12. «Не могут жить в разлуке лебеди»/ ЛЮБОВЬ УСТАВШИХ ЛЕБЕДЕЙ

Следующим вечером, когда стихли последние аплодисменты, софиты над сценой погасли, а зрители разбрелись по своим домам, молодые люди собралась за кулисами, где артист спешил поздравить свою команду с удачным завершением очередного концерта.

— Ребята, вы все большие молодцы! Это было мега круто! Я горд и счастлив, что у меня такая команда. Даже больше — семья. Впереди еще два города, теперь давайте немного передохнем и через неделю выступим в Волгограде с новыми силами.

И дальше все по уже отработанной схеме: полу бессонная ночь после выступления, последний совместный завтрак в отеле, сбор чемоданов и трансфер до аэропорта. А потом: перелет и новый город, прогулки, общение, репетиции и наконец — концерт.

За эти несколько недель в окружении добрых и невероятно творческих людей, Вероника нашла много друзей, единомышленников, если можно так сказать, но самое главное — она постепенно обретала себя. Ту себя, которой когда-то хотела быть и, наконец, отпустив все страхи и сомнения, позволила самой себе ею стать. Пусть и на время. Но, как это обычно бывает: даже с самого короткого и, казалось бы, не значительного путешествия, никто не возвращается прежним.

Вот и сейчас, за пол часа до выхода на сцену, девушка стояла перед зеркалом и не могла понять: это мир вокруг так изменился, или она сама? Поток ее мыслей прервал телефонный звонок — это была подруга.

Последнее время они не могли общаться так часто, как раньше, но каждый день обязательно находили несколько минут друг на друга. Ника приняла вызов и сразу же увидела улыбающееся лицо Дианы:

— Привет, подруга!

— Привет! Ты разве не на работе должна быть?

— Ты что! Я отпросилась, специально, чтобы посмотреть концерт в прямом эфире.

— Не знала, что его будут транслировать... Можешь ссылку моей семье прислать?

— Не будут, это я с девочкой из Волгограда договорилась, которая там будет. Родителям твоим уже давно отправила.

— Какая ты оперативная... спасибо!

— Да не за что. Ты как? Настроилась?

— Вроде того. Генеральная репетиция прошла хорошо, но волнения от этого не меньше...

— Давай успокаивайся, а переживать я вместо тебя буду. Это же уже четвертое шоу, ты почти профи...

— Скажешь тоже... в этом деле каждый раз — как первый. Одна надежда только на то, что из зала не видно, как у меня периодически коленки дрожат.

— Тебе не о чем беспокоится: у тебя чудесный голос, а с такой командой за спиной ничего не должно быть страшно. И, кстати, пообещай, что приедешь и споешь мне лично «Любовь уставших лебедей», уж больно понравилась песня...

— Хорошо, договорились. К слову, следующий концерт — в Самаре. Не хочешь приехать? Я могу договориться...

— Правда? Было бы здорово! А родители?

— Тоже хочу позвать, но сначала узнаю, сколько могу проходок взять...

— Вау! Ты там узнавай тогда и держи в курсе.

— Обязательно.

— Ладно, не буду отвлекать, готовься к выходу. С Богом!

— С Богом!

Экран телефона погас, и девушка положила его на стол. Снова повернулась к зеркалу, мысленно делая пометку, что надо не забыть спросить о пригласительных на следующее шоу.

Вероника продолжила настраиваться на выступление: поправила костюм, прическу, присела, чтобы обуть сценические туфли, не замечая, что непроизвольно начал петь ту песню, о которой говорила подруга. Ей она тоже очень нравилась: и мелодичное вступление, и нежная звуковая дорожка, и то, как постепенно раскрывается в произведении голос Димаша. Как легко переключается в ней между тональностями и местами кажется, что он поет не один. Ее любимый момент — после вокализа, когда эмоции и голос почти на пределе...

Девушка так увлеклась пением, что не заметила, что у нее появились слушатели. В дверном проем, облокотившись об косяк и скрестив руки на груди, стоял Димаш. Он внимательно наблюдал за происходящим, и выглядел задумчивым.

— Когда ты пришел?

— На втором куплете... — его мысли все еще были рассеянными.

Перед концертом в Сочи, они ужинали вместе в номере и много разговаривали. У него накопилось несколько историй после поездки в Шанхай, а Вероника рассказывала о том, что ее связывало с колоритным южным городом на берегу моря и горным воздухом. Казалось, что темы для общения никогда не закончатся.

Тем вечером парень упомянул, что за последнее время многие спрашивали его о дуэте, да и он сам об этом задумывался. Они даже попытались представить, кто из артистов мог бы составить ему музыкальную пару, но быстро оставили эту идею. Ведь, чтобы понять, с кем будут гармонично звучать голоса, нужна сначала подходящая песня.

Наконец, Димаш поднял взгляд на девушку и сказал:

— Время пришло, пойдем, все уже ждут за сценой... — и уже на ходу добавил: — Не пропадай, когда все закончится, мне нужно будет с тобой поговорить...

* * *

Казалось, что с каждым концертом, с каждым городом, зрители были все более благодарные и неутомимые, потому что с каждым разом овации звучали все дольше и дольше. Еще один концерт был позади, осталось только финальное шоу.

Вернувшись в отель, девушка переоделась, смыла макияж, а затем поднялась на несколько этажей выше и остановилась у номера «2405». Достав телефон, еще раз перечитала сообщение: «Как освободишься, приходи в мой номер „2405", нужно кое-что обсудить», несмело постучала, и услышав из глубины комнаты «открыто», вошла и прикрыла за собой дверь.

Парень тоже успел переодеться и сейчас сидел за столом в обычных спортивных штанах и черной футболке. Такой простой и домашний. Он жестом предложил ей сесть напротив, а сам встал и заботливо подал кружку чая. Было заметно, что Вероника переживает и, наверное, теряется в догадках: для чего ее вызвали «к начальнику». Димаш поспешил ее успокоить:

— Не нервничай, все хорошо.

— Знаешь, когда говорят «нам надо поговорить» — это редко заканчивается чем-то хорошим... — девушка попыталась улыбнуться.

— Тогда наш случай — исключение.

Ника не нашла, что ответить, и певец продолжил:

— Помнишь, не так давно мы обсуждали мой дуэт...

— Конечно.

— Так вот, кажется, я нашел песню... и того, с кем хочу ее спеть.

Девушка оживилась и радостно сказала:

— Как здорово! Это будет новая песня?

— Нет, песня давно известная, но уверен, зазвучит она совсем по другому...

— Уже не терпится услышать! И ты меня позвал для того, чтобы сообщить об этом? — ее глаза блеснули: — Значит ли это, что ты и имя мне скажешь, по секрету?

— Совершенно верно... — он решил выдержать паузу.

— Так кто же это? И что за песня?

— «Любовь уставших лебедей»

— Ух ты! Это одна из моих любимых композиций, а моя лучшая подруга ее просто обожает. Даже попросила спеть ей, когда приеду. Она будет в восторге! Что за счастливица будет твоей партнершей?

— Почему решила, что это девушка?

— А ты можешь представить, чтобы эту песню пели два парня? — Вероника скептически посмотрела на него. — Ну, так кто она?

Тянуть дальше не было смысла, так что Димаш включил напускное равнодушие, словно, говорит о чем-то совершенно обычном:

— Вероника Высоцкая.

На несколько долгих минут в комнате повисла тишина. А затем вмиг залилась звонким смехом девушки:

— Хорошая шутка... я почти поверила!

— Я серьезно...

— Ой, да брось, я на сцене — всего ничего, а ты говоришь о совместном дуэте. Я не смогу... — до Ники постепенно начало доходить, что он правда не шутит и первое, что она почувствовала — это страх.

— А я верю в тебя. Верю в нас, и что все получится.

— А я вот что-то не очень...

— Вероника, давай хотя бы попробуем. Когда я сегодня в гримерке услышал, как ты ее поешь, то пазл в моей голове, наконец, сложился...

— Ты правда так думаешь?

— Ты же знаешь, я всегда говорю только то, что думаю.

Да, об этом она знала. И после не долгих уговоров, сдалась.

— Хорошо. Давай попробуем.

* * *

Следующим утром команда Димаша покинула Волгоград. Приземлившись в Самаре, ребята заселились в отель и отправились прогуляться по городу. Погода стояла замечательная, несмотря на самое начало февраля, солнце светило уже по-весеннему и даже немного грело.

Пройдя по пешеходной улице, они спустились на набережную реки Волги, по которой даже зимой передвигался водный транспорт. Вероника никак не могла надышаться этим слегка весенним воздухом, который пьянил и заставлял наслаждаться каждым вдохом. Она закрыла глаза и снова глубоко вдохнула, легкие моментально заполнились кислородом и, казалось, что каждая клеточка ее тела готова взорваться от счастья. Девушка вдруг поймала себя на мысли, что подобные эмоции вызывает у нее музыка, пение, гул переполненного зрителями зала, а еще: темно-карие глаза и широкая улыбка, принадлежащие ее напарнику.

Прошлым вечером она согласилась спеть с Димашем дуэтом. Казалось бы: о чем тут думать? Но Ника даже после всего продолжала сомневаться в своих способностях. Сегодня должна состояться их первая репетиция, которая решит все.

* * *

Для всей команды этот день был выходным, поэтому вечером кроме Вероники и Димаша в концертном зале был только саундпродюссер. Ребята обговорили детали: кто, когда и где вступает, как громко и с какой подачей должен звучать голос, и на каких словах стоит делать акцент. Ерлан сел за пульт, включил музыкальную дорожку, и началась репетиция.

Первый куплет и припев пел артист, и по сюжету, с первыми аккордами второй части песни из глубины сцены медленно выходит девушка и начинает петь свою партию. Голоса вокалистов подходили друг другу идеально по всем параметрам.

В сценических костюмах, с поставленным светом, музыкой и бэками — все это должно было выглядеть очень эффектно. И, наконец, кульминация номера — совместный припев, который звучал просто, как на разрыв аорты:

«Не могут жить в разлуке лебеди, подожди, не спеши,Не говори, что чувства позади, нет назад пути.Не могут жить в разлуке лебеди, подожди, не спеши,Разлуки боль сильней, любовь мою согрейЛюбовь уставших лебедей...»

С последним пропетым словом, казалось, силы покинули молодых людей, столько эмоций и чувств было вложено в исполнение. Они смотрели друг другу в глаза и в этот миг любые слова были лишними. Вероника никак не могла отдышаться, когда откуда-то из зала вдруг услышала:

— Это было идеально... — она и забыла, что здесь есть кто-то еще.