Глава 2

Правда. Тысячи жаждут ее узнать, сотни готовы услышать и лишь единицы готовы принять. Принять, смириться и жить дальше. В мире полно искусных лжецов, виртуозно жонглирующих истиной, а тех, кто готов разбить чужой иллюзорный мир – снова единицы. И они, как правило, не приживаются в обществе. Никто не любит приносящих дурные вести гонцов. Спасибо, головы им перестали рубить. У правдолюбов всего два пути: перекрыть фонтан словесности или и дальше оставаться изгоем среди почтенной публики, приторно сладко улыбающейся друг другу, а после всаживающей нож со спины как можно глубже (не забыв обработать ядом и провернуть пару раз).

Глава бонумов Михаил был правдорубом, но выполнял работу крайне филигранную. Он был одновременно и хирургом, и ювелиром. И, ему, как и двуликому Янусу, приходилось разделяться. Он должен был не только говорить правду, но и виртуозно подавать ее, дабы не рассказать всей. Слой за слой он рассекал истину, подавая к столу только те кусочки, которые могли усвоиться.

Как и у древнего бога, взор Михаила был одновременно обращен и в прошлое, и в будущее, а сам он непременно оставался в настоящем, для создания связующего мостика между двумя моментами времени. Ему приходилось строить крепкие опоры, которые смогут продержаться до нужного времени и выдержат тех, кому придется стремительно по этому мостику перемещаться. Но при этом мостик должен оставаться хлипким, чтобы сломаться и утопить тех, кому на него ступать не положено. Очередная двуликая задача для главы бонумов, который порой и сам терялся не только в бесконечно запутанном потоке своих мыслей, но и своих многоходовых планах.

Как бы не думал Дарк, что Михаил упускает свой шанс, бонум считал, что был на верном пути и сделал знакомство Вара и Селены тем самым «мостиком», соединяющим прошлое и будущее. Кустодиам знал, что придет время и влюбленные смогут пройти по тем хлебных крошкам из прошлого, что он для них оставил, когда предвидел будущее, и смогут отыскать тропу в то «прекрасное далеко», что он для них видит.

- Нашел! – радостный выклик Ингвара отразился от стен и в очередной раз потревожил пыльные залежи кабинета.

Несколько часов бонум под надзором Амалиэля исследовал заваленный бумагами и артефактами кабинет Михаила в поисках той самой книги, и поиски наконец-то увенчались успехом. Довольный собой Вар выудил томик из-под завалов бумаг.

- Библия? – ухмыльнулся старец. Когда Вар попросил разрешения найти в кабинете погибшего главы бонумов книгу, он ожидал не этого. – Брат никогда не был склонен интересоваться религиями,куда больше его прельщала философия и психология. А поглощал порциями он трактаты о военном деле, которое так ненавидел, но был обязан практиковать ежедневно.

- Я думаю, что это не познавательное или развлекательное чтение, а подсказка. - пояснил парень. - В день нашего с Селеной знакомства, он попросил меня принести из библиотеки именно эту книгу. Сказал, что хочет освежить в памяти Откровения Иоанна Богослова, шестую главу.

- Очень странно... - старец поднялся с кресла для посетителей и стал ходить по комнате. В движении ему легче размышлялось о том, почему его брат заинтересовался именно этой частью Нового Завета.

Инвар решил, что пришла пора поделиться с Амалиэлем не только воспоминаниями о дне знакомства с Селеной, но и новостями о ее утреннем видении. В последнее время, они с Селеной держали все в секрете, предпочитая делиться мыслями только с Витиумом и Сайресом, но Амалиэль помог попасть в кабинет Михаила, не задавая лишних вопросов, и как минимум за это Вар должен был ему правду. Он рассказал наставнику о том, что утром у Селены было видение, в котором она видела четырех незнакомцев очень похожих на тех, что описывались в той самой книжке, что старец держит в руках.

- А вот это уже интересно. – внимательно выслушавший рассказ Амалиэль задумчиво почесал бороду. Заметив растерянность ученика, он пояснил. – Откровения Ионна Богослова еще называют Апокалипсис, потому что повествуют они, как ты уже понял, о событиях прискорбных, а шестая глава посвящена появлению Четырех всадников, якобы которых видела Селены. Сразу бы сказал мне про видение и про то, какую книгу ты ищешь, сэкономили уйму времени. Шестую главу я наизусть процитировать могу, только не пойму, причем тут она. Дела у нас, в последнее время и правда идут не очень, да и времена настали темные, но это точно не Апокалипсис.

- Так четверка, предвидевшая Селене, всадники Апокалипсиса? – Вар пылятся уловить смысл видения любимой.

- Да какие там Всадники! Конечно же нет, хотя образ этот и эксплуатируют. Понять бы зачем. – старец призадумался. – Куда больше этих ряженных меня интересует как нам связать видение Селены, найденную Библию, псевдоАпокалипсис и моего брата? Потому что в подобные совпадения я не верю.

- Я тоже в совпадения не верю, а с четверкой из видения предлагаю разобраться позднее. Раз они никакие не всадники, бояться нам нечего, а проблемы с ними, если они возникнут, решим по мере поступления. – перехвативший инициативу Вар перехватил и Библию. – Мне кажется, тут дело не только в шестой главе, но и в самой книге. Я могу ошибаться, но мне кажется, что Михаил оставил нам в ней подсказку.

Сдувшему с книги пыль Вару показалось, что пухлый томик не открывали с того момента, как он передал его главе. Бонум недолго любовался облачком пыли, потому что куда больше его интересовала ее источник. Ингвар спешно пролистал книгу и в самом начале шестой главы Откровений нашел открытку с изображением леса.

- Вот же говнюк! – увидевший цветной прямоугольник Амалиэль помолодел на глазах.

- Что не так? – растерялся Инвар, принявший реплику на свой счет. Он ни разу не слышал, чтобы старец ругался. Но, с другой стороны, он раньше в кабинах глав кустодиамов не рылся.

- Мы так в детстве с Мишкой играли. Оставляли друг другу рисунки с указаниями, где искать сокровища. – улыбнулся древним воспоминаниям не менее древний мужчина. – Вы, друг мой юный, справились в первой часть задания. Теперь берите свою находку и оправляйтесь к ребятам Витиума. Они, я уверен, раскроют вам еще парочку тайн.

- Составите компанию? – предложил бонум, предвкушая начало интересной истории. Вар не любил битвы, но любит историю и с удовольствием в нее погружался, а разгадки тайн были для него сродни допинга.

- Слишком стар я для подобных приключений. – покачал головой Амалиэль, который предвкушал совсем другую историю. Он не собирался ввязываться в режиссированную его братом историю, прекрасно зная, что всех их объединяло одно – печальный конец. Именно поэтому в адрес погибшего, о котором полагалось лишь хорошо, полетела характеристика совсем противоположная. Брат и после смерти продолжал играть в игрульки и втягивал в них других. – В отличие от Михаила я знаю, когда стоит уйти на покой и дать дорогу молодым.

Старец снова погрузил кабинет погибшего главы кустодиамов в забвение и переместился в любимую библиотеку. В окружении книг Амалиэль чувствовал себя лучше всего, потому так уважал Ингвара – видел в нем отголоски себя. Юный бонум, также, как и он, шел по пути мира, а не войны. Юный бонум, также, как и он, любил исследовать древние тексты. Юный бонум, также, как и он, верил в то, что история всегда повторяется, потому что никто не учится на ошибках предшественников. Но сейчас Вару предстояло встать на путь крови и Амалиэль не собирался становится его попутчиком и обузой. Как не собирался (в отличие от того же Михаила) манипулировать парнем и его возлюбленной (тем более с того света). Не собирался Амалиэль и становится главой Заставы, как того хотел Михаил. Крайне непредусмотрительно было бы ставить во главе армии библиотечного червя, потому первым приказом и.о. Главы Амалиэля был самоотвод и назначение на эту должность Витиума. Старец сожалел, что взращенный на эту должность Гадриэль погиб, но Витиум был не самой плохой ему заменой, тем более он и ковал идеального лидера для бонумов.

К лучшему кузнецу для верум беллаторов решил обраться и Вар. Воина на месте не оказалось, но Ингвар и не ожидал, что они с Сайресом так рано вернутся. Все рабочее (и свободное) время Витиум тратил на тренировки с новым верум беллатором. После убийства Михаила скрывать их не пришлось, потому что командование Заставой перешло целиком и полностью под руководство Витиума. Заменить его мог только Сайрес и потому наставник тренировал его без устали, что радовало обоих. Вара же куда больше радовали не успехи в обуздании Тьмы Сайреса, а тот факт, что в приручении не участвовала Селена. Раз занятия не были тайными, необходимость в «заморозке» отпадала.

Добравшись до штаба беллаторов Вар убедился не только в профессионализме подготовленных Гадриэлем кадров, но и в правоте Амалиэля, а заодно своей. Банально просветив открытку в ультрафиолете, беллаторы легко нашли тайное послание. На обратной стороне карточки неразборчивым почерком Михаила было накарябано: «Следуй за луной». Бонум загадки любил, потому продолжил небольшое расследование. Пропустив отсканированное изображение через базу, удалось выяснить, что лес с открытки находится в Канаде. Теперь Инвар знал, что ему предстоит отправиться за луной в Канаду, вот только не понимал зачем. Бонум снова обратился к найденной в кабинете Михаила книге. Перелистав ее под лучами ультрафиолета, он сделал открытие настолько ошеломительное, что незамедлительно покинул Заставу и поспешил в коттедж.

Ингвару не терпелось поделиться радостной новостью с Селеной, но девушки дома не оказалось. Бонум решил, что она в очередной раз решила прогуляться в одиночестве по окрестностям, чтобы отвлечься от дурных мыслей. Учитывая события последних недель, Вар подобные одиночные прогулки не поощрял, но Витиум выставил по вокруг защищенных от перемещений владений стратеры еще и охрану из беллаторов и бонум был вынужден сдаться, тем более он доверял своей любимой. Инвар был уверен, что у Селены от него секретов нет. Но секрет был. Всего один. И хранила его девушка лишь потому, что не хотела пугать любимого.

Вопреки мечтам Вара Селена все же замораживала взбесившегося Сайреса. После заморозки живущая в нем Тьма немного теряла свои вкусовые качества, потому помощь стратеры была необходима. Она значительно ускоряла процесс становления Сайреса как верум беллатора. И пока Ингвар общался с подопечными Витиума, Витиум с Селеной охлаждали пыл самогоразгоряченного и важного воина.

- Я как Шварценеггер в том старом фильме про Бэтмена. – усмехнулся Сайрес.

- Ты не настолько синюшный. – опротестовала его заявление лучшая подруга.

- И не настолько крутой. – напомнил Витиум.

- Конечно, я же в разы круче! – оттаивающий беллатор унывать не привык.

- Будешь, если выпендриваться перестанешь и станешь четко следовать моим указаниям. – наставник поблажек не давал, а Сайресу и подавно. – И завязывай уже со своими идиотскими шуточкам, а то придется из тебя и их выбить.

- Эти идиотские шуточки даже смерть из меня не вытравила, тебе-то куда. – ехидно заметил воин.

- Витиум, смирись ты уже. Поверь, со временем привыкнешь. Я же привыкла. – усмехнулась Селена и бросила взгляд на часы. – Боже, мне давно пора быть дома. Вар уже вернулся и мне снова придется ему врать.

- С кем приходится иметь дело! – вздохнул Витиум. – Беллатор, который шуточки шутит, и Стратера, которая даже за своим временем уследить не может.

- Бери, что дают, и не выделывайся. – Сайрес давно наплевал на субординацию. Тем более, чисто формально, был куда выше рангом, чем его наставник.

- Сайрес! – Селена ратовала не столько за субординацию, сколько за вежливость и уважение к старшим. – Витиум всем нам делает огромное одолжение. И тебе в первую очередь!

- Мы, вообще-то, ему тоже одолжение делаем. – напомнил верум. – Мы же с тобой «сливки» его будущей армии, которые терпят ежедневные издевки и изнуряющие тренировки.

- Сливки? – Витиум скорчил недовольное лицо. – Скорее у меня тут прокисшее молоко. Молоко, которое только языком чесать умеет, а Тьму свою без подружки и обуздать не может, не говоря уже о скорости и технике боя. А в компании у него фруктовый кефирчик, который слишком нежен для того, чтобы пользоваться своей силой и людей не просто тормозить, но и морозить насмерть. До сливок им еще далеко. И, если не перестанут умничать, то сливками так и не станут, потому что один веселый молочник, который любит одеваться во все черное и очень дорогое, сольет их в унитаз.

- Да ты у нас любитель аллегорий! – примирительно похлопал наставника по плечу Сайрес. – А вообще, Витиум, хватит уже лясы точить, верум беллатор сам себя не потренирует.

- Вот как с ним быть? – развел руками Витиум.

- Если бы я знала. – Селена помочь воину не могла, но вариант предложила: – Наказывать его пора. Лиши сладкого и спать укладывай в восемь вечера.

- Домой тебе пора, кефирчик, давно пора. – указал на выход Сайрес. – Иди давай, не подкидывай ему идей. Вару привет.

- Очень смешно. – как будто девушка могла рассказать любимому, чем занимается по вечерам.

- Да расскажи ты ему уже правду! – Витиум сразу настаивал на том, что Ингвар должен быть в курсе происходящего.

- Меньше знает, крепче спит, так? – Сайрес подругу не винил, хочет хранить секреты, пожалуйста. Сама же потом об этом пожалеет.

- Так! – кивнула девушка, подумывающая о том, что пора сбросить груз и во всем признаться. – До завтра!

- Уже до сегодня! – указал на часы Витиум.

Селена переместилась к дому и прокручивала в голове новую порцию лжи, которую готовилась подать Ингвару вместо ужина. Она устала врать любимому, но она верила, что незнание будет куда лучшим вариантом, чем правда. Ингвар, итак, был излишне впечатлителен, а то, что касалось ее безопасности тревожило его куда больше, чем остатки популяции амурских тигров и глобальное потепление гринписовцев. Девушка не хотела тревожить парня, потому старательно поддерживала идиллическую картинку нормальной пары. Вот только они с Варом никогда нормальной парой-то и не были. Но парень так старался создать для Селены островок счастья, что она просто не могла его подвести и рассказать о том, что каждый день уплывает в окружающее их бушующее море на самодельном плоту, еще и без спасательного жилета и сигнальных ракет.

Но сегодня Селена переживала зря. Слова Сайреса оказались пророческими. Мало знающий о вечерних тренировках Селены Вар уснул на диване в обнимку с книгой, так и не дождавшись любимой.

- Во истину, кто меньше знает, тот крепче спит. - пробормотала Селена, укрывая парня пледом и вытаскивая из под него книгу в черной обложке.

Откуда же было знать девушке, сконцентрированной только лишь на том, что в этот раз ей не придется рассказывать о том, как она так ушла в себя и не заметила время, об ошибочности суждений.

Сегодня Вар, впервые за много недель крепко и сладко спал именно потому, что ему, пока еще единственному, открылась очень важная тайна. Тайна, которая была спрятала в самой необычной книге. Книге, в которой были подчёркнуты всего три слова: «Спасти», «умерший» и «друг».