Часть 50

POV Настя.

     Утром, нас разбудил Никита. А если быть точней, он разбудил Олю, а Оля уже своими восклицаниями меня:

— Никита, мать твою! Какого хрена?!

     Оказывается, парень разбудил её поцелуем или россыпью поцелуев, за что собственно получил по шее сразу же.

— Блин, Оль, а ведь сначала тебе понравилось, — сказал парень, закрываясь от ударов руками, — Я видел, как ты улыбаешься!

— Потому что сон хороший снился, а ты гад взял и всё обломал! Бесишь меня, лохматое существо! — восклицала подруга, при этом сопровождая чуть ли не каждое слово ударами.

— Я смотрю, игры разряда «Пятьдесят оттенков серого» продолжаются, — потягиваясь, сказала я.

— Какие игры? — удивилась Оля и даже на секунду остановилась, чем, собственно и воспользовался Никита.

     Парень схватил подругу в захват, и сковал движение рук.

— Да, Настя мне рассказала, как ты меня душила вчера, — посмеялся парень.

— А я вот смотрю, тебе мало, да? — спросила подруга.

— Ну, блин, Оль, нравишься ты мне, я чё? — продолжал смеяться парень.

— Ну, как же до тебя донести, что ты мне вообще не нравишься. Надо было тогда не мирить Настю со Святом, а самому её хватать. Ты ей, между прочим, очень симпатичен.

— Воу, — воскликнула я, — Поздно, я со Святом!

— А ну да, теперь вот замуж за него пойдет, а ты, Никитушка останешься один, — подруга погладила парня по руке.

— Замуж? — удивился Никита, — Позвал?

— Нет, не позвал, — ответила я, мысленно матеря подругу, — Ты же помнишь, как она вас с ним тоже женила. У неё просто всегда включен режим Ларисы Гузеевой.

— Ты чё, Насть?! — воскликнула Оля.

     В комнату постучал и вошёл Свят.

— Доброе утро... — парень явно не ожидал увидеть такую картину, — А чё это у вас тут за войны?

— Доброе утро, — хором ответили мы.

— Как спалось, брат? — спросил Никита, продолжая держать Олю.

— Нормально, но вчерашний вечер вообще не помню, — сказал парень и подсел ко мне, обнимая, — Вы чё тут творите?

— У них тут игры из разряда «Пятьдесят оттенков серого», — ответила я, обнимая любимого в ответ.

— О, а у нас такие будут? — с улыбкой спросил он.

— Домой вернёмся, будут, но поверь, они тебе не понравятся, — ответила я, — Нам дома надо будет поговорить.

— Я себя вчера плохо вёл? — спросил блондин с ехидной улыбкой.

— Дома обсудим, хорошо? — парень согласился, и мы пошли завтракать.

     Завтрак прошёл нормально. Мы договорились к вечеру собраться и пофоткаться для обложки песни. Я отвела Никиту подальше и попросила больше не предлагать Оле курить, и уж тем более, что-то подобное.

— Да ладно, с ней же всё хорошо, — отмахнулся парень.

— Никит, — я взяла парня за руку, — Просто послушай меня. Я твой друг и плохого не пожелаю. Завязывай, ты уже сам на себя не похож. У здоровых людей садиться здоровье от такого. А ты красивый талантливый парень. Ты же не хочешь закончить, как Курт Кобейн например? Если не ошибаюсь, то он умер от наркотиков в двадцать семь лет.

— Ну, он легенда, между прочим, — сказал парень.

— Ник, ему было всего двадцать семь. Тебе сейчас двадцать один. Ты талантливый парень, у тебя ведь далеко идущие планы, ведь так? — он кивнул, — Вот. Ты же хочешь детей когда-нибудь? — снова кивнул, — А вот теперь подумай о своих будущих детях. Мой отец баловался какой-то подобной хернёй, в сорок восемь лет пришлось делать операцию на сердце и теперь у него шрам на всю грудь. А у меня его кровь, и частями передались болячки. Я гипертоник, и поверь — это не хорошо. Я не учу тебя жизни, просто даю дружеский совет. А насчёт Оли, ей тем более противопоказана такая хрень. Она болеет, и если не дай бог с ней что-то случиться, я тебя в первую очередь прибью, понял?

— Она болеет? Что-то серьёзное? — в глазах парня я увидела удивление с волнением.

— Не то чтобы прям ужас, но Никит, я тебя прошу, пока она здесь и с тобой, будь внимателен и больше не допускай такого, хорошо?

— А что с ней? — не унимался парень, — На вид, вроде всё хорошо.

— Она убьет меня за то, что я тебе это рассказала, но легкая форма эпилепсии.

— Ого, это чё получается, её тоже колбасит так?

— Никит, нет, у неё это проявляется в другой форме. Главное, не веди себя рядом с ней, как с какой-то больной. Она обычная девушка и чуть что сразу настучит тебе по шее, сам уже знаешь, — улыбнулась я, — Просто не давай ей больше курить такое и всё. Ты меня услышал?

— Услышал, принял к сведению, отправил на рассмотрение и принятие решения данной проблемы, — посмеялся парень и обнял меня, — Хорошая ты девушка, Настюх, если Свят будет обижать, говори.

— Ага, пожалеешь его, — посмеялась я в ответ, обнимая парня.

— Нет, просто тебя заберу, — уже без смеха сказал парень.

     Потом я позвала Олю и тоже провела некую разъяснительную беседу. В таком же ключе.

— Хорошо, мамочка, — посмеялась подруга, — Но да, за то что ты рассказала Никите, я расстроена.

— Оль, ну а как ему ещё сказать, чтобы он тебе больше такое не предлагал?

— Просто напугать, что я его убью, а ведь я убью, ты видела меня в гневе, — сказала подруга, — И вообще чё ты там ему сказала, про удушение?

— Сказала, что он к тебе пристал и ты как-то особо не била его, а даже сама решила с ним поиграть. Ну и типа он попросил пожёстче, ты и сделала пожёстче, — засмеялась я, — Только вот он теперь думает, что если ты в пьяном угаре начала соглашаться, то у него есть шанс и на трезвую голову.

— Хер! — воскликнула подруга, — Нет у него шанса!

— Насть, мы идём? — крикнул Свят, потихоньку собираясь, домой.

— Да-да, иду! — крикнула ему я и обняла подругу, — До вечера, и прошу тебя, не убей Никиту.

— Не обещаю, — пожала плечами подруга с ехидной улыбкой.

     Мы со Святом решили пойти пешком и по дороге обсудили прошлый вечер.

— Слушай, а почему у меня рука болит? — спросил парень, потирая заднюю сторону руки.

— Оля споткнулась о твою руку, когда ты лежал на полу. Кстати, ты гадёныш, напугал меня вчера, — я рассказала, как испугалась за его состояние.

— Меня просто срубило, — ответил парень.

— Давай ты больше не будешь так делать, ладно? Хрен с ним, ты можешь курить сигареты, но только обычные сигареты. Я Никите уже сказала и тебе скажу — эта херня до добра не доводит. Мой отец тоже баловался подобной хернёй, а теперь он ходит со шрамом на всю грудь, у него мелкие проблемы со здоровьем и, учитывая, что у меня его кровь, у меня тоже есть маленькие проблемки.

— Какие? — парень остановился, уставился на меня со сдвинутыми бровями.

— Я гипертоник, ну и по мелочи, — отмахнулась я.

— Что за мелочи? — сверлил меня взглядом блондин.

— Ничего серьезного, поверь. Но поверь, дети тоже от этого страдают. К тому же, ты молодой. Вспомни, сколько знаменитостей умерло от наркотиков. Кого вообще эта дрань до добра довела? — парень задумался, — Вот видишь. Я понимаю, молодость, хочется всё в жизни попробовать, но я ведь волнуюсь за тебя.

— Ты прям, как мамочка, — хихикнул парень.

— Ну, правда, я не хочу тебя потерять, — я обняла его, он меня, — Ты мне нужен. К тому же, ты обещал бросить. Сказал, что больше так не будешь.

— Хорошо, больше не буду. Я в принципе, не особо увлекаюсь таким.

— Но нет-нет, всё же бывает, так? — парень кивнул, — Надеюсь, больше не будешь. Я, правда, переживаю за тебя.

     Парень вздохнул.

— Последней радости жизни лишила? — хихикнула я.

— Нет, — с улыбкой ответил парень, — Ты моя главная радость жизни. Ну ладно, одна из главных.

     Я крепче обняла парня.