Глава 1. «(Не)обычные дни».

С виду Дима был обычным юношей, ничем не выдающимся, «серым». Темные прямые волосы средней длины заканчивались чуть выше плеч; серые, чуть с синевой глаза, имели добрый взгляд, выделяющийся на немного грубоватых, острых чертах лица. На щеках и подбородке вечная миллиметровая щетина: волосы на лице у парня еще лет с тринадцати росли быстро, и бриться начисто почти не имело смысла, но и отращивать окладистую бороду не хотелось, вот и был найден компромисс: просто срезать всё триммером. Телосложением богатырским Дима тоже не выделялся, но был и не совсем худым, хотя в школе именно так казалось из-за его достаточно большого роста. Хотя ближе к выпуску многие парни уже поравнялись с ним, а то и обогнали, так что он снова слился с основной массой сверстников.

Когда Дима вышел из подъезда, направляясь к автобусной остановке, зазвонил мобильник.

– Здорова, ты где сейчас? – Лучший друг, Леха, кто ж еще.

– К остановке иду. – Сонно пробасил Дима. – Ты чё, только вышел?

– Ага. Слушай, подожди, ок?

– Как обычно, на лавке. Пока.

– Ага. Пока.

Подойдя к остановке, Леху Дима, конечно, не обнаружил, а потому стал ждать и, заодно, размышлять. Не то чтобы его тяготили думы-думные, но обдумать было что. Поступив в педагогический институт, Дима избрал хоть и достойный, но достаточно... спокойный ритм жизни. Поступил он туда, идя по пути наименьшего сопротивления: одноклассники и учителя давно заметили, что у него хорошо получается объяснять то, что он сам знает, и посоветовали учительскую стезю. Идея показалась неплоха. В девятом классе Дима посмотрел, какие предметы ему даются легче всего (это оказались биология с химией и языки), и он стал присматриваться к биофаку — и каково же было его удивление, когда там обнаружился профиль «учитель биологии и английского». С первого раза поступить на бюджет не получилось, и парень объединил «приятное с полезным»: вместо армии пошел на альтернативную службу, где, работая на почте, подкопил денег. И, заодно, дождался Леху, который решил просто пойти в армию после школы. Вдвоем они снова подали документы в ВУЗ, и оба прошли. Что там забыл Леха? Ну, он преподавать после выпуска не горел желанием, зато ему очень понравилось соотношение парней и девушек на биофаке — а именно то, что на одного парня там в среднем 3-4, а в некоторых группах и по 6 девушек. Так друзья с третьего класса и начали снова учиться вместе — Дима без особого труда, а Леха с переменным успехом.

Так Дима и проучился до третьего курса, хотя его не покидало ощущение, что куда-то он в своей жизни свернул не туда. Порой работа учителя бывает тяжела, порой бывает нервной. Но она никогда не бывает экстремальной, опасной, да и просто-напросто в достаточной степени бодрой. И хотя сначала это казалось плюсом, уже сейчас такие перспективы начали порядком угнетать его. Тем более, что пара крайне экстремальных моментов в жизни парня случалась, и если внешне и по образу действий он был обычным, то вот его бэкграунд таковым не назвать даже с большой натяжкой.

Глядя на Леху, виртуозно лавирующего от одной дамы к другой, да так что они не знали (а если и узнавали, то не оставались с разбитым сердцем), Дима и сам стал задумываться о девушке. И вот с этим было проблематичнее. Те девчонки, которые таяли от баса под гитару, Диму абсолютно не интересовали. В школе он был рад такому вниманию, и даже крутил романы (и даже с несколькими, и, бывало, сразу) — но это было не то. А вот ту, что его интересовала, можно было назвать только подругой, да и то не лучшей.

«Помяни черта...» – Подумал он, наблюдая, как Юля выходит из метро. С Юлей он познакомился чуть позже начала первого курса — она училась на другом направлении — и она сразу понравилась ему. У нее была стройная, спортивно-подтянутая фигура. Очень красивое — больше даже подходит слово «милое» — личико, большие желтовато-зеленые глаза, прямые светло-русые, почти блонд, волосы. И замечательный характер. Юлька была живая, веселая, общительная. Но, также часто, становилась строгой и холодной, как лед. Дима часто пытался более близко познакомиться с ней, но создавалось впечатление, что Юле отношения не особо нужны. К тому же, парень боялся перегнуть и показаться навязчивым, так что серьезно давить в этом направлении не хотел.

– Привет. – Она встала рядом. – Лешу ждешь?

– Да, кого ж еще.

– Ну, мало ли. Я знаю, где ты живешь, он, Даня и Вова. Может, еще кого.

– Да не, на эту остановку только Леха и Вероника ходят. Ты, кстати, не ее подождать собралась? – спросил Дима, видя, что Юля усаживается рядом на лавочку и снимает сумку.

– Ее самую. О, и ждать не долго. – Ответила Юля, когда увидела, что от одного из ближайших домов к ней идет подруга, а из-за поворота вот-вот выедет нужный автобус. – Ты на этом не поедешь, дальше ждать будешь?

– Ага.

– Ну, увидимся на парах. У нас, кажется, лекция по анатомии сегодня общая?

– Да, а еще мето́да. Блин, ты прикинь, Карп заболел, и ему на замену Гончара поставили.

– Вот же... – Юля одними губами выругалась. – На педагогике его духоты хватало, а теперь еще и здесь терпеть.

– Зато потом две пары физиологии растений. Живуха тащит.

– Да, милая тетка. – Сказав это, Юля обнялась с подошедшей к ней подругой, и коротко обернувшись, звонко сказала: – Ну, до второй пары тогда!

– Пока.

Девушки помахали Диме на прощание и подошли к автобусу.

Почти тут же к остановке подбежала другая девушка. Высокая, ростом почти с Диму, а может быть даже на пару сантиметров повыше. У нее были длинные и прямые, темные, почти черные волосы и ярко-зеленые глаза, закрытые прямоугольными очками в толстой оправе. Она была не такой спортивной, как Юля, но стройной, даже худенькой. Обладая при этом вполне заметной грудью второго размера и округлыми бедрами.

– Вот блин. – У нее сбилось от бега дыхание, так что она нагнулась в попытке отдышаться. Через пару секунд она распрямилась и продолжила расстроенным голосом: – Опять опоздала. Да как так-то...

– Привет, Алён. – Поприветствовал ее Дима.

– А? – она явно не ожидала, что ее кто-то позовет, и оглянулась с удивлением, написанным на лице. – Д-дим? Привет.

Алена посмотрела на часы. Она училась довольно близко к тому корпусу, где проходили занятия у Димы, но все-таки в совершенно другом вузе — медицинском. Пары у нее начинались чуть-чуть раньше.

– Не волнуйся ты так, – сказал парень своей подруге со школы, – успеваешь. Сегодня ведь среда и вторая неделя, так? Тебе не к первой паре, а ко второй. Сегодня нет лекции.

Ее расписание он знал, потому что Алена была достаточно рассеяна и иногда плохо ориентировалась во времени. И пространстве.

– Да?! – Выражение ее лица стало, кажется, еще более печальным. – Значит, я могла еще час поспа-а-ать...

– Не могла. Консультацию с научруком никто не отменял.

Она, кажется, приуныла еще больше, хотя казалось — куда уже? Тем не менее, она тряхнула головой и улыбнулась.

– Да, спасибо за напоминание. – К остановке подходил другой автобус, на котором Алене было ехать сподручнее, но Диме пришлось бы идти немного дальше. – Ты не идешь?

– Не, я Леху жду.

– А... ну тогда пока. – И она нырнула в раскрывшуюся дверь.

Через пару минут к остановке подошел парень, чуточку, на пару сантиметров, ниже Димы и коренастее. У него были короткие, «прилизанные» темные волосы, и светло карие глаза. Если лицо Димы было несколько вытянутым, то у Лехи оно было более круглым, да и черты лица были не такими острыми — в итоге Диме, даже гладко выбритому, давали больше его возраста, в то время как глядя на рожу Лехи удивлялись, что ему больше 15 лет. Леха пожал Диме руку, и парни направились к следующему подошедшему автобусу.

День в педагогическом университете у двух друзей прошел обычно: несколько скучных лекций да одна лабораторная. И, в конце дня, физкультура. Полноватый учитель, бывший тренер по волейболу, обычно был в хорошем настроении, а также понимал, что его предмет в институте никому нафиг не уперся. Поэтому он в начале семестра рассказывал всему потоку, какие будут зачеты, разрешал в любое время прийти и сдать их, а в оставшиеся пары просто поиграть в волейбол. Парни, заранее закрыв все возможные зачеты, вместо этого просто пропускали пары — благодаря их хобби такое стало возможно по личной договоренности с физруком.

Леха и Дима отправились в парк рядом с университетом, где проходили сходки реконструкторского клуба. Парни вступили в него еще 10-летними детьми, да и подружились на почве общего увлечения: им обоим нравилось именно фехтование. Многие в клубе во главу угла ставили именно историческую достоверность экипировки и «правильность» событий, которые они показывали на фестивалях, в то время как несколько старших парней и Дима с Лехой увлекались именно боевой частью. Поэтому, когда клуб раскололся, они остались в той части, которая, в итоге, всерьез занялась мастерством владения мечом. Сначала, из-за немногочисленности, «осколок» клуба занимался практически только дуэльными техниками, но с приходом новых людей, во-первых, расширил арсенал до практически всех средневековых видов оружия и, во-вторых, отошел от дуэлей к новым формам соревнований: сражения между командами до 10 человек, бугурты («толпа на толпу»), а потом и полевые игры — что-то вроде армейских учений с поправкой на экипировку 13-16 веков. И «старики», что логично, стали не просто рядовыми пехотинцами, а командирами отрядов. Вот и теперь Леха и Дима шли в клуб, предвкушая тренировочные маневры: либо они будут отрабатывать взаимодействия своих команд, либо сойдутся в бою.

– Ты вроде мечом похвастаться хотел? – напомнил Леха.

– А, ну да. – Дима отстегнул от сумки чехол, достал из него ножны и вытащил меч. Леха аж икнул от зависти: он на занятиях орудовал безымянной монструозиной с широким копьеобразным клинком, как у короткого каролингского меча, будто у витязей XI–XII веков, только увеличенным до размеров двуручника, и сей штуке было лет двадцать, если не больше — Лехе она досталась от покинувшего клуб старшего товарища. Но то, что показал ему Дима, было произведением искусства. Анатомическая рукоять была сделана из слоновой кости (или закоса под нее) и обернута первоклассной мягкой резиной. Небольшая Z-образная града, хоть и казалась компактной, обеспечивала не только защиту руки, но и возможность легко совершать финты с вражеским оружием. Клинок из вороненой стали был необычным: излом «американского танто» переходил в повышение линии обуха. Меч был однолезвийный, с точащим под небольшим углом вверх «зубом», будто у орчьего ятагана в фильме «Властелин Колец»; вот только орочьи мечи не позволяли колоть, ведь зуб торчал вверх под углом почти в 90°, а у меча Димы он был направлен вперед под углом градусов в 20-30, не больше, что делало уколы этим мечом практически такими же, как у какого-нибудь изогнутого меча, вроде сабли или фальшиона. Или даже катаны или мессера. Примерно посередине лезвия по всей длине шел довольно глубокий дол, окрашенный в красный цвет, на котором черными рунами было выведено слово «Dragonica» — личное имя этого меча. Не считая «зуба», она была обычным полуторником, длинной где-то сантиметров 120-130 да и выглядела она изящно, но в то же время создавалось ощущение, что меч тяжелее, чем положено при его габаритах, и пропустить удар таким оружием было бы фатально.

– Ты сколько за него заплатил? – спросил Леха, продолжая обалдело глазеть на меч.

– Тебе скажи, а ты в ЧК — меня пасодят.

– Да не, реально?

– Почти триста пятьдесят баксов.

– Офигеть!

Естественно, на занятия почти всегда запрещалось приносить стальные мечи, и все пользовались пластиковыми, деревянными или дюралевыми тренировочными копиями. Но Леха, Дима и еще несколько ребят, «ввиду успехов на поле боя», как говорил их тренер, получили такое право. Хотя и с оговорками. Во-первых, им же нужно было носить и полный доспех, в отличие от мечей сделанный уже по всем канонам: прочный, стальной, весомый. Остальные отделывались гамбезонами-поддоспешниками и щитом, а то и вовсе спортивной одеждой и налокотниками с наколенниками. Во-вторых, лезвия металлических оружий проверялись на остроту (а точнее на ее отсутствие): затачивать их было категорически запрещено, и тренер лично смотрел, чтобы они были тупы, как валенки.

– Ну че, Дим? – когда прошла определенная часть тренировки, Леха подошел к другу, положив свой двуручник на плечо. – Спарринг?

– Ха, спрашиваешь еще. – Хищно улыбнулся тот и прокрутил в руке свой новый меч. – Размялся хоть? Смотри, пощады не дам.

– А-а-ага, разбежался. Ща я твою зубочистку гнуть буду.

***

В скрытой базе глубоко под землей, в хорошо освещенном зале с длинным Т-образным столом сидел немолодой мужчина. Это был человек лет шестидесяти на вид, но в хорошей форме. У него были короткие черные волосы, которые уже начали немного седеть, но это только делало его мужественнее. Лицо типичное для славян, немного грубоватое, нос с горбинкой, светло-карие глаза. Он носил роскошные длинные и густые усы в форме буквы «П», но тщательно выбривал щеки. Насколько было видно, одет он был в серый военный мундир — вроде как современный, но конкретно такого цвета в армии нет. Человек неспешно разглядывал что-то на экране ноутбука, параллельно делая заметки на листе А4.

Раздался стук, и в открывшуюся дверь вошла спортивного телосложения девушка со светло-русыми волосами и зелеными глазами.

– А, Флексибилис. – Поздоровался с ней мужчина, и рукой указал на кресло по другую сторону от своего стола, под вершиной буквы «Т». – Проходи, садись.

– Здравия желаю, Генерал. – Поздоровалась блондинка. – Вы хотели меня видеть?

– Да. У меня есть для тебя задание.

– Вы нашли кого-то, к кому стоит приглядеться? – Спросила девушка, усаживаясь за стол.

– Нет, к сожалению. Мое поручение тебе, на этот раз, будет как штатному разведчику, а не как рекрутеру.

– А... – Коротко и задумчиво ответила она. – Что, у нас кто-то из разведки выбыл?

– Нет, на этот раз слава богу. – Вздохнул Генерал. – Просто все заняты на поручениях, а мне поступили новые сведения о возможной угрозе. Скорее всего, там ложный вызов, но проверить все равно стоит.

– Хорошо, куда отправляете?

– Не так уж далеко, под Дмитров. Смотри. – Генерал развернул к девушке ноутбук. – Возьмешь машину, поедешь по трассе А-104, пересечешь А-113 и повернешь налево на съезде к Данилихе и Шуколово. Любым удобным способом добираешься до Парамоново, потом дальше на восток, через Горки, в заброшенный детский лагерь «Сказка».

– Заброшка... – скривилась блондинка. – Что, там местные подростки притон устроили?

– Не похоже. Оттуда и ночью, и днем периодически доносятся странные звуки, будто какой-то зверь ревет, и слышно это и в Горках, и в Гаврилково, а там по полкилометра до деревень.

– Ничего себе, это что ж так орет?

– А вот самое интересное, люди говорят, что с приближением к «Сказке» громче вой не становится, просто более понятно, что он именно с территории комплекса доносится. – Услышав это, девушка нахмурилась, что не ускользнуло от внимания Генерала. – Вот-вот, уж очень напоминает ту голосовую магию из Мохового. К тому же, охранники говорят, что по ночам в случайных местах начинают странные огни загораться, хотя все давно обесточено. И как бы они не исследовали, ничего не нашли — ни осветительных приборов, ни следов огня.

– Погодите, вы сказали «охранники»? У заброшки?

– Там от охраны одно название. Это местные, по триста рублей с желающих посетить берут и объясняют, как пройти. В последнее время стали никого не пускать и периметр патрулировать — там в заборах дыр немеряно — но все равно никого не поймали. В общем, будь добра, разберись, кто там светомузыку устраивает.

– Так точно. Какая машина и экипировка?

– Машина любая из свободных на выбор, а экипировка по минимуму. Финка и ПМ.

– А можно мне «кедр» или «кипарис»? – Спросила девушка, на что Генерал скорчил недовольную рожу. – Ну хоть «пернач»?

– Стечкин. – Разрешил Генерал, и девушка, поблагодарив его, поспешила забрать лист с заметками и выдвинуться в арсенал.

***

В кафе на набережной, за летним столиком с зонтом сидела девушка. У нее была красивая фигура — полная, хоть и небольшая грудь, заметная талия и в меру широкий таз и бедра, стройные длинные ноги. Однако, она не стремилась все это показывать, и одета была в простые свободные джинсы, белую майку и серую рубашку с закатанными рукавами. У нее было красивое лицо с мягкими чертами, которым она придавала чуточку остроты и «хищности» ненавязчивым макияжем. Еще макияжем она придавала немного тепла своим «ледяным» серовато-синим глазам. Были, правда, и две детали, явно выделяющие ее из толпы. Во-первых, ее волосы, уложенные в аккуратную стрижку чуть выше плеч, имели беловато-седой цвет, который она даже не пыталась как-либо закрасить, и, во-вторых, ее левую бровь, как и правый уголок тонких губ, пересекали шрамы — старые, давно уже бледные, но все еще достаточно заметные.

Девушка нервничала и то и дело поглядывала на часы, а ее лицо приобретало хмурое и чрезмерно серьезное выражение.

Вдруг глаза ей закрыли чьи-то ладони. Девушке еле удалось подавить рефлекторный порыв отскочить в сторону или заломать руки. Вместо этого, сдержавшись, она улыбнулась и промурлыкала своим достаточно низким для девушки голосом:

– Здравствуй, Ром. Ты задерживаешься.

– Прости, Мирр, автобус в пробку попал. – Руки с глаз убрались, и вместо них перед взором девушки предстал достаточно красивый юноша с ярко-голубыми глазами и русыми волосами средней длины, которым он придавал объем гелем для укладки. Он был стройным и умеренно-мускулистым, а одет практически так же, как девушка — разве что рубашка его была не серой, а в желто-синюю клетку, и была надета поверх черной футболки с ярким принтом.

Приблизившись, он чмокнул ее в щеку и сел на соседний стул.

– Ты чего так дергаешься, когда я до тебя дотрагиваюсь, Мирр?

– Не так легко избавиться от прошлых привычек. – Мирра несколько грустновато усмехнулась. – Не старайся удивить меня, тогда не буду пугаться.

– Лучше привыкай. Совсем скоро школа будет окончена, ты попадешь в новый коллектив, свободный от... «традиций» нашего лицея. А я буду с тобой, так что защитные рефлексы не особо понадобятся.

– Ах, если бы. Но я постараюсь. – Мирра снова стала улыбаться.

– Что тебе заказать? – Рома встал и, повесив сумку на спинку стула, собирался подойти к кассе.

– Эм... на твой выбор.

– Мирра, я же тебе уже говорил... – Начал Рома, но девушка перебила его.

– Нет, слушай, правда. Раз уж я не сама за себя плачу, то ты решай, как распоряжаться своими деньгами. Мне вообще неловко...

– Ладно-ладно, я понял. На мой выбор. – Немного взлохматив ее волосы, парень пошел к кассе.

Как раз когда он отошел, что-то легкое ударилось в затылок Мирре и, перелетев через голову, упало на стол. Взглянув на предмет, Мирра поняла, что это скомканный тетрадный листок. Обернувшись, за соседним столиком она обнаружила компанию своих одноклассников. Несколько девушек и парней, увидев ее злобный взгляд, прыснули в кулаки.

– Посмотри-посмотри. Тебе там послание.

Мирра взяла бумажку и одним точным движением отправила ее в мусорку.

– Эй, ты это чего? – Как будто неприятно удивившись, спросил кто-то из той компании.

– Бумагу поберегите, у вас есть телефоны.

– О, прости, мы сразу и не подумали. Считали, что у тебя пейджер какой-нибудь. – И компания снова захихикала.

– В таком случае, если вам есть что сказать, подошли бы и сказали. – Резко высказала Мирра.

Одна девочка из этой компании отошла к кассе, хитро оглянувшись на Мирру, когда прошла мимо. А Рома как раз вернулся за столик с двумя пирожными, кофе и молочным коктейлем.

– Опять эти. Блин, спасу от них нет. Не достают тебя?

– Ничего сверхъестественного. Обычно они хуже.

Какое-то время Мирра и Рома спокойно разговаривали.

Мирра была сиротой. Сначала погиб ее отец — один из московских чиновников среднего ранга. Потом она попала в аварию, унесшую жизнь ее мамы и оставившую ей два шрама на лице и еще несколько на теле. Недолго погостив у родственников, она направилась к дедушке и бабушке. Как и родители, люди они были небедные, но уже не работали и были стары. Когда Мирре было тринадцать лет, не стало деда, а годом позже — и бабушки. Они успели продать пятикомнатную квартиру в центре Москвы и купить однушку на окраинах, добавив вырученные деньги и вообще все свое наследство к деньгам, положенным Мирре от родителей. Это позволило ей учиться в элитном лицее. Однако там, в отличие от обычной школы, она столкнулась с «золотыми» детьми, отпрысками сливок общества. Они привыкли сорить деньгами и вообще по-всякому показывать свое превосходство, так что такая белая ворона (в прямом смысле, ведь у Мирры к 15 годам поседели последние волосы) стала идеальным кандидатом на роль классной козы отпущения. Ходила она пусть и далеко не в рванье, но и не по последнему писку моды, экономила, была поседевшей и изуродованной шрамами. Грех не поиздеваться. Правда, достаточно скоро выяснилось, что в ее прошлой «хулиганской» школе она научилась стоять за себя, и характер у нее был тяжелый, а руки пудовыми на удар. Половина класса перестала в травле активно участвовать, половина начала осторожничать: Мирра, как идеальная для пиара, была любимицей педагогов, и открыто обижая ее можно было даже вылететь за нарушение Устава Лицеиста. Поэтому подляны становились все более скрытными и изощренными. А потом в классе появился Рома. Умный, добрый и спокойный, да и спортом не пренебрегающий, веселый. Он сразу стал душой класса, но потом заметил «тихую» травлю Мирры. Встав на ее сторону, он расстроил многих, а небольшая часть класса, человек 10, вообще, как с цепи сорвались и стали действовать открыто, зачастую даже наплевав на устав.

Через несколько минут рядом прошла та девочка. В руках у нее был поднос с несколькими напитками, и один из них она «как бы случайно» столкнула. Стакан, упав точно на стол Ромы и Мирры, расплескал кофе. Мирра, резко отодвинувшись, избежала порчи одежды, только маленькие брызги попали на рубашку.

– Э, ты чего творишь?! – выкрикнула Мирра.

– Блин, Маша, че ты такая неуклюжая?! Ты нам еду испортила! – возмутился Рома.

– О-о-о-ой, прости-и-и-ите. – Даже не пытаясь убрать улыбку, сказала девочка. – Совсем забыла, что один из вас нищеброд на шее у другого, и вам нужно деньги экономить. Ну ничего, Мирр, я уверена, Рома купит тебе новые сладости. Как же без них твоей жирной жопе. Да, Ром?

Пока парень задыхался от возмущения, не в силах придумать ответ, Мирра спокойно встала со стула и перегородила Маше дорогу.

– А у тебя, значит, Маша, денег куры не клюют, да? Один опрокинутый кофе тебе нипочем?

– Ну в отличие от тебя, да. Могу себе позволить. – Сказала девочка куда менее уверено.

– Да и второй напиток тоже, наверное?

– Тебе-то что за дело? – Маша начала нервничать. Травля всегда продолжалась только до того момента, как Мирра давала отпор. Вот и сейчас, она уверенно стояла перед обидчицей и смотрела ей в глаза, и та вся как-то сразу сдулась.

– А блузочку тебе не пора поменять? Эту я у тебя уже пару месяцев как вижу, она, наверное, из моды вышла. Что, лень до магазина дойти? Ну так я тебе мотивацию дам!

Мирра, беззастенчиво взяв с подноса стакан с чем-то красным, занесла его над головой Маши и перевернула. Та лишь стояла, в шоке открыв глаза, и в буквальном смысле обтекала, неспособная ни уйти из-под струи, ни ответить, ведь руки были заняты подносом. Рома злорадно засмеялся, а остальные одноклассники повскакивали со своих мест. Мирра с Ромой отошли от своего места на более свободную площадку, к ним подбежали три парня и три девочки, еще две девочки подбежали к Маше, которая заплакала и еле могла удерживать поднос. Все шестеро, кто подошел к Мирре и Роме, начали наперебой орать что-то в духе «ты, мразь уродливая, что себе позволяешь?», Рома попытался закрыть собой Мирру, но парни начали оттеснять его в сторону. Рома пытался всех утихомирить, а Мирра, наоборот, еще пару раз съязвила. Обстановка накалялась.

– Ты че сделала, дура?!

– То, что у нее не получилось.

– Да ты хоть знаешь, что мы с тобой сделаем?!

– Эй, дауны, куриц своих уймите, не то сейчас без клювов останутся.

– Я щас тебе втрескаю и не посмотрю, что девка!

– Угомонись!

– Не лезь, Ром!

– Э, вы его не трогайте!

Галдеж стоял жуткий, одновременно говорить пытались восемь человек. Мирре это быстро надоело, и она, взяв со столика пустой стакан, запустила его в зазевавшегося парня, попав точно в лоб. Стакан разбился, а парень рухнул как окаменевший, и все мгновенно заткнулись.

– Кхе-кхм. – Прокашлялась Мирра, привлекая внимание. – Кто-то из вас вякнул, что мы не в лицее, и вас, мол, правила не связывают тут? Так я вам напомнить хочу кое-что: меня тоже!

***

Через несколько часов клуб начал расходиться. Леха и Дима уже успели собрать свои вещи, как к ним подошли двое невзрачных парней: оба ростом чуть меньше 180 см, со славянскими чертами лиц и короткими стрижками, один черноволосый и голубоглазый, с более округлыми и «добрыми» чертами лица, а другой темно-русый и сероглазый, с острыми скулами и квадратным лицом. Это были Глеб и Антон — еще два «ветерана» клуба. Так уж получалось, что парни никогда особо с ними не ладили, так как зачастую становились лидерами противоборствующих команд, но и открытой неприязни к ним Дима с Лехой тоже не испытывали.

– Здоров, парни. – Сказал Глеб, по очереди пожав им руки. – Слушайте, дело к вам есть.

– Дело? – Спросил Леха.

– Да, нам бы помощь не помешала. – Смущенно почесав затылок, сказал Антон.

– В общем, помните тот фест в начале лета? Мы там с группой ролевиков познакомились, сначала думали, что обычные театралы, а они оказались какими-то долбославами.

– Так, мне уже не нравится. – Сказал Дима, переглядываясь с другом.

– Да не, не, все пучком, они мирные. – Поспешил продолжить Глеб, успокаивая его. – Стремные временами, но мирные. Короче, они под Дмитровым в какой-то заброшке нашли типа «место силы» и хотят там какой-то обряд провести.

– А вы-то тут причем? – Удивился Дима. – Вас тоже в это самое затянули?

– Да не, ты че. – Покачал головой Антон. – Мы у них типа вышибалами побыть вписались.

– Вышибалами? – Подняв брови, спросил Леха.

– Ага. – Продолжил Глеб. – Та заброшка не такая уж и заброшка, как оказалось. Местные за проход на нее деньги берут, хотя все равно куча народа через дыры в заборе лезет. Так вот, обычно на залетных наши язычники просто внимания не обращали, даже могли пригласить к себе. Но сегодня у них там какой-то важный обряд, и им кровь из носу нужно, чтоб кто-то постоял на шухере, не пускал ни «билетеров», ни «зайцев». Минимум четверо нужно.

– А Саня с Владом? – Спросил Дима.

– Не могут. – Ответил Антон. – Мы их обычно и просили, но Саня на прошлой тренировке руку сильно отбил, она у него два дня чуть не плетью болталась. Какой из него «секьюрити» в таком состоянии? А у Влада кто-то из родственников умер, он к себе на Кубань на неделю сваливал. По идее как раз сейчас прилетает, он в курсе всего и вроде как у него есть время подготовиться и приехать, но сами понимаете, после перелета... в общем, ваще не факт, что он будет.

– А остальные... – Глеб обвел рукой площадку, показывая оставшихся на ней новичков, едва выучивших, с какой стороны за меч браться. – В общем, только вас и можем попросить. Выручите? Там недолго, на пару часов всего, вечером уже опять в Москве будете. И мы вам со своего гонорара отслюнявим.

– Сколько? – Спросил Леха.

– По пять, да? – Спросил Глеб, повернувшись к Антону. Тот кивнул. – По пятерке. Соглашайтесь, пацаны, легкие деньги же. И я туда-обратно на тачке довезу. Ну?

– Ну че? – Леха повернулся к Диме.

– Попахивает оно, че. А с другой стороны, пять косарей за... ну край, часов шесть. Это с дорогой туда и обратно.

– Ну да. Мы согласны, значит?

– Мы согласны.

***

– Кхе-кхм. – Прокашлялась Мирра, привлекая внимание. – Кто-то из вас вякнул, что мы не в лицее, и вас, мол, правила не связывают тут? Так я вам напомнить хочу кое-что: меня тоже! Это там я должна обтекать и разве что в ответ язвить, а здесь, если вы сейчас не уберетесь, я вам всем хари переломаю.

– Да ну? – Начал один из парней. – Хотел бы я на это посмотреть. У нас численное преимущество, нищенка, так что сейчас отгребешь и ты, и твой дружок-предатель. Сначала он. Девочки, займите ее.

Потасовка перешла в драку. Девочки пытались втроем добраться до нее, в то время как оба парня двинулись на Рому. Девочки, естественно, не умели драться, и пытались только царапаться и схватить Мирру за волосы. Она, будучи умелой драчуньей, буквально в три тычки раскидала их к разным столикам и аки таран влезла в драку парней, сразу же забрав одного на себя. Мирра развернула его к себе, дернув за плечо, и ударила с явным замахом. Естественно, он увернулся, а Мирра немного отошла назад. Ей этого и надо было — она расчищала пространство для маневра Роме.

Парень, которого она отвлекла на себя, попробовал с размаху ударить Мирру в лицо кулаком. Плохая идея. Она поставила жесткий блок (хотя на это и пришлось потратить силы) и, воспользовавшись замешательством, провела целую серию ударов. Двойка — прямой и сбоку, слегка потрясшие соперника; короткий апперкот, от которого тот открыл торс; прямой в живот ногой, что заставило согнуться; и еще один апперкот, но уже с размаха. На этот раз прямо в подставленный нос, и удар был настолько сильный, что хрустнул, кажется, не только нос, но и прилетевший в него кулак, отправивший противника в глубокий нокаут.

Оглянувшись, Мирра увидела, что Рома со своим противником все еще не расправился, хотя и не уступал ему.

– Рома, отойди! – Крикнула Мирра.

Оба парня развернулись к ней и увидели, что она широкими шагами идет на обидчика. Тот, не зная об участи своего друга, тоже решил дотянуться кулаком до лица Мирры. Она снова поставила блок, но на этот раз не стала проводить ударов. Вместо этого Мирра развернула кисть, схватила руку противника обеими руками и, прокрутив, заломила за спину, сама также оказавшись чуть сзади от него. Следующим движением она правой ногой, спереди, подсекла левую ногу своего оппонента и вместе с ним начала заваливаться вперед. Тот шлепнулся наземь плашмя, приложившись лицом об асфальт. А Мирра в последний момент отпустила руку противника, сгруппировалась и выполнила кувырок.

– Блин. Мирра, пойдем отсюда быстрее! – немного испуганно сказал Рома.

– Сейчас.

Мирра развернулась и прошла к тому месту, где она сидела с Ромой. Маша мгновенно перестала плакать, вместо этого она затряслась от ужаса. Одна из ее подруг, благо была обута в кроссовки, просто схватила свою сумочку и убежала прочь, перепрыгнув через забор, а вторая, судорожно порывшись в своей сумке, вытащила оттуда пистолет. Мирра и подошедший к ней Рома замерли.

– Стой! Стой, психованная, или я буду стрелять!

– Да больно нужна ты мне. Я возьму сумку и пойду.

– Стой! Не подходи ко мне!

– Лиз, ты дурная что ли? Сумку мне отдай, я сказала.

– Не подходи!

– Э, алё?! Дай сумку забрать!

– Не подходи! – Лиза вопила уже почти на ультразвуке и явно не понимала, что ей говорят.

Мирра полуобернулась к Роме и вполголоса спросила: «Как думаешь, боевой?»

– Черт знает. – Сказал Рома, нервно дернув головой. – Но это не страйкбольная копия — нет оранжевой метки на стволе. Может, травмат.

– Ладно, будем импровизировать. – Пробубнила Мирра, развернувшись, и сделала шаг к девочке. – Лизок, да ты даже пользоваться-то этой штукой не умеешь. Даже если захочешь — не выстрелишь. – Мирра продолжила на нее надвигаться. – А если и сможешь, только хуже сделаешь. Сильно ранить меня у тебя не получится, а я тебе эту пукалку туда засуну, куда ни один парень еще не присовывал. И что ты делать будешь?

Мирра подошла вплотную к девочке и уперлась животом в ствол. Со своим ростом в 175 см она почти на голову возвышалась над всеми своими одноклассницами, и сейчас тоже смотрела на испуганную девочку сверху вниз. Лиза, вся трясясь от страха, зажмурила глаза, взялась за рукоять обеими руками и зажала спуск. Щелкнул механизм и... ничего не произошло. Пистолет стоял на предохранителе.

– Вот это да. Кому-то, похоже, зубки все-таки жмут. И нос велик. – Удивленно произнесла Мирра. Не думала она, что одноклассница попробует стрелять в нее.

Снова выпучив глаза от страха, девочка еще несколько раз нажала на крючок, прежде чем подняла полный ужаса взгляд вверх. Мирра одной рукой взяла пистолет за ствол, вторую положила на кисти одноклассницы и мягко высвободила оружие у нее из рук. Выщелкнув магазин (заряженный резиновыми пулями), она передернула затвор, выбросив заряженный патрон, и, оставив затвор в заднем положении, снова вложила пистолет в руки обидчице, наклонилась к ее уху и прошептала:

– Советую тебе никогда больше не носить эту штуку с собой. Тебе от нее проку нет, а вот я, если кто-то из вашей шайки еще рыпнется, подойду к тебе, отниму пистолет и сниму с предохранителя. Усвоила?

Та лишь коротко покивала головой. Обойдя Лизу и Машу, Мирра взяла свою и Ромину сумки и спокойно вышла из кафе. Маша, переглянувшись с Лизой, оглядела ее и громко шлепнула себя ладонью по лицу.

– Бли-и-и-ин, стыд то какой...

– Ч-чег-го? – Все еще стуча зубами от страха, спросила та.

– Ты описалась...

***

За столом небольшого кабинета сидел человек средних лет, с густой черной бородой и такими же густыми, хоть и короткими волосами, которые уже тронула седина. В его лице странным образом переплетались славянские черты и черты южных народов, некогда входивших в состав СССР, оставляя, тем не менее, приятное впечатление. Человек, сосредоточившись, и даже хмурясь, пробегал глазами по одному из листов бумаги, разложенных по всему столу. То и дело он поглядывал на наручные часы, поправляя при этом куртку и штаны — и то и другое в пятнах песчаного камуфляжа.

В дверь постучали. Человек оторвался от бумаги и сказал «да-да, проходите». Голос его был низким и звучным, а речь едва заметно отдавала каким-то южным акцентом, настолько легким, что он совершенно не идентифицировался и только придавал русской речи шарма. В дверь вошла зеленоглазая светловолосая девушка с атлетичной фигурой.

– Ах, Артемида. Здравствуй. – Он немного склонил голову; блондинка в ответ слегка поклонилась. – Садись.

– Да, Отец. – Девушка села на один из трех стульев, тесно ютившихся в кабинете по другую сторону стола.

– У меня для тебя задание. Один рекрутер, Дымный, присмотрел хорошего кандидата, но вынужден был оставить из-за более срочных дел. Так что я всё перепоручаю тебе. Сразу говорю, человек сложный и с проблемами. Впрочем, поэтому я тебя и вызвал. На, ознакомься. – Мужчина протянул девушке один из листов А4.

– Ого. – После минутного чтения, выдала блондинка. – Так это их драку Дымный заснял? А я-то думала, чего он мне это прислал.

– Да. Раз просмотрела, значит понимаешь: боец уже неплохой. Так что попробуй уговорить, попробуй помочь в ситуации с... вот этими пятью. Ну, не мне тебе рассказывать, сама уже лучше меня знаешь.

– Да, Отец, будет сделано. Могу идти?

– Да, дочь моя. Только заклинаю тебя, будь осторожна. Знаю, выглядит конфликт, как яйца выеденного не стоящий, но... я чую опасность.

– Поняла. – Сказала девушка, встав и слегка поклонившись.

***

Вечер давно уже вступил в свои права, и солнце почти спряталось за подмосковными лесами. Все еще было достаточно ярко, чтобы зелень не выглядела зловеще-темной на фоне заката, но темнота начала напоминать о себе: белые облака превратились в темно-серые, подсвеченные золотом снизу, а вода полностью отражала косые лучи солнца, из-за чего любой водоем казался намного глубже, чем он есть на самом деле. Еще час и на фоне последних лучей солнца все почернеет и станет невозможно различать цвета растущей флоры, а затем медленно, но неотвратимо наступит ночь.

Глеб, по пути подобрав Влада, еще одного парня из клуба, вывез парней за город на своей машине, припарковался на окраине деревни Горки и вместе они минут за семь дошли до заброшенного детского оздоровительного лагеря. У главного входа торчали местные, так что парням пришлось углубиться немного в окружающий заброшку лес и дойти до одной из дыр в заборе. В процессе они услышали какой-то звук — будто животное то ли выло, то ли ревело, но Антон успокоил Диму с Лехой, сказав, что такое бывало много раз, но они не видели зверей ни разу. К тому же, звук шел будто с противоположной стороны от лагеря.

Оказавшись на территории, парни прошли между парой жилых корпусов и, удостоверившись, что их никто не видит, подошли к главному корпусу. Дверь была закрыта, но, когда Глеб простучал заранее оговоренный код, изнутри кто-то открыл и впустил парней. Пройдя мимо одинокого культиста, тут же закрывшего дверь обратно, парни обошли вход в актовый зал и поднялись на второй этаж. Там, в бывшем помещении столовой, практически полностью свободном от мебели, их поджидало человек десять, скучковавшихся около нарисованной на полу пентаграммы со свечами и кристаллами. Один из них, высокий и накачанный седеющий мужик с квадратным грубым лицом и шрамом около правого глаза, одетый в серый камуфлированный костюм, изначально стоявший у двух пьедесталов — на одном наскоро сшитая распечатка листов А4, а на втором какой-то древний фолиант — отвлекся и подошел к группе.

– Кто это? – Без приветствия недовольно спросил он, уставившись на Глеба. – Где тот?

– Выбыл, Продитор. У него травма. Так что попросили других. Знакомься, это Дмитрий, а это Алексей.

Мужик окинул парней взглядом, молча протянул им руку, а когда с приветствием было покончено, перевел взгляд обратно на Глеба.

– Им по пятерке обещали?

– Угу.

– Ясно. Окей, как обычно.

– Продитор, нам по двадцатке. – Сказал Антон.

– А? Это за что еще?

– За все хорошее, мужик. – Шагнул вперед Глеб. – Ты сказал, что в охрану нужно минимум четверых. Один выбыл, а мы нашли двух новых. И заметь, Саня и Влад просто рядовые челы из нашего клуба, а вот Диман с Лехой — ветераны, как мы. Есть опыт охраны объектов на тактических играх, а уж фехтовальщики они круче некуда. Минус, конечно, что они территории не знают, но зато будут у тебя тут как элитные телохранители. Так что да, справедливо.

– Тьхы. – Качнув головой, выдохнул мужик. – По двадцатке не дам, шибко жирно вам будет. А у меня деньги не бесконечные. По две с половиной поверх ваших пятнадцати накину, и будет вам.

– Чувак. – Шагнул вперед Антон. – Мы те серьезно, Дима с Лехой в клубе даже больше нашего. Внатуре элита. И на одного больше, чем ты просил. А у Влада вот серьезные проблемы были, он сегодня имел полное моральное право не приходить, но мы уговорили. Давай по чесноку, ну. Согласен, с двадцаткой Глеб загнул, сорри за него, но и ты не жадничай.

– Три с половиной. – После нескольких секунд молчания сказал Продитор. – И не наглейте больше.

– По рукам. – Кивнул головой Глеб, и, когда мужик отошел, развернулся к парням. – Нормалек, получилось с него немножко стрясти. Ну че, Владик, тебе за срочный выход косарь накинем. Помнишь, как в прошлый раз... не, стоп, в позапрошлый патрулировал?

– В позапрошлый... – Влад ненадолго задумался. – По дуге между хозяйством, жилым корпусом и тем белым зданием?

– Ага. Двигай.

– Лады. – Влад пожал всем руки, повесил за спину ножны со своим коротким мечом и вышел из зала.

– Ну че, пацаны. – Антон потер ладони. – Нам с Глебом, раз уж и так пятнадцать штук получим, по пятихатке сверху хватит. А вам, за то, что согласились подстраховать без особой подготовки, по две с половиной накинем. Ваша задача — выйти из зала и контролировать здание. Ну, не мне вам объяснять, да? Столбом не стоим, один ходит тут между столовкой и библиотекой, второй контрит актовый зал внизу.

– Окей. А вы куда? – Спросил Дима.

– А мы... а мы кто куда? – Антон повернулся к Глебу. – Че, давай я в бомбарь пойду.

– Как хочешь. – Пожал тот плечами. – Значит, Тоха будет контролировать дорогу от главного входа, один жилой корпус и вход в бомбоубежище. А я, получается, буду обходить остальные три корпуса. И время от времени буду сюда заходить. Так, смотрите еще какой момент: я-то у вас планово появляться буду, а вот если увидите, что Тоха или Влад приперлись, значит, жди гостей.

– Кстати, как мы с гостями поступаем? – уточнил Леха.

– Туристов ненавязчиво выдворяем. «Нельзя» и все тут, без уточнений. Охрану старайтесь отвлечь. Камушками кидайтесь, что ли, главное пусть не смотрят на зал и на вас. А если уж совсем не получается, то нейтрализуйте, только без тяжких телесных, хорошо? Проблем с законом нам всем тут не хватало.

– Охрана чем вооружена? – Спросил Дима.

– Формально ничем, а по факту могут с битами шастать, могут с инвентарем каким. У них тут мини-ферма, там всяких лопат и тяпок навалом.

– Ясно. Лех, я первый этаж, а ты тут?

– Угу, погнали.

***

Рома проводил Мирру до подъезда и, попрощавшись, ушел домой. Проводя его взглядом, Мирра хотела уже зайти домой, как ее кто-то окликнул.

– Подожди минуту, Мирра.

Мирра обернулась и увидела приближающуюся к ней девушку. У нее была стройная, спортивно-подтянутая фигура. Очень красивое (больше даже подходит слово «милое») личико, большие желтовато-зеленые глаза, прямые светло-русые, почти блонд, волосы.

– Мы знакомы? – удивленно спросила Мирра, приподняв одну бровь.

– Как сказать, – с улыбкой сказала девушка. – Ты-то меня не знаешь, а вот я какое-то время уже за тобой наблюдаю.

– Чего? – буркнула Мирра, нахмурившись.

– Ну-ну, не надо сразу с агрессией. – Снова улыбнувшись, девушка подняла руки вперед, ладонями к Мирре, как бы заранее сдаваясь. – Видишь ли, я видела все то, что произошло там, в кафе. Как ты дралась. И из-за чего ты дралась, как продемонстрировала стойкость характера.

– И для того, чтобы просто похвалить мой характер и умение махать кулаками, ты сталкерила меня аж до сюда? – Мирра вскинула одну бровь.

– Отчасти. Похвала не бывает лишней, особенно если это обоснованная похвала, а не лесть. В целом же, должна заметить, это не единственная твоя стычка, которую я видела, и ты меня заинтересовала. Я бы даже сказала, впечатлила. Видишь ли, я хотела поговорить с тобой потому, что я работаю на одну организацию, которая может быть заинтересована в таких людях, как ты.

– Если в твоей организации нет приличной зарплаты — меня уже не интересует. – Мирра ухмыльнулась. К ее удивлению, девушка в ответ тоже ухмыльнулась, даже более зловеще.

– О, за это можешь не волноваться. Не гарантирую, что тебе сразу заплатят много, но заплатят. И я уверяю тебя, организация может дать даже нечто более ценное, чем просто деньги.

– А именно?

– Справедливость, – девушка наклонилась и, сверкая изумрудами своих глаз, закончила фразу. – И месть.

***

В кабинет Пророка вошли две девушки: одна — светловолосая и зеленоглазая, другая — серебристо-седая и голубоглазая.

– Здравствуй, Артемида. – Человек слегка склонил голову; блондинка в ответ несильно поклонилась. – Мне передали, что ты придешь. Представишь свою спутницу?

– Конечно. Ее зовут...

– Мирра. – Седовласая девушка сама представилась и вышла вперед. Она вперила свои ледяные глаза прямо в мужчину, однако его темно-карие глаза, казалось, поглощали этот ментальный холод в своих бездонных колодцах без всякого ущерба для психики. – Ваша протеже все распиналась, какая я чудесная и что для вашей организации я буду великолепным приобретением, но так и не смогла внятно объяснить мне, что, собственно, это за организация. Название, цели, имя лидера.

Последнее слово Мирра выделила интонацией, снова стрельнув в мужчину ледяным взором.

– Однако же. – Тот, казалось, слегка смутился: взгляд выражал удивление, брови поднялись, а на лбу появились морщины. Однако по совершенно не дрогнувшему тембру голоса можно было сказать, что он спокоен, как удав, и «изумляется» только в рамках манер и этикета. – Какая Вы прямолинейная. Что ж, меня Вы можете звать Пророком. А организацию, в которую вас привели — Черным Братством.

– Пафосно. – Немного скривила лицо Мирра.

– Что поделать, люди всегда уделяли внимание громким и символичным словам.

– И чем же ваше братство занимается? Буклеты с прописными истинами на улицах раздает? – Мирра взглядом указала на листы, разложенные у Пророка на столе.

– О нет. Как раз это — то, чем мы никогда не будем заниматься. Не просто так наше братство черное, мы должны действовать из тени. И, так или иначе, – Пророк сам одарил Мирру необычайно прямым и выразительным взглядом. – С позиции силы.

– Вот как. Что ж, предположим, что я все еще не считаю вас сектой или террористами. Мне дали какие-то мутные обещания мести и справедливости. Да и о деньгах, кажется, была речь, а они мне не помешают. Так что именно я получу от членства?

– Проблемы с законом, должен Вас предупредить. Однако Вы совершенно не правы, называя нас сектой, да и террористами. Позвольте Вам объяснить. Мы не являемся приверженцами какой-либо религии. Не запрещаем верить ни в Иегову, ни в Аллаха. Ни даже в Перуна или Зевса. Нас не связывают религиозные рамки. Что же до законов... вот скажите, Мирра, – Пророк порылся в бумагах, нашел одну и, быстро пробежавшись глазами по ней и по Мирре, продолжил. – Противозаконно ли то, что с Вами делали ваши одноклассники? Очевидно, нет. – Пророк не дал Мирре ответить, сказав за нее. Впрочем, не похоже, чтобы он был не прав. – А то, что Вы сделали с ними? Так же очевидно — да, противозаконно. Настоящее насилие началось с Вас. Но кто был прав, справедлив? Думаю, отвечать не надо, вопрос риторический.

– Угу. Значит, вы... вигиланты?

– Страшное слово, милая моя, и, боюсь, оно за пределами моего словарного запаса.

– Ну, Бэтмэны вы. Или, там, Каратели. Вооружены и очень опасны, формально по своим действиям — вне закона, но фактически опасаться вас нужно лишь тем, кто доставляет проблемы простым честным гражданам.

– Получается, что так. – Слегка улыбнувшись, Пророк скрестил руки на столе.

– Вау. Не думала, что такое бывает. – Мирра нервно хихикнула. – Предположим, вы поразили меня прямо в мой юношеский максимализм. Однако, какими же методами вы работаете?

– Хм... самыми разными. Это зависит от ситуации. Да и, чего скрывать, от личностей людей, задействованных в операциях. Как с нашей стороны, так и со стороны наших врагов. Важно другое. Мы — не только и не столько палачи, сколько... миссионеры. Мы считаем, что люди, в большинстве своем, должны понести наказание за свои ошибки, а не быть убиты. А после наказания — они заслуживают права на исправление. Пути истины неисповедимы, и кто знает, как судьба сложится. Вот, скажем, ваши обидчики. Вдруг они приложат силы и искупят вину, а вы простите их, и тогда для вас откроется дорога дружбы.

– Ого. Странно слышать такое от вас, Пророк. – В удивлении вскинула бровь Мирра. – Вы мне показались пожилым, в хорошем смысле, и мудрым человеком. А тут такое говорите. Нет, с тем, что люди заслуживают и наказания, и исправления я согласна, несомненно. Но вот дальше... дружить с такими людьми, с врагами? Неужто, вы сами в это верите?

– Я видел многое, Мирра. И не такие события происходят в судьбе. Редко, но бывает, все же. Однако, возвращаясь к нашим методам. Как я и сказал, мы скорее миссионеры, чем палачи, но люди... Бывают люди, совершающие такие чудовищные поступки, и столько их, этих поступков, что они представляют опасность для общества. Таких людей надо устранять. И Братство не чурается марать руки в крови. Все мы, Мирра, убийцы. Даже та милая девушка позади Вас. – Мирра обернулась на блондинку, смущенно улыбнувшуюся и помахавшую ей ручкой. – И Вы, если хотите поддержать нас, должны быть готовы, что рано или поздно судьба приведет вас к этому. Взамен же Вы получите настоящую семью. Не просто так мы зовемся черными, но не просто так и братством — каждый в ордене будет Вашим братом или сестрой, и каждый, от последнего рекрута до меня лично, готов будет дать Вам для вашего счастья что угодно. Деньги и вещи, помощь и поддержка, дружба и любовь. Лечение, отдых, работа. Поверьте, у нас есть спонсоры — глупые люди, считающие нас террористами и думающие, что из-за их денег мы будем пускать под откос поезда. И есть у нас человеческие ресурсы — люди самых разных взглядов и умений.

– Какие сладкие песни Вы мне поете. – Покачала головой Мирра. – Но ведь всегда есть «но». Какой-то нюанс, подвох. Какой же у вас?

– То есть необходимость в какой-то момент убить человека и, даже раньше этого, заиметь проблемы с законом — для вас не подвох?

– Нет. Это не более чем специфика вашей организации, и как раз за нее Вы и предлагаете щедрый «соцпакет». Но, как по мне, слишком уж щедрый. Должно быть что-то еще.

– Мне в голову приходит только одно. Многие, прибывая на вашем месте, Мирра, забывают об одной важной детали. Если Братство стоит за вас горой, то вы стоите горой за Братство. Не вы одна у нас несчастная и обездоленная. Кому-то из ваших названных братьев и сестер может понадобиться помощь — и она им понадобится, я Вас уверяю. А у Вас может оказаться что-то необходимое им: вещь, деньги или умение. И как любой из нас обязан помочь Вам, буде вы часть нашего Братства, так и Вы обязаны будете помочь любому из нас. Считается это за «подвох»?

– Возможно, да. Могу я подумать насчет вступления?

– Сколько вам будет угодно. Заклинаю лишь вас соблюдать некоторую секретность, ради вашего же блага.

***

Оставив машину в Горках, Флексибилис пешком добралась до заброшенного лагеря. Охранников на входе она попросила отвести ее к владельцам заброшки. Представившись им полицейской под прикрытием и показав липовую «ксиву», она добилась того, чтобы ей дали ключ от здания, а охранникам передали инструкции не вмешиваться. Пробравшись в главный корпус, она затаилась и выждала, пока в здании не появятся посторонние. Проследив за ними, она достаточно быстро поняла, что собирается компашка в бывшем зале столовой. Проскользнув в соседнее помещение, где когда-то располагалась кухня, она смогла рассмотреть, что происходит. Несколько парней и девушек в возрасте до 30 стали чертить на полу пентаграмму и расставлять вокруг нее свечи и какие-то кристаллы, готовясь к некому ритуалу. Поначалу она подумала, что это очередной бесполезный перформанс «мамкиных сатанистов», а то и вообще ролевая игра, но вдруг в помещение вошел одетый в серый камуфлированный костюм высокий и накачанный мужик, чьи волосы уже тронула седина, а квадратное лицом, подчеркивая его грубость, около правого глаза пересекал шрам.

– Продитор?! – Едва слышно выдохнула девушка. Ее бывший коллега, разведчик из отряда, стал профессионально оглядывать зал, и Флексибилис от греха подальше спряталась за стену, навострив уши.

– Как подготовка? – Спросил он.

– Почти все готово. – Ответил ему кто-то из культистов. – Осталось только трибуну собрать. Ну и последний кристалл.

– Да это-то понятно. Ща.

Послышалась какая-то возня, и девушка решилась еще раз выглянуть. Она увидела, как Продитор достал из сумки две книги: старый, потрепанный фолиант, и наспех сшитую распечатку. Последняя была списком заклинаний, известных отряду, а вот гримуар она видела впервые. Сверившись с обеими книгами, мужчина выложил в центр пентаграммы кучку костей, гнилого мяса и еще чего-то непонятного, но что намертво отбивало аппетит, и начал читать длинное и сложное заклинание. В результате его действий из костей и гнили образовалось странное существо, похожее на синюшный морской огурец с жесткими отростками-ножками, человекоподобным ртом и натыканными по всему телу глазами. Существо начало выть и реветь, и, хотя всё происходило на дистанции всего в десяток метров, звук был такой, будто выло существо за пару километров от лагеря. Продитор достал большой охотничий нож, прочел еще какое-то заклинание, из-за чего клинок оружия засветился, и воткнул в существо, тут же распоров его вдоль. Из затихшей тушки он достал еще один кристалл, передал его культисту, а сам, вытерев руки, начал помогать со сбором трибуны.

Поняв, что происходит что-то очень нехорошее, девушка попыталась связаться с отрядом и вызвать штурмовую группу. Она успела передать свое местоположение и то, что за ритуалом стоит Продитор, но больше ничего не успела: тот произнес еще несколько заклинаний, и над лагерем повисла радиотишина — не работала ни рация, ни телефон. Дождавшись, когда Продитор закончит договариваться с охранниками (двое из них по голосу показались ей уж очень знакомыми), она начала выбираться из здания. Охранники на редкость грамотно патрулировали территорию, но их было мало, что радовало. Того, что на втором этаже, она смогла обойти, а вот спустившись на первый этаж застряла: мало того, что по коридору бродил нанятый стражник, так еще и около входа ошивался один из культистов. Обойти обоих, не попавшись на глаза, было нереально — один всегда был в зоне видимости второго. Тогда девушка затаилась в одном из дальних углов, дождалась, когда парень окажется рядом, и привлекла его внимание, ширкнув клинком ножа по стене. Очень осторожно тот начал проверять место, откуда донесся звук, но все-таки сделал то, что девушка от него хотела: прошел мимо нее, скрывшись из поля зрения второго охранника. Подкравшись к нему со спины, она резко кинулась вперед, попытавшись применить удушающий прием.

***

Прошел очередной день в лицее. У Мирры не было назначено никаких встреч, и она просто отдыхала у себя дома. Внезапно ее телефон коротко завибрировал. Поднявшись с кровати, она провела пальцем по экрану и увидела в соцсети сообщение от Ромы. Он просил срочно встретиться в парке позади лицея. Причем, не в беседке, где они иногда сидели после уроков, а в глубине парка, куда почти никто не ходит.

Мирра спросила, зачем, и стала ждать, но в ответ тишина: «Роман был в сети 5 минут назад». Подождав еще немного, Мирра попыталась позвонить парню, но его телефон был выключен или в режиме полета. Мирра начала подозревать что-то неладное, но, тем не менее, собралась и пошла в парк. Вскоре она уже была в парке и начала аккуратно проходить к назначенному месту по едва заметным тропинкам. Она увидела небольшой прудик, видимо, соединенный с какой-то подземной речкой, и стоящую на его берегу самодельную скамейку, на которой что-то лежало. Нервно оглянувшись, она подошла к скамейке и сквозь опускавшуюся на парк вечернюю темноту разглядела телефон Ромы. Разблокировав его, она увидела его страницу в соцсети. У Ромы бала открыта переписка с Миррой, и в строчке набора было неотправленное сообщение: «Обернись».

Опустив телефон, Мирра развернулась и увидела перед собой двоих одноклассников: Остапа и Лизу. Оба они были из той группы, с которой Мирра вчера подралась. И у обоих в руках были пистолеты. Едко улыбнувшись, Остап показал куда-то Мирре за спину, и она, повернув голову, увидела там еще и Серегу, второго вчерашнего драчуна. Тоже с пистолетом, ствол которого был приставлен к виску Ромы. Неподалеку стояла Маша — без пистолета, зато с телефоном в руках.

– Вы чего удумали, придурки? – сказала девушка хрипло из-за пересохшего от напряжения горла. – Совсем что-ль с ума посходили?

– Ну почему? – гнусаво ответил Остап. – Мы же не собираемся в тебя стрелять. Пока.

– Да. – Закивала головой Маша. – Мы просто хотим тебя наказать. Вчера ты больно много себе позволила. А это так, чтобы быть уверенными, что ты точно не будешь рыпаться.

Мирра промолчала. Во-первых, не хотела разозлить ребят, а во-вторых, активно думала, что они могут предпринять и как она будет из этого выпутываться.

– Для начала, – начала говорить Лиза. – Ты вчера испортила Маше дизайнерскую одежду. Так что мы возьмем компенсацию. Доставай кошелек.

Запустив руку в карман джинсов, Мирра достала кошелек и швырнула в сторону Лизы. Та позволила ему упасть в траву, и лишь после этого, не переставая целиться в Мирру, медленно подняла и швырнула подруге. Маша поймала кошелек и открыла, пересчитав деньги.

– М-да. Не густо. Хотя, чего еще от тебя, нищенки, ожидать. Ну да ладно. Вместе с тем, что нам благородно отдал Рома, уж на химчистку-то хватит. Да, Ромчик? – Маша кокетливо подмигнула ему и снова повернулась к Мирре. – Ну а теперь нужно компенсировать кое-что парням. Ты им вчера немного лица попортила. Натуру, так сказать, так что и расплачиваться будешь тоже натурой. Раздевайся.

– А чего ты за них говоришь-то? Вдруг они не хотят. Я ж уродина. – Мирра постаралась постепенно смягчить свой тон.

– Хотим-хотим. – Прогнусавил Остап. – Ты ее слышала, раздевайся давай.

– Разве так интересно? – Кокетливо сказала Мирра. – Пусть они подойдут и разденут.

– Ты каким тоном разговариваешь? – Злобно сказала Лиза. – Охерела? Делай что говорят. Или ты решила, что дохрена соблазнительная?

– А если да? – Она наклонилась, эротично прогнув спину и отклячив задницу, и через плечо посмотрела на Остапа. – Проверишь, пупсик?

– Слыш, ты... – Остап сорвался с места и быстрым шагом пошел к Мирре.

– Куда, дебил! – рявкнул Серега.

– Стой, мы не так договаривались! – пискнула Лиза.

– Да спокойно. – Ответил им Остап, подходя к уже выпрямившейся, но еще стоящей в кокетливой позе девушке. – Ща я ей просто...

Договорить он не успел.

***

Дело изначально казалось Диме мутным, и с каждой проведенной в не-такой-уж-заброшке минутой это ощущение только усиливалось. Особенно не по себе стало, когда патруль, длившийся от силы десяток минут, нарушился странным звуком где-то в углу, будто скребанули металлом по бетону.

– Эй. – Обратился Дима к одному из ролевиков-культистов, тому, что открывал им вход в главный корпус. – Ты слышал?

– А? – Тот будто только проснулся и, проследив за взглядом Димы, наконец понял вопрос. – А, не, оттуда не слышал ничего.

Недовольно хмыкнув, Дима включил фонарик и медленно пошел в направлении звука. Дойдя до угла коридора, он стал продвигаться медленно и осторожно, осматривая каждый угол и часто оглядывался на культиста у входа, но тот даже не думал страховать Диму, нагло повернувшись спиной и оглядывая улицу в щель между досками, которыми заколотили окно. Когда Дима уже подумал, что ему все-таки почудилось, и можно расслабиться и вернуться на маршрут, кто-то внезапно взял его в удушающий прием. Выполнен захват был грамотно, но тот, кто его сделал, был явно ниже и легче Димы, а значит шанс был. Парень резко ткнул локтем назад. Нападающий немного ослабил захват, и у парня получилось слегка высвободиться. Хватка тут же сомкнулась вновь, но голова уже была в таком положении, что получалось дышать. Тогда Дима слегка присел, снова ткнув нападавшего локтем по ребрам, и тут же распрямил ноги и нагнулся, сбрасывая легкого оппонента. Грохнувшись на спину, тот тут же вскочил на ноги и вытащил нож, а парень уже стоял с мечом наизготовку, готовясь защищаться или атаковать, но тут...

– Дим? – Послышался удивленный женский голос, который был ему явно знаком.

– А? – Парень удивился, отскочил на шаг назад, поднял фонарик и посветил на девушку. – Юля?! Какого хрена...

Не успели парень с девушкой придумать новые вопросы, как на шум прибежал культист.

– Что тут у тебя... Ёпт! – Парень вышел из-за поворота, и Юля резко метнула в него нож. У него получилось увернуться, и Юля выхватила из-под куртки пистолет. Однако парень за это время успел достать из кармана брюк маленький светящийся кристалл и раздавить его. Осколки кристалла испарились в воздухе, парень вскинул вперед руку и напрягся, а Юля вдруг замерла, не способная поднять руки и навести оружие. Пока ДимА стоял в шоке и пытался понять, что вообще происходит, парень завел за спину вторую руку и на его ладони медленно начал формироваться огонь — сначала похожий на свечу, но вскоре уже превратившийся в полноценные красноватые языки пламени.

– Давай, врежь ей, пока я держу! – Гаркнул парень. Дима, полностью шокированный происходящим, метался взглядом от культиста к девушке и в какой-то момент поймал ее испуганный взгляд. «Помоги!» – едва слышно прошептала она.

– Ох мать... лучше бы мне потом не пожалеть об этом! – Выдавил из себя парень, берясь за рукоять меча обеими руками. Клинок со свистом рассек воздух и врезался в голову культисту. Такой удар даже затупленным мечом должен был гарантировать культисту как минимум сотрясение и потерю сознания, а как максимум вообще проломленную черепушку и летальный исход, но он лишь пошатнулся с порезом над бровью, будто Дима его ножом полоснул. Однако пламя на его руке погасло, а Юля освободилась от телекинетического давления. Ее ослабевшие руки выпустили оружие, но она, понимая, что времени нет, сделала то единственное, что могла — выставила вперед руку, нацелив указательный палец на врага.

– Гласем! – Сказала она так громко, как могла, чтобы это не перешло в крик, слышимый на втором этаже. С руки слетел ледяной шип, воткнувшийся культисту в грудь, и тот замер, покрывшись ледяной коркой. – Бей!

– Р-р-рах! – Выдохнул Дима, со всего размаха ударяя мечом. Послышался треск, и торс культиста разлетелся в стороны бело-красным крошевом. Дима, испугавшись, отпрыгнул назад, а девушка нагнулась, уперевшись ладонями в колени и тяжело дыша. – Вот бля-я-ять... Юля, какого хера происходит?

– Уф... – Девушка подняла на него задумчивый взгляд. – Так. На полный ликбез времени нет, так что только важное. Магия существует, ей владею я и моя группа, и ей владеют вот эти вот... «ролевики». Чего я не ожидала. Но главное, что ей владеет их лидер, и он хочет провести какой-то серьезный ритуал. Мы должны помешать ему.

– Мы? – Дима вскинул одну бровь.

– Да. Хочешь ты или не хочешь, но тебя втянули в серьезную заваруху, и выйти не вариант. Свой борцовский прием и оружие я еще могла бы объяснить, но, когда этот гад начал колдовать, а я продолжила — тут уж никак. Однако ты еще можешь выбрать правильную сторону. И бога ради, скажи мне, что Леха не тут?

– Размечталась. Мы с Тамарой ходим парой.

– Естественно. – Кивнула Юля. Тут по зданию раздался странный гул, а фрески и скульптуры существ стали переливаться всеми цветами радуги и слегка шевелиться, как ожидалось бы от них в жизни: медуза двигала куполом, рыбки извивались влево-вправо, собака двигала головой, принюхиваясь. – Ага... нехороший знак. Пошли быстрее.

***

Во время патруля к Глебу подошел Антон. Друг предупредил его, что «билетеры» ведут себя как-то странно и не находятся на обычных маршрутах, зато торчат в тех местах, где их быть не должно в принципе. Немного подумав, Глеб сказал Тохе пройти по его маршруту еще пару раз и, если ничего не изменится, доложить Продитору. Сам парень, закончив очередной виток маршрута, тоже зашел в здание. На месте он не увидел ни Диму, ни культиста, охранявшего вход, но не придал этому значения — они оба должны были патрулировать. Поднявшись по одной из двух лестниц, он зашел в зал, где народ заканчивал свои странные приготовления к ритуалу, и подошел к лидеру сектантов. Не успел Глеб начать разговор, как дверь с шумом открылась и в зал влетели Дима с Лехой.

– Мужики, че происходит?! – Взволнованно спросил Дима. – На улице пиздец какой-то, че за бойня? И не только на улице, еще и... бля!

Дима, пытаясь отдышаться, согнулся, опершись ладонями в колени.

– Какая еще бойня? – Удивился Глеб, переглянувшись со встревоженным Продитором. – Я только что ходил там, с Тохой пересекся, все тихо.

– Какой тихо! – Возмутился Леха. – Я на вызов Димы спустился на первый, и... ты не видел, что ли, че там?!

– И что же там? – Спросил Продитор. Мужик сохранял спокойный вид и голос, но что-то все равно выдавало в нем нешуточную нервозность.

– Кровавая каша, вот что там! – Выпалил, разогнувшись, Дима. – Я пошел в одну сторону, тот чел ваш в другую, я услышал его крик, прибежал, а его там так распидорасило!

– Глеб? – Спросил Мужик, переведя взгляд на неформального лидера своей «службы безопасности».

– Хрен знает, я ничего такого не видел.

– Но там же пиздец какое месиво! – Выпалил Леха.

– Да что?.. – тихо протянул парень, но тут дверь распахнулась и в зал влетел Антон.

– Ёптыть, пацаны, че за жесть на первом?! – Спросил он с круглыми от испуга глазами – Глеб, ты видел?!

– Не смешно нихрена, пацаны, я что там должен был видеть?

В этот момент Продитор, стоявший с подозрительным прищуром на лице, решил развернуться, и увидел подкравшуюся к шару Юлю.

– ТЫ!!! – Взревел он, вскидывая руку. – Флекса, мразь!

– Ой-ой. – Девушка резко распрямилась, поняв, что сейчас произойдет, и тоже вскинула руку.

– Экзуро!

– Гласьем!

Фаербол и шип льда, попав друг в друга, взаимно аннигилировались. Тогда и Юля и мужик полезли за стволами, и Юля успела раньше. Она пару раз пальнула в Продитора, заставив того перекатиться и залечь около стены. Остальные тоже попадали и спрятались кто куда, включая Диму, Леху, Глеба и Антона, спрятавшихся за колоннами.

– Глеб, Антон, разберитесь с ними! – Гаркнул Продитор.

– Чего?! – Офигевши спросил Антон.

– Ваши чертовы друзья по клубу помогают ей! Избавьтесь от них!

– Да кто она вообще, че происходит?! – Крикнул в панике Глеб, мимо которого срикошетили пули, выпущенные Юлей в мужика. – Мы на такое не подписывались.

– Сука, некогда мне с вами возиться... – Недовольно протянул Продитор. – Обтэмперате волунтати хумилитер, Глеб эт Антон!

Он произнес заклинание, на секунду отвлекшись от Юли, и махнув рукой в сторону парней. У Глеба и Тохи зловеще засияли серебристым цветом радужки глаз, и гордо выпрямились. Лица парней приобрели нейтрально-сосредоточенное выражение.

– Ах ты ублюдок!.. – Злобно протянула Юля. Высунувшись, она стала методично, по пуле в секунду, обстреливать укрытие Продитора, заставив того залечь, параллельно направив вторую руку в сторону Димы и Леши. – Протекта!

– Ха-ха, дура! – Крикнул из укрытия мужик. – Я и не собирался подчинять ИХ волю! Глеб, Антон, прикончите их. Вася, Саша, возьмите дрыны какие-нибудь и помогите им! Остальные, помогайте мне с этой сукой! Н-Н-НА!

С последним криком он высунулся и сделал несколько быстрых выстрелов по Юле, заставив ее спрятаться. Глеб и Антон, вытянувшись по струнке, со спокойными и мрачно-решительными лицами развернулись к Диме и Лехе, а в их руках уже были мечи.

– Э-э-э, парни, вы че? – Спросил Дима, но, тем не менее, достал свой меч. Глеб и Антон его совершенно проигнорировали и пошли в атаку.

– Твою ж мать... – Юля переключила стечкин в автоматический режим, дала очередь по Продитору, заставив того залечь, пару раз стрельнула по остальным фанатикам и снова направила руку на Диму и Леху, уже встрявших в поединок со своими знакомыми. – Черт, как я это всё не люблю. Импетэ целеритас! Э, как же там еще было... Э... М-м-м... Кориум армис!.. Вроде бы. – В этот момент Продитор снова начал по ней стрелять, и дальше ей пришлось кричать объяснения из укрытия. – Парни! Если я всё правильно сделала, у вас сейчас каменная кожа и прирост сил. Лучше бы вам этим воспользоваться!

Переглянувшись, парни покрепче взяли оружие и перешли в атаку. Действительно, чары, которые наложила Юля, сработали. Правда, видимо, все же не в полную мощь. Леха, увлекшись финтами, получил мечом от Антона прямо в лицо. Меч, конечно, не был заточен, но даже так удар должен был нанести серьезный урон. И все же, Антон добился появления у Лехи на лице лишь небольшой царапины — значит, каменная кожа сработала. Однако, тяжелые удары с двух рук, да из замаха, наносимые Лехой, Тоха своим одноручным мечом все-же блокировал, то есть прилив сил был минимальный.

У Димы же все было с точностью наоборот. Он почувствовал явное превосходство в силе, а в какой-то момент смог погнуть меч Глеба, будто тот был сделан из тонкого алюминия. Парень отступил, а на его место встал один из культистов, которому Продитор приказал помочь справиться с парнями. Он где-то надыбал кукри и влез в драку, хоть фехтовать умел весьма посредственно, и Дима, подловив его, так саданул по руке, что там явно что-то хрустнуло, и парень покатился по полу, взвыв от боли и выронив оружие. Но в следующую же секунду Глеб исхитрился достать откуда-то из-под куртки метательный нож и запустить в Диму. Не ожидавший такого парень бросок пропустил, и, хоть он и не получил серьезной раны, тычка в грудь получилась сильная и болезненная — чары каменной кожи явно работали не в полную силу.

Пока Дима дрался с Глебом, который где-то разжился мачете на замену погнутому оружию, культист со сломанной рукой кое-как подобрал свой кукри и с воплем побежал на Диму, занеся оружие вверх. Поняв, что запахло жареным, парень решил действовать радикально. Увидев, что Глеб бьет сверху вниз, ДимА сделал вид, что принимает клинок на блок, но потом резко шагнул вперед, расслабив руки. Клинок его меча наклонился к полу, ударившийся в него мачете проскользнул вниз, а державший его Глеб, не удержав равновесия, кубарем полетел на пол. Даже не оглянувшись на него, Дима резко выпрямил меч и рванул вперед, целясь острым «зубом» меча в рот нападавшему. Не успев увидеть маневр и увернуться, тот со всей силы насадился на клинок — пусть меч и не был заточен, на такой скорости эту уже было не важно. С противным чавканьем проткнув и разорвав шею сзади, под основанием черепа, клинок вышел наружу. Резкая боль остановила атаку, и парень, вытаращив глаза, выронил кукри, потянувшись здоровой рукой то ли к горлу, то ли к пронзившему его мечу. Дима не дал этому движению закончиться: уперевшись ногой в живот парня, он стряхнул того со своего меча, тут же развернувшись и пытаясь оценить остановку.

Глеб, попавшись в маневр Димы, приложился головой об стену и лежал в нокауте. Леха несколькими мощными ударами смог оттеснить Антона, выбив у него из рук оружие и повалив на пол. Потом резко развернулся, и провел мощный рубящий удар в колено противника. Тот держал оружие на уровне торса и не успел отпрыгнуть или заблокировать атаку — раздался жуткий хруст, и парень упал, выронив оружие и с воплем схватившись за ногу, которая у него стала сгибаться в сторону, а не назад. После этого Леха, снова развернувшись, впечатал Антону сапог в подбородок, будто бил по футбольному мячу, и отправил того «отдыхать» — это случилось буквально в ту же секунду, когда Дима стряхнул раненого культиста со своего меча.

Парни выпрямились и перевели взгляд на зал, где стихла пальба, и увиденное им не понравилось. Продитор и его культисты за это время смогли скрутить Юлю — и теперь мужик стоял, крепко удерживая ее руки за спиной, а все остальные по очереди подходили к шару, стоявшему на пьедестале, и на несколько секунд прикладывали к нему руки.

– Все кончено, новички! – Криво ухмыляясь, сказал Продитор. – Теперь мои товарищи могут использовать магию, причем куда более сильную, чем вы. Перформанс вы выдали впечатляющий, но больше вам мечи не помогут, так что сдавайтесь, если жить хотите. И мы обговорим с вами возможное мирное решение.

– Ага, канеш. – Сказал Леха, сплюнув на пол. – Так мы тебе и поверили, что после всего этого возьмешь и мирно нас отпустишь.

– Конечно, просто так не отпущу. Но, возможно, вы соблазнитесь работой, а соответственно и оплатой. Или магическими знаниями, такими как вам в «Белом Щите» и не снилось.

– Каком щите? – Спросил Дима, переглянувшись с Лехой.

– Что? А... Ха-ха-ха-ха! Флекса, ну ты даешь! – Продитор слегка тряхнул Юлю, заставив ее скорчиться от боли. – Ты че, использовала неподготовленных парней, которые даже не в курсе всей темы?! Как низко ты пала.

– Ты бы так не выдрючивался, сейчас не ниже падешь. – Ответил ему Леха.

– Отчего же? – Хмыкнул мужик.

– От пули в затылке! – Крикнул Дима, и вместе с Лехой нырнул за ближайшие колонны.

С грохотом разбились окна по бокам от Продитора и его группы, и в зале оказалось еще двое вооруженных людей — оба в серых армейских комбинезонах с бронезащитой и автоматами калашникова с кучей обвесов в руках. Они тут же открыли огонь, убив по одному культисту и ранив еще несколько, но остальные сразу завопили «Статика!», и пули стали повисать в воздухе, будто в «Матрице». Из-за внезапного появления штурмовой группы Продитор немного ослабил хватку, и Юля смогла вывернуться.

– Дима! – Крикнула она ближайшему парню, рванув вперед и сняв шар с пьедестала. – Лови!

Дима, едва выглянув из-за колонны, тут же вынужден был поймать хрупкий с виду шар.

– Валите, быстро! – Рявкнула Юля, разворачиваясь к Продитору — тот уже просто принял боевую стойку, а Юля выхватила откуда-то из-за спины нож.

– Я вперед! – Леха убрал меч в ножны, открыл для Димы дверь и побежал к лестнице на первый этаж. По лестнице они сбежали без проблем, а вот на первом этаже перед ними вдруг телепортировались культисты — один тоже где-то нашел мачете, а второй полагался только на магию. Леха, на ходу снова вытащив меч, обезвредил их, увернувшись от пары неловких ударов и неуверенных заклинаний, и с ноги выбил закрытую центральную дверь и выбежал во двор.

– Лех! – позвал его друг. – Стой! Эта хуйня дико руки жарит, я ее держать уже не могу. Бери быстрее!

– Ага, щас! И не подумаю к нему притронуться, роняй если надо!

– Вот же ты!.. Ух, ладно, погнали!

Парни побежали дальше к выходу с территории заброшки, и за это время выстрелы в главном корпусе затихли. Однако стоило им слегка расслабиться, как из-за корпуса вдруг, рыча мотором, на полной скорости вылетел внедорожник. Из-за света фар разглядеть, кто находится за рулем, было невозможно, однако скорость и траектория движения — прямой наводкой по газону на парней — неплохо ограничивали возможные варианты. Еще больше их ограничил пассажир, сидевший в открытом кузове внедорожника: он встал и, уперевшись локтями в крышу, начал стрелять из пистолета.

Коротко переглянувшись, ДимА с Лехой еще прибавили ходу, почти добежав до главной дороги к воротам, но тут жар в руках Димы стал совсем нестерпимым. Заорав от боли, он рухнул на колени, но шар отпустить не получилось. Засветившись ярко-красным цветом, он издал из себя вспышку, похожую на языки пламени, которая разошлась метров на двадцать от парня. Этот «огонь» не жег, но Леху уронил на землю, а внедорожник встал на месте, как вкопанный — хотя продолжил рычать мотором, прорывая землю под собой колесами. Вспышка исчезла, свет из шара прекратился, и Дима смог опустить его на землю. На его ладонях были страшные, до почерневших костей ожоги, но они на глазах затягивались, слегка озаряясь красной, похожей на огонь аурой.

Джип немного сдал назад, выбрался из прорытой им ямы, и снова ринулся вперед. Внезапно раздались хлопки, и рядом с парнями из ниоткуда появилась Юля и двое солдат в серых комбинезонах. Быстро сориентировавшись, солдаты открыли по машине огонь из калашей, а Юля крикнула парням отходить, но Дима ее не послушал. В его голове появилась мысль: прыгнуть вперед. Хотя логика уверяла, что прыгать навстречу джипу не лучшая идея, Дима решил все-таки послушать инстинкт. Вытащив свой меч, он прыгнул метра на два вверх. В воздухе он замахнулся, и при приземлении вертикально ударил джип по капоту мечом. Капот, двигатель и бампер машины разорвало на две части, от удара обе половины сплющились почти что в блин. Джип «кувыркнулся», перелетел через парней, Юлю и солдат, упал вверх тормашками на асфальтированную дорожку и со скрежетом пропахал крышей асфальт метров так пять.

Юля подошла к машине и посмотрела внутрь. Того, который вел огонь из кузова, при падении буквально размазало по асфальту, а вот водитель еще слабо шевелился.

– Эксуро! – Юля встала, отошла на пару шагов от машины и выставила вперед руку, будто изображала пистолет. С ее пальцев сорвалась струя пламени и подожгла машину. Решив, что хватит, и останки автомобиля с его экипажем и так догорят, Юля перестала поливать джип пламенем и убрала руку. Она быстрым шагом подошла к парням. – Так, с вами все нормально?

– Ну как сказать... – почесал макушку Леха. – Ты тут феерверк пропустила.

– А?

– Шар у меня в руках загорелся красным, – начал рассказывать Дима, – прожег мне руки до черных костей, но у меня не получилось его отпустить. Потом из него вырвалась некая энергия, он погас, а руки снова стали здоровыми, вот.

– Во-о-от блин... – Юля переглянулась с солдатами в сером. – Это, походу, катализатор...

Хрясь! Все уставились на источник звука за спиной у Юли. Шар, лежавший на земле, сам по себе лопнул, а его осколки без следа растворились в воздухе, лишь оставив после себя на пару секунд беловатую дымку.

– ...Был. – Закончила девушка, поворачиваясь обратно.

– Это че получается, – прозвучал еще один женский голос. Солдаты сняли с себя шлемы, и один из них оказался парнем, а вот второй — женщиной лет слегка за тридцать на вид. – У него мана активирована теперь?

– Ну получается так. – Пожал плечами парень. – Хреново. И то, что еще один катализатор сломался, тоже.

– Ладно, это тоже приемлемый исход. Ни нам — так никому. Хотя очень странно, я раньше не слышала про какие-то вспышки, чтобы шар как-то по-особенному светился и так далее. Но да ладно, потом разберемся. – Юля и повернулась к Диме и Лехе. – Стойте смирно, я с вас заклинания сниму. Пурифакто эссентиа!

У Лехи несколько сильнее стал кровоточить порез на лице, а на Диму резко навалилась усталость, будто он вагон разгрузил.

– Вот же ж мать вашу, а. – Юля прикрыла глаза и схватилась указательным и большим пальцем за нос около уголков глаз. – Вот уж чего не хотела, того не хотела. И что мне теперь с вами делать?

– Ниубивай. – Брякнул Леха.

– Тебя не убьем. – Хмыкнул парень с автоматом, тут же переведя взгляд на Диму. – А вот с ним теперь есть проблемы. Ба-а-альшие проблемы...

– Э-э-э, спокойно! – Дима поднял руки вверх и сделал пару шагов назад. – Нет со мной никаких проблем, вы че?

– Да нет, есть. – Ответила женщина. – Ты этого еще не понимаешь, но ты стал очень опасен. Вообще мы магические инциденты расследуем, но с тобой все сразу понятно, и вот таких мы, обычно, ликвидируем.

– Так, ладно, успокойтесь. – По лицу Юли скользнула улыбка, но какая-то уж больно измотанная, через силу. Она оглядела своих однокурсников и в полголоса продолжила: – Значит так. Сегодня у нас тут еще полно работы, все прибрать надо. Так что вы свободны. Но имейте ввиду: вы под прицелом, так что даже не думайте выкинуть какую-то глупость, типа, рассказать кому-то об этом происшествии. Завтра встретимся и решим, что с вами делать.

– Не надо со мной ничего делать! – запротестовал Леха. – Давай я тебе так скажу, что я сделаю: пойду домой, по пути куплю бутылок эдак восемь, нет, десять пива, выпью залпом, и к утру, даже если буду что-то помнить, спишу на сон в пьяном бреду, благо я и не такое после попоек видел. А вы оба не будете мне напоминать, никогда!

– Ну нет. – Юля строго помотала головой. – Завтра чтоб был огурцом, я тебе серьезно говорю. И не пробуй съехать с темы. Вы, парни, встряли глубже, чем пока можете себе представить. Особенно Дима, конечно, но и ты тоже, Леша. Доступно?

– Ага.

– Более чем. – Нестройно ответили парни.

– Великолепно. Как сюда попали?

– Глеб на машине привез. – Ответил Дима.

– Это который из них, чернявый или русый?

– Чернявый. – Ответил Леха. – Кстати, тут еще третий был, Владом звать. Невысокий, накаченный, с дурацкой бородкой. Вместе с Глебом и Антоном территорию патрулировал.

Солдаты и Юля переглянулись.

– Ну пойду искать. – Сказала женщина.

– Угу. – Кивнула Юля и повернулась ко второму солдату. – А ты сопроводишь?

– Да, и заодно тебе чистюков и медиков в помощь вышлю.

– Лады. – Девушка снова повернулась к Диме с Лехой. – Значит, берите машину Глеба и езжайте на ней. И помните: без глупостей, не то в дерьме по уши окажитесь. Всё, брысь.

***

Резко развернувшись, Мирра коротким движением пнула Остапа в колено, одновременно отходя в сторону. От боли нога Остапа подогнулась и он, падая на колено, не удержался и сжал руку с пистолетом, пальнув куда-то в сторону своих друзей. К несчастью, он попал Маше в живот и она, пискнув, повалилась наземь, схватившись руками за дырку в животе. Серега, не желая попадать под обстрел, отпрыгнул в сторону, отпустив Рому. Тот лег на землю, прикрыв голову руками.

Мирра кинулась к Остапу и, схватившись за руку с пистолетом, вывернула ее, заодно ударив парня локтем в подбородок. Он отпустил пистолет и схватился за лицо. Мирра поняла, что он стоит между ней и Лизой, так что та стрелять не могла, поэтому, подхватив пистолет, она быстро развернулась в сторону Сереги. Тот был в шоке, но начал уже направлять свое оружие в ее сторону. Мирра, быстро направив на него ствол, нажала спуск. Она хотела выстрелить ему в руку, но не совладала с собой — перед выстрелом ее рука дрогнула, и пуля попала парню в шею, оторвав приличный кусок с правой стороны. Выронив пистолет, он схватился за шею и встал на колени от скрутившей его боли.

Остап за это время пришел в себя, и, когда Мирра повернулась к нему, резко ударил ее кулаком в лицо, попав по губе. От удара девушка ненадолго потеряла ориентацию в пространстве, и Остап успел вырвать у нее из рук пистолет. Однако Мирра тоже быстро пришла в себя и схватилась за его руки, не давай направить ствол на себя. Борясь за оружие, они потеряли равновесие и упали — Мирра повалилась на спину, а сверху ее придавил Остап. Тем не менее, Мирра все еще крепко держала его руки. Он попробовал наставить ствол ей в лицо и, так как он был сильнее, Мирра потихоньку проигрывала. Бросив взгляд вниз, она поняла, что одна ее нога лежит между ног Остапа, и резко согнула ногу, ударив коленом ему по яйцам. Дернувшись, парень ослабил давление, и Мирра, резко выпрямив руки, отвела пистолет от своего лица. Ну, то есть она-то хотела лишь отвести от себя пистолет, но не рассчитала сил и толкнула очень мощно. Пистолет в согнутых руках Остапа ударился ему в грудь и выстрелил, когда ствол был направлен парню в подбородок. Пуля прошла в голову, и тот мгновенно скончался, всем весом рухнув на девушку.

С трудом перевернувшись и оказавшись сверху, Мирра хотела уже вырвать из его мертвых рук оружие, но тут заметила, что в нескольких шагах от нее стоит Лиза, целясь ей в голову.

– Тихо-тихо. Подожди. – Мирра выпрямилась и, убрав руки от парня, повернула их ладонями к Лизе, как бы сдаваясь. – Не стреляй.

– Не стреляй?! НЕ СТРЕЛЯЙ?! Ты убила троих моих друзей, сука! – Лиза вся тряслась от отчаяния и злобы.

– Я защищалась. Вы сами виноваты, что напали на меня. Вы перешли черту. Но ты, Лиза, пока еще можешь отступить и не рушить себе жизнь. Просто опусти пи...

– Заткнись! – Прервала ее девушка. Она моргнула и тряхнула головой, убирая слезы с глаз. – Я тебя убью. Я еще не стреляю только потому, что думаю, как тебе будет больнее. А ты знаешь... – На секунду Лиза запнулась, ну тот же продолжила. – Ты знаешь, я учусь на своих ошибках. Вчера мой пистолет был на предохранителе, но сейчас нет. Я проверила. И когда я выстрелю в тебя, тебе...

Бах! Вдохновенную речь прервал внезапный выстрел. Пуля, попав Лизе в затылок, вышла спереди, разорвав лоб, и лицо Мирры окропило кровью. Тело Лизы столбом рухнуло вперед, и Мирра увидела, что за ней стоит девушка. Миловидная блондинка с зелеными глазами, чье лицо было холодно и сосредоточено, спокойно опустила пистолет, оставив в воздухе тонкую струйку дыма, и сделала шаг вперед. Нагнувшись, она забрали из руки Лизы пистолет, после чего подошла к Мирре, бессильно рухнувшей в траву.

– Ты как?

– Я... я в порядке... – дрожащим голосом ответила та.

Кивнув, блондинка подошла и осмотрела Остапа. У того была дыра в макушке, так что думать особо не приходилось. Забрав у него пистолет, девушка поднялась. Следом она, мимо вставшего и с ужасом осматривавшего поляну Ромы, подошла к Сереге. Тот лежал не двигаясь, его глаза застыли, а кровь из шеи уже не текла. Тогда блондинка подошла к Маше. Та была еще жива, лежала на траве, закрывая руками простреленный живот и тихонько всхлипывая. Блондинка опустилась на одно колено.

– Пожалуйста... – слабым голосом, сквозь всхлипы поговорила Маша. – Помогите мне. Я умираю.

– Тише-тише. – Мягко ответила девушка. – Сильно болит?

– Да, очень. Помогите, я не хочу умирать. Помогите...

– Ну-ну, не бойся. Я тебе помогу. Потерпи, сейчас боль прекратится...

Бах!

Содрогнувшись всем телом, Мирра резко развернулась на шум. И увидела, как девушка, представившаяся Пророку Артемидой, спокойно встает, убирая оружие от Маши. А та лежит, не двигаясь, в траве, с остекленевшим взглядом наполненного болью лица и с простреленным виском.

– Бля-я-я-я... бля-я-я-я... – дрожащим голосом протянул Рома. – Что же нам теперь делать?

– Уходить отсюда. – Ответила ему блондинка, доставая свой телефон. – Ты отряхнись, а ты – она коротко взглянула на Мирру. – Умойся водой из пруда и сними с себя рубашку, она вся в крови. Берите свои вещи и проваливайте, я тут обо всем позабочусь. Старайтесь не попасть никому на глаза. И молчите. Вас тут не было, что произошло вы не видели. Понятно?

– Ага.

– Понятно. – Ответив наперебой, закивали головами Мирра и Рома.

– Молодцы. Брысь отсюда.

***

Придя домой, Дима не стал делать домашку или готовиться к лабе, как обычно, и не занял компьютер, а лег в кровать и просто глядел в потолок, погрузившись в мысли. Его всего трясло внутри: он подвергся настоящей смертельной угрозе, и его только сейчас начало накрывать осознание этого. Его хотели убить. Он сам убил двоих человек и черт знает сколько покалечил. Юля холоднокровно убила минимум одного... Юля. Вот уж чьи действия были за пределами всего, что он знал об этой девушке. Магия эта еще... бред сивой кобылы.

И тут внутри его головы будто щелкнул какой-то тумблер. «Все чаще его посещала мысль: "вот бы произошло что-нибудь особенное, чтоб как в фильме — раз! — и вся жизнь перевернулась"». Вот же оно, вот! Тот самый шанс, которого он так хотел. Именно так все происходит в фильмах и книгах! И Дима его не упустит.

Следующий день в институте он пропустил, сославшись на плохое самочувствие. Леха, скорее всего, поступил так же, поэтому, когда Юля скинула им место встречи, они оба оказались там достаточно быстро. Болтать особо не хотелось, так что парни, пожав руки, просто ждали у входа в ресторан под названием «Скала». Место действительно было необычное: внешне походило на за́мок, высеченный в горе — парни множество раз подмечали его, когда гуляли по району, но заходить так и не решились. Наконец, из-за поворота показалась Юля. Увидев парней, она спокойно, но быстро направилась в их сторону.

– Привет. – Поздоровалась она. – Пройдем внутрь?

– Пошли. – Ответил Дима, Леха же просто пожал плечами с хмурым видом.

На входе в заведение стоял охранник, что было необычно. Когда они подошли, бугай в костюме перегородил им дорогу.

– Простите, но заведение закрыто. У нас большой банкет, все места забронированы, и одно из условий — никого постороннего. Бар «Скала» будет рад предоставить вам свои услуги завтра...

Юля пристально посмотрела на охранника. Тот встал по стойке «смирно», а его остекленевшие глаза смотрели куда-то в крыши домов.

– Мы зарезервировали столик на троих. – Монотонно, будто просыпаясь, но четко произнесла Юля.

– П-позвольте проверить гостевую книгу. – Подавлено ответил охранник. Его голос, наоборот, перестал звучать четко, и создавалось ощущение, что на посту он стоит в хорошем таком подпитии.

– Ты не будешь смотреть в книгу. Ты нас пропустишь. – Прошипела Юлька.

– Добро пожаловать в «Скалу».

Проходя мимо него, Дима хохотнул.

– Ты чего? – удивилась девушка.

– Надо еще было сказать, что у нас нет дроидов, которых он ищет.

Юлька с Лехой тоже усмехнулись. Они прошли мимо гостей и заняли дальний столик.

– Итак. – Девушка, скрестив руки, подалась вперед и вгляделась в парней. – Сейчас я буду объяснять, насколько вы в жопе, так что будьте добры, слушайте внимательно. Я состою в группе, называющейся «Белый Щит». Это отряд, состоящий в основном из бывших военных и полицейских спецназовцев, но сейчас мы к государству отношения не имеем. Наш основатель, человек по прозвищу Генерал, узнал о существовании магии. Он быстро понял, ЧТО может произойти, если это знание попадет не в те руки, поэтому исчез с радаров, не доложив начальству. Он удостоверился в том, что волшебники существуют — некоторые гадатели, сектанты и тому подобная шушера как-то пробуждает в себе магические способности и использует их (иногда осознанно, иногда подсознательно), обычно во вред. Поэтому Генерал создал «Белый Щит», тщательно отобрав тех, кого он наделил знанием, кого сделал магом. И наша группа занимается тем, что нейтрализует магические угрозы. В основном мы сейчас воюем с террористами из «Черного Братства».

– Они используют магию? – Удивленно спросил Дима, переглянувшись с Лехой.

– Еще как! Они — настоящая заноза в жопе... – Юля скривилась, будто хотела раздраженно харкнуть на пол, но быстро вернула своему лицу предыдущее, нейтрально-серьезное выражение. – Но мы не забываем и о других угрозах.

– Ага. – Кивнул Леха. – А мы вчера стали свидетелями всякого, что уже делает нас угрозой.

– Типа того. – Кивнула Юля. – Тебя в меньшей степени, ведь сам ты ничего не можешь. А вот Дима — другой разговор.

– Почему это? – Спросил парень. – Из-за того шара?

– Молодец, догадливый. Этот шар был катализатором. Видите ли, магия есть если не в каждом, то очень во многих людях, но, обычно, в спящем состоянии. И «просыпается», если такое вообще происходит, очень неспешно. А катализатор пробуждает сразу большой объем... как бы вам объяснить... условно говоря, маны и умения ее контролировать. А с Димой произошло нечто вообще невообразимое. Я поговорила с Генералом насчет вчерашнего, и он считает, что ты мог впитать всю энергию того катализатора, и пробудить всю свою ману разом.

– И че я вчера у тебя этот шар не взял... – протянул Леха.

– Спасибо скажи, дурень. – Шикнул на него Дима и повернулся к Юле. – Я ведь правильно понимаю, что с полностью активированной маной я даже без заклинаний могу натворить какой-то херни, будучи... ну, допустим, разозленным?

– Именно. Поэтому таких, как ты, отряд обычно ликвидирует от греха подальше. Но я уговорила Генерала дать вам обоим шанс.

– Обоим? – Переспросил Дима.

– Да. К Леше тоже есть претензии, но с ним все проще. – Юля перевела взгляд на Леху. – Если не хочешь и дальше узнавать, насколько глубока кроличья нора, можешь просто пообещать, что никому не расскажешь даже под пытками, и можешь идти.

– Вот так просто? – Удивился Леха.

– Да, так просто. Повторюсь, мы не принадлежим правительству, а значит, и его полномочий не имеем. Подписку о неразглашении тайны и о невыезде я с тебя взять не могу, при всем желании. Но ты, конечно же, понимаешь, что за тобой все равно будут приглядывать? С крючка если и слезешь, то не в ближайшие года точно. И чуть что, обойдутся с тобой... скажем так, жестче, чем если бы мы были государственным отрядом.

– Понял. – Поскреб макушку Леха. – Ну че, обещаю. И все-таки пойду напьюсь, не сегодня, так завтра.

– Я бы на твоем месте не стала — алкоголь развязывает язык. Но запретить не могу. Свободен. Мне тут с Димой еще кое-что обсудить надо.

– В таком случае... – Леха похлопал по плечу Диму, махнул рукой Юле и направился к выходу.

– Ясно. «А вас, Штирлиц, я попрошу остаться»? – Спросил Дима, переведя взгляд с Лехиной спины на лицо Юли.

– Почти. – Кивнула Юля, встав со стула и поправляя платье. – Вас, Штирлиц, я попрошу пройти со мной к группенфюреру Мюллеру.

***

На следующий день Мирра как ни в чем ни бывало пришла в лицей. Конечно, пропажу двух парней и двух девочек заметили, но учителя решили, что те просто прогуливают — будь это правда, это было бы не впервой. Мирра весь день нервничала и не могла сосредоточиться на уроках, хотя ни в вечерних, ни в утренних новостях никакой информации о перестрелке не было. Казалось, что в это день ни то, что в Москве, во всем мире не было совершено ни единого выстрела.

Когда уроки закончились, Мирра вышла из лицея и направилась в парк. Дойдя до того места, где вчера все произошло, она не обнаружила никаких следов стрельбы. Ни крови, ни гильз, ни даже примятой травы.

– Мистика, блядь, какая-то. – Прошептала она. Подняв голову, она вдохнула и сказала громко, почти переходя на крик: – Артемида! Если ты здесь, выйди!

Несколько секунд ничего не происходило, но вдруг телефон завибрировал. Достав его, Мирра увидела смс с незнакомого номера: «Не ори, дурная. Иди домой. "Артемида" встретит тебя там через полчаса».

Сердце девушки ёкнуло. За ней все еще следят. С одной стороны, это значит, что вчерашние события ей не приснились. А с другой... ну, за ней следят.

Она прогулочным шагом направилась к лицейскому общежитию и тому моменту, как она подошла туда, у дверей ее уже ждала блондинка.

– Мне передали, что ты звала меня. Правда, каким-то нелепым образом. – Сказав вторую фразу, девушка усмехнулась.

– Да. Я хотела поговорить. Во-первых, эээ... спасибо тебе. За вчерашнее.

– Да не за что. Для меня это было не трудно. – Артемида пожала плечами, будто речь шла не об убийстве и прятанье трупов, а о помощи с домашкой. – Разве что, меня застало врасплох то, что я была без... м-м-м... инструмента. И то, как резко ты начала действовать. Все же, импровизация — не мой конек. Ну а во-вторых?

– Что? А, да. Да. Во-вторых, почему за мной следили?

– Как почему? Потому что ты кое-что и кое-кого знаешь. Нельзя же, чтобы ты пошла и кое-куда о своем знании сообщила. Ну и все-таки мы приглядываем за своим возможным пополнением.

– Ясно. Значит, меры предосторожности и для вас, и для меня, да? – Мирра нервно хихикнула. – Если не секрет, что с ними стало?

– С машинами-то? – Блондинка коротко показала глазами на людей, проходящих мимо, как бы показывая, что место для такого вопроса не лучшее. Тем не менее, она ответила. – Не секрет. На эвакуаторе доставили их на нашу станцию техобслуживания, там посмотрели — состояние совсем никудышное. Решили на запчасти разобрать, потихоньку распродавать будем. Часть туда, часть сюда...

– Ладно, я поняла. – Мирра постаралась не показать, что ее резко затошнило от представленной картины, и тихо проглотила ком в горле.

– Ты не волнуйся. Я знаю, что ты связей с перекупщиками иметь не хочешь. На СТО всё сами сделают, к тебе никаких вопросов не будет. Разве что доверенность нужна. Ты уже решила?

Мирра на секунду отвернулась, проводя взглядом еще пару человек, прошедших мимо дома, и прикусила нижнюю губу. Повернувшись, она посмотрела Артемиде в глаза.

– Ты смотрела за мной. И тогда сразу не вмешалась. Почему?

– А сама как думаешь? – Улыбнулась блондинка.

– Ну... Это же проверки все, да? Я заслужила право вступить?

– Именно. К тебе давно присматривались, тебя мне передал другой рекрутер. Конечно, на такие события мы не рассчитывали, но проявила ты себя крайне достойно. Кстати говоря, как ты? Держишься?

– Да. Но... – Мирра, проглотив ком в горле, решила быть откровенной. – Мне очень страшно. Я же трех людей убила! – Громким шепотом прошипела она. – Скажи, а... А вы правда будете за меня горой, как и сказал Пророк? Вы защитите меня?

– Естественно. Для этого мы и были созданы. Ты только помни, ты тоже... – Юля чуть запнулась, когда дверь подъезда открылась и вышел один из жильцов. – Должна будешь помогать. Ты же в машинах разбираешься, вот и будут разное просить. Кому просто колесо заменить, а кому и коробку перебрать. – Мирра понятия не имела, что такое «перебрать коробку», но по тону девушки поняла, что под этим она имела ввиду что-то сложное. – Так что, готова?

– Да. Да, пойдем. Оформим доверенность.