Глава 7

Пока Люмин спокойно спала, сон Альбедо как рукой сняло. Сидеть смирно он не мог, читать тоже, казалось, что совсем скоро его схватит безумие. Однако, чтобы этого не произошло, он нашел себе занятие: надо было подготовить костюм для бала. Достав его из закромов старого шкафа нужную одежду, алхимик прогладил ее утюгом и, аккуратно сложив, положил на стул. Осталось только найти перчатки. Вновь Альбедо залез в шкаф, но нашел не только их, а и старую планшетку с давней, пожелтевшей бумагой. Алхимик достал доску с листком, покрутил, осматривая. «Ну... заняться все равно нечем...» - подумал ученый и сел за стол.

Альбедо взял карандаш и остановил руку над бумагой, будто вспоминая, как это делается. Помедлив еще немного, графит все-таки коснулся бумаги, а рука будто сама повела ее владельца, вырисовывая причудливые линии.

Алхимик был сосредоточен, что позволяло ему отвлечься от собственных навязчивых мыслей. Одновременно с этим, он наконец расслабился, вот чего ему так не хватало.

Рисунок готов. Наконец создатель оторвался от него, карандаш поднялся над листом и перед лицом ученого на листке бумаги, найденном совершенно случайно, красовалась все та же Люмин, которая улыбалась. Казалось, что ее губы теплее горячего чая, волосы ярче апрельского солнца, а глаза ярче неба в самый знойный летний день. Альбедо замер, рассматривая, что он сотворил. Нет... что сотворила она с ним... Он совсем потерял голову, и теперь алхимик это осознал.

Альбедо поставил планшетку вертикально, выставил руку перед ней и начал колдовать. Раньше он мог оживлять свои рисунки и, подумав, что и в это раз может получиться, начал. Через пару мгновений перед ним стояла Люмин. Да, он и сам был удивлен, но это все же сработало. Он лишь протянул к ней руку, лишь хотел дотронуться, почувствовать ее мягкую прохладную кожу, мягкие волосы. Но стоило ему коснуться кончиком пальца, как фигура рассыпалась, показывая, что она лишь иллюзия и оставляя Альбедо вновь наедине с собой.

Теперь ему казалось, что одиночество съедает его изнутри, сердце плавилось, а в животе порхали кристальные бабочки.

В итоге, практически всю ночь, Альбедо провел за столом, рисуя человека, который ему явно не безразличен. Теперь он это понял. Уснул алхимик лишь под утро, лежа головой на столе.