Глава 37. Разногласия.

EPOVБелла до сих пор стояла у окна и смотрела на полицейскую машину на другой стороне улицы.Интересно, что она там такого увидела, что не могла оторваться последние 15 минут. «Они еще здесь?» - спросил я, улыбаясь, глядя на её тоненький силуэт. На ней были хлопковые серые спортивные штаны, носки и длинная майка. Она была такая милая и красивая, мне лучше оставаться на кухне, иначе я снова накинусь на неё. Я вспомнил то, что происходило пару часов назад, и ухмыльнулся про себя. Я даже не смог дождаться, когда мы зайдем в дверь. Вот, что она со мной делает.Я рад, что копы проверили её квартиру перед тем, как мы пришли, чтобы здесь не было бомб и убийц. Они сказали, что будут на улице, охранять нас... 48 часов. Потом нам придется сделать выбор. Программа по защите свидетелей... или ничего. Мне было тепло и приятно от того, как они беспокоились за наши жизни.Они также охраняли Чарли, который всё еще был в больнице. Его ранения и нога требовали большего времени там, чем мне - с чистым огнестрельным ранением, которое не задело ничего важного. Я никогда не считал себя удачливым... до того дня, когда я впервые зашел в эту квартиру... до того дня, когда я стал принадлежать Изабелле Свон.Я до сих пор не мог смириться с тем фактом, что моего тела не было достаточно, чтобы остановить пулю Виктории.Неужели я такая тень, что даже пули пролетают сквозь мою плоть и мышцы? Если бы она прошла сквозь меня и попала бы в Беллу, тогда всё, что я сделал, было бы зазря. Мы бы оба были ранены... или убиты. Я сказал об этом Белле, когда мы были в больнице, и она сразу же отмахнулась от этой мысли.«Для меня это значит что-то», - мягко сказала она, «Даже если бы пуля попала в меня... то, что ты сделал, имеет огромное значение для меня. Ты рисковал всем, чтобы защитить меня. А что, если бы ты погиб, Эдвард? Ты бы никогда не увидел Кэти. Поверить не могу, что ты поступил так... глупо... так.... героически... я люблю тебя, Эдвард».Это был первый героический поступок в моей жизни. После этого я чувствовал себя мужчиной в десять раз сильнее, чем раньше. Я бы никогда не жалел о своем поступке, даже если бы эта пуля пронзила моё сердце. Хотя я оставил своё сердце у Беллы, перед тем как вернуться в клуб. Я знал, что оно в безопасности.«Ага», - сказала она, вернув меня в настоящее, и, вздыхая, отвернулась от окна. Её влажные волосы казались черными и слегка завивались. Она робко подошла ко мне, наблюдая, как я выкладываю продукты на стол.«Эй, я думал, ты мне будешь помогать», - напомнил я, осторожно сняв майку и заткнув её за пояс джинс, как фартук. Мне нравится то, как её лицо розовеет, когда я делаю это.«Порежь это на мелкие кусочки», - проинструктировал я, довольный тем, что она будет мне помогать. Будет весело учить Беллу готовить. Об этом уроке она хотя бы могла рассказать друзьям и семье.«Хорошо. Жарковато тут, да?» - спросила она, когда я подвинул к ней нож и перец на дощечке.Я повернулся к холодильнику, чтобы достать курицу, и потом развернулся и открыл рот, чтобы что-то сказать, но резко остановился.Белла стояла у стола и резала перец... а её майка была заправлена в штаны, как у меня. Её упругая грудь выступала вперед и слегка подпрыгивала с её движениями.Я даже не заметил, как уронил курицу, пока Белла не засмеялась и не наклонилась, чтобы подобрать её.Её волосы были такими темными на фоне её бледной кожи. Черт возьми! Мы так никогда не поедим. Я уже вижу, как отрезаю себе палец, пытаясь нарезать лук. Я не смогу отвести взгляд от этого великолепного зрелища.«Эй», - засмеялась она, краснея, «Эдвард? Есть кто-нибудь дома?»«Ээ...» - услышал я свой голос, «Да, я дома». Я ведь дома.Она снова засмеялась.«Что делать с этими маленькими семенами?» - спросила она как ни в чем ни бывало, «Их оставлять?»«Семена?» - спросил я, забыв, что это такое.«А, СЕМЕНА!» - очнулся я, глядя на белые точки на дощечке, «Нет, нет. Их надо вырезать».Она засмеялась, ей нравилась моя реакция на неё. Маленькая ведьма. Нужно будет наказать её за это. Но потом я почувствовал вину за то, что сделал с ней то же самое в первое утро, когда готовил ей завтрак. Я бы заплатил бешеные деньги, лишь бы узнать, о чем она думала или мечтала, наблюдая, как я разбиваю яйца в миску и взбалтываю их. Помню её ярко-красное лицо, когда она пыталась смотреть куда угодно, только не на меня.Хорошо, что я тогда не снял джинсы. Я подумывал об этом, но Белла была такой невинной. И я решил сжалиться над ней в первый день.Я вспомнил кое-что еще. Когда она отдала мне чек за следующие две недели, я сказал ей, что она не пожалеет. Это первая ложь, что я сказал ей.Я помотал головой, пытаясь вернуться в настоящее. Я и раньше видел грудь Беллы, почему сейчас это мешает мне соображать?Я начал разрезать упаковку, пытаясь смотреть только на курицу. Но куриные грудки тоже не особо помогали.Черт, как-то жарко стало. Я вспотел? Я воняю? Я хотел поднять руку и понюхать, но Белла пристально наблюдала за мной.«Мне это нравится», - улыбнулась она, невинно, словно маленькая девочка, играющая в дочки-матери.Ей нравится. Я тут чуть ли пальцы себе не отрезаю. У нас на ужин будет курица с кусочками пальцев.«По-моему я создал монстра», - пошутил я, взглянув на неё, оранжевый свет от заходящего солнца, освещал её кожу, и она казалось золотой... безупречной.«Я думал, вся затея была в том, чтобы ты изменила меня, а не наоборот», - дразнил я.Я сильно повлиял на неё за всё то время, что мы были вместе. Хорошо ли это? Я знаю, что она уже изменила меня к лучшему, хотя мне еще предстоит пройти долгий путь.«Я же говорила», - улыбнулась она, нарезая овощи, «Я не хочу менять тебя. Но признаю, ты смог изменить меня, если ты это имеешь в виду».«Изменить или заразить?» - спросил я, и она засмеялась и толкнула меня локтем.«Мне нравится, какая я сейчас, Эдвард», - призналась она, «Я чувствую себя такой свободной. Я больше не боюсь».«Взаимно, малыш», - сказал я, чувствуя то же самое, благодаря ей.Она поцеловала меня, сначала мягко и нежно... но потом я начал целовать её в ответ, не в силах сдержаться.Я только что провел несколько часов, занимаясь сексом с этой женщиной. Черт, я даже нарушил своё правило против секса в душе. Но всё это было потрясающе и сногсшибательно для меня. И теперь, мы готовим на кухне, и я снова хочу её.Я представил её привязанной к барной стойке с маленьким мандарином в зубах, который будет заглушать её мольбы, когда я буду капать теплым маслом на её грудь и вниз по её животу. Я бы посыпал её грудь специями... добавил бы чеснок... может быть немного корицы.Потом я бы наклонился, чтобы попробовать своё гениальное блюдо, я бы грубо провел языком по её соску, и она бы застонала, когда я подниму глаза на неё и улыбнусь.Я бы снял кожуру с той части мандарина, что выглядывала из её рта, и потом надкусил бы сладкий, мягкий фрукт, и это было бы словно я целую её. Я раскрою губы и слегка промычу, снова смыкая их на её губах.Наш поцелуй прервался, и я вернулся в реальность. Не то, чтобы я возражал. Теперь моя реальность - рай. Боже, я везунчик.Удача, богиня, не бросай меня. Останься со мной. Клянусь, я никогда не буду воспринимать тебя как должное. Пожалуйста. Люби меня. Не оставляй меня снова. Я сделаю всё, что ты хочешь.«Что мы вообще готовим?» - спросила она, глядя в мои наполненные страстью глаза.Кажется, она всё еще нервничает будучи со мной... побаивается меня. И это так мило. Думаю, это нормально. Мы знаем друг друга только три недели. Но у меня такое ощущение, что мы были вместе несколько лет. И не в плохом смысле. Она знает меня. Она понимает меня. И самое невероятное, она хочет меня. Любит меня.«Я забыл», - ответил я, и мы рассмеялись, словно пьяные, наши носы слегка соприкасались, и я отклонился и слегка поцеловал её нос. Этот маленький, симпатичный носик. Я снова поцеловал его, на этот раз дольше и нежнее.«Так, я знаю, это курица... и у неё внутри перец», - пыталась понять она.«Давай не будем пытаться понять, что это», - сказал я своим глубоким мрачным голосом, прислонив свой лоб к её, «И просто... приготовим это».И я снова поцеловал её, положив нож на стол... я взял её маленькое лицо в свои руки и повернул голову, целуя её с другого угла.Она захныкала, когда я повел её спиной вперед к стене, и мы случайно задели её лист со списком важных телефонных номеров. Он был напечатан! И меня там не было. Мы должны исправить это. Обновить лист с номерами. Хотя, мы всё равно скоро уедем.Почему я думаю о листке с телефонными номерами??Её обнаженная грудь прижалась к моей, и я слегка прикоснулся языком к её губам, словно стучась в дверь в ожидании, когда мне откроют.Если мой язык попадет внутрь, то всё. Мы снова займемся любовью. Пожалуйста, Белла, впусти меня.Она не успела ничего сказать, когда я хищно посмотрел на неё, не получив доступа. Она задрожала, когда я почти сердито взглянул на неё за то, что она не открыла дверь.Я схватил её за руки и грубо приподнял, чтобы она стояла на носочках, и чтобы я мог дотянуться до её прекрасной груди, всё еще окрашенной в золотой свет сумерек.Я прикоснулся к ней языком и затем укусил, и она громко ахнула и захныкала.Будешь знать, как не пускать меня, девочка. Если ты впустишь меня, и прогрызу свой путь внутрь.«А как же ужин?» - спросила она, будто в трансе.Она моя. Я улыбнулся словно Сатана, который украл самого красивого Ангела с небес.«Позже», - я начал работать над другой грудью, крепко сжимая её в руке, «Я всё равно не люблю курицу».