Глава 9 - Фонарики

Одной рукой он прижал меня к себе так, что мы соприкоснулись лбами. Второй дотронулся до моего плеча, потом спустился по руке к локтю и от локтя к кисти. Обхватив мою ладонь с кунаем он остановился. Его рука слегка подрагивала, а глаза боялись посмотреть в мои. Стоило ему начать движение, как кто-то за моей спиной крепко закрыл мне глаза.

Одно резкое движение... Темнота... Неджи отпустил мою руку. Тут же её стало обвивать волнами тепла. Я испуганно отдёрнула руку. Теперь уже моя́ рука дрожала, а губы беззвучно шевелились, не зная что произнести.— Прости, что сделал это... Против твоей воли... Думаю... Что иначе, ты бы... не смогла... — Неджи говорил неспеша и запинаясь. Голос буквально выдавливал звуки, которые отдавали хрипотцой. Я заплакала. Тихо, без лишних звуков и слов. Чьи-то руки надёжно продолжали скрывать от меня тот кошмар, что происходил сейчас. Я не припятствовала этому. Не хочу это видеть... И слышать не хочу...— Я... Никогда тебя... Не любил... По настоящему. — он закащлял — Прости, что так и не смог полюбить. Я... Всегда хотел... Держаться от тебя подальше. По началу, я тебя ненавидел... Каждый день ты улыбалась мне... — он снова закашлял — Ты спрашивала, как у меня дела... — он сделал большую паузу— Я потерял отца, и все... мои родственники отвернулись... от меня. Они видели во мне лишь гения. Мне было плохо... Но ты... Улыбалась... И я принимал это... За насмешку...Но потом... Ненависть сменилась на презрение. Я презирал твои чувства к себе... Так как... не любил тебя.

"— Неджи... Я... Давно хотела тебе сказать, что...— Тсс... Не говори ничего. Так... Будет легче..."

— Когда ты... Пропала... Презрение сменилось на сочувствие. Когда... Ты вернулась... Я почувствовал вину... Вину, за то, что не люблю тебя. Я даже... был готов... На тебе жениться... Но... Как бы я не старался, большее кем ты для меня была... И являешься... сейчас...Прости. Ты всего лишь... Друг.  — и снова тяжёлый кашель — Но сейчас... Я... Чувствую... Обиду... Всё, что я делал... Было простив моего желания. Я... Не виню... В этом... Тебя. Но... И просить прощения я... Больше не буду.Только попрошу тебя... Об одном...

Не вспоминай меня.Никогда.

Настала тишина.Но тут же её нарушил шум глухого удара или падения... В тот же миг, я потеряла ещё и способность слышать. Человек, стоящий позади, закрыл мне уши концами больших пальцев. Но я всё равно разобрала в этой наступившей тишине, крики и плач лучшей подруги. Ли звал товарища по имени, но тот молчал.А я...

...тишина...

Человек,  что стоял сзади,  убрал руки от моего лица. Туман был всё ещё густ. Где-то в нескольких метрах от меня ходили друзья.  Плакали и звали Неджи... Я медленно опустила глаза к окровавленной земле.  Передо мной лежал...  труп... Я резко вздохнула и,  приоткрыв рот,  медленно повернулась на месте. Сзади стоял Саске. Я в первые увидела Саске с таким лицом. Глаза и рот были грустны,   а брови нахмурены. При этом, его глаза смотрели так тепло... — Соболезную... — он положил  руку мне на плечо — Держись,  Аму... И я захотела сильно разреветься. Я кричала,  но при этом не издавала не одного громкого звука. Я прижалась к груди Саске,  сжала в ладонях  его одежду и зажмурила глаза. И...  Продолжала беззвучно кричать.Голоса друзей позади перестали звучать и послышались звуки падения. Поочерёдно все стали терять сознание... Саске пошатнулся,  крепко схватил меня за плечо и прошептал. — Беги... После,  он упал на землю и больше не двигался. Мои глаза тоже начинали смыкаться и ноги не держали. Сзади раздалось единственные,  уверенный и быстрые шаги по направлению ко мне.  Я,  шатаясь,  повернулась лицом к шуму. — Да умри же ты уже наконец! — раздался передо мной,  вблизи крик Дейдары. И тут он резко показался в полуметре от меня. Я громко вздохнула от испуга и тут же почувствовала острую боль у живота,  котороя последовала за резким ударом куная.  Изо рта потекла кровь и стало тяжело дышать. Дейдара достал кунай и ударил снова. Потом ещё раз... И ещё... Я упала на землю,  а он сел сверху и продолжал бить во все места,  где ещё не бил... Или уже бил... Десятки... Казалось... Сотня ударов... — Умри... Умри. Умри! Умри,  Аму! — "Оставь... Я...  уже мертва... Остановись... Дейдара... "— Ты мне нравилась,  Аму!  Очень нравилась! —" Вот значит как... Тогда прости меня,  Дей.  Ведь теперь мы даже не друзья... "Окровавленный кунай упал возле меня,  и его звон повторялся снова и снова у меня в голове,  постепенно затихая. Всё,  что я ещё слышала отдавалось тяжёлым,  протяжным эхом. — Я ведь...  Не хотел тебя убивать...  Ты сама виновата... Это ты виновата в своей смерти! —" Я знаю,  Дей.  Я всё знаю. " — слеза скатилась со,  слегка приоткрытых,  мертвых глаз,   по виску и,  упав на землю,  оставила маленькое пятнышко. Перед глазами,  вверху,  сквозь туман, стали пробиваться лучики света. Отовсюду раздавался детский смех. И перед глазами пошли кадры жизни... "— Пап,  а на что похожа смерть? И как она приходит?  — я,  маленькая,  раскачиваюсь на качелях,  а рядом,  под деревом,  в тени,  стоит Папа. —Смерть?  Ну... Обычно она приходит,  когда ты становишься никому не нужен и тебе одиноко... И ты больше не хочешь смеяться и бегать. Когда не хочешь играть в игры и есть конфеты... Когда перестаёшь удивляться и узнавать что-то новое о мире и людях. Или  когда тебе очень грустно.  Очень очень грустно. И ты не можешь с этим ничего поделать... На что похожа?  Ну...  Она похожа на полёт. Как будто земля и небо поменялись местами и ты падаешь..  на небо... И где-то  там,  наверху... Светят сотни,  тысячи,  миллионы маленьких фонариков,  что ослепляют тебя. Я громко рассмеялась. — Пап,  ты такой глупый! Откуда на небе миллион фонариков?  — и снова смеюсь.— Смейся,  смейся!  Ведь я не допущу,  чтобы ты их увидела! Фонарики,  что на небе!"***"— Фонарики...  Это звёзды? — спросила как-то я у папы,  когда мы вместе рыбачили при свете луны. — Звёзды?  Нет,  но очень похожи.  Они ярче и их больше. — Больше,  чем звёзд?!  — Да,  Аму!  Больше!— А почему я их не увижу?Папа рассмеялся,  опустил удочку на тваву,  и стал поочерёдно разгибать пальцы на руке. — Ты ведь нужна мне? — Угу. — Ты одинока? — Нет... — Ты не смеёшься и не бегаешь? — Смеюсь.— Ты не хочешь конфет?! — Хочу! — тут папа достаёт из кармана конфету и даёт её мне. И я её тут же кладу в рот.  — Ммм! Вкусно!  — и я вовсю начинаю улыбаться.— Ну...  Тогда,  может,  тебе очень очень грустно? — Нет!  Мне очень очень весело! — Тогда ты их не увидишь!"

***

—" Пап...Я их вижу...

Фонарики...

...что на небе... "