каждый час, каждый день. Я думаю, наши сердца такие же отчаянные, как и наши жизни. Когда мы отдаем сердце, мы отдаем каждый его кусочек. И если мы не получаем того, в чем так отчаянно нуждаемся, тогда как нам жить?

- Вы думаете, что она, возможно, уже не любит меня, - сказал Захария. - После всего этого времени

Кёлькён ничего не сказала. В конце концов, это было именно то, о чем она думала

- Это резонный вопрос, - сказал он. - И, возможно, так и есть. Пока она жива и здорова, и счастлива в этом мире, я найду способ, чтобы быть счастливым, даже вдали от нее, - он посмотрел на костры, на тени от них. - Где находится тело Ку? Тот, который убил его парабатая?

- Там, - указала Кёлькён. - Зачем вам это?

- Это худшее, что можно сотворить. Я не был бы достаточно храбр. Поскольку есть тот, у кого получилось сделать такое, я хотел бы выразить свое уважение ему, - сказал Захария, и пошел по заснеженной земле к кострам

***

- Похороны закончились, - сказала Айрин. - Или, по крайней мере, дым перестал идти, - она сидела на подоконнике своей комнаты в доме Инквизитора. Комната была небольшой и выкрашена белой краской, а на окнах были цветастые занавески. Не очень в стиле Айрин, подумала Джису, но было бы трудно воссоздать усыпанную блестками комнату Айрин в Сеуле за короткий срок

- Я на днях читала мой Кодекс, - Джису до конца застегнула синий кардиган, в который она переоделась. Она больше не могла оставаться в свитере, который носила вчера, в котором еще и спала, и которого касался Ину, - и подумала. Примитивные убивают друг друга все время. У нас... точнее у них были войны, все виды войн, но это первый раз, когда нефилимам приходится убивать других сумеречных охотников. Когда Тэхен и я пытались убедить Хену позволить нам приблизиться к Цитадели, я не могла понять, почему он так упрямился. Но думаю, что я почти поняла это сейчас. Думаю, он не мог поверить, что сумеречные охотники могут действительно представлять угрозу для соплеменников. Независимо от того, что мы сказали им о Буррене

Айрин рассмеялась- Какое благородство, - она подтянула колени к груди. - Знаешь, твоя мама брала меня в Адамантовую Цитадель с ней. Они сказали, что я стала бы отличной Железной Сестрой

- Я видела их в бою, - сказала Джису. - Сестер. Они были прекрасны. И устрашающими. Как будто ты наблюдаешь за огнем

- Но они не могут выйти замуж. Они не могут быть ни с кем. Они живут вечно, но они не... у них нет жизни, - Айрин положила подбородок на колени

- Все живут по-разному, - произнесла Джису. - И посмотри на брата Захарию...

Айрин подняла взгляд- Я слышала, как мои родители говорили о нем по пути на сегодняшнюю встречу Совета, - сказала она. - Они говорили, что с ним произошло чудо. Я никогда не слышала, чтобы кто-нибудь из безмолвного брата превращался вновь в смертного. Я имею в виду, они могут умереть, но невозможно обернуть вспять заклятие

- Множество вещей должны быть невозможными, - сказала Джису, запустив пальцы в волосы. Она хотела принять душ, но она не могла вынести мысли о том, чтобы стоять там одной, под водой. Думать о своей маме. О Логане. Мысль о потере хоть одного из них, не говоря уже об обоих, была такой же ужасной, как быть брошенным в море: крошечный кусочек человечества в окружении миль воды вокруг и под, и пустое небо над ним. Ничто не поможет выбраться на сушу

На автомате, она начала разделять волосы на две косы. Через секунду Айрин появилась позади нее в зеркале

- Позволь мне сделать это, - спокойно сказала она, и взялась за пряди волос Джису, ее пальцы мастерски заплетали волосы

Джису закрыла глаза и позволила себе на мгновение быть потерянной в руках кого-то другого, заботящегося о ней. Когда она была маленькой девочкой, ее мама заплетала ей волосы каждое утро перед приходом Сехуна, чтобы отправиться вместе в школу. Она вспомнила его привычку развязывать ленточки на косах, пока она рисовала, и прятать их в разных местах - в ее карманах, рюкзаке - ожидая пока она заметит и бросит карандаш в него

Временами было сложно поверить, что ее жизнь некогда была настолько обычной

- Эй, - говорит Айрин, слегка подталкивая ее. - Ты в порядке?

- Да, - ответила Джису. - Я в порядке. Все в полном порядке

- Джису, - она почувствовала руку Айрин на ее ладони, и медленно сжала пальцы. Ее рука была влажной. Джису поняла, что она сжимала одну из шпилек Айрин так крепко, что концы впились ей в ладонь, и кровь бежала по запястью. - Я не... Я даже не помню, как взяла ее... - в остолбенении ответила она

- Я возьму это, - Айрин вытащила шпильку. - Ты не в порядке

- Я должна быть в порядке, - возразила Джису. - Я должна. Я должна держать себя в руках и не развалиться. Для моей мамы и для Логана

Айрин издала нежный, успокаивающий звук. Джису обратила внимание на то, что она провела стило по ее ладони, и поток крови замедлился. Она все еще не чувствовала боли. Была только тьма на краю ее сознания, тьма, что угрожала накрыть ее каждый раз, когда она думала о своих родителях. Ей казалось, что она тонула, дергая ногами по краям ее собственного сознания, чтобы удержаться наплаву

Айрин вдруг ахнула и отскочила

- Что такое? - спросила Джису

- Я видела лицо, лицо в окне...

Джису выхватила Эосфорос из-за пояса и прошлась через всю комнату. Айрин была прямо за ней: ее серебристо-золотой кнут извивался у нее в руках. Она выбросила его вперед, и кончик обернулся вокруг ручки окна и дернул ее. Они услышали визг, и небольшая, темная фигура упала вперед на ковер, приземлившись на руках и коленях

Кнут Айрин обернулся вокруг ее руки, пока она удивленно пялилась на человека. Тень на полу распрямилась, оказавшись низкой фигурой, одетой в черное, и бледным пятном на месте лица. Фигура встряхнула длинными светлыми волосами, выпуская из под капюшона длинные косы

Джису произнесла- Йеджи?

***

Большой парк был безлюдным этой ночью. Стая расположилась в пространстве, которое было покрыто засохшей травой

Это был круг, примерно шесть метров в радиусе, в котором стояли оборотни. Вся Сеульская стая была здесь: тридцать или сорок волков, молодых и старых

Юци, чьи темные волосы были стянуты в хвост, гордо прошлась к центру круга и один раз хлопнула ладонями, чтобы привлечь внимание

- Члены стаи, - сказала она. - Объявлен вызов. Донни Йен вызвал на поединок Ким Мингю за место руководителя стаи Сеула, - по толпе прошелся ропот. Юци повысила голос. - Это вопрос временного руководства в отсутствии Логана Ли. Пока вопрос о смене лидера в лице Логана Ли не будет подниматься, - она всплеснула руками. - Пожалуйста, выйдите вперед, Мингю и Донни

Мингю шагнул вперед в круг, и мгновение спустя Донни последовал за ним. Оба были одеты не по сезону: в джинсы, футболки, и ботинки, их руки были голыми, несмотря на холодный воздух

- Правила боя таковы, - ответила Юци. - Волк должен бороться с волком без оружия, можно пользоваться клыками и когтями. Поскольку это бой за лидерство, битва будет до смерти, а не до первой крови. Тот, кто выживет, станет лидером, и все другие волки будут присягать ему сегодня вечером. Все понятно?

Мингю кивнул. Он выглядел напряженным, стоя сжав челюсти

Донни улыбался всем, размахивая руками. Он отмахнулся от слов Юци- Мы все знаем, как это происходит, дитя

Ее губы сжались в тонкую линию- Тогда вы можете начать, - сказала она, и когда она встала в круг вместе с остальными, то пробормотала, - Удачи, Мингю, - себе под нос, но достаточно громко, чтобы все услышали ее

Донни не выглядел обеспокоенным. В тот момент, когда Юци вернулась в круг к стае, он, все еще ухмыляясь, бросился вперед

Мингю обогнул его. Донни был высоким и тяжелым; Мингю же был легче и быстрее. Он развернулся боком, увернувшись от когтей Донни, и вернулся с апперкотом, от которого голову Донни откинуло назад. Он быстро воспользовался преимуществом, обрушивая удары, от которых другой волк пятился назад; пятки Донни скользили по земле, и низкое рычание зародилось в глубине его горла

Его руки висели по бокам, пальцы были сжаты в кулаки. Мингю снова качнулся, послав удар в плечо Донни, и в это мгновение он повернулся, и полоснул его левой рукой. Его когти были полностью выдвинуты - длинные и сверкающие в лунном свете. Было ясно, что он заточил их заранее. Каждый из когтей был как бритва, и они прошлись по груди Мингю, разодрав его футболку, и кожу заодно с ней. Алая кровь появилась на груди Мингю

- Первая кровь, - объявила Юци, и волки стали притопывать, медленно, каждый поднимал левую ногу и опускал ее в едином ритме, превратив землю в своеобразный барабан

Донни снова улыбнулся и двинулся на Мингю. Мингю размахнулся и ударил его, послав еще один удар в челюсть, от которого у Донни потекла кровь изо рта. Донни повернул голову в сторону, и сплюнул кровь на траву, продолжая наступать. Мингю попятился; его когти сейчас были выпущены, глаза стали узкими и желтыми. Он зарычал и вытянул ногу для пинка, но Донни схватил его за ногу и дернул, кинув Мингю на землю. Он бросился вперед следом за Мингю, но другой оборотень уже перевернулся, и Донни приземлился на землю

Мингю вскочил на ноги, но было ясно, что он теряет кровь. Кровь спускалась по груди, и проникала за пояс джинсов, а его руки были все влажные от крови. Он полоснул когтями. Донни увернулся, принимая удар на плечо. У него появилось четыре неглубоких пореза. С рычанием он схватил запястье Мингю и скрутил его. Звук хруста кости был громким, и Мингю ахнул и отстранился

Донни накинулся на него. Его вес пригвоздил Мингю к земле, отчего голова Мингю ударилась о землю. Мингю обмяк

Другие волки все еще стучали по земле ногами. Некоторые из них открыто плакали, но никто не двинулся вперед, когда Донни сел на Мингю, одной рукой прижимая его тело к траве, другую подняв в воздух, отчего его когти замерцали при лунном свете. Он двинулся, чтобы нанести смертельный удар...

- Стоп, - завопила Цзыюй на другой стороне круга. Другие оборотни оглянулись в шоке

Донни ухмыльнулся- Эй, девочка, - сказал он

Цзыюй не двигалась. Она была в центре круга. Она прошла мимо линии волков, не замечая никого из них. Она была одета в брюки и джинсовую куртку, волосы были аккуратно собраны назад. Выражение ее лица было серьезным, почти пустым

- Я хочу бросить вызов, - сказала она

- Цзыюй, - возразила Юци. - Ты знаешь закон! «Когда ты борешься с волком стаи, ты должен бороться с ним в одиночку и вдали, чтобы другие не принимали участие в поединке, и стая не разобщилась». Ты не можешь прервать бой

- Донни собирается нанести фатальный удар, - бесстрастно произнесла Цзыюй. - Вам действительно кажется, что я должна ждать еще пять минут, прежде чем бросить вызов? Я буду, если Донни слишком напуган, чтобы драться со мной пока Мингю еще дышит

Донни оттолкнул безвольное тело Мингю с ревом, и двинулся на Цзыюй

Голос Юци был полон паники- Цзыюй, убирайся отсюда! После того, как пролилась первая кровь, мы не можем остановить бой...

Донни бросился на Цзыюй. Его когти порвали край ее пиджака; Цзыюй упала на колени и перекатилась, выпустив когти. Ее сердце быстро стучало в ее груди, посылая волну за волной горячей крови по венам. Она почувствовала жгучую боль в плече. Первая кровь

Оборотни снова начали топать по земле, хотя на этот раз они не молчали. То тут, то там были слышны бормотания и охи. Цзыюй сделала все, чтобы блокировать все вокруг, игнорировать. Она увидела, как Донни шагнул к ней. Он был тенью в лунном свете, и в этот момент она увидела не только его, но и Ину, нависшего над ней на пляже, холодного принца, вырезанного изо льда и крови

Твой парень мертв

Она сжала в кулак землю. Когда Донни бросился на нее, приготовив когти, похожие на бритву, она встала и бросила горсть земли и травы ему в лицо

Он отшатнулся, втягивая воздух. Пока он был ослеплен, Цзыюй шагнула вперед и пнула ботинком его в ногу. Она услышала тихий хруст кости, слышала, как он кричал; в тот момент, когда он отвлекся, она вонзила когти ему в глаза

Крик вырвался из его горла, и быстро прекратился. Он упал назад, с грохотом рухнув на траву, как будто упало дерево, а не человек. Она посмотрела на свою руку. Она была вся в крови и какой-то жидкости: наверно это вещество из глазниц

Она упала на колени и легла на траву. Ее когти втянулись обратно, и она провела рукой о землю, снова и снова, ее желудок сжимался. Она почувствовала руку на спине и подняла взгляд. Она увидела Юци, склонившуюся над ней

- Цзыюй, - тихо сказала она, но ее голос заглушили выкрики стаи, повторявшей имя своего нового лидера

- Цзыюй, Цзыюй, Цзыюй

Глаза Юци были темными и обеспокоенными. Цзыюй поднялась на ноги, вытирая рот рукавом пиджака, и прошлась по траве к Мингю. Она наклонилась к нему, и коснулась рукой его щеки

- Мингю? - позвала она

С усилием он открыл глаза. Кровь была у него на рту, но он дышал ровно. Цзыюй догадалась, что он уже начал исцеляться от ударов Донни

- Я не знал, что ты дерешься не по правилам, - сказал он с полуулыбкой

Цзыюй подумала об Ину, о его сверкающей улыбке и телах на пляже. Она думала о том, что сказала Лили. Она думала о сумеречных охотниках, и о хрупкости Соглашений и Совета. «Это будет грязная война», подумала она, но вслух произнесла совсем другое- Давай помогу, - она взяла его за руку, сжав своей окровавленной ладонью

Все вокруг них все еще скандировали ее имя- Цзыюй, Цзыюй, Цзыюй!

***

- Разницы почти никакой, - пожаловался Тэхен, свернувшись на подоконнике чердака его и Сыльги. - Все равно похоже на тюрьму

- Как вы думаете, это побочный эффект того, что вооруженные охранники окружают дом? - предложил Сехун. - Просто как вариант

Тэхен бросил на него раздраженный взгляд- Что не так с примитивными, и их подавляющей привычкой констатировать очевидное? - спросил он. Он наклонился вперед, глядя сквозь стекла окон

Возможно, Сехун немного преувеличивал, но незначительно. Темные фигуры, стоящие у дома инквизитора, может, и были невидимыми для неопытного глаза, но не Тэхена

- Я не примитивный, - сказал Сехун, повышая голос. - И что не так с сумеречными охотниками и их подавляющей привычкой ставить под угрозу себя и жизни своих близких?

- Хватит спорить, - Сыльги сидела, прислонившись к стене, в классической позе для раздумий, подперев подбородок рукой. - Охранники там, чтобы защищать нас, а не держать нас под стражей. Это дает нам некоторую перспективу

- Сыльги, ты знаешь меня уже целую кучу лет, - сказал Тэхен. - У меня когда-нибудь были перспективы?

Сыльги сердито посмотрела на него

- Ты все еще зла на то, что я сломал твой телефон? - спросил Тэхен. - Потому что ты сломала мне запястье, так что я бы сказал, что мы квиты

- Вывихнула, - поправила его Сыльги. - Не сломала

- Теперь кто спорит? - возмутился Сехун

- Молчи, - Сыльги указала на него с выражением еле скрываемого отвращения. - Каждый раз, когда я смотрю на тебя, я продолжаю вспоминать, как пришла сюда и увидела как ты лапал мою сестру

Тэхен сел- А я не слышал об этом

- Ой, да ладно... - сказал Сехун

- Сехун, ты покраснел, - заметил Тэхен. - И раз ты вампир, и почти никогда не краснеешь, то лучше бы это было чем-то интересным. Или странным. Вы использовали велосипед или пылесос в своих извращениях? А может зонты?

Потом Тэхен замолчал и не стал говорить дальше, когда Джису и Айрин вошли в комнату, держа девочку подростка за руку. Спустя мгновение удивленной тишины, Тэхен узнал ее: это Йеджи, девочка, за которой побежала Джису во время заседания совета. Та, которая смотрела на него с плохо скрываемым обожанием как на героя. Не то, чтобы ему это не нравилось, но было немного странно оттого, что у тебя есть фанат-ребенок, который вдруг появился в середине неловкого разговора

- Джису, - сказал он. - Ты похитила Хван Йеджи?

Джису сердито взглянула на него- Нет. Она сама пришла сюда

- Я вошла через одно из окон, - пояснила Йеджи услужливо. - Как Питер Пэн

Сыльги уж было начала возмущаться, но Джису подняла свободную руку, чтобы остановить девушку: ее другая рука теперь была на плече Йеджи

- Просто помолчите все пару минут, ладно? - сказала Джису. - Она не должна быть здесь, да, но она пришла не просто так. У нее есть информация

- Это так, - сказала Йеджи уверенным голосом. На самом деле, она была ниже Джису лишь на голову, но Джису была очень миниатюрной. Вероятно, в один прекрасный день Йеджи вытянется. Тэхен попытался вспомнить ее отца. Он был уверен, что видел его на заседаниях совета, и думал, что запомнил его как высокого, светловолосого человека. Или его волосы были темными? Чхве он, конечно же, помнил, но Хван поблек в его памяти

Джису посмотрела на него с выражением, типа: будь вежливым. Тэхен закрыл рот. Он никогда не задумывался о том, нравится ли он детям или нет, хотя ему всегда нравилось играть с Канмином. Канмин был удивительно искусен в стратегиях для такого маленького мальчика, и Тэхен всегда любил давать ему загадки. Тот факт, что Канмин чуть ли не целовал землю, по которой он ходил, уже не причинял столько боли

Тэхен подумал о деревянном солдате, которого он отдал Канмину, и закрыл глаза от неожиданной боли. Когда он открыл их снова, Йеджи смотрела на него. Не так, как она смотрела на него, когда он нашел ее с Джису в Гарде. Взглядом отчасти испуганным, наполовину впечатленным, и наполовину восхищенным Ты-Бэ-Тэхен. Теперь она смотрела на него с толикой беспокойства. Вся ее поза была полна уверенности, но он был уверен, что она притворяется, и на самом деле испуганна. Ее родители умерли несколько дней назад, подумал он. И он вспомнил те времена, семь лет назад, когда он встретился с Бэ со знанием в своем сердце о том, что его отец только что умер, и в его ушах отдавалось эхом слово «сирота»

- Йеджи, - сказал он так мягко, как только мог. - Как ты залезла в окно?

- Я поднялась по крыше, - сказала она, указывая на окно. - Это было не так сложно. Мансардные окна почти всегда выходят на спальни, так что я спустилась в первое, и это оказалось окно в комнату Джису, - она пожала плечами, как будто то, что она сделала, не было рискованным или впечатляющим

- Вообще-то это была моя комната, - сказала Айрин, которая смотрела на Йеджи, как на занимательный образец. Айрин села на диванчик у подножия кровати Сыльги, вытянув свои ноги. - Джису живет у Логана

Йеджи выглядела смущенной- Я не знаю где это. И все говорили о том, что вы все здесь. Вот почему я пришла

Сыльги посмотрела на Йеджи с наполовину любящим, наполовину озадаченным взглядом старшей сестры- Не бойся... - начала она

- Я и не боюсь, - отрезала она. - Я пришла сюда, потому что вам нужна помощь

Тэхен почувствовал, как автоматически приподнялся уголок его рта- Какая помощь? - спросил он

- Я запомнила того человека, - сказала она. - Того, кто угрожал консулу. Он пришел с Ину, чтобы напасть на институт, - она сглотнула. - То место, в котором он сказал, мы будем все гореть, Эдом...

- Это другое название ада, - сказала Сыльги. - Его не существует, так что тебе не о чем беспокоиться...

- Она не беспокоится, Сыльги, - перебила ее Джису. - Просто слушай

- Это место, - продолжила Йеджи. - Когда они напали на институт, я слышала их. Я слышала, как один из них сказал, что они могли взять Хансоля в Эдом, и принести его в жертву там. И когда мы бежали через портал, я услышала ее крики позади нас. Что мы будем гореть в Эдоме, что некуда бежать, - ее голос дрогнул. - То, как они говорили об Эдоме... я знаю, что это настоящее место, или существующее место для них

- Эдом, - произнесла Джису, вспоминая. - Дантэ называл Лилит почти также; он называл ее «миледи Эдома»

Сыльги посмотрела в глаза Тэхена. Сыльги кивнула, и выскользнула из комнаты. Тэхен почувствовал, как его плечи расслабились на минуту: посреди этого хаоса было хорошо иметь парабатая, который знал, о чем ты думаешь, и тебе не приходилось говорить и слова

- Ты никому не говорила об этом?

Йеджи колебалась мгновение, а затем покачала головой

- Почему нет? - спросил Сехун, который до этого момента молчал. Йеджи посмотрела на него, моргая. «Ей только пятнадцать, подумал Тэхен, и навряд ли она сталкивалась с нежитью так близко». - Почему бы не сказать конклаву?

- Потому что я не доверяю Конклаву, - сказала Йеджи слабым голосом. - Но вам доверяю

Джису громко сглотнула- Йеджи...

- Когда мы пришли сюда, конклав сомневался в наших словах, особенно в Ёнджуне, и они использовали Меч Душ, чтобы убедиться в том, что мы не лжем. Он причинил боль, но они не заботились об этом. Они использовали его на Тэрэ и Хэсу. Они использовали его на Хеин, - голос Йеджи поднялся на октаву. - Они наверно использовали бы его и на Бому, если бы он мог говорить. И это больно. Меч Душ причиняет боль

- Я знаю, - спокойно сказала Джису

- Мы остановились в доме Им, - сказала Йеджи. - Из-за Наен и Уджи, и потому что Конклав хотел держать нас на виду. Из-за того, что мы видели. Я была внизу, когда они вернулись с похорон, и я услышала, как они говорили, так что... я спряталась. Целая группа из них, не только Чжинмо и Кёлькён, но и много других руководителей институтов. Они говорили о том, что должны сделать, что Конклав должен сделать. Обсуждали должны ли они отдать Тэхена и Джису Ину, так, как будто это их выбор. Их решение. Но я подумала, что это должно быть вашим решением. Кто-то из них говорил, что это не имеет значения, хотите вы пойти или нет...

Сехун вскочил на ноги- Но Тэхен и Джису согласились пойти, практически умоляли об этом...

- Мы бы сказали им правду, - Йеджи откинула спутанные волосы с ее лица. Ее глаза были карими, с крапинками золотистого и янтарного. - Они не должны были использовать Меч Душ на нас, мы бы сказали Совету правду, но они все равно использовали его. Они использовали его на Ёнджуне, пока его руки... его руки не обгорели из-за него, - ее голос дрожал. - Поэтому я думаю, что вы должны знать, о чем они говорили. Они не хотят, чтобы вы узнали о том, что это не ваш выбор, потому что они знают, что Джису может создавать порталы. Они знают, что она может выбраться отсюда, и они считают, что если она сбежит, то у них не будет больше козыря для заключения сделки с Ину

Дверь открылась, и Сыльги вернулась в комнату, неся книгу в коричневом кожаном переплете. Она держала ее таким образом, чтобы прикрыть название, но едва ее глаза нашли Тэхена, она слегка кивнула, а затем искоса взглянула на Йеджи. Сердцебиение Тэхена ускорилось - Сыльги что-то нашла. Что-то ей не понравившееся, судя по ее мрачному виду, но, тем не менее, что-то

- Члены Конклава, которых ты подслушала, пришли к единому решению, когда обсуждали, что им делать? - спросил Тэхен Йеджи, частично желая отвлечь ее, когда Сыльги села на кровать, задвигая книгу за пазуху

Йеджи покачала головой- Они все еще спорили, когда я уходила. Я вылезла в верхнее окно на этаже. Ёнджун сказал мне не делать этого, потому что я убьюсь, но я знала, что у меня получится. Я хороший альпинист, - добавила она с ноткой гордости в голосе. - И он слишком много беспокоится обо мне

- Хорошо, когда есть люди, которые беспокоятся о тебе, - сказала Сыльги. - Это значит, что они заботятся. Вот как можно понять, что они хорошие друзья

Йеджи перевела любопытный взгляд с Сыльги на Тэхена- Ты беспокоишься за него? - спросила она, вызвав тем самым удивленный смешок у Сыльги

- Постоянно, - ответила она - Тэхен может убиться, надевая штаны с утра. Быть его парабатаем - работа на полную ставку

- Хотелось бы мне иметь парабатая, - сказала Йеджи. - Это тот, кто становится твоей семьей, потому что хочет ей быть, а не потому, что обязан. - Внезапно смутившись, она покраснела. - В любом случае, я не думаю, что кто-либо должен быть наказан за то, что спасает людей

- Поэтому ты доверяешь нам? - тронутая, спросила Джису. - Ты считаешь, что мы спасаем людей?

Йеджи провела носком ботинка по ковру. Затем она подняла взгляд- Я слышала о тебе, - покраснев, обратилась она к Тэхену. - В смысле, о тебе все знают. Что ты был сыном Дантэ, а потом не был, потому что оказался До Тэхеном. И я не думаю, что для большинства людей это имело какое-то значение - почти все зовут тебя Бэ Тэхен - но для моего отца имело. Я услышала, как он говорил маме, что думал, будто все До мертвы, и род прекратил свое существование, но вдруг ты оказался последним из них, и он проголосовал на собрании Конклава за то, чтобы продолжать твои поиски. Он сказал: «Семья Хван в долгу перед семьей До»

- Почему? - спросила Сыльги. - Почему они в долгу перед ними?

- Я не знаю, - ответила Йеджи. - Но я пришла, потому что мой отец хотел бы этого, даже если бы это было опасно

Тэхен тихо рассмеялся- Что-то подсказывает мне, что тебя не волнуют опасности, - он присел, чтобы их с Йеджи глаза оказались на одном уровне. - Есть еще что-то, о чем ты можешь нам рассказать? Они еще что-то говорили?

Она покачала головой- Они не знают, где Ину. Они не знают, что такое Эдом. Я упоминала его, когда держала Меч Душ, но думаю, они просто решили, будто это другое название для «Ада». Они никогда не спрашивали меня, считаю ли я это реальным местом, поэтому я не рассказывала

- Спасибо, что рассказала все. Ты помогла нам. Очень помогла. Но тебе лучше уйти, - добавил Тэхен таким мягким тоном, каким только мог. - Пока они не заметили, что тебя нет. Но теперь До в долгу перед Хванами. Окей? Запомни это

Тэхен встал, когда Йеджи повернулась к Джису, та кивнула и повела девочку к окну, на котором до этого сидел Тэхен. Перед тем как открыть окно, Джису наклонилась и обняла девочку. Йеджи вылезла из окна, как маленькая ловкая обезьянка. Через несколько мгновений не было видно ничего, кроме ее ботинок, а секунду спустя они тоже исчезли. Тэхен слышал тихий шорох шагов Йеджи по крышам, а потом наступила тишина

- Мне она нравится, - наконец сказала Айрин. - Отчасти она напоминает мне Тэхена, когда он был маленьким, упрямым и поступал так, как будто он был бессмертным

- Две вещи до сих пор не изменились, - сказала Джису, закрывая окно. Она села на подоконник. - Я думаю сейчас самый большой вопрос, скажем ли мы Кёлькён или кому-нибудь из Совета о том, что Йеджи рассказала нам?

- Зависит от ситуации, - сказал Тэхен, - Кёлькён должна подчиняться тому, чего хочет Конклав, она сама так сказала. Если они решат, что они хотят бросить нас в клетку, пока Ину не придет за нами - ну что ж, отлично, это почти лишит нас любого преимущества, которое эта информация могла бы дать нам

- То есть, все зависит от того, действительно ли полезна эта информация или нет, - подвел итог Сехун

- Правильно, - сказал Тэхен. - Сыльги, что ты узнала?

Сыльги достала книгу, которая находилась позади нее. Это была демоническая энциклопедия, книга, которая была в библиотеках у всех сумеречных охотников- Я думала, что возможно Эдом, название для какого-то демонического измерения...

- Ну, все думали, что Ину находится в другом измерении, потому что его нельзя отследить, - сказала Айрин. - Но существуют сотни измерений с демонами и люди не могут просто так попасть туда

- Некоторые из них изучены лучше других, - сказала Сыльги. - В Библии и записях Еноха упоминается всего несколько. Все они, естественно, спрятаны в сказках и мифах. В них сказано, что Эдом это пустыня, - прочла она вслух, ее голос стал громче. - «И реки Эдома превратятся в смолу, почва его станет серой; земля же - горящей смолой. Ни днем, ни ночью смола не будет остывать, дым от нее будет подниматься ввысь вечно. От поколения к поколению эта земля будет пустынной, никто не пройдет по ней во веки веков», - он вздохнул. - И, конечно же, здесь есть легенды о Лилит и Эдоме. Она была туда изгнана и правила там вместе с демоном Асмодеусом. Вот почему омраченные говорили о принесении Чхве Хансоля ей в жертву в Эдоме

- Лилит защищает Ину, - сказала Джису. - Если бы он собирался навестить владения демонов, то отправился бы к ней

- «Никто не пройдет по ней во веки веков», звучит не очень обнадеживающе, - сказал Тэхен. - Кстати, нет способа туда попасть. Перемещение из одного места в другое в этом мире это одно дело...

- Вообще-то способ есть, я думаю, - сказала Сыльги. - Проход, который нефилим не сможет закрыть, потому что он находится за юрисдикцией наших законов. Он стар, старше сумеречных охотников - древняя, необузданная магия, - она вздохнула. - Он находится в Летнем Дворе и охраняется волшебным народом. Нога смертного не ступала на эту тропу более ста лет