Глава 7

Проведя пальцем по углу конверта, я поймала себя на том, что уже минут пять его бездумно разглядывала. Приведший в недоумение штамп «Вернуть отправителю» вызывал головокружение.Вот уже почти неделю я не получала писем от Лизы, это было совершенно необычно для нас, а теперь еще и мое последнее письмо вернулось нераспечатанным. Живот сжимался от предположений, что же это могло означать.– Ты готова? – я бросила взгляд через плечо на Тэмми, стоящую за моей спиной. Она была полностью собрана и готова к выходу, черное облегающее платье лишь подчеркивало ее длинные стройные ноги. Уверена, муж еще устроит ей взбучку из-за того, что она на себя надела, но, скорее всего, именно поэтому она так и вырядилась. Тэмми обожала, когда супруг превращался в пещерного человека из-за ее поведения, и следовало отметить: в такие минуты он действительно выглядел очень мило. Как бы мне хотелось, чтобы у меня было также.Когда наши взгляды встретились, улыбка Тэмми растаяла, и подруга бросилась ко мне.– Что случилось?Я протянула ей конверт.– Может, их отряд передислоцировали или что-то вроде того. Тут может быть что угодно, Ира, – Тэмми обхватила меня, и от нежности и утешения, подаренных ее объятиями, слезы потекли по моим щекам.– Я же просто отправляю ей письма на какую-то базу, а они в свою очередь пересылают их дальше. Так послания доходят до Лизы. Только на базе знают, где она находится, и направляют все туда. А это означает... – слова застряли у меня в горле, я была не в силах произнести их вслух. Могло ли с ней что-то случиться? Я никак не могла этого узнать, и что еще хуже, не знала никого, к кому можно было бы обратиться. Никто мне ничего о ней не сообщит.– Ты не можешь знать, что это означает. Может, она просто уволилась. Прошел почти год, а я помню, что ты мне говорила именно об этом сроке, по истечению которого Лиза собиралась подать в отставку. Тогда вы только начали переписываться.Слова Тэмми меня немного успокоили. Но почему Лиза не сказала мне об этом? Не дала новый адрес или что-то еще для связи с ней? А может, случилось то, чего я так боялась: как только Лиза перестала быть морпехом, между нами все закончилось.Эта мысль ранила чуть меньше других возможных вариантов событий, но все же было очень больно. Больнее, чем я когда-либо думала.– Ира! – Тэмми разжала объятия и обхватила меня за плечи. – Эта женщина не порвала с тобой. Поверь мне. Ты знаешь её лучше, чем кто-либо другой. Должна знать, учитывая, сколько вы друг другу писали.– Ты права, – она просто не могла оборвать со мной связь. Лиза не поступила бы так со мной. Она могла не испытывать ко мне той любви, что питала к ней я, но мы стали хорошими друзьями, и это нельзя было списывать со счетов.– Уверена, через пару дней ты обязательно что-нибудь о ней услышишь, – Тэмми разжала пальцы, отпуская мои плечи, и окинула меня взглядом с головы до ног. – Ты так сексуально выглядишь.– Сексуально? Уверена? – не думаю, что «сексуально» это то слово, каким меня можно было описать, но я была готова признать, что сегодня, вопреки своей обычной удобной одежде, надела что-то совершенно для меня не свойственное. Платье обтягивало грудь и свободно струилось сзади, подчеркивая все мои пышные формы и изгибы больше, чем я это делала обычно. Оно было белым, и в пару к нему я надела красное колье и серьги, совпадающие по цвету с моими волосами. Именно Тэмми помогала мне выбрать украшения.Я даже нанесла легкий макияж и накрасила ногти, а также уложила свои непослушные локоны, решив на сегодня оставить их распущенными.Начав общаться с Лизой, я заметила, что стала более уверенной в себе, лишившись небольшой части своей стеснительности. Возможно, причиной тому были её постоянные комплименты, а может то, что впервые за всю мою жизнь кому-то удалось разбудить во мне дремлющую сексуальность. Я внезапно обнаружила, что стала думать о сексе во много раз чаще, чем раньше. Подобные мысли, обычно, посещали меня редко. Но теперь я заметила, что каждую ночь, ложась в кровать, начинала мечтать о Лизе, лежащей рядом, и обо всех тех вещах, что она могла бы со мной делать.– Сексуальная конфетка. Сегодня мы должны как следует развлечься.Тэмми уговорила меня сходить с ней на девичник. Сегодня был канун Дня святого Валентина, и местный бар устраивал вечеринку «День Анти-Валентина». И поскольку речь шла о вечере пятницы, я подумала: «Почему бы и нет». Все же я действительно стала больше выбираться из своей раковины, и за это следовало благодарить именно Лизу.– Кажется, мне сегодня просто необходимо пропустить пару стаканчиков, – произнесла я, положив письмо на кухонный стол, и взяла сумочку. Все равно сейчас я ничего не могла сделать. Было уже семь вечера, а я даже не знала, с чего можно было бы начать поиски нынешнего местоположения Лизы.– Можно и три стаканчика.– Три тоже звучит неплохо, – засмеявшись, кивнула я.– Мой муженек отвезет нас в бар и потом заберет оттуда. Так что мы можем позволить себе даже пять, – Тэмми игриво подтолкнула меня, пока мы шли к выходу, чтобы отправиться на вечеринку.Однако когда я открыла дверь, воздух полностью покинул мои легкие, и я расслышала, как Тэмми воскликнула:– Твою же мать!Лиза был в полном порядке.Лиза была здесь.Я не могла произнести ни слова, не могла и она, ведь её рот впился в мой в сумасшедшем поцелуе.«С ней все в порядке», – повторяла я себе. Облегчение наполнило каждую клеточку моего тела. Я сильнее вцепилась в Лизу, желая прижать её к себе еще ближе, убеждаясь, что вот она – живая, здоровая и рядом. Что это на самом деле она.Уже через мгновение Лиза подхватила меня на руки так, что я ногами больше не доставала до пола. Я почувствовала, как её руки подхватили меня под зад, с легкостью поднимая и прислоняя спиной к стене. Язык Лизы толкнулся в мой рот, мягко и сладко, от её нежности щемило сердце.Внезапно она отстранилась, и мы оба попытались восстановить дыхание.– Ты такая сладкая. Я знала, что будешь именно такой, но, черт подери, ты превзошла все мои ожидания.Я слышала её слова, но все это было для меня слишком. Лиза была здесь. В моем доме, а я была в её руках, мои ноги обвивали её талию.Святое дерьмо.– Вот именно об этих развлечениях у стены я и говорила, – сказала Тэмми, и я, краснея, не смогла сдержать смеха, рвущегося с губ.