том 1 глава 4 - разлука и новое начало

Последний из выживших членов Секты Крови, мужчина с обветренным лицом и холодными глазами, наблюдал, как Хан Ён, весь в крови, с костью, торчащей из предплечья, с нечеловеческим усилием воли поднимается на ноги.

— Ну и живучий же ты, чертёнок, — его голос звучал почти с уважением, смешанным с раздражением. — Ладно, мне это надоело. Просто убью тебя и покончу с этим представлением.

Он стремительно сократил дистанцию и железной хваткой впился пальцами в горло Ёна, приподнимая его над землёй.—Хотя... — его взгляд скользнул к Джуону и Сохи, — может, стоит придушить на твоих глазах кого-то из этой семейки? Чтобы ты осознал всю тщетность своего сопротивления.

Пальцы сжимались, перекрывая кислород. Вдруг сзади раздался свист рассекаемого воздуха и глухой удар. Топор, брошенный дрожащей, но полной решимости рукой, вонзился в плечо культиватора.

— ОТПУСТИ МОЕГО СЫНА! — проревел Хан Джуон, его обычно спокойное лицо было искажено гримасой чистой, первобытной ярости.

Культиватор взревел от боли и ярости, разжимая хватку. Ён рухнул на землю, судорожно хватая ртом воздух.—Чёртов старик! — закричал культиватор, вырывая топор из раны. Кровь хлестнула на высохшую землю. — Я размажу твои внутренности по этой грязи!

Он с силой, наполненной свинцовой тяжестью ци, ударил Джуона в грудь. Тот ужасный, влажный хруст ломающихся рёбер прозвучал оглушительно громко. Джуон отлетел, как сломанная ветка, и с глухим стуком ударился о стену дома, осев на землю неподвижной кучей.

Повернувшись обратно к Ёну, культиватор, истекая кровью, уже занёс руку для сокрушительного удара. Но он недооценил ярость загнанного в угол зверя.

Ён, валявшийся в пыли, совершил последнее, отчаянное движение. Его рука, движимая инстинктом и ненавистью, метнула второй топор, который он подобрал, пока культиватор был отвлечён. Лезвие с мерзким, хлюпающим звуком вонзилось в голову нападавшего.

Культиватор замер, его глаза округлились от неверия. Он медленно, как подкошенный, рухнул на колени.—Такова... участь... — хрипел Ён, подползая к нему, его голос был сиплым от удушья, — ...тех, кто свернул не на ту дорожку.

«Ха-ха-ха...» — пронеслось в угасающем сознании культиватора. «Вот к чему привела моя высокомерность... Если бы я не игрался с ними, как кошка с мышью, а сразу применил кровавые техники... я не лежал бы здесь, в таком жалком виде... Но ничего... они тоже скоро умрут...»

Свет в его глазах погас. Ён, превозмогая адскую боль, пополз к Джуону. Сохи уже была там, её тело сотрясали беззвучные рыдания, слёзы оставляли чистые полосы на её испачканном сажей лице.—Отец... Папа...

Джуон был при смерти. Его дыхание было хриплым и прерывистым, кровавые пузыри выходили из уголков его губ.—Ён... — прошептал он, когда сын наклонился к нему. — Послушай... Позаботься... о Сохи...

— Я... я обещаю, — выдохнул Ён, сжимая его холоднеющую руку.

— И... найди... найди мать...

Ён замер, его разум отказывался верить.—Найти? Но она же... здесь, где-то...

— Нет... — Джуон с трудом, мучительно покачал головой. — Она... пропала... сегодня утром... Не их рук дело... Здесь... была замешана третья сила...

Его рука безвольно упала. Последний вздох, больше похожий на стон, вырвался из его груди, и тело обмякло. Сохи вскрикнула, а Ён, всё ещё сжимая остывающую руку, сжал кулаки так, что его собственные раны снова заныли. В его глазах горел огонь, сплетённый из скорби, ярости и нерушимой клятвы.

Внезапно издалека донёсся шум. Голоса. Приближающиеся, уверенные шаги. В просветах между горящими домами стали видны новые фигуры в тех же зловещих одеяниях.—Сохи, беги! — приказал Ён, с нечеловеческим усилием поднимаясь на ноги. — Беги со всех ног! Не оглядывайся!

— А как же ты?! — испуганно вскрикнула она, смотря на его изувеченное тело.—Я отвлеку их! Я обещаю, я выживу и найду тебя! Теперь БЕГИ!

Сохи, ещё раз бросив разбитый взгляд на тело отца и на брата, развернулась и пустилась бежать прочь от горящей деревни, её фигурка быстро растворилась в сгущающихся сумерках.

Ён подождал ещё мгновение, пока новые члены секты не вышли на площадь. Он вышел на открытое пространство, чтобы они точно его увидели, поймал их взгляды и сам ринулся в противоположную от сестры сторону. Раздались гневные крики, и погоня началась.

Полчаса изматывающего бега по лесу. Ноги подкашивались, раны горели огнём, каждый вдох давался с трудом и отдавался болью в груди. Но Ён бежал, ведомый лишь инстинктом выживания и необходимостью отвести опасность от сестры. Наконец, он выбежал к краю глубокого оврага. Внизу, в двадцати метрах под ним, с рёвом и пеной несла свои бурные, тёмные воды широкая река.

Его догнали. Трое. Их ауры были столь же густы и зловещи, как и у того, кого он только что убил. Один из них, мужчина с лицом, искажённым гримасой чистой ненависти, шагнул вперёд.

— Ублюдок! — закричал он, сжимая кулаки так, что кости затрещали. — Ты убил моего брата! И за это ты умрёшь самой ужасной смертью, какую я только могу придумать! Я буду месяц выцарапывать твои внутренности по крупице!

Ён, стоя на самом краю обрыва, обернулся к ним. Его избитое лицо исказила странная, почти безумная улыбка. Он посмотрел на говорящего, потом на бурлящую, манящую пустоту внизу.

— А... сможешь ли? — тихо, но настолько отчётливо, что слова были слышны даже над рёвом воды, произнёс он.

И, не дожидаясь их реакции, шагнул в пустоту.

Члены секты подбежали к краю, беспомощно вглядываясь вниз, в бешеный поток, который уже поглотил тело падающего.—Лучше тебе не выжить! — прокричал вслед тот самый мужчина, с силой швыряя в реку камень. — ИЛИ ТЫ ПОГИБНЕШЬ САМОЙ УЖАСНОЙ СМЕРТЬЮ ЗА ВЕКА!

---

На следующий день. Полдень.

Сознание возвращалось к Хан Ёну медленно, сквозь толщу боли и усталости. Он лежал на илистом берегу, и первое, что он ощутил, — не адскую боль, а странное, тягучее тепло, разливающееся по телу. Он открыл глаза и с недоумением сел, осматривая себя. Страшные рваные раны, которые должны были убить его или, по крайней мере, сделать калекой, затянулись, оставив лишь розоватые, свежие шрамы. Глубокая рана на предплечье, из которой торчала кость, теперь была лишь багровым следом. Синяки и ссадины почти исчезли.

— Не ожидал... — прошептал он, сжимая и разжимая ладонь, — что именно эта особенность, пугавшая всех в деревне, окажется так полезна.

С самого детства его тело заживало с нечеловеческой скоростью. Раны, на заживление которых у других уходили месяцы, у него проходили за три дня. Он всегда считал это проклятием, клеймом чудовища. Теперь это спасло ему жизнь.

— Где это я? — огляделся он, вставая на всё ещё слабые ноги.

Он побрёл вглубь леса, не имея никакой цели, кроме как уйти подальше от реки. Примерно через полтора часа ходьбы сквозь густую, почти непроходимую чащу, он наткнулся на странное сооружение. Оно было сложено из тёмного, почти чёрного камня, поросшего густым мхом и лианами, и выглядело древним и бесконечно заброшенным. Войдя внутрь через полуразрушенный арочный проём, Ён замер в изумлении. Перед ним простирался обширный зал, уставленный бесчисленными стеллажами из тёмного дерева, уходящими ввысь, в сумрачную темноту под сводами. На них покоились тысячи, нет, десятки тысяч свитков, книг в потрёпанных кожаных и деревянных переплётах. Воздух был густым от запаха старой бумаги, пыли и времени.

— Библиотека? — его голос, тихий и хриплый, эхом отозвался в гробовой тишине. — В такой глуши? Разве это не странно?

---

Он стал бродить между бесконечными рядами, его пальцы скользили по корешкам, сметая вековую пыль. "Основы циркуляции Ци", "Техники боевых искусств Молчащего Леса", "Методы прорыва через уровни"... Его взгляд зацепился за массивный фолиант, чья обложка была сделана из потускневшей кожи и испещрена вытисненными золотом, но потускневшими символами. Он с трудом прочёл название: "Путь Культивации Истинного Бога".

С благоговейным трепетом он снял тяжёлую книгу с полки и открыл её. На первых страницах была изображена развёрнутая таблица уровней культивации. Его внимание сразу привлекла графа "Формирование Ядра".

— Третий уровень... — прошептал он, и в памяти всплыл последний, полный ненависти крик его убитого врага. — Как же нам повезло его убить... Всё же это третий уровень культивации...

Он с жадностью продолжил читать. В книге описывался не просто метод, а целый Путь, особая, забытая школа культивации, которая, как утверждалось, позволяла преодолеть даже пятнадцатый уровень, достичь Великого Дао и стать не просто бессмертным существом, а истинным Богом, стоящим впереди всех богов.

Мысли его вернулись к последним словам отца. "Защити сестру... найди мать..." Горе и ярость снова сжали его сердце. Он посмотрел на свои руки — руки, которые только что убивали, но оказались бессильны защитить.

— Хорошо, — тихо, но с железной решимостью, проговорил он, и его слова повисли в тихом воздухе библиотеки. — Я стану культиватором. Я последую этому пути. Я стану сильным. Сильным настолько, чтобы никогда больше не проигрывать. Чтобы защитить тех, кто мне дорог. Чтобы найти ответы. Чтобы отомстить.

И в безмолвных сводах древней библиотеки, среди немых свидетелей забытых знаний, была произнесена клятва, что положила начало новой судьбе и возвестила рождение грядущей бури.

Конец первого тома