Глава 8: Двойные стандарты

        Утро не задалось с самого его начала. Всю ночь меня мучали видения, я проспала и теперь опаздывала на урок, так ещё и перевернула полку с вещами. Они упали к моим ногам, и теперь в этом месиве мне было нужно найти что-то стоящее.

Чёрт! Мими даже не разбудила! Где она?

    Я нерешительно подобрала одну из маек и тут же уронила её обратно.

Что надеть?

    Времени не было, я накинула то,  что попалось под руку первым. Это было серое платье:

     Добавила последние штрихи и побежала на урок.  К счастью урок еще не начался. Я пригнулась, незаметно села на свое место. Мисселина нервно стучала пальцами по столу, нервно уставившись в окно. Она о чем-то задумалась и стояла так вот уже десять минут. В утренних сборах я забыла обо всем на свете и теперь начала чувствовать, как груз реальности понемногу  обрушивается на меня. С попытки освободить Люцифера и забрать маму прошло несколько дней. Напряжение в школе было доведено до предела. Все понимали, что на этом конфликт не исчерпан, что всех нас ждут события постаршнее. Это неспокойное, вымученое ожидание чувствовалось в каждом жесте, в каждом взгляде... в каждом нервном постукивании по столу. Дино стоящий рядом с Мисселиной, тактично кашлянул  в попытке привлечь её внимание.

— Может, мы начнем? — Спросил Дино.

    Пальчики Мисселины мгновенно замерли в воздухе, так и не коснувшись с ритмичным цоканьем деревянной поверхности.

— Да... да, простите. — Наконец она посмотрела на нас. — Сегодня вы попробуете научиться блокировать сознание.  Я специально позвала некоторых рождённых бессмертных: они владеют навыком чтения по глазам. Чем больший напор со стороны, тем эффективнее будет продвигаться ваша учёба.

    Она махнула в нашу сторону.

— Прошу. — Сказала Мисселина.

    По счастливой случайности я попала в пару с Дино. Он сел рядом со мной.

— Можешь повернуться ко мне? — Улыбнувшись спросил Дино.

    Я поправила стул так, чтобы быть на против него.

— Как насчёт того, чтобы ты попробовала сначала проникнуть в моё сознание? — Спросил Дино. — Зная как проникая в сознание, легче отгородиться от него со стороны других. Я не буду сопротивляться. Просто чтобы ты поняла процесс. 

Проникнуть в голову Дино... интересно,  что можно там откопать? Это... отличная идея.

    Я села поудобнее, посмотрела в глаза Дино. Его лицо было спокойное, умиротворённое, словно ему нечего было скрывать. 

— Представь, что мои зрачки - двери, приоткрыв которые, ты зайдешь в библиотеку  со всеми моими воспоминаниями. Отбери нужные тебе и смотри.

— Так... попробую. — Сказала я.

    Я вглядывалась в его черные зрачки, обрамлённые голубым цветом, и начала тонуть в них, погружаясь во тьму. Тьма была непроглядной, но вскоре я, не видя, но чувствуя, начала натыкаться на его прошлое.

Хм... А что это за воспоминание?

    Я задержалась на сгустке прошедшего события. М оно началось разрастаться, становится все больше и больше пока не заполнило все больше пространства вокруг меня.

                                            ***

    Дино стоял рядом с другими ангелами, только-только пришедшими в школу. Он волновался:  теперь школа ангелов и демонов - его дом.

Это место такое странное... Тут бессмертные стареют. Это значит, здесь я умираю?  

    Он пытался сосредоточится на том, что говорит учитель, когда во двор откуда не возьмись выскочил Фенцио.

— Где он?! — Сказал сердито молодой Фенцио.

— Папочка, что ты здесь делаешь? — Удивился маленький Дино.

    Он подошёл к Дино, грубо схватил его за руку и потянул за собой.

— Что случилось папа?

    Он остановился, сел перед сыном на корточки и взял его за руку. Дино почувствовал, как дрожит папа.

— Я совершил большую ошибку.

    Вслед за Фенцио вышла Непризнанная. В честь окончания школы  на её запястьях были завязаны голубые ленты. Это означало, что теперь она  - ангел.

— Убирайся, Ребекка. — Грозно сказал Фенцио.

    Лицо отца перекосила злоба, какую Дино ещё не видел. Он побагровел и словно был готов набросится на неё. Ребекка же стояла спокойно, с горделивой осанкой и равнодушно опущенными руками.

— Я не понимаю, в чем моя вина? — Спросила Ребекка.

    Фенцио вскочил, развернулся к ней.

— Непризнанные учатся в школе не долго. Рождённые ангелы и демона возвращаются в школу на протяжении многих лет.  Каково будет здесь моему сыну, когда я буду здесь простым учителем? Позор.

— В чем моя вина, престол Фенцио?        Она сказала это безэмоционально, подчёркивая незаинтересованность в разговоре. Но от её нарочитого обращения, которое уже не соответствовало действительности, Фенцио начала бить крупная дрожь.

— Из-за тебя меня понизили! Из-за тебя я лишился всего!

— Разве я давала вам надежду? Разве я вам когда-нибудь говорила, что люблю вас? Вы пришли в школу важным человеком. Естественно я заинтересовалась вами.  Но я надеялась, что ваша благосклонность не обусловлена низмеными желаниями. Я думала вы были рады помочь мне, потому что верили в меня, а не потому что желали.

— Ты - настоящая лисица, Ребекка. Хитрая, эгоистичная... Но на каждую лису найдется свой охотник.

    Почему-то эти слова задели Ребекку. На ее лице вдруг появились эмоции. Она скревилась, в порыве подошла ближе и Фенцио и сказала шепотом, быстро и с придыханием.

— Не найдется того, кто будет указывать мне, что делать. На земле у меня была скучная жизнь обычной смертной женщиной, с чьим мнением едва считались. В итоге меня сбил на машине какой-то бизнесмен, чьи деньги миру были важнее моей жизни. Я следила за исходом. Он даже не сел. Меня убили, а никто даже не поборолся за то, чтобы наказать виновного. Я была выше.

    Она наклонилась над самым ухом Фенцио.

— Но я добьюсь того, что теперь  все остальные будут делать, что я хочу, и моя персона будет чего-то стоить. Я надавлю своим каблуком на горло бессмертных и буду смеяться над тем, что земная женщина поставила их на колени.

— Ты глупа, Ребекка. Ты нажила себе врагов, которые сильнее тебя. — Сказал печально Фенцио.

— Ты не зделаешь мне больно. Ты давно под моим каблуком, Фенцио.

    Он сжал кулаки так сильно, что побелели костяшки пальцев, и... Притянул к себе и впился ей в губы с таким напором, что было в этом что-то животное. Ребекка пыталась его оттолкнуть, но он держал ее до тех пор, пока сам не решил отпустить. Как только она освободилась от его хватки, Ребекка влепила ему звонкую пощечину. На лицо Фенцио заиграла злорадная усмешка. Ребекка ушла, а Фенцио смотрел ей вслед с невысказанным обещанием.

                                            ***

    Воспоминание рассыпалось, растворилось в воздухе. Перед глазами снова возник кабинет и Дино.

— Я не... не ожидала этого увидеть. — Сказала я.

— Я не ожидал, что ты найдешь это воспоминание... — Ответил с улыбкой Дино. 

    Мы неловко помолчали, потом Дино сказал:

— Давай теперь потренируемся закупоривать сознание. Готова?

— Да.

— Я буду смотреть тебе прямо в глаза - не отворачивался. Попробуй представить, что ты воздвигла стену между моим и твоим сознанием.

— Поняла.

    Дино замен, его взгляд стал требовательным, проницательным. Я почувствовала как он проникает в мою голову. Дино продолжал настырно всматриваться в мои зрачки. Что-то его смутило, он нахмурился, уселся поудобнее и снова остановился на моих глазах.

— Странно... — Сказал Дино.

— В чем дело? — Спросила взволнованно я.

— Я не могу тебя прочесть.

— Может, плохо стараешься?

— Я все усиливал и усиливали напор, но так и не смог пробиться.

Это из-за змеиного яда...

    Дино оглядел меня с головы до ног и вдруг замер.

— Откуда у тебя эта татуировка?

    Я чуть помедлила, прежде чем ответить.

— На соревнованиях я пришла первая к Змею-Искусителю. Я могла его убить, но не стала. В благодарность Змей передал мне противоядие от влияния.

    Дино откинулся на спинку стула и недоуменно посмотрел на меня.

— Я... Впервые слышу о таком. Это очень полезная сила, Вики.

— Я уже поняла. — Улыбнудась я.

    Прошло ещё полчаса, и Мисселина встала из-за стола.

— Боюсь, время вышло. У вас ещё будет время закрепить результат.

    Мы с Дино встали, неловко улыбнулись друг другу.

— Урок подошёл к концу, но не расходитесь...

    Мисселина заволновалась. Она колебалась, будто не могла собраться с мыслями.

— Прошу всех спуститься в общий зал.

— Что-то случилось? — Спросил Энди.

— Один человек хочет выступить с речью.

    Она не сходила с места, и мы тоже не двигались. Тогда Мисселина махнула руками.

— Ну что вы стоите? Идем-идем.

    И она точно пастух-стадо, вывела нас из кабинета. Когда мы пришли большинство учеников не в терпении ожидали того,  ради которого всех собрали. Ади, увидев меня, раскрыл объятия. По-приятельски он обнял меня и вздохнул.

— Сейчас опять будем выслушивать брюзжания Кроули о том, какой Сатана дерзкий, а мы предатели. — Сказал Ади.

    Мими, сложив руки перед собой,  недовольно оглядела толпу.

— Сделали нас заложниками школы, так ещё и заставляют приходить на бесконечные собрания, где Кроули так самовлюбленно хвалит себя, что однажды подаваться слюной! — Сказала Мими.

— Мими... — Улыбнулась я.

— Что, разве не так? Он вдруг почувствовал себя таким значимым...

    Помимо нас говорили ещё сотни голосов, которые разом смолкли. Казалось, мы были хором, чьи голоса остановили жестом дирижёра. В зале было так тихо, что звук шагов по лестницам был слышен в каждом углу. Стук каблуков будто отчитывал остановившееся время.

— Спасибо, что пришли. — Сказала моя мама спустившись вниз по лестнице.

— Ты знала об этом, Вики? — Шокировано спросил Дино.

— Нет... — Я удивилась этому не меньше.

    Мама замерла перед нами, спокойная, одетая как с иголочки. Она была без нитей, скрепляющих её руки или крылья, точно свободный человек. Только она открыла рот, раздались возмущенные окрики. Увидев её я не понимала свою реакцию, она мыла смещенной. Мама подняла руку, призывая молчать.

— Я собрала вас, чтобы попросить прощение за ошибку. — Сказала мама. — Я могла бы начать оправдываться, но вряд-ли вы поверите моим словам. Поэтому скажу так: даже самые сильные могут дать слабину.

    Кто-то из демонов крикнул: "Вы вроде бы не слабину дали, а кое-что другое...". По залу прошёлся хохот. Мама на это никак не отреагировала. Лишь её осанка стала ещё более горделивой.

— Произошедший инцидент... не повод рушить Равновесие, которого с таким усердием придерживались столько веков. — Сказала мама. — Сатана хочет моей казни не для Равновесия, не для вас, а для себя и только. Он хочет показать свое могущество, но сильным не нужно ничего доказывать - своё они уже доказали давно. Это значит, Сатана чувствует, что его влияние угасает. Но его честолюбие может стоить миру бессмертных слишком дорого.

    Голос мамы все больше угасал на фоне выкриков демонов. Незаметно к спорам присоединились и ангелы, но не было ясно - спорят они с мамой или с демонами. Шум на мгновение утих, когда в маму кинули цветок.

— Черный обелиск. — Напуганно сказала Мими.

— Кто это кинул?! — Возразила мама.

    Все зашептались.

— Что за черный обелиск? — Спросила я.

— Во время войны между ангелами и демонами первый разрушился черный обелиск. — Ответил Дино. — Рядом с этим местом росли цветы, которые по форме и цвету напоминали его. Они стали символом ненависти и правосудия.

— Вы - бессмертные, а ведёте себя хуже земных детей. — Сказала мама.

    Мамино высокомерие, брошенный в  неё цветок - все это взбесило и так раздухарившихся демонов. Их ярость просачивалась в каждом взгляде, жесте и слове. Мама неосознанно сделала несколько шагов назад, когда увидела, что демоны подходят все ближе. Они кричали, едва ли не плюясь от бешенства. Архангелы поднялись к маме и увели из зала, пока демоны не набросились на неё. Я пошла а ними.

— Мама! — Сказала я.

    Она обернулась, кивнула архангелам, чтобы они отошли чуть в сторону, и подошла ко мне.

— Обстановка не из лучших... — Сказала мама.

— К чему была эта речь? К чему было это все? Ты же понимаешь, как это несправедливо? Винчесто убили, а тебя отпустили, когда виноваты оба!

— Никто не виноват! — Возразила мама. — Это проблема демонов, что ими можно так легко манипулировать.

— Они озлоблены, потому что вы их унижаете!

— Встаёшь на защиту демонов? —На её лице появилось удивление.

— А чего ты ожидаешь? Тебе нужна моя поддержка?

— Я не нуждаюсь в поддержке. Так ты хочешь стать демоном? Хочешь быть за одно с Сатаной?

— Я не с кем не хочу быть за одно.

— Ты выбираешь слабую сторону.

    В коридоре понемногу становилось людно. Мама дала архангелам знак идти дальше.

— Пойдем, прогуляемся. — Сказала мама.

    Мы вышли на улицу. Мама села на колени перед статуей Равновесия и некоторое время сидела, сложив руки в молитве. Её глаза были закрыты, но губы были неподвижны. Затем она села на скамейку и некоторое время молчала, разглядывая статую.

— Во время учебы я проводила здесь много времени. — Она помолчала ещё немного, будто выжидая чего-то, потом сказала: — Кроули упустил мальчишку. Он позволил мне сбежать, даже не организовал достаточные поиски. Он не понимает, насколько Бонт важен для вас. Кроули не справляется. Его хватает только на одну проблему, но если их несколько - не доводит дело до конца. — Она посмотрела на меня. — Я знаю, что ты как-то связана с его освобождением. Скажи мне, где Бонт.

— Ты дня этого позвала меня? Чтобы выудить информацию?

— Я могла бы это сделать, проникнувв твое сознание.

Не смогла бы.

— Но я хочу услышать этот ответ от тебя. — Сказала мама.

— Каждый раз когда я думаю, что ты интересуешься мной или хочешь побыть со мной... оказывается, что ты в который раз преследуешь свою цель. Чего ты добиваешься, мама? В погоне за этим ты будто бы растеряла все чувства.

— Что ты хочешь от меня услышать?

— Мама, тебе нужна война?

— К чему этот вопрос?

    Мамин вопрос вышел резким, словно им одним она пыталась прекратить этот разговор.

— Просто ответь. Война была бы тебе выгодна?

    Она чуть помедлила, прежде чем ответить...

— Скажу так... я не боюсь войны, и если она будет, я выжму из неё максимум выгоды. Я буду готова к ней. Но это не я к ней подвожу...

     Позади раздались шуршание листвы, и мама вздрогнула, обернулась, нервно огляделась.

— Все нормально? — Спросила я.

— Не бери в голову. Не хочу тебя в это впутывать...

    Во дворике послышались сначала тихие, точно жужжание пчел, но все более нарастающие крики и споры.

— Что там происходит? — Спросила взволнованно я.

    Мы переглянулись и, не сговариваясь, соскочили со с склейке и пошли в сторону шума.

— ... Кто, кроме нас? Слабаки, которые пугают выдумкой! — Злостного говорил Астр. — Только на мифы и рассчитываете?

— Закрой свой поганый рот, ангелочек! — Возразил ему Ади.

— А то что? — Спросил Астр.

— Демоны надерут вам задницу и без посторонней помощи, заносчивые ублюдки! — Ответила Ости.

— Что здесь происходит? — Сердито спросила мама.

    Все замолчали, услышав голос мамы.

— Ости, когда-то твой отец поплатился за то, что болтал много лишнего. Хочешь повторить его судьбу? — Спросила мама.

— Это всё из-за вас! — Сказала Ости. 

— Я была лишь судьёй. Твой отец сам виноват. Что там у вас?

    Она хотела взглянуть на стену, у которой все столпились.

Что-то мне это напоминает...

    Внутри появилась тревога и ожидание какого-то подвоха. Все расступились. Я вместе с мамой подошла ближе к тому, что всех взбудоражило. На одной из стен школы знакомым размашистым почерком было написано: «МАЛЬБОНТЕ БЫЛ ПРАВ?». Мама развернулась одним резким движением на сто восемьдесят градусов и осмотрела присутствующих.

— И что же, кто из вас ответит на этот вопрос? Ну же, говорите!

    Мама посмотрела на меня.

— Вики? Прав ли Мальбонте, что демонов принижают, что нужна война, чтобы восстановить баланс?

Зачем она впутывать меня в это?

    Я огляделась: все ожидали моего ответа.

— Он... Не существовал. К чему обсуждать того, кого нет и не было.

    Мама довольно кивнула.

Похоже, этого ответа она и ждала от меня.

— Вы слышали мою дочь. — Сказала мама. — Советую вам прекратить подливать масло в огонь. На то нет оснований. Что ж, предлагаю вам вернуться в школу.

    Мама говорила спокойно, и лицо ее ничего не выражало, разве только чуть большее, чем обычно, высокомерие. Но все послушались её, не смотря на явную неприязнь: они не смели ей перечить. Я пошла в школу со всеми, но стоило мне сделать несколько шагов, как сердце забилось так быстро, что боль славила ребра. В глазах потемнело... Снова я увидела видение. Но в нем был уже Люцифер. От этого у меня затряслись и руки. Он кричал «НЕТ!», рядом с горящим деревом. Я обернулась на башню.

Маму отпустили, а Люцифера держат там взаперти... Видения начали учащаться, и Люцифер в них появился. Все это точно не просто так...

    Один шаг назад, несколько секунд раздумий, и вот я ещё направилась в сторону башни. У входа стояли два архангела, которые когда-то охраняли дверь Бонта. Теперь они сторожили главный вход. Я подошла у ним.

— Здравствуйте. — С улыбкой сказала им я.

    Они скрестили свои билли, отрезая мне путь.

— Куда? — Спросил первый архангел.

— Вход запрещен. — Сказал второй архангел.

— Хочу навестить Люцифера. — Ответила я.

    Они переглянулись, снова посмотрели на меня.

— Мы помним тебя. — Сказал первый архангел. — Можешь проходить, но без глупостей, ладно?

— Обещаю! Я только поговорить.

    Я поднялась по лестницам на этаж с оборудованными камерами. Там было темно, сыро и сквозило таким холодом, что я поежилась. Шорох в углу заставил меня осторожно попятиться, но этим я привлекла источник шума. Шорох усилился, приближаясь ко мне. Из тьмы поступил силуэт руки. Сбить пальцы схватили меня за запястье и притянули ближе, к решетке вплотную.

— Не бойся. — Сказал Люцифер.

— Я знала, что это ты.

— Почему тогда дрожишь? — Спросил удивлённо он.

— Не знаю...

    Он медленно опустил мою руку и прижался к решётке. Оглядел с головы до ног.

— Тебя решили тоже запереть, или мимо проходила?

— Мимо проходила. Дай думаю, загляну.

— Ты приносишь всем большие неприятности, чем я, но в тюрьме почему то я. — Демонически улыбнулся он.

— Хочешь, чтобы меня посадили?

— Только если в одну камеру со мной. — Ответил Люцифер.

    Я смутилась от этих слов, и сам Люцифер резко умолк, будто они случайно сорвались с его губ. Но, увидев моё смущение, он усмехнулся.

— Все нормально? Почему ты пришла?

— Меня мучают видения. Я плохо сплю. Теперь в моих видениях появился ты. Я знаю, тебя они тоже мучают.

    Его усмешка медленно перетекла в серьезное выражение лица.

— Что я делаю в твоих видениях? — Взволнованно спросил он.

— Кричишь.

    Люцифер прижался к решётке ещё ближе.

— Кроули слабоумен, если думает, что все на этом закончится. — Сказал Люцифер. — Ты можешь сбежать из школы?

— Что?

— Мне кажется, нам нельзя находиться рядом. Эти видения... они связывают нас. А эту связь нужно оборвать.

    Он стукнул по решетке.

— Я, как видешь, уйти не могу. 

— Вот что ты предлагаешь мне? Сбежать?

— Да.

— Нет. Это не а моем характере.

    Он уважительно качнул головой.

— Это я уже понял, Вики.

— Какие видения ты видел этой ночью?

— С чего ты решила, что я что-то видел? — Удивился он.

— Они у нас с тобой синхронизированы.

— Я видел... видел, как ты кричишь. 

— Зачем кому-то посылать нам эти видения? — Печально спросила я.

— Вовсе не обязательно кто-то присылает их... кэКогда происходит знаменательное событие, очень важное, очень энергическое событие... Вселенная предугадывает его. Мы видим это, потому что являемся его участниками. По этому я хочу, чтобы ты ушла. Чтобы мы не смогли реализовать то, что транслирует нам будущее.

— Ты хочешь, чтобы я ушла? — Я удивилась.

— Да. Сколько ещё раз повторить?

    Люцифер беспокойно вглядывался в моё лицо. Он смотрел то в один глаз то другой, будто пытался найти в них ответы на свои вопросы. Его просьба пробудила во мне боль. Боль от того, что я его не увижу? Я боялась ответить на это. Люцифер что-то разглядел в моем лице. Он вдруг часто задышал, прижался к решётке совсем в плотную,  стремительным, хищным жестом схватил мою одежду и притянул к себе. Его губы, горячие и влажные, требовательно накрыли мои. От одного лишь запаха его кожи мои трусики намокли, и я прижала ноги, чтобы как-то сдержать стон. Люцифер чуть сжал мои щеки и отстранил от себя так, чтобы я взглянула на него. Его взгляд стал диким от желания. От прошептал:

— Хочешь?..

    Я вздрогнула от прикосновения руки, которая дразня поднималась по верхней стороне моего бедра.

— Хочу.

    Он поднял руку выше, легонько толкнул каждую ногу,  чтобы я раздвинула их чуть шире. Я послушалась.

— Умничка. — Игриво сказал Люцифер.

    Резко прижался рукой к самому чувствительному месту, но пока через одежду. Этого хватило, чтобы я застонала и выгнулась ему навстречу. Я сжала прутья решетки, посмотрела на Люцифера.

— Ещё... — Возбуждено сказала я.

— Такая голодная?

    Он начал водить пальцами, медленно, но напористо, так, чтобы даже через одежду я их почувствовала. Желание становилось всё нестерпимей. Я забыла о гордости и теперь, точно кошка, терялась о прутья, пытаясь прижаться к Люциферу как можно ближе.

— Повернись спиной. — Сказал он игриво.

    Я исполнила его просьбу. Он тут же одной рукой обхватил меня за талию, а другую засунул в трусики. Мой стон этом пронесся по коридору. Люцифер сам едва сдерживался. Он нетерпеливо переступил в ноги на ногу, прижал меня к себе так близко, что железные прутья впились в спину.

— Хочешь меня, скажи? — Шепотом спросил Люцифер.

— Не-ет.. — Игриво ответила ему я, зная что это совсем не так.

— Нет? А почему ты такая мокрая, м-м-м?

    Его пальцы резко вошли в меня.

— А! Да-а... — Возбуждённо сказала я.

— Не хочешь, да?

    Он так же резко их вытащил. Стало так пусто, что внизу все заныло, требуя их обратно. Мне самой хотелось расплакаться.

— Пожалуйста... — Умоляюще прошептала я.

    На удивление Люцифер выполнил мою просьбу. Его рука снова оказалась в моих трусиках. Задвигались пальцы, на этот раз нежно, не спеша. И с каждым моим стоном он все ускорялись и ускорялись. Люцифер прижался к моей шее, языком провёл по мочке уха.

— Такая неперпеливая...

Он так сильно ускорился, что я не сдержала бы крики, даже если бы знала, что их услышать архангелы. Мне было на столько хорошо, что я была готова к их визиту, только бы закончить. Я задрожала и обмякла. Люцифер схватил меня двумя руками, чтобы я не упала. Поцеловал в шею.

— Ну всё, с тебя довольно. — Сказал с улыбкой он.

    Я снова повернулась к нему, смущённо опустила глаза.

— Я много думал здесь, в тюрьме.

    Его голос был непривычно серьёзен, но без агрессии или напускного пафоса. Впервые я слышала в нем такое... откравение.

— Когда отец сломал тебе шею, я испугался, что...

    Он недовольно фыркнул, закрыл глаза и начал их массировать, будто от этих мыслей у него разболелась голова.

— Боже, это так банально... испугался, что потеряю тебя. Понял, что не хочу терять. И мысли здесь только о тебе и крутятся. Так часто о тебе думаю, что скоро как будто возненавижу.

— Я тоже о тебе думаю... — Сказала я.

    Он скривил губы, странно ему стало неприятно от моих слов. Снова появилась эта насмешливая ухмылка.

— Я не знаю, как можно лю... — Он замолчал.

    Я терпеливо ждала, но он все же молчал...

— Люцифер?

— Не бери в голову. Сказал глупость. Одиночество в замкнутом пространстве немного сводит с ума. Говорю несвязный бред. Думаю, тебе пора.

— Люцифер! — Твердливо сказала я.

— Скоро увидимся.

    Он отошёл в темноту, туда, где я не могла его разглядеть.

— Люцифер! Люцифер! — Сердито сказала я. — Опять ты в игры играешь?

    Я злобно стукнула по решетке.

— Ладно! Как скажешь. — Сказала я спокойно. — Сколько бы ты ни отрицал, я понимаю, что с тобой.

    Я подождала ещё немного, но Люцифер не отзывался. Развернулась на каблуках, в ярости сжимая кулаки, и быстрым шагом пошла в сторону лестниц. Заметив меня, один из архангелов зашёл внутрь, проверить, все ли нормально. Другой стоял со мной.

— Советую вернуться в школу и как можно быстрее. — Сказал архангел.

— Что-то случилось?

— Нет. Серафим Ребекка с другими ангелами обыскивает школу. Ученики должны сидеть в своих комнатах.

Она ищет Бонта!

    Я побежала к школе, развернулась и на ходу бросила:

— Спасибо!

    Уже у школы я остановилась, запыхавшись. Ангелы ходили тут и там.

Что делать? Найти маму.

    Я забежала в школу, огляделась и побежала наверх. Мама оказалась в коридоре.

— Вот ты где! Что происходит? — Спросила я.

— Выполняю ту работу, которую не довел до конца Кроули.

— Но кто тебе позволил? Ты же заключённая!

— Почему ты так разволновались. — Подозрительно спросила мама.

— Тебя ненавидит полшколы. А ты начинаешь так нагло всеми командовать?

— Я имею власть, реальную власть, а не ту, что у Кроули. Убрать меня из игры было бы ошибкой для небес, и они это понимают. А теперь...

    Она схватила меня за руку, заставила посмотреть в глаза... И ничего не увидела.

— Ты... как ты?.. — Мама была в диком удивлении, что не смогла почесть меня.

    Где-то в далека раздался протяжный гул. По коридору пробежали ангелы.

— В укрытие, скорее в укрытие! — Сказал нам ангел. Это был Йор.

— Что происходит?! — Встревожило спросила я.

— В сторону школы движется целая армия, во главе которой сам Сатана.