Глава девятнадцатая • «Добрый» вечер, Чонгук

Чимин, очевидно, везунчик, раз встретил свой страх сразу же, на первой паре. Даже, как оказалось, сел с ним. Юнги смотрит на него всё время, словно прожигает, а Пак резко проявил интерес к лекции, внимательно слушая преподавателя, подавляя предательскую дрожь и старательно игнорируя просверлившую в нем дыру опасность.

- Не вспомнил ещё? - ужасный вопрос. Нет, как бы Чимин не старался, а никакого Мин Юнги он не припоминает в своей жизни. И самому уже интересно, кто это такой, но страшно даже представить, что с ним сделают на этот раз, если спросит.

- Ты ошибся, - слишком дерзко получилось, Пак и сам не ожидал от себя такого. Теперь минимум неделю ему придётся ходить и оглядываться.

- Я никогда не ошибаюсь, Минни, - снова это прозвище, что заставляет блондина повернуться и глянуть с каким лицом тот это говорит. Как и оказалось, ехидная улыбка.

Звонок оповещает об окончании пары. Преподаватель ещё доносит до студентов какие-то новости, но не до Чимина. Тот подрывается с места, на ходу сгребая свои вещи в портфель, и мчит к своему спасителю - Ким Намджуну. Только холодные руки перехватывают, крутанув вокруг оси, и тащат в совершенно противоположную сторону, к другому выходу. Чимин брыкается, хочет освободиться, привлечь внимание остальных, чтобы Мин отпустил его, но сильные руки до того болезненно сжали живот, где всё ещё виднелась фиолетово-синяя гематома, что парню оставалось думать лишь о том, как убрать их подальше с ушиба. Пак наступает тому на ногу, надавливая сильнее, и пользуется заминкой, размыкая цепкий замок из чужих длинных пальцев на своём животе, срываясь по ступеням вниз, не оборачиваясь, чтобы скорее настичь Джуна. Тот находится слишком быстро, Чимин буквально влетает ему в спину, испуганно дергаясь, словно котёнок. Поднимая голову и убедившись в том, что перед ним лучший друг и он теперь в безопасности, блондин вертит головой в поисках Юнги, но того уже и след простыл.

- Чим? Что-то случилось? - обеспокоенный взгляд Намджуна бегает по ещё содрогающемуся телу парня, но Чимин качает головой, натянуто улыбаясь.

- Нет, всё хорошо.

***

За Джуном весь день не попрячешься, уже следующая пара разделила лучших друзей по разным корпусам. Чимин действительно ходил и оглядывался, искал людные места, старался не оставаться один. Ещё две пары. Надо пережить две пары.

Парень впервые в жизни хотел, чтобы пары не заканчивались. Когда он заходил и не видел среди сидящих за партами Мин Юнги, то облегченно выдыхал. С этой проблемой надо что-то делать, как-то её решать. Чимин уже подумывал рассказать всё Джуну. Возможно, он в курсе о прошлом его друга и что-то знает о присутствии в том прошлом самого Пака. Но, что бы ни случилось, не при каких обстоятельствах парень не будет говорить Чонгуку. Даже Хоби мог бы сказать, но не Чонгуку. Сам эту кашу заварил - самому её и расхлёбывать, нечего его дяде решать за него проблемы.

Последняя пара подошла к концу, снова пробуждая в блондине тревогу. Он собирает вещи, видя как его руки начинают трястись. У Тэхёна ещё одна пара, Намджун тоже ещё не освободился. Чимину ничего не остаётся, кроме как последовать к выходу и пойти домой. Он шёл длинными коридорами, с подозрением оглядывая каждого. Студенты смотрят на него несколько странно, но Пака это мало волнует. Живот начал предательски ныть, напоминая о гематоме. Выходя из корпуса, парень с неверием обернулся, оглядывая здание. У меня получилось? Может, у Юнги ещё пара?

Но стоило ему повернуться обратно, как он нос к носу встретился с тем, от кого бегал весь сегодняшний день. Юнги резко берёт его под локти, запихивая в свою машину, блокирует все двери и срывается с места.

- Выпусти меня, сейчас же! Ты не имеешь права, я сообщу в полицию! - телефон перехватывают, выкидывая куда-то в сторону багажника. - Что тебе нужно? Я не знаю кто ты такой, оставь меня в покое!

Чимин срывается на крик, в истерике тарабаня по тонированным стёклам, но тот ничего не говорит, молча ведя машину.

- Ещё один удар по стеклу и следующий удар будет твоей головой, - не предупреждение, а угроза, которая заставляет Пака замереть и перестать бить кулаками в окно.

А что, если в этот раз ему не уйти живым? Что, если Юнги не отпустит уже его так просто? Из страшных мыслей вырывает визг тормозов. Чимин с ужасом оглядывается и замечает, что они на парковке общежития. Дверь всё ещё заперта, и теперь Мин смотрит на него. Его глаза холодные, как и в тот раз, он хватает Пака за край пальто, притягивая к себе.

- Ты вспомнил? - блондину страшно отвечать, он тяжело сглатывает, слова застряли в горле. - Отвечай!

- Почему ты хочешь, чтобы я вспомнил тебя?

- То есть нет? - злоба отразилась на его лице, когда он сильнее сжал ворот пальто.

Чимин жмурится, ожидая самого худшего, и не напрасно. Уже в следующую секунду его голова встречается с холодом стеклянного окна, боль раздаётся в виске и скула сильно ноет. Неожиданно слышится щелчок открытия дверей, Пак резко дергает ручку, вываливаясь из авто, и ускоряется до бега, хотя знает, что его не преследуют. Ноги принесли блондина к самому дому. Руки трясутся, из-за чего ключи никак не попадают в замочную скважину. Когда замок все же поддаётся, Чимин заваливается в квартиру, кидая вещи на пол, закрываясь изнутри и падая на колени в прихожей. Лишь сейчас он почувствовал себя в безопасности. Трясущиеся ноги поддаются не с первого раза, парень с трудом поднимается, чтобы дойти до зеркала. На правой скуле созревает новый синяк, окружая чуть кровоточившую ссадину. Чонгук уже скоро вернётся домой, нужно привести себя в порядок.

Чимин скидывает пальто по дороге, уже не сдерживая слёзы. Истерика охватывает его, мешая дойти до ванной. Всё тело сильно трясёт, парень спиной прислоняется к стене, захлёбываясь в своём отчаянии. Он ведь просто решил начать новую жизнь, почему же должен переживать всё это? Почему должен вспоминать какого-то психопата, который регулярно наносит ему побои? Пак вытирает всё льющиеся слёзы, снова пытается подняться, совершая очередную попытку дойти до ванной, но дверь дядиного кабинета вдруг распахнулась, и в коридор вышел не кто иной, как Чонгук, шокировано уставившись на своего племянника.

- Чимин?