Глава 1

                                                      МАРКЗначит,слушайте сюда.Есть куча способов откинуть копыта в Зоне. Но не так много,как в городе.Грузовик вас не собьёт, в канализацию не провалитесь, кирпич на башку не свалится.Короче,романтика! Все, что здесь нужно, чтобы не склеить ласты раньше времени- это соображалка.Проводник по кличке Бергамот выразительно постучал себя толстым пальцем по голове. Трое сталкеров внимали ему с почтением. - И именно соображалку мы с вами сейчас должны поставить на место. Собственные мозги с этого момента - ваши лучшие друзья. Если нужны подробности, я объясняю. Вы все привыкли, что вас окружает Система. Если вас придавит тачка, вы идёте в суд. Если беспредельщики подрезали кошелёк, вы бежите стучать ментам. Так вот, в Зоне всего этого нет. Знать это мало, нужно этим жить. Понятно?    - Понятно,- охотно согласился самый молодой из троицы.     - Ни хрена тебе не понятно, Орех. Это тебе не экзамен, где надо вспомнить то, что прочитал в книжке. Когда на тебя смотрит дуло, или ведро Жгучего Пуха летит в морду, или какая-нибудь чернобыльская сволочь с кучей когтей хочет вспороть тебе брюхо, ты сразу же забываешь о понтах  и вспоминаешь, как ты любишь жизнь и маму. Проверено поколениями, малыш.Сталкеры слушали инструктаж проводника в заброшенном доме Кордона. Все были облачены в стандартные куртки новичков, выданные им Бергамотом. Куртки были поношенными, но прочными и без повреждений- ещё одно доказательство, что никто из прежних их владельцев не получил шальную пулю и не напоролся на клыки мутировавшего кабана. Проводник не мог не гордиться этим.    - Так что на всякий случай напоминаю,- подвёл итог Бергамот.- Раскидывать мозги почаще, халтурить поменьше. И будет вам счастье. Усекли? Выдвигаемся.       Его команда вышла, а Бергамот задержался, чтобы ещё раз проверить рюкзак. Предстоящая ходка ему не нравилась. Совсем не нравилась.       В двери показалась тощая фигура. - Не ходи с новичком,- произнёс вошедший.Бергамот набросил рюкзак на плечо и устремил на него гневный взгляд.       - Я проводник, Мифуна!- громыхнул он басом. - Что, я должен тебе напоминать, кто мы? Отойди!         Оттеснив Мифуну в сторону, Бергамот махнул рукой поджидавшим его сталкерам.        - Наливаем вечером, - бросил он на прощание,и во главе троицы сталкеров зашагал в дебри Зоны.          Опираясь на дверной косяк,  смотрел ему вслед.         - Возвращайся живым, брат...

Бергамот был грузным и видавшим виды мужиком, возрастом за пятьдесят, обладающим широкими знаниями о Зоне, разумеется, в тех пределах, в которых Зона подвергалась изучению. Он не отличался особенными талантами выживания, у него не было повышенной чувствительности к аномалиям. Меткая стрельба тоже не являлось его сильной стороной. Сам сталкер никогда на это и не претендовал. И все же Бергамот пользовался уважением за ответственное отношение к делу и наличие собственной, довольно немудреной философий. Бергамот верил, что Зона не может сама по себе влиять на человека, и всем депрессиям, сумасшествиям и бессвязным мыслям есть чёткие объяснения, не содержащие никакой мистики. Просто они, вероятно, неизвестны по причине засекреченности и сложных особенностей психологий сталкеров. Он не признавал никакого <духа Зоны> - только дух естественной украинской матушки-природы вокруг себя,которою <испоганили радиацией>. Чернобыль для Бергамота был ещё одним примером человеческой глупости самонадеянности. Ярким показателем того, как люди создают что-то новое, чтобы заявить на весь мир о своей гениальности, а позже, если их изобретение вдруг ударяет по ним самим, пускаются в оправдания, отнекиваются от всех причин и последствий и готовы приплести мистику и высшие силы, что бы скрыть собственное бессилие. Слабость, слабость и ещё раз слабость. Как во внешнем мире слабые духом сетуют на жизнь, которая их в очередной раз обломала, так и здесь, за Барьером, продолжают кивать на Зону, якобы поглощающую волю всех, кто в ней находится.      Кроме того, Бергамот всегда приводил группу назад в полном составе. За несколько сотен ходок в Зону он не потерял ни одного человека. Это делало его бесценным проводником и отличным наставником для новичков, особенно молодых.       Новичкам в Зоне нужно учиться двум главным вещам: искусству выживания в условиях аномалий и боевой самозащите - соответственно, стажеры часто делились на <природных> и < боевых>. Бергамот не принуждал никого осваивать оба навыка одновременно. Свою группу он всегда набирал лично. По обыкновению, в её состав, кроме него самого, входили  один <природный>сталкер и один <боевой>. <Природный> должен был искать безопасный путь наравне с ведущим, и в качестве тренировки Бергамот иногда пропускал его вперед, контролируя каждый шаг стажера. Для успешного прохождения теста новоявленный сталкер должен был самостоятельно локализировать хотя бы одну аномалию, определить её свойства, границы и окружить камнями, нарисованной мелом чертой или обозначить любым другим способом.      <Боевой>стажёр не должен был заботиться об аномалиях, его цель - обеспечить защиту команды с помощью оружия. С автоматом в руках он обозревал окружающее. При появлений опасности вроде стада кабанов, стай собак или банды мародёров <боевой> стажёр без лишних слов открывал огонь. Для сдачи теста ему надо было по окончаний ходки отчитаться о каждом потраченном патроне. Этот пункт добавили после того, как случай ненужной стрельбы по шевелящимся кустам стали происходить все чаще.     Стажерам предписывалось брать на ходку толко один автомат Калашникова, за которым Бергамот старательно ухаживал, и классический детектор аномалий без дополнительных наворотов вроде определителя оптимального пути. Да ещё минимум защиты. Все.      Перед ходкой проводился инструктаж, на котором определялись цели вылазки и возможные опасности. В группу, если получалось, добавляли ещё одного человека - замыкающего. Это мог быть только сталкер, побывавший в ходках Бергамота и успешно прошедший оба теста. Его задачей являлся контроль территорий позади команды. Исполнять приказы проводника он должен был наравне со стажерами.      После ходки Бергамот сдавал найденные артефакты перекупщику, половину половину вырученных денег оставлял себе, часть переходила к замыкающему, остальное делилось поровну между стажерами. Заканчивалось все совместной пьянкой.      Бергамот стал первым, кто придумал такую систему обучения выживанию в Зоне, и многие проводники тут же взяли её на вооружение. Разумеется, тесты и их прохождение в сталкерских кругах имели чисто символическое значение, выражавшееся тем не менее во вполне реальных переменах в отношении к стажёру  - более теплом приёме, росте доверия и тому подобном. Пройти тест предлагали не всем. Из тех, кому предлагали, любой мог отказаться без особых последствий и избрать путь одиночки. Если новичок хотел вступить в клан сталкеров, то прохождение тестов не давало никаких привилегий,однако отказ от них сводил его шансы до нуля.

Четверо сталкеров двигались друг за другом сквозь заросли. Ведущим был Бергамот. С болтом, который он перебирал пальцами одной руки, и ножом в другой, с автоматом за спиной, Бергамот зорко всматривался в любой подозрительный куст или камень в поисках любого из восьмидесяти известных ему признаков аномалий. Предостережение Мифуны было благополучно забыто - он сосредоточился на выполнений задачи. Проводник не имеет права отступать от того, чему сам обучает новичков.     Следом шёл Марк, парень лет двадцати-тридцати. Более точно Бергамот сказать затруднялся, хотя обычно он угадывал возраст человека по многим внешним признакам. Понять характер стажёра и его внутреннюю суть он также не сумел, отчего испытывал досаду. У Марка все показатели были настолько противоречивы, что это сбивало с толку. Немного мальчишеское лицо было прорезано суровыми складками мужчины в возрасте, ясный взгляд зачастую переходил в безжалостный, добрая улыбка то и дело исчезала - Марк стискивал зубы, а в глазах его загорелся невиданный ранее огонь. Наверняка много боли было в душе у парня, и он с ней постоянно боролся. Плавные движения вдруг сменились резкими. Казалось, Марк видит больше, чем Бергамот, хотя это было просто невозможно. Тем не менее с обязанностями <природного> стажёра он справлялся отменно: локализовал целых три аномалий раньше Бергамота, одну из них без применения детектора, с помощью болтов. Болты он бросал странно, вроде бы четким движением, но немного не в ту сторону, хотя это был не промах, а сознательное прицеливание. Впрочем, результатов это не меняло. Парень производил впечатление надежного напарника. Третьим в группе двигался Орех. Это был неплохой сталкер, простой двадцатилетний паренёк, уже прошедший с Бергамотом тест на <природного>. Бергамот сильно подозревал, что Орех накинул себе пару-тройку годков. Сейчас молодой сталкер исполнял обязанности <боевого> стажёра и отчаянно стремился справиться с ними как можно лучше, так как хотел после ходки примкнуть к какому-нибудь из кланов.Орех избегал одиночества. Бергамот это одобрял: парень: уважающий клан и старших,далеко пойдёт,если будет во всем стараться. Орех и старался, как мог: он извещал Бергамота о каждом движений на обозримом пространстве и держал автомат наизготовку. Бергамот не одергивал его, так как бодрые рапорты Ореха немного снимали напряжение, вызванное присутствием Марка. Четвёртым и последним членом команды, замыкающим, шёл Пластун. Вечно угрюмый, он редко общался с другими и только бурчал что-то невнятное на все вопросы. За исключением, конечно, вопросов Бергамота. Приказы он выполнял быстро, но с видимой неохотой. Пластун, которому было лет сорок, уже больше года ходил по Зоне одиночкой, зарабатывая на жизнь дешевыми артефактами, пока окончательно не надоел бодрому торговцу Сидоровичу своим унынием. После этого он решил обратиться к Бергамоту и хоть как-то поднять свой авторитет. Он побывал с Бергамотом на двух ходках, чуть ли не самых коротких у проводника за всю карьеру, во время которых ткнул пальцем на некоторые из уже известных постоянных аномалий. Стрелять же не довелось вообще. Бергамот поскрипел зубами, но тест принял. Сейчас Пластун скучающим взглядом обозревал окружающее, держа руку на кобуре с пистолетом <форт-12>. Бергамот не думал о Пластуне , зная, что это последняя с ним общая ходка. Кроме того, местность была безопасной, и он в родне доверял Ореху и собственному <калашу> за спиной. <Калаш>Бергамота имел уникальную особенность: его детали располагались зеркально. Это случилось, когда Бергамот при одиночной вылазке попал в такую переделку, что автомат оказался безнадежно испорчен. После того как проводник выбросил его в ближайшую, окаймленную бурым мхом болотную лужу, раздался непонятный хлопок, и автомат вышвырнуло обратно. Он был совершенно новый, но зеркально отображённый. Бергамот, присвистнув, взял его в руки, перезарядил и сделал несколько выстрелов.<Калаш> работал просто превосходно. Привыкнув к левостороннему затвору, Бергамот привязался к своему обновлённому оружию, которое, как оказалось, вообще перестало заклинивать и ломаться. Благо конструкция по-прежнему позволяла пользоваться обычными магазинами. Сидорович предлагал за него огромные деньги, но Бергамот отказался. Принести торговцу второй автомат, обработанный тем же способом, было бы глупостью - уникальные вещи тем и хороши, что их на массовое производство не поставишь.     Территория, через которую направлялись  сталкеры, относилась к Кордону - относительно безопасному участку на самом краю Зоны. К югу находился военный блокпост, приближаться к которому было опасно для жизни, так как можно было запросто нарваться на пулеметный огонь и выслушать вопросы уже потом. Очень много было сталкеров, которые могли пробраться к блокпосту и вернуться живым, и даже с рюкзаком, полным различного гражданского барахла, выменянного на найденные в Зоне артефакты.С востока и запада Кордон, равно как и сама Зона, был ограждён бетонным Барьером с орудиями, растяжками, колючей проволокой, камерами наблюдения и часто сменяемыми часовыми. От блокпоста Барьер отличался только тем, что преодолеть его было нельзя. Такой вариант даже не рассматривался. Автоматические орудия на турелях с режимом опознавания <свой-чужой> после первого же неудачного прорыва мутантов были перестроены на тотальное истребление всего живого, без разбора происхождения. Потенциальный, хотя и маловероятный сбой техники должны были компенсировать человеческие глаза, руки и нервы. За ликвидацию прорыва полагалось множество всяческих наград и поощрений, но каждый военный, находящийся у Барьера, знал, что основной приз- собственная жизнь. Если прорыв остановить не удавалось, в дело вступали вертолеты, полностью выжигавшие квадрат вместе с оборонительными силами. Попадающая под огневую мощь Барьера территория была отделена от Зоны по-детски выглядящим забором из проволочной сетки. Смехотворное и очень длинное сооружение оберегало сталкеров от зоны действия орудий. Перелезать через забор и даже подходить к нему в плотную было опасно - пространство между ним и Барьером было щедро усеяно различными осколками, противопехотными минами и артефактами, усиливающим радиацию. Поговаривали, что во всей Зоне не найти столько артефактов, и тут замешаны некоторые достижения ученых, по понятным причинам проявлявших к Зоне большой интерес. Как бы то ни было, но многие новички недоумевали, глядя на проволочную сетку,окружающую Кордон, однако штурмовать её не решались, особенно узнав, в чем дело. Если же и попадались бреши в заборе, проделанные,например, кабанами или особо ретивыми сталкерами, то они быстро латались неизвестным никому способом, что порождало новую волну слухов и сплетен. Во всяком случае, после каждого радиоактивного выброса забор был снова на месте. Ветераны-сталкеры уверяли, что лично видели, как проволочный забор выдерживает артиллерийский удар, хотя в иных случаях его можно было спокойно продырявить кусачками. Группа Бергамота направлялась на обычную охоту за артефактами. Пробирались в дождь забора, сталкеры оказались вдали от людных мест. Бергамот рассчитывал обойти таким образом весь Кардон и вернуться к исходной точке поздно вечером. Это был один из хорошо известных ему маршрутов. Стоял как раз один из тех дней, когда Бергамот чувствовал усталость, которую некому не показывал. Все чаще стали одолевать незнакомые ранее мысли. На смену азарту исследователя пришли головная боль и повышенное давление. Бергамот знал, что с возрастом не поспоришь, а вылазки в Зону требовали все большего оправдания, чтобы их продолжать. Пожилой проводник с каждой ходкой понимал, что все сильнее устань от Зоны, и подумывал о возможной смене приоритетов. На крайний случай, с Сидоровичем можно бы договориться и об экстрадиций ща пределы Барьера. Так сказать, за заслуги перед сталкерским обществом. Поселиться в любой из заброшенных деревень, уже частично обжитых бывшими сталкерами. Рассказывать молодняку разные истории в обмен на сто грамм. А там, глядишь, и задуматься о тех, кого знал до Зоны. Что ему в этой жизни терять? - Стоп, - тихо сказал Марк. Бергамот остановился и на всякий случай прислушался внимательнее. Не может быть, чтобы он чего-то не заметил. Проводник часто мысленно беседовал на ходках сам с собой, но это не делалось на уровне подсознания, в то время как сам он был предельно сосредоточен на Зоне. Не успел он и рта раскрыть, как стажёр бесцеремонно взял его за плечо, чуть отодвинул и кинул болт метров на пять вперёд. Раздался громки треск, и болт улетел куда-то в сторону. Бергамот застыл на месте. - Трамплин,- пояснил Марк.- В связке с Обливионом. - Какой еще Обливион, черт побери?- спросил Бергамот, вглядываясь вперёд и чувствуя, как к горлу подкатывает ледяной ком.- И где ты Трамплин нарыл? Да ты от радиаций перегрелся! Быть такого не могло, чтобы он, ветеран Зоны, не заметил двух аномалий сразу. Детектор также хранил спокойствие. - Не верь всему, что видишь,- сказал Марк.- Есть же куча других признаков. Горло не холодит, например?     Орех и Пластун выглядели озадаченными. Бергамот прислушался к себе и понял, что стажёр прав. Внутри словно застрял кусок льда. Сам он только один раз подходил близко к аномалий Обливион и очень хорошо помнил ощущение буквально стынущей в жилах крови. Но Обливион - это снежный трехметровый вихрь, его видят как глаза, так и датчики. Тут должно быть другое объяснение.     - Все просто,- сказал Марк, слегка присев и медленно обводя кусты взглядом.- Вблизи других аномалий Обливион становиться невидимым. А вместе с ним и соседние ловушки. И для глаз, и для детекторов.    Бергамот не нашёл,что ответить. Подробное объяснение он слышал впервые. Но не было повода сомневаться в словах стажёра- ведь тот обнаружил невидимый Трамплин, хотя и непонятно, как ему это удалось. Внимательно осмотрев заросли с места, проводник нечего не обнаружил. Поймав взгляды Ореха и Пластуна, Бергамот увидел в них недоверие. Старый проводник растерялся. Рушились все его представления о Зоне. - Лады, Трамплин мы засекли, допустим. Со снеговиком что будем решать?- спросил Бергамот, переборов гордость. - Ничего. Разве что сунуться в Трамплин. - Не катит,- усмехнулся Бергамот.- Думаю, желающих полетать здесь немного. Будет бросать боты. Он сунул руку в мешочек с болтами. Марк тут же её перехватил, к чему-то прислушиваясь и даже не глядя на Бергамота, что окончательно разозлило проводника. - Послушай, ты,- вспылил он, но Марк его прервал: - У твоего снеговика от трёх до шести вихревых центров. Он исчезнет лишь при поражений каждого из них. Кинешь болт неправильно- т он срикошетит тебе в глаз. - Откуда ты все это знаешь?!- громко спросил Бергамот. Орех с Пластуном напряглись. Марк повернул голову и взглянул на них через плечо. Раздался громкий визг, и Орех моментально вздернул <калаш>. Пластун,медленно вытаскивая пистолет, отошёл в сторону. Из кустов показалась морда,похожая на кошачью. Мгновение- и существо, размером не больше кошки, мощным прыжком перелетело на ветку, издав повторный визг. Бергамот, не сводя глаз с создания, осторожно снял с плеча автомат. - Химера,- пробормотал он. Марк плавно поднялся: - Слишком маленькая. - Плодятся, твари,- сказал Бергамот. Впервые в жизни он встретился с маленькой химерой, а до этого даже не был точно уверен в их существований. Встреча с большой наверняка была бы для него последней. Хотя и маленькую не стойло недооценивать. Тем более что мать могла бродить поблизости. - Стреляем сразу после меня,- отдал приказ Бергамот и взял химеру на прицел. Издалека донёсся такой же визг, отчего Орех подскочил на месте и взволнованно выдохнул. Вторая химера, тоже маленькая, появилась с другой стороны и ощерилась. Клыки у неё были острые. Пластун, отходивший спиной назад, внезапно остановился- третья химера смотрела на него с дерева, вцепившись когтями в ствол на уровне его головы. Некоторое время никто не шевелился. - Не стрелять, если не нападут,- сказал Бергамот еле слышно. <Три химеры>. Две невидимые аномалий. Кажется, отработал своё. Прощайте, сталкеры. Вечная память все вам. Первая химера подняла хвост, и Орех, вспомнив из прочитанной в детстве книги, что у хищников это знак атаки, выстрелил ей в голову. Химера, избежав пули, моментально перепрыгнула на другое дерево, две её подруги скрылись. Этого хватило, чтобы Бергамот быстрым движением сорвал висящий на спине автомат, снял его с предохранителя и расстрелял первую тварь, предугадав направление её следующего прыжка. Химера с визгом свалилась на землю и исчезла в кустах.Марк за это время успел забраться на дерево. Бергамот никак не отреагировал- странностей у стажёра, по-видимому,хватало с избытком. Выбросив Марка из головы, он перезарядил автомат. Орех собрался последовать его примеру, но занервничал, и сделать это быстро ему не удалось. - Не торопись!- рявкнул Бергамот. Остальные химеры вылетели из зарослей и впились проводнику зубами в обе ноги. Бергамот с громким криком упал и принялся кататься по земле. Хотя он был стреляным воробьем и даже знал по себе, что такое пуля в кости, все равно те ощущения не шли ни в какое сравнения с нечеловеческой болью, которую доставили зубы порождений Зоны. Орех, всхлипывая,перезаряжал автомат трясущимися руками. Пластун, вскинув <форт>, принялся палить по химерам. Обе получили по несколько пуль, прежде чем отцепились от проводника, и Бергамот с удивлением обнаружил, что боль полностью стихла. Одна химера прыгнула ему на грудь,и он машинально заслонился стволом автомата, принявшего на себя зубы хищника. На мгновение мелькнули безумные глаза живучего создания, и Бергамот с яростным воплем отбросил его от себя. Другая химера пронеслась мимо ошарашенного Ореха, которому удалось, наконец, вставить новый магазин,и зацепила в прыжке Пластуна. Сделав два шага назад, он вскрикнул, и за его спиной проявился таинственный Обливион. Вихреподобная белоснежная аномалия, разметав на части рюкзак, отбросила Пластуна на несколько метров в сторону. Всплеснув руками, сталкер замертво свалился мешком костей на зеленую траву. В следующую секунду Бергамот увидел зрелище, которое запомнил до конца дней. С тихим шорохом сверху спрыгнул Марк. Изящно повернувшись к аномалий, он выбросил руки вперед. Из его ладоней, под разными углами и с разной скоростью, вылетело шесть болтов. Каждый из них попал в намеченное желтоватое пятно- а их тоже было шесть,- беспорядочно блуждающее по аномалии. Снежный ветер мигом собрался в шар, который стал уменьшаться, и секунды ща три сжался в точку, после чего взорвался мириадами безвредных ледяных осколков. На месте Обливиона осталось только легкое облако, неслышно метнувшееся над травой в поисках добычи. Ближе всего оказалось зацепившая Пластуна химера, которая с шипением попятилась назад, но было поздно: облако коснулось её, моментально обволокло и сжало до размеров апельсина. Раздался дикий хрип, и тело химеры вместе с облаком трансформировалось в сине-голубой шар. Химера, попробовавшая на вкус ствол автомата Бергамота, прижалась к земле, глядя на Марка. Бергамот сразу понял, что случилось с её подругой. Артефакты- это чаще всего результат взаимодействия аномалий с живыми телами, после чего не остаётся ни того, ни другого, лишь непонятные предметы, обладающие неизвестными свойствами. Стажёр разрядил Обливион так, как и объяснял: атакой сразу на шесть вихревым центров. После чего остаточное облако аномалий поглотило химеру, преобразовавшись в артефакт... Но, черт побери, он сделал это не пулями, а болтами! <Химеры на Кордоне!- мысли в голове задыхающегося Бергамота метались, словно сталкеры в момент выброса на открытой местности.- Три мелкие особи сразу! Сталкер, воюющий с аномалиями с помощью болтов! Какая, к чертям собачьим, оценка ситуаций?! Зона... Зона!> Марк медленно наклонился и поднял пистолет Пластуна, который тот выронил, когда проявился Обливион. Артефакт Обливиона лежал перед ним. Химера пристально смотрела на Марка, не двигаясь с места. Орех держал её под прицелом , не решаясь стрелять. Он был слишком потрясён всем происходящим. Смертью замыкающего, серьезным ранением Бергамота, тем, что химеры оказались на Кордоне, чего ещё некогда не случалось. И, конечно же, поведением второго стажёра. Кроме того, все знали, что химеру не убить с помощью пяти-шести пуль. Нужно, минимум, несколько магазинов, чтобы уничтожить наверняка. Значит, и самая первая особь, ускользнувшая в кусты, где-то рядом и усилено регенерирует. Игра в гляделки продолжалась недолго. Химера прыгнула на Марка. И природный стажёр снова дал повод для легенд, рано или поздно оседающий в памяти матёрых сталкеров как былины Зоны, что передают за бутылкой водки в сталкерских барах. Марк пнул ногой артефакт в сторону химеры, вскинул <форт> и выстрелил один раз. Пуля прошла сквозь летящей артефакт, разнеся его на части, попала твари в голову- и химера постигла та дк участь. Кровавые брызги и ошмётки тела так и не долетели до поражённого Бергамота, испарившись в воздухе. Проводник почувствовал, как его на мгновение объяло невыносимым жаром, и с проклятием отвернулся. Бросившись вперед, Марк молниеносным движением выхватил автомат у Ореха и расстрелял ту химеру, что появилась из лесу первой. Выстрелы взметнули её в воздух и измолотили с головы до хвоста. С громким воем химера упала в Трамплин, который моментально разрядился, выбросив тело ща забор. На Барьере с жужжанием развернулись автоматические орудия. Серия залпов сотрясла воздух, разорвав химеру на клочки. Несомненно, с ней было покончено. Наступила тишина. Орех, прислонившиеся спиной к толстому стволу, обалдело осел на землю и вытаращился на Марка. Бергамот хотел подняться, но, выругавшись, оставил эту попытку- прокушенные ноги надолго вывели его из строя. Марк сделал глубокий вдох-выдох. Затем вернул Ореху автомат и подтащил к парню Бергамота. После чего поднял пистолет т вынул магазин. - Надо же, одна пуля осталось,- произнёс он и оглядел команду.- Все целы? Бергамот и Орех смотрели на него, как на героя комиксов. Марк немного смутился, подошёл к телу Пластуна и махнул рукой: - Орех, сюда! Он жив! - Иди,- толкнул Ореха Бергамот, и молодой сталкер подбежал к Марку. - Очевидно, рюкзак принял на себя основную энергию аномалий,- пояснил Марк, осматривая Пластуна и нащупывая пульс.- Думаю он может выжить, если поскорее оказать ему помощь. - Ты сможешь? - Не знаю. Я не врач. - Подтащите меня к нему,- громко велел Бергамот. Марк и Орех подошли к проводнику, но тот сумел встать самостоятельно, держась за ветки. Кое-как доковылял с помощью стажеров до замыкающего, Бергамот упал возле него, обливаясь потом. - Мой рюкзак.- сказал он.- Принесите его. Скоро вся группа сидела рядом на траве. Бергамот умело перебинтовывал Пластуну грудную клетку, принявшую удар химеры и пострадавшую при падений сталкера на землю. Затем извлёк из кармана рюкзака военную аптечку и занялся своими ногами. Укусы были не глубокие, а концентрация яда у маленьких химер не превышала уровня, которой можно снять инъекцией лекарства. - У меня, дружок, к тебе два вопроса. Как ты убил химеру одним выстрелом?- спросил он, закончив с процедурами и глотнув из фляги. - Дело в том артефакте,- пояснил Марк.- Обливион Лост. Так я его называю. Потерянная часть аномалий Обливион. - И что он делает?- спросил Орех. - Единственное его свойство,известное мне,- это многократное ускорение всего, что через него проходит. В данном случае это была пуля пистолета. Ускоренная в сотни раз, она получила энергию, которая позволила ей разнести химеру сильнее, чем из миномета. Остаток энергий испарил части тела вместе с самой пулей.Бергамот хмыкнул, обдумывая услышанное. - Ну, ладно. Тогда второй вопрос. Тот самый, на который ты не успел ответить. Откуда ты все это знаешь? Откуда ты вообще взялся? Бергамот смотрел пристально, но Марк выдерживал его взгляд. - У меня было время исследовать Зону и выработать тактику поведения,- ответил он. - Похоже на то,- произнёс Бергамот задумчиво.- Раз так, то тактику ответов на подобные вопросы ты тоже продумал, верно?Марк ничего не ответил и поднялся на ноги.