часть 13. я за.

        — Эл?     Лишь эхо отзывается на мой охрипший голос, моё тяжёлое дыхание не спасает ситуацию.      — Лёша!      Вновь моё эхо и больше ничего.      — Ребят, это не смешно!     Опять. Сново ничего. Я кручу головой в разные стороны пытаясь понять моё местоположение. Вокруг тьма, больше ничего. Я никогда не боялась и не борюсь темноты, но.. сейчас я хочу видеть её меньше всего.  Всё ещё больше начинает нагнетать, когда я начинаю больше задыхаться. Руки пульсируют, неизвестно от чего. Меня бросает в жар, то в холод. Лицо печёт, расплываясь до ушей некой болью. Руки онемели, начинают больно колоть, будто тысячу мелких иголочек. Рот полон вязкой слюной. Я делаю глубокий вдох, пытаясь успокоится.         — Эл, — уже почти шепчу я. Голова кругом, глаза начинают слипаться и я пытаюсь не позволить им закрыться.         — Рушка-квакушка, ты чего? — слышу усмешку в голосе с ужасным акцентом.          Я резко встаю. Просыпаюсь. Это был сон. Это был сон..         — Не называй меня так, — язвлю я, почти рыча своим сорвистым голосом.         — А мне, кажется, это очень мило, — хрипит Боря, немного поднимая уголки губ, переводя взгляд на Мишу, который всё это время пялился на меня. Что ему нужно? Так трудно свалить? С Борисом хочет побыть? Так возьми его и иди.           — Нет, не мило, — я потираю глаза, — где ребята? — я начинаю осматриваться. Мы на детской площадке, на краю города. Сюда очень редко кто-либо приходит. Раньше это было популярное место в нашем маленьком городишке. Сюда приходили люди разных возрастов, веселились, гуляли, целовались.. бе. Здесь было что-то вроде ярмарки. Но, её закрыли спустя месяц открытия. Бедным хозяевам просто не хватало времени, сил и денег. Ну, да, это большая ответственность, чего они ещё ожидали?        — Они пошли в магазин, — ответил Миша, щёлкая зажигалкой и поджигая сигарету, не с первого раза, ветер мешает.        — Майлзик и Лёша захотели выпить чего-нибудь, вот ребята и пошли, — отозвался Боря, — ты заснула ещё пол часа назад. Ты дрожишь. Тебе холодно? — он протянул ко мне руку, спрашивая разрешения обнять. Мне не холодно, но я не против объятий. Я ближе к нему подсаживаюсь. Боря меня обнимает за плечи и ставит свою голову на мою макушку.        — Стоп. Майлзик? — я приподнимаю голову, чтоб взглянуть на друга. Стоп. Друга? Какого нахер друга..? Рано ещё о дружбе думать.        — Да, Майлзик, ха! Но я так только его называю! А так Майлз.         Миша, то есть Майлз, или Миша.. или всё-таки Майлзик закатил глаза и выдохнул серый, никотиновый дым из носа.        — Вообще, моё настоящее имя - Майлз. Просто отец с детства называл меня русским именем - Миша. Вот так и пошло, что я Миша, — он это говорил с таким выражением лица, будто обьясняет глупому, ничего непонимающему ребёнку с отклонениями.         Борис лишь кивнул и мило улыбнулся. А я лишь зарылась к нему в районе шеи. Ночь на дворе, конечно мне холодно (нет).        — Ясно.        Я услышала шорохи сзади нас. Миша пробежал глазами за наши спины, затем закатил глаза.        — Я знаю, что вы сзади, дурашки, — усмехнувшись, я посмотрела боксовым зрением на пришедших.        — Так нечестно, она всегда угадывает! — Лёша разочарованно простонал, перепрыгивает через скамейку, садясь напротив нас, с Мишей.        — Зануда, — лишь фыркнула Бриал, тоже перепрыгнула, но села со мной.        — Что вы купили? — как маленький ребёнок поинтересовался Боря, сразу залазия в пакет, — о нет.. только не говорите, что вы их не взяли,— он прошёл расстроенным взглядом по ребятам. Он под кайфом. Очко Миши ставлю. Он точно под кайфом.        — Посмотри в капюшоне, — загадочно проговорила Эл, грациозно веля руками, будто гадает. Гадалка. Никогда им не верила.        Борис лишь покосился на неё, но протянул руку в свой капюшон. И правда, там что-то есть.       — Да, да, да, да! — обрадовался русский, открывая пачку мармеладных мишек, — я уже испугался, что вы их не взяли! — с набитым ртом возмутился он, но улыбнулся, — spasibo.       — А, что это значит? —  немного растерянно спросила я, несколько раз моргая.       — Это значит - спасибо, — Майлз произнёс это почти шёпотом, перебирая в пальцах тонкую никотиновую палочку.       — Да, мне просто трудно это произносить, — пожаловался Боря, копаясь в пачке, ища сладость с вишневым вкусом, — а бухло?       — Вино, — Лёша достал из чёрного пакета стеклянную бутылку. Да, по законам запрещено продавать до двадцати одного года, также запрещено после девяти вечера, но-        — Вау, вам так легко продали! — удивился Боря, разглядывая вино и принюхиваясь к нему. Оно закупорено пробкой, что он пытается там обнюхать?         — В нашем городе возможно всё, — отвечаю я, отбирая из рук бутылку и достаю из кармана специальное приспособление по открыванию разных бутылок. Боря удовлетворено кивает, берет одну лимонную мармеладку и заставляет открыть рот Мишу. На что, тот закатывает глаза и пытается оттолкнуть, но, всё же, сьедает лакомство, задевая кромкой зубов подушки пальцев брата, на что тот хмурит нос.         Я уже выпиваю пару глотков и чувствую прекрасную сладко-сухую жидкость, которая растекается по моему горлу.         Алкоголь расслабляет? Что ж, да, согласна, но не злоупотреблять. Зло-употре-блять. Блять. Ха. Везде есть это прекрасное слово. Глаза вновь сливаются, но мне так не хочется сейчас спать, я как всегда всё пропущу. Тем более, Боря такой тёплый и уютный, трётся об моё плечо и поедает свои мармеладки. Милаш.          — Будешь? — он протягивает мне одну, зелёную.          — Самую невкусную решил мне дать? — в шутку возмущаюсь я.          — Что?! Нет, миссис! Я прошу прощения! Могу дать Вам все! — он тоже продолжает за мной этот цирк. Суёт руку в, ужасно шумящую, пачку и достаёт все, — вот, выбирай какой захочешь, — я начинаю улыбаться, как идиотина, это так по-детски мило.         — Не, спасибо, я не фанат сладкого, — пожимаю плечами, немного отталкивая его руку, но продолжаю держать его за запястье.         — Что?! Так, пошла вон отсюда! — начинает он визжать, ребята смеются.         — Ну и ладно, Ру моя! — Эл тоже решает поиграть с нами в эту игру. Тянет меня за талию и сажает на колени, прижав к себе.        — Эй! Она моя! — подключается Лёша, беря меня на руки и мы бежим куда-то в сторону качель-крутилок.        Ясно, они все под кайфом. Я, как всегда, всё пропустила.

                                ***         — Прошу не напиваться, — я поправляю задранную футболку Лёши и снова отхожу на дистанцию, чтоб всех видеть, — мне вас ещё одной домой тащить надо!           Не успела я вдоволь повозмущатся, как Майлз схватил меня за запястье и посадил рядом с собой. Близко. Мне не нравится:           — Я тоже не буду пить. Вместе их дотащим.            Простите.. что?! Чтоб сам Майлз Павликовский отказывался от бухла. Вау, джекпот. Он был известен в нашей школе, как — король вечеринок. И тут он отказывается? Что затеял?           Я лишь пытаюсь не смотреть ему в глаза, смотря на светляков. Они издают отвратительный звук, серьёзно, лучше уши вырвать. Этот мудак смотрит в упор. Блять, какого хуя? Я не собираюсь молчать:           — Ты меня напрягаешь, мне некомфортно. Будь добр, хватит пялиться так.             Он продолжает смотреть, как ни в чём не бывало.             — Ребя-ят, — растянул Боря, привлекая наше внимание к себе, — бутылка на половину закончена! Давайте в бутылочку хоть сыграем, чтоб не было так напряжённо, — последние слова он произнёс одними  губами, шёпотом, немного приподнимая брови, намекая на нас.             — Я за.

••••••••••

ЕБАААА!! папочка вернулся, мои любимыеシ♡︎♡︎♡︎так, делаю для вас три работы.. СУКА ТРИ РАБОТЫ Я БЛЯТЬ МАЗОХИСТ НЕ ЕБУ..я такой еблан, ужас. такую ответственность взял, еблан, говорю ж. но я их делаю дично для вас, мои любимые!!<3 только для вас!!хочу делать более качественно ; )люблю, не теряйте андрейку-далбоёба!! : 0хахаха