1

Осень, она хоть в магловской, хоть в магической Британии, осень. И погода соответствующая. Лондонский унылый нескончаемый дождь никакие водоотталкивающие чары не выдерживают. Гарри потер пальцами залитые водой стекла очков и безнадежно вздохнул. Сейчас он почти жалел, что пару месяцев назад бросил свой пост в аврорате, работу пусть и скучную, зато спокойную, в теплом сухом кабинете, и попросился «на землю», простым участковым аврором. Район ему, конечно, дали не самый худший, современный, интегрированный, смешанный магло-магический. Крупные происшествия тут случались редко, в основном мелочевка всякая. То домохозяйки, поругавшись, нашлют друг на друга прыщи или понос, то пьяный хулиган погасит фонари на улице, самое страшное – как-то вызвали на несанкционированное применение боевых заклинаний. Болельщики «Катапульт Керфилли» сшиблись с фанатами «Силлотских стрел». Да и то, погорланили речевки, покидали друг в друга ступефаями и разошлись по пабам пить пиво. Поттеру, прибывшему на место, осталось только подобрать с мостовой несколько поломанных палочек и протокол заполнить. 

Впрочем, он и бумажки сам не писал, для этого ему помощник полагался – стажер-второкурсник Арб Мастерс. Тот ужасно гордился, что его назвали в честь далекого предка Арбалета Мастерса, по легенде, изобретшего Золотой Снитч. Гарри доставляло удовольствие подкалывать парнишку, высказывая сомнения в правдивости семейного предания о родстве Мастерсов с тем самым волшебником из Годриковой лощины, да и просто по любому поводу. Может, он бы и относился к Арби уважительнее, если бы тот не обладал смешными оттопыренными ушами, выдававшими все его эмоции, к тому же он был ровесником сына Гарри, Альбуса. Как можно воспринимать всерьез ребенка? Да, само собой, в девятнадцать все мальчишки считают себя взрослыми. Но когда ты старше более чем в два раза, смотришь на это по-другому. Хотя, надо сказать, они вполне ладили, и Поттер с опаской ждал нового распределения: в понедельник Арби сдавал практику и возвращался к учебе, а на участок должны были прислать нового стажера на следующие два месяца. Вдруг пришлют какого-нибудь раздолбая, и с ним будет больше возни, чем помощи от него. – Шеф! – Мастерс подергал Гарри за рукав мантии. – Мы на месте. Вроде бы это тут.Он попытался сверить адрес по бумажке, которую достал из кармана, но проливной дождь не дал ему шансов. Несмываемые чернила, оказавшись вполне даже смываемыми, стекли слабо светящимися струйками с края листка и растворились в луже. – Кажется, тут, – виновато пробормотал Арби и зачем-то спрятал уже ненужную бумажку обратно в карман. Но и без точного адреса было понятно, что они на месте. Их вызвали в магловский ночной клуб, потому что там был замечен молодой человек в полной форме Академии авроров. Это было грубое нарушение. И правил академии, разрешающих ношение полной формы только на ее территории, и действующих распоряжений Министерства магии, не позволяющих появляться в одежде, выдающей принадлежность к магическому сообществу, в местах большого скопления маглов.Вывеска «Синий крокодил» сияла в темноте и игриво искрила второй буквой «К». Чуть ниже гнутая неоновая трубка василькового цвета рисовала изображение кривоватого аллигатора. Часть хвоста у него не горела. Еще ниже, прямо над входом, два слабеньких прожектора освещали клеенчатый транспарант с зазывной надписью «Ежегодная Большая Хеллоуинская Танцевальная Вечеринка». Гарри остановился на крылечке, трансфигурировал свою и Арби мантии в неприметные магловские пиджачки и толкнул двери. «Лучше бы вызов оказался ложный», – подумал он. Ближайший портключ они активировали, добираясь сюда, а аппарировать с юнцом, который наверняка уже успел основательно набраться, было не только против всяких правил, но и очень опасно. Поэтому, если курсант академии действительно отплясывал в этом заведении, в участок его придется полчаса волочить пешком под холодным мерзким дождем.

Внутри грохотало что-то очень громкое и ритмичное. Арби вжал голову в плечи и весь как-то скукожился, словно его прибило звуком. Поттер сжалился и украдкой наложил на него заклинание глухоты. Оно, конечно, не подействовало в полную силу, но Мастерс вздохнул с облегчением и благодарно кивнул (что-то говорить было здесь без толку, разве только кричать на ухо). Вообще-то, можно было и не осторожничать. Книга про юного волшебника, написанная лет двадцать пять назад одной сквибой и имевшая большой успех в магловском мире, все еще пользовалась популярностью. Гарри то и дело попадались на глаза не очень трезвые парни и девушки с нарисованными шрамами на лбу, размахивающие «волшебными» палочками из пластика. Народ вокруг щеголял такими невообразимыми нарядами, что и мантии авроров, и курсантская форма рядом с ними смотрелись бы очень скромно и невыразительно. Поттер привстал на цыпочки, высматривая в толпе красный камзол с серебряными шевронами. Зря он все-таки прекратил пить зелье «Гигантус» от Джорджа Уизли, когда его рост достиг пяти футов девяти дюймов. Хоть ощущения от ускоренного роста были и не из приятных, но оно действовало. Нужно было хоть до шести футов дотерпеть, все бы легче сейчас было. Может, в мире новая волна акселерации? Эти дети сейчас все как на подбор, такие долговязые. Разве что младшие Поттеры пошли в отца, тоже невысокие и тощие. Комплексуют, а Гарри им даже помочь ничем не может: «Гигантус» министерство почему-то запретило лет десять назад. Гарри особо не вникал, но вроде бы Джордж чем-то насолил тогдашнему министру здравоохранения, вот тот и отомстил. А страдают, как всегда, ни в чем не повинные коротышки.

Стоп-стоп-стоп! Кажется, есть. Поттер встал на подножку высокой барной табуретки. На другом конце огромного зала, в открытом проеме лаунж-зоны он увидел характерный отблеск магической ткани курсантского камзола. Наплевав на маскировку, Гарри сдернул с носа очки и наложил на них бинокулярные чары. Теперь он видел все, что происходило в лаунж-зоне, словно сам там находился. А там вяло топталась под музыку небольшая компания парней. Гарри опытным глазом сразу определил, что они все волшебники, курсанты академии. Большинство из них было одето в форменные брюки с накладками на коленях и специальными боковыми карманами для палочек и в ботинки из драконьей кожи. Такой фасон обуви в этом году очень высоко котировался среди молодежи, как магловской, так и магической. Джеймс еще весной донимал Гарри просьбой достать настоящие курсантские ботинки. Поттер предложил ему свои, аврорские, но выяснилось, что у них и подошва не той толщины, и мысок другой формы, и голенище не того покроя и высоты. Короче, Джеймс от них наотрез отказался, а Гарри разозлился и сказал, что Поттерам не к лицу выделываться и модничать. Сын устроил ему сцену, а потом все-таки тайком выклянчил у матери тридцать галеонов, чтобы купить ботинки на черном рынке. Конечно, ему всучили подделку, но он все равно таскал их, практически не снимая. Естественно, эти ребята не упустили случая выпендриться. Но все же у них хватило ума заменить алые камзолы обычными магловскими пиджаками и куртками. Только один красовался в полной форме. Даже значки сданных нормативов не снял, вот наглец! Поттер прибавил резкости, чтобы разобрать имя на голубой «чистокровной» нашивке на груди юного паршивца. 

«Курсант С. Г. Малфой, II курс». О-очень интересно! Он перевел взгляд с груди на лицо мальчишки. Определенно, от отца в нем что-то было. Взять хотя бы светлые волосы и надменное выражение физиономии. Может, Гарри уже не очень хорошо помнил внешность Драко Малфоя, но этот С. Г. (вот, мантикора задери, он ведь знал, как зовут пацана, склероз проклятый), в общем, юный Малфой был гораздо симпатичнее. Он что-то рассказывал товарищам – его губы двигались, глаза то округлялись, то сощуривались, почти скрывая серо-зеленую радужку за длинными густыми ресницами. На тонкой переносице хорошо читались веснушки. Гарри сглотнул. Парень приоткрыл рот и облизнул губы языком. Гарри отчетливо увидел, как кончик языка на долю секунды задержался на торчащем лоскутке сухой кожицы. Потом в поле зрения появился палец, он прижал губу, и блестящие перламутровые зубы прикусили ее. Поттеру вдруг стало очень жарко. Наверное, это проявился эффект от порции виски, которую он выпил десять минут назад, чтобы согреться после холодного дождя. От чего же еще? Или вот, может, пиджак из аврорской мантии получился слишком теплый. Сразу после улицы он не почувствовал, а теперь запарился. Гарри снял пиджак и вытер пот со лба. Однако щеки продолжали гореть, да и как-то душно здесь было, дышалось с трудом. Гарри немного снизил резкость и снова посмотрел в лаунж-зону. С. Г. Малфой все еще что-то рассказывал, и, судя по выразительному движению бедер резко вперед, это было о сексе. Потом он, запрокинув голову, томно провел ладонью по шее и вниз по груди. Поттер выдохнул, стащил очки и дрожащими руками затолкал их во внутренний карман пиджака. Мир вокруг блаженно расплылся разноцветными пятнами. Гарри щелкнул пальцами над головами сидящих возле стойки маглов, привлекая внимание бармена, и показал на свой пустой бокал. Едва он получил порцию виски, как тут же опрокинул ее в рот и проглотил. В голове произошел маленький взрыв, но, кажется, чуток прояснилось. Мерлинова борода, что, что это сейчас было?