Глава 25

Постойте. Что?Я не расслышала: что он только что сказал?Алекс опрокидывает ударом ноги стойку с микрофоном в великом придурошномжесте, и ребята спрыгивают со сцены. Это немного менее эффектно, так как они должны вернуться на сцену, чтобы забрать инструменты, прежде чем выйдет следующая группа. Я пытаюсь попасться Бекки на глаза, но она не смотрит на меня. Её взгляд отведён на тарелки.Алекс отпивает воды и машет мне рукой, забирает усилитель и направляется на автостоянку.— Ух ты! Они были невероятны! — кричит Аманда.Мэтт хлопает меня по спине.— Что думаешь? Она сыграла мне несколько недель назад, так что я знал, будеткруто.Смаргиваю слёзы.— Гм. Что он только что сказал?— Он сказал, что она играла пару песен для нас несколько недель назад! — кричит Аманда прямо мне на ухо.Отхожу назад.— Нет. Что только что сказал Алекс? Перед частью про Атланту?— Ты про «не пытайтесь подцепить мою девушку»? — спрашивает Аманда.Я не могу дышать. У меня сердечный приступ.— Ты в порядке? — спрашивает Мэтт.Почему Бекки не смотрит на меня? У меня заплетаются ноги, но Мэтт меня ловит. — Лив. Ты же знала, что она встречается с Алексом, ведь так?— Я должна поговорить с Бекки. — Дыхание перехватывает. — Я не понимаю... Мэтт матерится.— Не могу поверить, что она тебе не рассказала.— Как... как долго?— Со Дня благодарения, — говорит он.— Дня благодарения? Но она не говорила... она никогда не говорила...Аманда весело.— Ты не знала?— НЕТ, Я НЕ ЗНАЛА.— Ну же, Лив.Мэтт пытается увести меня, но я отталкиваю его и бегу на сцену. Открываю рот, но не могу ничего сказать.Бекки наконец смотрит на меня.— Я сожалею, — шепчет она.— Ты сожалеешь? Ты встречалась с Алексом целый месяц, и ты сожалеешь?— Это случилось само собой. Я хотела рассказала, я...— Но ты потеряла контроль над языком? Это легко, Бекки. Говорить легко.Смотри на меня! Я говорю прямо...— Ты знаешь, что это не так! Я не хотела, чтобы так вышло, просто так получилось...— О, ты не хотела разрушать мою жизнь? Это просто «случайность»?Бекки встаёт из-за барабанов. Невозможно, но она выше меня.— Что значит «разрушила твою жизнь»?— Не строй из себя дурочку. Ты знаешь о чём я. Как ты могла так поступить со мной?— Что? Вы же не встречались!Я кричу от досады:— Теперь уж точно не будем!Она ухмыляется.— Трудно встречаться с тем, кто в тебе не заинтересован.— ЛГУНЬЯ!— Чего? Ты променяла нас на Париж и ждёшь, что мы заморозим свои жизни до твоего возвращения?У меня отвисает челюсть.— Я не променяла вас. Меня отослали.— O-o-o, да. В Париж. А я застряла в Дерьмоланте, штат Джорджия, в самой дерьмовой школе и занималась дерьмовой работой, нянча...— Если нянчить моё брата такое дерьмо, почему ты этим занималась?— Я не имела в виду...— Хочешь настроить его против меня? Хорошо. Поздравляю, Ребекка. План сработал. Мой брат любит тебя, а меня ненавидит. Пожалуйста, действуй, когда я снова уеду, ты ведь этого хотела, верно? Мою жизнь? Она дрожит от ярости. — Иди к чёрту. — Забирай мою жизнь. Подавись. Только не пропусти часть, где моя ЛУЧШАЯ ПОДРУГА МЕНЯ ПОДСАДИЛА!Опрокидываю стойку под тарелки, и они падают на сцену с оглушительнымгрохотом. Мэтт окликает меня. Он звал меня всё это время? Он хватает мою руку и проводит мимо электрических шнуров и штепселей, спрыгивает на пол и уводит дальше, дальше и дальше...Все в кегельбане смотрят на меня.Наклоняю голову, чтобы волосы упали на лицо. Я плачу. Это никогда бы не произошло, если бы я не дала Алексу её номер. Все эти ночные репетиции и... он сказал, что они занимались сексом! Что если они занимались этим в моём доме? Он приезжал, когда она сидела с Джонни? Они входили в мою спальню?Меня сейчас вырвет. Меня сейчас вырвет. Меня щас...— Тебя не вырвет, — говорит Мэтт. Я не понимала, что говорила это вслух, но мне всё равно, потому что моя лучшая подруга встречается с Алексом. Она встречается с Алексом. Она встречается с Алексом. Она встречается... с Алексом.Алекс здесь.Прямо передо мной, на автостоянке. Он расслаблен, прислонился бёдрами в своих синих брюках в клеточку к своему автомобилю.— Что произошло, Оливия Ли?Он никогда не интересовался мной. Она так сказала.Алекс распахивает руки для объятий, но я уже бегу к машине Мэтта. Я слышу егораздражённый возглас: «Что с нею?» — и Мэтт отвечает ему в отвращении, но я не слышу что. Я бегу, бегу и бегу, хочу оказаться как можно дальше от них, убежать как можно дальше от этой ночи. Мне жаль, что я не в кровати. Мне жаль, что я не дома. Мне так жаль, что я не в Париже.