Часть 57

POV Оля.

     Дни начали идти один за другим, я продолжила жить своей жизнью. Родителям про своё положение ничего говорить не стала, благо токсикоз не мучал. Единственное что мучало это их просьбы, мозговынос и постоянное недовольство в мою сторону, ах да, ещё голод. Ещё эта дурацкая простуда, которая обострилась или пошла по второму кругу. Бесит, всё очень бесит. Костя каждый день пишет мне, интересуется, как дела и тоже бывает выбешивает. Радует, что Настя хоть как-то, но старается меня поддерживать. Бывает, тоже бесит со своими нравоучениями, но я понимаю, что она просто заботиться обо мне.

     Я чтобы перевести тему на подругу, интересуюсь, когда же они со Святом поженятся. Я же хочу крестников!

— Оль, ну я чё могу сделать? — написала подруга, — По залету я замуж не хочу. А он не зовет. Да и даже если бы позвал в тот день перед отъездом, я бы отказала.

— Почему? — подруга рассказала, как они умудрились поругаться перед отъездом, — И ты всё это время мне не рассказывала?

— Да было бы что рассказывать. Подумаешь, опять чуть не расстались. Вечно ругаемся. Я тут вспомнила, что даже знакомство наше началось с ссоры. Он назвал меня страшилой, — я задумалась и тоже вспомнила, как они ругались тогда на всю улицу, — Слушай, если мы так ругаемся, может тогда и правда разойтись?

— Насть, ты дура?! — написала я, — Ты ведь любишь его! А он тебя любит! Ты же сама это говорила. Даже измену его простила.

— Люблю, но согласись, такие дурацкие ссоры, его эти обидные слова.

— Начинает пи*деть, ты его бей, — написала я, — Вот молча, взяла биту и херак по башке, да так, чтобы забыл чё трындел.

— Он сказал не воспринимать его всерьёз, — написала подруга.

— Вот и не воспринимай.

     Подруга начала писать, что Никита говорил о том, что если Свят будет её обижать, то он её себе заберет.

— Насть, ты совсем *бо-бо? Какой Никита?! Этот чёрт ещё хуже Свята. Твой-то просто пи*дит не по делу, а этот так и дела делает хреновые. Да и сама подумай, какие симпатичные дети могут получиться от Свята, и какие от Никиты. К тому же, сама подумай, какого будет Святу, если ты бросишь его и уйдешь к Никите. Не говори глупостей, ты его любишь, а он любит тебя.

     Настя согласилась со мной, а потом я начала собираться на курсы. Перед самым выходом кто-то постучал в дверь. На пороге стоял Костя, который при виде меня сразу же раскрыл руки для объятий:

— Привет! — с такой добродушной улыбкой сказал парень и зажал меня в своих руках.

— Привет, — обняла его я, — Слушай, я сейчас на курсы уезжаю, могу оставить тебя здесь. На Лизу можешь не обращать внимание.

— Что за курсы? — парень занёс сумку и поставил при входе.

— Можешь занести сумку в мою комнату, — я показала на дверь, — А я вечером приеду и всё тебе расскажу.

— Я поеду с тобой, — парень быстро кинул сумку в комнату и подошёл ко мне.

     Я махнула рукой, и только в машине сказала, что я там буду до вечера. Он так же махнул рукой и сказал, что его немного напрягает мой замученный вид.

— Мать моего ребенка не должна быть такой замученной, — с улыбкой сказал парень и взял меня за руку.

     Я её отдернула.

— Спасибо за напоминание, — вздохнула я, — Только пыталась забыть об этом.

— Как можно забыть о беременности? — возмутился парень.

— Я очень надеюсь, что врачи ошиблись. Даже на термин записалась.

     Парень не понял что такое терми́н*, пришлось объяснять, что это приём у врача.

— Я с тобой пойду.

— Кость, даже если я окажусь беременна, давай договоримся, что ты оставишь меня в покое.

— Оль, я тебе кое-что скажу, как только мы приедем на твои курсы, а пока закроем эту тему, хорошо?

— А что сейчас?

— А сейчас я не могу отвлекать твоё внимание от дороги.

     Я вздохнула, включила музыку погромче и поехала по знакомому маршруту. В моём плейлисте была даже песня записанная нами. И мы с Костей не могли не запеть. Он хороший парень, но слишком молодой, да и вряд ли готовый к отцовству. Да что уж говорить, даже я в свои почти, что двадцать один не готова быть матерью. Когда мы приехали и вышли из машины, парень остановил меня, взяв за плечи:

— Кость, я опаздываю, давай потом, — пыталась отвязаться я, но он не отпускал.

— Оль, я понимаю, ты винишь меня во всём этом, но пойми, ты мне понравилась ещё тогда, в первый раз.

— Ага, ещё скажи, что любовь с первого взгляда, — засмеялась я.

— Оль, я не шучу, если бы ты мне не нравилась, меня бы сейчас здесь не было. Ты сколько угодно можешь бегать от меня, но если ты решишь рожать малыша, я вас не брошу. Ведь это и мой ребёнок.

— Кость, — я вздохнула, понимая, что теперь точно не избавлюсь от него.

     Парень воспользовался нашим зрительным контактом и поцеловал меня. Одна его рука легла на мою щеку, второй обнял за талию, и прижал ближе. Обычно, когда меня целовал Никита, мне было дико противно, да и даже представление поцелуя вызывало у меня отвращение, но вот Костя делал это как-то по-другому что ли. Мне не было противно, не хотелось его оттолкнуть, напротив, я даже сама одной рукой обняла его за шею, а вторую положила ему на грудь. Этой самой рукой я чувствовала его бешеное сердцебиение и поняла, что моё бьется в таком же ритме. Вдруг я вспомнила про свою простуду и быстро отстранилась от парня.

— Что такое? — встревожился парень.

— Я болею и не хочу заражать тебя, — ответила я, — И на курсы пора.

     Парень приложил руку к моему лбу.

— Ты горишь, — сказал он, — Тебе бы отлежаться.

— Кость, я посижу на курсах, — ответила я, — Таблетки у меня с собой, если что посижу чуть-чуть и поеду домой.

     Мы зашли, и парень остался в холле ждать меня, залипая в телефоне.

Терми́н* - Der Termin в немецком означает визит, посещение или установленное время встречи и произносится с ударением на последний слог