Глава 17

Их жизнь, красивая и почти безоблачная, начала понемногу тускнеть, но Мир не мог и в страшном сне представить, во что она превратится через считанные месяцы.

А пока, среди бесконечных совещаний, телефонных звонков, подготовки чертежей и поездок на строительную площадку, дни как будто шли своим чередом.

Два дня командировки превращались иногда в три и даже рабочую неделю, но он обожал возвращаться к Тео, сжимать его в крепких объятьях, поначалу всегда немного отстраненного, будто отвыкшего от него за эти несколько дней, но все равно такого родного и своего.

Но что-то уже неуловимо менялось.

Был поздний вечер. Тео вернулся домой.

В квартире горел свет. Он закрыл дверь и начал стягивать кроссовки, когда из гостиной вышел Мир. Он встал в проеме скрестив руки на груди и был явно не очень доволен.

— Где же ты был, — спросил он ровным голосом.

Тео неторопливо повесил куртку на крючок.

— После курсов с ребятами задержались. Потом ещё в бар зашли недалеко от метро... выпили по паре бокалов пива.

Мир несколько секунд молча смотрел на него.

— Я тебе много раз звонил и писал.

Тео машинально потянулся к карманам джинс и не обнаружив там телефона, достал его из рюкзака и только сейчас увидел пропущенные вызовы и сообщения.

— Я не видел... телефон был на беззвучном.

Мир недовольно нахмурился.

— Я тебя часа три уже жду.

Тео убрал телефон в карман и сделал шаг в сторону гостиной.

— Я тебя тоже постоянно жду...

Мир направился за ним в гостиную.

— Это не одно и то же, Тео.

Тео обернулся и посмотрел на него

— Почему? — его голос вдруг стал холоднее. — Потому что это ты?

Мир нахмурился, пытаясь понять смысл этих слов.

— Потому что я всегда предупреждаю тебя, где нахожусь, и ты это прекрасно знаешь.

Тео ничего не ответил.

Он только отвёл взгляд и медленно опустился на диван, уставившись куда-то в сторону.

Мир вернулся к столу. Экран ноутбука всё ещё светился открытыми письмами и рабочими таблицами. Он сел обратно и несколько секунд просто молча смотрел в монитор.

В квартире стало непривычно тихо.

Слышно было только негромкое постукивание пальцев по клавиатуре.

Тео сидел неподвижно, ощущая всем телом физическое напряжение от этой холодной дистанции.

Мир даже не смотрел в его сторону, продолжая что-то печатать в ноутбуке, но Тео всё равно слишком хорошо чувствовал его раздражение.

Они ещё некоторое время сидели так в тишине, пока Тео не выдержал первым, и поднявшись с дивана, подошел к столу.

Мир коротко поднял на него взгляд, но ничего не сказал и снова посмотрел в экран.

Тео остановился совсем рядом.

— Я не специально... — произнес он тихо. — Просто впервые за долгое время забыл про телефон.

Мир на мгновение замолчал, внимательно глядя на него.

Раздражение на его лице постепенно сменилось чем-то более мягким и усталым.

— Я просто беспокоился.

— Прости... — ответил виновато Тео и подошел ещё ближе, облокотившись на стол.

Мир тихо усмехнулся.

— От тебя сигаретами пахнет... и не пойми чем ещё...

Тео потянул ткань свитера к лицу и принюхался.

— Там все курили рядом, — пожал он плечами. — Заброшу в стирку.

Затем он сделал несколько шагов в сторону ванной, но вдруг остановился.

Пальцы медленно зацепились за край свитера, и Тео стянул его через голову, небрежно бросив на пол рядом с собой.

Мир оторвал взгляд от ноутбука.

Следом на пол полетела футболка.

Тео развернулся к нему лицом и, выдержав короткую паузу, медленно потянулся к ширинке джинс.

В его движениях появилось что-то слишком знакомое.

Плавное. Неторопливое. Взгляд чуть исподлобья.

Он расстегнул джинсы и медленно стянул их вниз, оставив лежать прямо посреди комнаты, будто всё происходящее было совершенно естественным.

Слишком красиво и выверенно, будто Тео снова оказался перед объективом камеры, прекрасно зная, как именно двигаться, чтобы на него невозможно было не смотреть.

Мир откинулся на спинку стула.

— Мне не нравится, что ты каждый раз пытаешься вот так всё замять, — произнёс он, продолжая смотреть на него.

Тео чуть склонил голову набок.

— Совсем не нравится?

На губах Мира появилась улыбка.

Он медленно закрыл ноутбук, поднялся из-за стола и подошёл вплотную к Тео.

Ладонь мягко скользнула по его тёплой коже вдоль напряжённого живота. Другой рукой он приподнял его лицо за подбородок.

— Ну что ты тут устроил?.. — прошептал Мир.

А потом притянул его к себе и поцеловал.

И, как это часто бывало между ними, напряжение снова растворилось где-то между прикосновениями, тихими словами и привычной невозможностью долго злиться друг на друга.

Но постепенно в их жизни становилось всё больше вещей, которые уже не получалось решить одними объятиями.

— Как там твои дела? — спросил Мир, проводя этот вечер снова за сотни километров от Тео.

— Все нормально, — отвечал он как обычно. — С утра была учеба, потом я пошел с ребятами с курса еще на одну лекцию в академию дизайна... вот только недавно разошлись.

Тео сам себе удивлялся, как иногда переключался на веселого и общительного и каким нормальным порой мог быть, легко заводя знакомства, как, впрочем, быстро и теряя их потом.

— Я смотрю ты там без меня уже нашел себе кучу друзей.

— Да, стараюсь не скучать, — как-то холодно ответил Тео.

— А я вот наоборот, очень скучаю по тебе...

— Тогда возвращайся, — произнес Тео, с едва заметным раздражением.

Не любил он все эти телефонные нежности, если скучаешь - будь рядом, другого варианта для него не было.

— Завтра съезжу днем на стройку и потом сразу поеду обратно. Поздно ночью буду дома.

— Может уже проще совсем туда переехать?

— А ты переедешь со мной?

— Странный вопрос... меня здесь ничего не держит.

Время было уже позднее, но Мир был всё еще в офисе. Где-то на фоне слышались приглушенные разговоры.

Вдруг рядом раздался голос Макса:

— А ты мне присылал новые цифры по второй очереди?

— Нет ещё... — Мир на секунду отвлёкся. — Тео, подожди немного.

Он ненадолго убрал телефон от уха и повернулся к Максу.

— Они там кучу правок выкатили и второй вариант попросили... сижу переделываю. Чуть позже тебе скину.

— Какой ещё второй вариант? — переспросил Макс. — Шли их лесом.

— Хотелось бы, но... они нам платят деньги.

— Тоже верно, — усмехнулся Макс. — Ладно... сейчас перекурю и вместе посмотрим, чего они хотят.

— Боюсь, они и сами этого не знают...

Они оба тихо рассмеялись, будто продолжали какой-то бесконечный привычный разговор, в котором понимали друг друга с полуслова.

Тео молча слушал всё это через телефон.

— В офисе ещё сидим, Макс тоже тут, — уже спокойнее произнёс Мир, возвращаясь к разговору с ним. — Так вот... по поводу переезда. Можно будет подумать над этим. Но не раньше середины весны. Сейчас здесь совсем тоскливо, да и у тебя как раз учёба закончится к тому времени.

— Ладно, значит пока оставим все как есть, — ответил Тео после недолгого молчания. — Я захожу в метро, напишу из дома.

Разговор оборвался как-то внезапно и оставил после себя ощущение недосказанности.

Тео по-своему переживал разлуку с Мирославом. Когда тот только уезжал, ему хотелось запустить в него чем-нибудь тяжелым, чтобы тот хоть отдаленно почувствовал, каково ему. Через день он вроде привыкал, но потом он снова начинал ждать его и это был замкнутый круг.

Он теперь стал старательно избегать свою тихую пустую квартиру, которая была словно его отражением. Поздно возвращался, наматывая круги по району, посещал занятия и лекции, выполнял учебные задания где-нибудь вне дома, лишь бы не оставаться наедине с самим собой.

И снова стал соглашаться на работу в качестве модели для каталогов одежды.

Кроме того он начал общаться с ребятами с курсов, даже стал выбираться с ними куда-нибудь после учёбы и довольно легко вписался в их компанию.

Но он словно тратил все силы на то, чтобы казаться кем-то другим. И в итоге стал уставать. В погоне за душевным равновесием, он казалось с каждым днем лишь отдалялся от своей цели.

И он стал срываться.

Так началась череда труднообъяснимых поступков.

Сперва он стал налегать на алкоголь, не напиваясь до беспамятства, он тем не менее, все время был немного пьян. Иногда Мир замечал это сразу по запаху, по чуть расфокусированному взгляду и расслабленной улыбке, а иногда делал вид, что не замечает, стараясь не придавать этому особого значения.

Поначалу алкоголь действительно помогал Тео расслабиться, но со временем становилось только хуже.

Ему стало сложнее контролировать свои эмоции. Он всё чаще раздражался по пустякам, замыкался в себе и только сильнее отдалялся при любых попытках выяснить у него причину такого поведения.

Если раньше Миру достаточно было просто обнять его, и напряжение постепенно сходило на нет, то теперь Тео всё чаще отстранялся, или резко убирал с себя его руки, будто любое прикосновение в такие моменты только сильнее выводило его из себя.

Однажды Тео на эмоциях ударил его по плечу, по-настоящему, сильно, так, что Мир отшатнулся назад.

Сразу повисла тишина.

Тео и сам будто не до конца понял, что сделал.

Мир замер на секунду, медленно перевёл взгляд на него и машинально потёр плечо ладонью.

В его глазах не было злости, только усталое непонимание, от которого Тео почему-то стало ещё хуже.

— Не делай так больше, — произнёс Мир уже заметно строже обычного.

Тео тяжело дышал, всё ещё не остыв после вспышки раздражения.

А потом вдруг отвёл взгляд и тихо произнёс:

— Ты тоже можешь меня ударить.

Мир нахмурился так, будто сама эта мысль показалась ему чем-то совершенно неправильным.

— Но я не хочу.

А Тео хотелось, чтобы он ответил ему хотя бы раз, как будто так он чувствовал бы себя немного лучше.

Но Мир этого никогда не делал.

И всё же между ними по-прежнему оставалось много нежности, привычных прикосновений, тихих вечеров, объятий по ночам и моментов, в которые казалось, что всё плохое - проходящее.

Поэтому после каждой ссоры они снова тянулись друг к другу, словно любовь всё ещё была способна перекрыть всё остальное.

***

Как-то вечером, накануне очередного отъезда Мира, он как обычно собирал сумку с вещами, расхаживая из комнаты в комнату.

— Так... не оставил ли я синюю рубашку у себя... — задумчиво пробормотал он, проходя мимо Тео с ноутбуком и зарядкой.

Тео сидел на диване листая что-то в телефоне.

— Насколько ты? — спросил он, подняв на него взгляд.

— Дня на три, — ответил Мир, ненадолго остановившись в дверном проёме. — Не думаю, что дольше.

Тео едва заметно кивнул и снова опустил взгляд в телефон.

Через некоторое время на экране высветился входящий вызов. Палец ненадолго завис над кнопкой сбросить вызов, но поколебавшись ещё секунду, он ответил.

Как оказалось, это была его тётя, сестра отца, с которой за всю жизнь он виделся едва ли чаще, чем с самим отцом. До неё только в этот день дошли печальные новости.

Поначалу Тео отвечал ей коротко и сдержанно, но напряжение в его голосе становилось всё заметнее с каждой фразой.

Мир вышел в гостиную, услышав из другой комнаты, что разговор постепенно переходит на повышенные тона, и застал лишь часть разговора.

— Почему звоните вы, а не мой отец, если ему действительно так жаль?! — резко произнёс Тео.

Мирослав немало удивился при упоминании живого отца, про которого Тео говорил обратное.

— Да, конечно, продолжайте оправдывать его, — бросил он холодно.

На том конце что-то долго объясняли, но это, казалось, только сильнее выводило его из себя.

— Не нужно теперь за меня переживать и уж тем более любить, — стал срываться Тео.

Повисла короткая пауза, его снова что-то спросили.

— Всё ли у меня в порядке? Серьёзно?.. — нервно переспросил Тео. — Нет, не в порядке. Наверное ещё с момента моего рождения... жаль, что это вообще случилось.

Мирослав подошел к нему ближе и попытался словить его взгляд, но тот лишь отвернулся, не желая на него смотреть.

— Просто уже забудьте обо мне... как делали это всегда, — крикнул Тео и завершил звонок.

В комнате повисла напряжённая тишина.

— Тео, кто это был? — хотел выяснить причину его гнева Мирослав.

Он попытался взять Тео за руку, но тот резко отдернул её.

— Посторонние люди.

— Чем же тебя разозлили посторонние люди?

Тео открыл на телефоне входящие звонки и заблокировал последний номер.

— Я не хочу об этом...

Мир устало вздохнул, а затем уже с заметным напряжением произнёс:

— Или я просто не тот человек, с кем ты можешь говорить о личном?

— Мир, не надо... — ответил Тео, не поднимая взгляд на него и сделал пару шагов в сторону коридора.

— Разве это не так?..

Тео остановился, но так и не посмотрел на него.

— Им всегда было плевать на меня... — произнёс он приглушенно. — Зачем они теперь делают вид, что им не всё равно?

Он всё ещё тяжело дышал, с трудом справляясь с эмоциями.

— Никто никогда не любил меня, кроме неё... тогда зачем всё это...

— А я? — растерянно спросил Мир.

Тео замер.

— Я не знаю... — едва слышно прошептал он, пытаясь унять дрожь в голосе.

— Правда не знаешь? Тео...

Мир сделал шаг в его сторону, пытаясь посмотреть в его глаза, но Тео снова увернулся.

— Не трогай меня! — почти выкрикнул он.

Затем он резко схватил стоявший рядом стакан и с силой швырнул его в стену. Стекло с оглушительным звоном разлетелось по полу.

Мир невольно снова подался к нему.

— Тео, успокойся...

Но тот уже будто не слышал его.

А дальше случилось то, что Мир потом долго не мог объяснить себе.

Тео словно обезумел.

Он в ярости стал бросать все, что было на его пути. Мир лишь успевал уклоняться от летевших в его сторону стульев, книг и стеклянной вазы, разбившейся на мелкие осколки.

Дыхание Тео стало рваным и тяжёлым, движения почти хаотичными, словно он больше не мог справиться ни с собственными эмоциями, ни с собственным телом.

А потом он вдруг резко рванул в сторону своей комнаты.

Мир едва успел ринуться следом, как дверь с оглушительным грохотом захлопнулась прямо перед ним.

И уже совсем потеряв контроль над собой он стал бить со всей силы кулаками о стену до крови.

Мир бросился к нему и стал оттаскивать.

— Тео, прекрати! — крикнул он, пытаясь схватить его за запястья, но в этом изящном теле вдруг оказалась невиданная сила, так что ему далеко не сразу удалось справиться с ним.

Тео продолжал отчаянно вырываться, задевая его локтями и плечами, пока Мир наконец не сумел прижать его к полу, крепко удерживая обеими руками.

Тот еще некоторое время извивался и безуспешно пытался вырваться, а потом у него словно закончились силы, он обмяк и перестал вырываться.

Тяжело дыша, он беспомощно лежал на полу, Мир немного ослабил хватку, но тот даже не пошевельнулся.

Они еще долго так лежали на полу в полной тишине.

Постепенно дыхание Тео выровнялось, дрожь в теле почти исчезла.

Мир осторожно приподнял его руку и стал осматривать разбитые костяшки, покрытые кровью и уже начинавшие опухать после ударов о стену.

Тео лежал неподвижно, прикрыв глаза другой рукой.

— Прости... не понимаю, что на меня нашло, — произнес он тихо.

Голос его звучал устало и потерянно, и внезапно он снова казался собой прежним.

Мир тяжело вздохнул.

— Мне иногда кажется, ты так и не научился мне доверять, — с грустью ответил он. — И я не понимаю почему.

— Это не так...

Мир лишь слегка улыбнулся и, конечно, понимал в глубине души, что его ответ был ложью, как возможно и многое другое.

Возможно как и то, что Тео был с ним счастлив.

Но эта мимолетная мысль так болезненно отозвалась в его сердце, что он всеми силами постарался прогнать её прочь.

Через некоторое время Мир осторожно пошевелился, собираясь подняться с пола.

— Пойдём? — спросил он Тео. — Надо хотя бы руки обработать...

Тео несколько секунд неподвижно лежал, закрывая лицо ладонями.

А потом едва слышно произнёс:

— Выключи свет, пожалуйста.

Не говоря ни слова, Мир поднялся и подошёл к выключателю. Комната погрузилась в мягкий полумрак.

Затем он вышел в гостиную налить себе воды, попутно поднял опрокинутый стул и отодвинул осколки стекла в сторону.

Когда он вернулся в комнату, Тео уже сидел на полу, облокотившись спиной о кровать. Мир поставил стакан воды рядом с ним, и молча опустился на пол рядом.

Тео смотрел куда-то в пол, а Мир украдкой наблюдал за ним, привыкая к темноте.

— Иногда от твоих слов мне становится не по себе... — тихо произнёс он наконец.

— Я правда так не думаю... — ответил Тео, чуть нахмурившись. — Я знаю, что ты меня любишь...

Мир медленно покачал головой.

— Нет, Тео... я не про это.

Мир несколько секунд молчал, будто сам не хотел произносить это вслух.

— Про то, что ты жалеешь, что родился.

Тео растерянно посмотрел на него.

В глазах Мира не было ни упрёка, ни раздражения, только тихая, болезненная тревога, которая давно затаилась где-то внутри.

— Откуда у тебя такие мысли?..

Тео покачал головой, будто пытаясь отступить назад от собственных слов.

— Нет... я не...

Он отвёл взгляд, несколько секунд молчал, глядя в пустоту.

— Я просто иногда думаю о том, насколько другой могла быть жизнь моей мамы, если бы она никогда не встретила моего отца... тогда он не бросил бы её одну с ребенком.

Он устало выдохнул и добавил:

— Мне кажется, тогда она была бы намного счастливее.

Мир внимательно посмотрел на него.

— Тео... она очень любила тебя, — мягко произнёс он. — И я уверен, никогда не променяла бы тебя на какое-то абстрактное счастье.

Тео едва заметно кивнул.

— Я это знаю...

После недолгой паузы он медленно подвинулся ближе и опустил голову Миру на колени.

— Просто я всё равно очень злюсь на него...

Мир осторожно погладил его по голове и некоторое время молча перебирал пальцами пряди его волос.

— Знаешь... мой отец хоть и присутствовал в моей жизни, но мне тоже с ним всегда было сложно.

Мир слабо усмехнулся, но в улыбке не было ни тепла, ни веселья.

— Мне всегда казалось, что его любовь нужно заслужить. Хорошими оценками, правильными поступками, успехами... чем угодно, лишь бы соответствовать тому, каким он хотел меня видеть.

Тео повернулся, чтобы видеть лицо Мира, а он ненадолго замолчал, задумчиво разглядывая его.

— А потом я понял, что есть вещи, из-за которых мне никогда не оправдать его ожиданий, — тихо произнёс Мир. — Но проблема не во мне...

Он снова мягко провел по его волосам.

— ...и не в тебе.

Тео едва заметно пошевельнулся, но продолжал лежать у него на коленях.

— Это он не заслужил такого сына, как ты...

Мир невольно улыбнулся, наклонился и легко коснулся губами его виска.

И после того дня Тео словно стал собой прежним и некоторое время абсолютно ничего не напоминало о том его странном поведении. Он даже как будто стал спокойнее.

Мир почти перестал постоянно проверять, где находится Тео.

После того случая, когда он несколько часов не мог до него дозвониться, Тео сам включил ему геолокацию.

И Мир действительно иногда машинально смотрел, чтобы убедиться, что Тео дома, на курсах или ещё где-нибудь в знакомом месте.

Прошло еще пару недель, был обычный вечер среды, Миру снова пришлось задержаться на всю неделю в другом городе.

Днем они с Тео переписывались, он написал, что они с ребятами с курсов куда-то собираются выбраться, но ближе к ночи Тео перестал выходить на связь. Его геолокация зависла где-то в незнакомом районе города и не обновлялась уже пару часов.

Мир написал ему несколько сообщений, затем неоднократно пытался дозвониться, но ответа не было. Он уже не на шутку стал переживать, пытаясь безуспешно связаться с ним в течение нескольких часов, до глубокой ночи, пока не услышал взволнованный женский голос в телефонной трубке.

— Алло?

Мир резко поднялся с кровати.

— Кто вы? Где Тео?

Девушка на том конце заметно растерялась.

— Вы его друг?

— Я его... да, — чуть замявшись ответил Мир.

Сердце неприятно сжалось.

— Что с ним?

— Не пугайтесь только, пожалуйста, — осторожно произнесла девушка. — Он сейчас в больнице. Мы были в клубе, и там так получилось... он упал с лестницы. Мы сами толком не поняли, как это произошло.

— Он в сознании?

— Да... он пришел в себя, но чувствует себя очень плохо.

Девушка ненадолго замолчала, будто сомневаясь, стоит ли продолжать.

— Скажите... вы близкий ему человек?

Мир замер на мгновение, в груди снова неприятно кольнуло.

— Да. Достаточно.

На том конце тихо выдохнули.

— Тогда... может, это не моё дело... но он в последнее время вёл себя очень странно. Будто с ним что-то происходило. Мы даже не знали, как правильно реагировать.

Мир ничего не смог на это ответить, только поблагодарил за беспокойство.

Потому что где-то глубоко внутри он уже понимал, что именно она имеет в виду.

В эту ночь, пробираясь сквозь темноту, освещаемую лишь фарами машины, Мирослав начал осознавать, что теряет контроль над своей жизнью.

Происходило что-то плохое.

И началось это далеко не в тот вечер.

Но он по-прежнему искренне надеялся, что все еще наладится.