ОСЕННИЙ БАБОПАД

После памятного случая с укусом Корвус с Таной решили, что пока что не станут давать внятных объяснений Варнарису. Попросту, все еще это не требовалось. Русалу лишь намекнули, что песчаник возможно носитель некоего заболевания, которое не заразное, пока со слюной или кровью не попадает в организм пострадавшего. Коракс со всем ехидством назвал симптомы: суровый понос, сыпь на гениталиях и головная боль с плохим настроением. Варнарис с честью выдержал сказанное, но как-то быстро смылся в корпус, сославшись на острое желание принять душ.

— Ну и? Чего нам ожидать теперь? — Тана богиней мщения нависала над Корвусом, сидящим на крыльце своего корпуса и смотрящим куда-то себе под ноги. Вряд ли ему так был интересен песок, как он хотел показать окружающим.

— Чего угодно. Вампиром он не станет точно — кровь я не отдал добровольно, да и его не испил, он был бодрячком — Корвус раздраженно распрямил спину, с хрустом прогнулся и положил руки на затылок. — А вот то, что он, по идее, со мной теперь связан, — это запросто может быть. Когда вампир кого-то кусает, то предпочитает убить сразу — чтоб жертва не волоклась за ним в слепом обожании и желании, чтобы ее кусали снова и снова и желательно от души трахнули.

— Корвус! — возмущенно воскликнула девушка, краснея до кончиков ушей.

— Суровая правда жизни. Вот меня самого кусал мой Создатель! И, черт возьми, я к нему привязан до сих пор, как бы не хотел это разорвать! — яростно сверкнул глазами вампир, да так, что алый отсвет на миг окрасил бледную кожу в кровавый цвет. — И мне еще повезло куда как больше, чем остальным, но опустим подробности...

— То есть... — Тана еще больше смутилась, переваривая полученную информацию. — Ты до сих пор хочешь, чтоб он...

— Случается, — грубо прервал ее вампир. — И, поверь, я не в восторге от этого. Это при том, что лишь наполовину меня сделал таким он. Нежить я не столько по его милости. Он всего лишь подкорректировал ошибки предыдущего и максимально сгладил эффект. Как видишь, я сейчас не волокусь ни за кем, пуская слюни в слепом обожании.

— И что, Нари будет хотеть... — на Танаиду стало жалко смотреть — настолько она съежилась и явно захотела разреветься. Невинная психика не выдержала такого напора.

— Главное, чтобы я лично за ним не стал носиться с просьбой откушать снова, — язвительно смерил взглядом девушку песчаник. — Или чтоб он не стал. Могут не так понять.

— Боги, какой кошмар. Это я во всем виновата... — Тана села на ступеньку рядом с Корвусом, спрятав лицо в ладонях. Вампир тяжело вздохнул, закатил глаза и приобнял девушку.

— Не ты. Я был беспечен, неосторожен, недальновиден и позволил подобному произойти. А твоему этому психопату надо быть сдержанней. Не хнычь, слышишь? В конце концов, еще ничего не случилось, может, он зубы почистит вовремя. Или у него будет-таки понос. Заодно мозги прочистит...

— Дурак ты, который раз говорю, — девушка грустно улыбнулась. — Все у меня не как у людей. Даже жених.

— Да и друзья у тебя странные типы, — поддакнул вампир и сразу получил тычок под ребра острым локтем. Наконец-то девушка тихо, и все же с ноткой грусти, рассмеялась.

— Иди-ка спать, подруга. Завтра тяжелый день, — ассасин задрал голову, глядя на первые звезды, засиявшие на небе. Тана согласно кивнула, усмехнулась и, смачно чмокнув мужчину в щеку, почти бегом отправилась к своему корпусу. Корвус задумчиво хмыкнул и вновь всмотрелся в темнеющее небо без единого облачка.

Завтра надо будет идти на охоту. Жажда уже сильнее дала о себе знать.

Быстро посетив здание душевой, замотавшись в полотенце, принц Песков решил подышать свежим ночным воздухом, пока на улице никого не было: после отбоя все сидели по комнатам. Форму стоило отдать в стирку, причем чем скорее, тем лучше: на правом боку рубахи и левой штанине остались кровавые брызги, а это никак не способствовало улучшению самоконтроля.

Ночь была на удивление тиха и тепла, даже для бабьего лета, легкий ветерок ласкал кожу, сушил волосы, прилипшие к спине и шее.

Вампир затянул потуже полотенце, обмотанное вокруг бедер. Мысль об окровавленной им же одежде казалась кощунственной, да и вроде никто около общежития, кроме снулых перед зимой комаров, не ошивался. Насекомые подлетали и обиженно жужжали, видимо, из солидарности считая Корвуса чем-то непригодным в пищу.

- ... М-м-мать! — Внезапный порыв ветра сшиб Коракса с ног и отправил в полет прямиком носом в песчаную действительность. Мужчина полетел в одну сторону, а полотенце — в другую, вызвав бурю негодования и речевых оборотов. Настроение было в прямом смысле слова изгажено. Остро пахнуло волчьей шкурой.

Что-то внушительных размеров,  с женским ворчливым голосом отползало с лужайки между душевой и  плацем.

— Чем бы ты ни было, я тебе шею сверну, — сладким голосом пообещал вампир и медленно, угрожающе встал с песка, подхватил полотенце. Песок с едва слышным шуршанием осыпался с несчастной тряпки.

— Начинай! — приняла вертикальное положение фигуристая девица, помятая и растрепанная, выплюнула прилипшие к губам волосы, выбившиеся из внушительной русой косы. Конечно же, они сидели рядом на первой лекции, вот оно что!

Фыркнув, она смерила вампира оценивающим взглядом. — Ничего так, только подарочного бантика не хватает.

Корвус проследил за ее взглядом и, демонстративно неспешно, но резкими движениями вновь обернул бедра бывшим когда-то белоснежным полотенцем.

— Спасибо, учту пожелания, — буркнул он в ответ. — Какого хрена это было?! Что за налет без военного положения?

— Это были похороны моей пересдачи на второй курс! Формула, дивизию ее в атаку, не сработала! — разочарованно воскликнула девушка и яростно выдрала из волос невесть откуда взявшийся репей. — Я должна была до нашей общаги долететь!

— Ну, до общаги ты метров пятьдесят не долетела, только она явно не твоя, — палец укоризненно ткнулся в сторону таблички над дверью. "Душевая." Снизу какой-то юморист подписал размашистым почерком: «Бордель. Круглосуточно))».

— Да неужели? Я уж думала, тут покои царские! И прынц на песочке готовенький! — расхохоталась невозмутимая девица, правда, как-то злобно.

— Скорее, прынцесса залетная, — сердито сощурился Коракс. — Не ушиблась? А то прынц волнуется. Может, свиту позвать? Под белы ручки в курятник отвести? Там лапки сподручнее перьями обклеивать, чтоб в воздухе не отваливались. Особенно второгодницам! Это что же сотворить нужно было, чтоб не отчислили, а на второй год оставили?!

Девушка хлопнула ресницами, гневно сверкнув большими глазами. 

— Обойдусь без информирования местного гарема, — едко ответила девица, не догадываясь, насколько сильно ужалила собеседника случайным словом. Вампир рыкнул вслед уходящей фигуре, ловя вновь падающее полотенце:

— Бабопад не заказывали! Прилетайте завтра в то же время!

Вампир снова кинулся в душевую, где, стоя под струями воды, уперевшись одной рукой в стенку, тихо материл нахалок и ждал, когда поток воды смоет колючий песок. Однако, действительно, как можно было не сдать экзамены и не вылететь? Да кто она вообще такая?!