Глава 3.1. Омаэда? Нет, Омаэда-простофиля!

Сотрудники Восьмого отряда уже вышли на контакт с Макино в поместье Шиба.

Он передал им необходимую информацию, мысленно усмехаясь:

«Старик Ямамото, этот маньяк собраний, наверняка снова созвал всех капитанов... Интересно, к чему они там пришли?»

Вдруг извиняющийся голос Кукаку прервал его размышления.

— Господин Рюген, из двух вещей, о которых ты просил, у меня нашлась только эта...

Она протянула ему коробку, от которой исходил сильный травяной аромат.

— Это же... Трава Накопления Духа? И целых десять стеблей!

Глаза Макино загорелись.

Он просил две вещи: Траву Накопления Духа и Каменную Соль с горы Ра.

Трава Накопления Духа была основным ингредиентом для Пилюль восстановления духа. Сама по себе она стоила недорого, около 100 канов, но её оборот строго контролировался Готей-13, так как она могла восстанавливать реяцу. Достать её легально было той ещё задачкой.

Каменная Соль с горы Ра была необходима для создания Персональной лаборатории. Этот материал не был запрещён, но стоил баснословных денег — десятки тысяч канов.

Честно говоря, Макино не особо надеялся, что у клана Шиба найдётся хоть что-то. В своём нынешнем состоянии они явно уступали в богатстве трём другим Великим Кланам.

Увидев неподдельную радость Макино, Кукаку слегка расслабилась.

— Зови меня просто Макино, — сказал он, убирая траву. — Насчёт второй вещи не беспокойся, это терпит.

Получив редкий ингредиент и зная, что Восьмой отряд уже взял его на карандаш, Макино был в прекрасном расположении духа.

В этот момент в комнату вошёл Гандзю.

Он пришёл поблагодарить спасителя.

— Как самочувствие? — спросил Макино.

— Потрясающе! — воскликнул Гандзю, сгибая и разгибая новую ногу. — Мне даже кажется, что я стал немного выше!

— Это не повод для радости, — серьёзно осадил его Макино.

Гандзю вытаращил глаза, не понимая.

— Мой боб Сензу — это всего лишь прототип. Он восстанавливает тело за счёт сокращения жизни. Ты сейчас фактически постарел на несколько десятков лет, вот почему ты «подрос»...

Несколько десятков лет в Обществе Душ — это как несколько лет в Мире живых.

Впрочем, проблема была невелика. В каноне прошлой жизни Макино Гандзю и так выглядел старше своих лет.

Выслушав объяснение, Гандзю с усмешкой повернулся к сестре:

— Сестрёнка Кукаку, теперь тебе придётся называть меня «братец Гандзю»!

В этих словах была скрыта особая нежность Гандзю. Своей дурацкой шуткой он давал сестре понять: не переживай из-за моей укороченной жизни, я в порядке.

Ответом Гандзю, разумеется, стал железный кулак Кукаку.

И это тоже была её особая нежность.

Каждый её удар должен был вбить в Гандзю простую истину: стань мужчиной!

— В будущем лучше не связывайся с волками-оборотнями. Если хочешь ездового зверя, поймай кабана. Они, по крайней мере, выглядят внушительно и брутально! — поддел его Макино, наблюдая за воспитательным процессом.

Гандзю, уворачиваясь от ударов, на мгновение задумался, словно всерьёз взвешивая совет Макино.

Этого мгновения хватило. Кулак Кукаку смачно впечатался ему в лицо, оставив живописную вмятину.

— Ну что ж, раз наш братец Гандзю так полон энергии, мне пора. Остальное передашь мне, когда я загляну в гости в следующий раз, госпожа Кукаку.

— Уже уходишь? Может, погостишь пару дней? Дай нам проявить гостеприимство!

— Да, братан Макино, оставайся! — прогудел Гандзю из-под стола, куда его отбросил удар.

Макино покачал головой:

— Не могу. Послезавтра в Академии экзамен. Если пропущу без уважительной причины — отчислят.

Изначально он не питал особых надежд на этот экзамен. С его нынешним уровнем реяцу что старайся, что нет — результат один: «Главное — участие».

Но теперь у него была Трава Накопления Духа. Потратив 100 очков на разблокировку рецепта Пилюль восстановления духа, он мог кардинально изменить расклад. Эти пилюли мгновенно восстанавливали приличный объём духовной силы.

— Что ж, ладно, — на мужественном лице Кукаку отразилось разочарование. — Коганехико, Широганехико, проводите Макино.

— Слушаемся, госпожа Кукаку!

Глядя вслед уходящему Макино, Гандзю задумчиво произнёс:

— Сестра, как тебе этот Макино?

Вместо ответа Кукаку отвесила ему ещё один увесистый подзатыльник и молча ушла.

Гандзю остался стоять, почёсывая шишку. Он был в полном замешательстве, как монах, который не может достать до собственной макушки.

— А что я такого сказал?

Удар помешал ему произнести вслух ещё одну мысль:

«Я, Великий Гандзю, обязательно стану таким же крутым мужиком, как братан Макино!»

Увы, понятия «Гандзю» и «крутизна» пока что существовали в параллельных вселенных.

***

Спустя несколько часов Макино вернулся в общежитие Академии духовных искусств.

Сотни лет назад Академия находилась внутри Сейрейтея. Но позже, чтобы привлечь больше талантливых душ из простонародья, её перенесли в Руконгай.

Для Макино это было благом.

Во-первых, земля в Руконгае стоила копейки, поэтому общежития были просторными, и у каждого студента была отдельная комната. Это идеально подходило для того, чтобы скрывать секреты Системы.

Во-вторых, внутри Сейрейтея находилась сущность, которой Макино опасался больше всего. Он не хотел лишний раз соваться за стены Чистых Душ.

Это существо могло видеть практически всё, что происходит внутри стен. Пока Макино не построит защищённую персональную лабораторию, он не хотел светить своими способностями перед «всевидящим оком».