Пластинка второя

Пластинка вторая

Несколько дней Гарри боялся притрагиваться к пластинкам. Если только после первой, он уже не выдерживал, то что произойдёт при прослушивании следующих, он не знал. Эти дни он старался занять себя учебой, разговорами с друзьями, чтением книг. Но все равно, оставаясь наедине с собой, все его мысли возвращались к Драко Малфою.

Время было уже за полночь, когда Поттер покончил с домашним заданием, и всё-таки решился пойти и послушать вторую пластинку. Он не помнил, как взял коробку, как надел мантию и как оказался в Выручай-комнате. Все, о чем он думал, это то, кто же будет следующим человеком.

Вставив пластинку в проигрыватель, Гарри приготовился слушать.

Знаете, когда лучшие друзья предают тебя, и рядом не оказывается никого из знакомых, кому можно было бы поплакаться в жилетку, судьба подкидывает абсолютно непредсказуемых людей. Я не знаю, почему я решил довериться этому человеку, но я ни в коем случае не жалею об общении с ней.

Эта пластинка о тебе, милая Гермиона.

Глаза Гарри широко распахнулись, а сердце пропустило удар.

Гермиона. Его лучшая подруга. Девушка, с которой он прошёл через огонь и воду, и которая всегда его поддерживала.

«Что же ты натворила, Герми» отчаянно подумал Поттер.

Ты всегда меня привлекала. Не будь я геем, влюблённым по уши в одного парня, я бы поборолся за тебя, Грейнджер.

В голосе Драко чувствовалась нежность.

Кому расскажешь, никто не поверит. Драко Малфой восхищался Гермионой Грейнджер. Кажется, Поттер и правда сходит с ума.

И опять, упоминание неизвестного парня, начинало выводить из себя. Гарри срочно хотелось узнать, о ком идёт речь.

Ты прекрасный человек, Гермиона. Как друг, как девушка ты идеальная. Мне жаль, что только из-за твоего происхождения, мне приходилось так издеваться над тобой. Уже поздно пересматривать свои взгляды, но я правда сожалею. Вообще, я бы назвал себя великолепным актером. Так играть человека, которым не являешься, на протяжении нескольких лет, не каждому даётся.

Малфой посмеялся. Действительно, искренне посмеялся. Гарри не заметил, как сам начал от этого улыбаться. Во имя Мерлина, как же ему не хватает Драко.

В моей памяти до сих пор те вечера, которые мы проводили, находясь на службе старост. Первое время было самым неловким, признаюсь. Но с каждым нашим дежурством вместе, ты открывалась мне все больше и больше. И я открывался тоже. Меня тянуло к тебе. В тебе я чувствовал родственную душу и близкого человека.

*воспоминание*

После отбоя в коридорах Хогвартса наступала тишина. И только старосты школы патрулировали коридоры, дабы найти нарушителей правил и отправить по гостиным, не забыв снять баллы с факультета. В коридоре были слышны звуки шагов и тихого разговора.

– Тебе действительно стоило бы поспать, Драко. Я бы могла и сама пройтись. Все равно сейчас мало, кого можно встретить, – тихо сказала Гермиона. Ей не хотелось бы разбудить портреты. В такие моменты они бывают удивительными ворчунами.

– Не волнуйся за меня, Грейнджер, я позабочусь об этом. Последние несколько дней выдались напряженными. Блейз все также игнорирует меня, Панси с ним за компанию. Грегори и Винсент особенно скучны в разговорах, поэтому с ними я даже не пытаюсь поговорить, – рассуждал Драко, аккуратно освещая дорогу себе и девушке. – Тебе бы самой не помешало бы поспать. У тебя круги под глазами.

– Да, знаешь ли, времена тяжелые, – вздохнула Гермиона. – В последнее время Гарри снова снятся кошмары... ну... Сам-Знаешь-С-Кем. И мы с ним часто теперь сидим в гостиной, пока он пытается отойти от сна.

За последние пару месяцев они быстро сдружились, и теперь Грейнджер не боялась рассказывать ему такие вещи.

При упоминании Поттера, Малфой резко поднял голову.

– Снова? Ему снились и до этого? – стараясь выглядеть безразличными, спросил Драко. Когда дело касалось Поттера, блондин не мог не задавать вопросы.

– Да, с момента возвращения Темного Лорда, – девушка пожала плечами. – Но сейчас, когда он набирает силу и участились жертвы, кошмары преследуют Гарри почти каждый день.

– Я заметил это по его виду. Раньше он выглядел не таким бледным и отстранённым, – тихо сказал Малфой. Все его мысли были заняты Гарри, который сейчас мог мучиться от ещё одного кошмара. В груди неприятно кольнуло.

– Не думала, что ты обращаешь на него внимание, – шатенка с интересом разглядывала его. – В последнее время ты все чаще задаёшь вопросы о Гарри. – она наклонила голову вбок и рассматривала его.

– Правда? Да вроде как обычно, – слизеринец начал поправлять свои волосы. Он всегда так делал, когда нервничал.

– Что-то случилось, Драко? Ты можешь мне рассказать, – серьёзно сказала Грейнджер, заглядывая ему в глаза.

– Все в порядке, Гермиона. Если бы было что-то, я бы рассказал, – стараясь улыбаться как можно беззаботнее, Малфой пошёл дальше по коридору. Он не заметил, как девушка с тоской смотрела ему вслед.

*конец воспоминания*

Наша дружба была нашей маленькой тайной. Уверен, твои друзья были бы в шоке, узнай, что ты общаешься со мной. С моими произошло бы то же самое. Я надеялся, что мы сможем стать друзьями, моя милая Гермиона. Увы, мне свойственно ошибаться.

От этого обращения к Гермионе, Гарри передернуло. Было в нем столько яда, что позавидовал бы даже василиск. Не имея желания слушать дальше, Поттер вытащил пластинку, решив дослушать потом.

По дороге в гостиную Гарри старался не думать о том, что его лучшая подруга стала одной из причин самоубийства его возлюбленного. В душе скребли кошки. Хотелось подойти к Гермионе, встряхнуть её и спросить, почему она это сделала. Что именно она натворила, Поттер не знал, но наверняка не особо приятное. Боясь признаться в этом даже себе, гриффиндорцу было страшно слушать продолжение.

Зайдя в гостиную, он увидел Гермиону, которая сидела возле камина и пускала огоньки в воздух. Переборов себя, Гарри направился к ней.

– Привет, – тихо сказал он. Поттер не знал, как начать интересующий его разговор.

– Привет, – медленно ответила девушка, не прерывая своё дело. Она казалась измученной. Глубокие тени под глазами, больше обычного лохматые волосы и бледное лицо.

– Ты в порядке? – спросил Гарри. Ему было интересно, что сейчас происходит в жизни шатенки. В последнее время они не особо общались.

– А что такого? – вопросом на вопрос ответила Гермиона.

– Ты неважно выглядишь. У тебя что-то случилось? – волнуясь, спрашивал парень. Ему не нравилось поведение девушки.

– Да... кое-что случилось, – задумчиво произнесла она. Пламя из камина освещало ее лицо, а глаза казались жуткими. Медленно повергнув голову и посмотрев ему в глаза, она сказала:

– Я часто жалею об одном поступке, Гарри. Особенно сейчас. Я не могу спать и есть, потому что ненависть к себе не позволяет сделать это.

Гарри уже понял, что она говорит о случае с Драко. Любопытство взяло вверх.

– Ты можешь мне рассказать, – прошептал он. Гермиона странно дернулась и болезненно усмехнулась.

– Да... могу..., – наклонив голову на бок, произнесла она. На глазах у неё было слезы. – Мне так жаль, Гарри. Если бы я могла, я бы все исправила, – всхлипнув, сказала девушка.

– Герм..., – Поттер не ожидал, что Гермиона начнёт плакать. Осторожно сев рядом с ней, он аккуратно обнял ее. Она вздрогнула и уткнулась носом в его шею, продолжая плакать.

– Я... просто... не могла... не хотела упускать шанс... он был таким... а я..., – сбивчиво рассказывала девушка.

– Тише, тише, Гермиона, все хорошо, успокойся. Все будет в порядке, – шептал он, гладя ее по голове.

– Ничего не будет в порядке, Гарри, – утирая слезы рукавом, сказала она, отстранившись. – Прости, я пойду спать. Плохо себя чувствую.

И она ушла к себе в комнату.

*воспоминание*

– И что ты думаешь он мне сказал? Проваливай, Драко, и научись стучаться в гребанную дверь, – смеясь, рассказывал Малфой.

Они сидели в комнате какого-то учителя, который раньше преподавал в школе. Уставшие после дежурства, они решили немного отдохнуть.

– Ну ты даёшь, Драко, – улыбнулась Гермиона. – Знаешь же, что Блейз и дня не может провести, не приглашая подружку к вам в комнату.

Блондин лишь усмехнулся и сделал глоток огневиски. Алкоголь принесла Грейнджер, кто бы мог подумать. Сама она пить не захотела, ведь кто-то должен оставаться в здравом уме, а вот Драко это было нужно. Он ходил весь нервный и злой, как Снейп, когда кто-то снова заваливал зелье.

– Что-то голова сильно кружится. Ну и крепкое же ты пойло взяла, Грейнджер, – еле выговорил он. Он не видел, как девушка аккуратно поднялась и села напротив него, положив руки на его колени.

– Да, переборщила немного, – сказала она, поглаживая его и ведя руки вверх к ширинке.

– Стой, стой, Гермиона. Ты чего? – Драко уже укачивало, он еле удерживал сидячее положение. От действий девушки, в паху начало тяжелеть. – Какого черта, Грейнджер?! Ты что наделала?

– Мне жаль, Драко, но я не могла по-другому, – виновато ответила гриффиндорка. Быстро повалив его на кровать, она уселась сверху. Медленно раскачиваясь на бёдрах Драко, она чувствовала возбуждение парня и начала возбуждаться сама. Наклонившись, она втянула Малфоя в поцелуй.

Тело Драко само отвечало на действие девушки, хотя разум и бил тревогу. Руки легли на бёдра шатенки и подталкивали двигаться. На секунду в голове просветлело и Малфой задергался.

– Нет, Грейнджер, отпусти, я не хочу, – начал вырываться он, но безуспешно. Невербальное «Инкарцеро» связало его в мгновение ока.

– Тебе понравится, милый. Я тебе обещаю, – последнее, что запомнил Драко, была Гермиона, снимающая свою одежду.

***

Проснувшись утром, Малфой обнаружил себя все в той же комнате. Резко сев на кровати и заметив, что уже не связан, он увидел стоящую к нему спиной Грейнджер, которая собирала свои вещи.

– Зачем, Гермиона? – прошипел он. Чувство, что его предал ещё один близкий человек, выбивало из колеи.

– У меня не было выбора, Драко, – повернулась она к нему. На шее и на груди у неё была россыпь засосов, губы припухли от поцелуев, а волосы сильно запутались. Обрывки прошлой ночи медленно появлялись перед глазами. Вот он положил ее на спину и ласкал ее шею, вот он растягивает ее пальцами, одновременно страстно целуя, вот она кончает, обхватив ногами его талию и уткнувшись в его шею. Драко оглядел себя и обнаружил, что весь его торс украшают засосы и царапины. – Я знаю, что у меня никогда не будет шанса быть с тобой, или даже провести ночь. Я знаю, что ты влюблён в парня, Драко. Но меня это не остановило. Я хотела тебя и я тебя получила. Повторюсь, был бы ты натуралом, я бы не прибегала к такому мерзкому способу, но мне пришлось. Эта ночь навсегда останется в моей памяти, Малфой. Было приятно иметь с тобой дело, – холодно усмехнувшись, она застегнула последнее пуговицу на рубашке и ушла, закрыв за собой дверь.

А Драко так и остался на кровати, абсолютно голый и беспомощный.

*конец воспоминания*

И вот скажите мне, как бы вы чувствовали себя после этого? Я старался избегать тебя. И у меня это получалось. Но рано или поздно нам пришлось бы встретиться. И что же ты сделала, когда увидела меня снова? Прошла, будто я для тебя не существовал, твой безразличный взгляд, которым ты меня одарила, поставил окончательную точку, Гермиона. Больше я не делал попыток скрываться от тебя, ведь не было смысла. Ты уже не замечала меня, Грейнджер.

Пластинка оборвалась. Голос Драко дрожал, пока он рассказывал, а у Гарри разрывало сердце. Он плакал, пока слушал его историю. Почему, почему его не было рядом тогда? Почему он не был рядом с ним, когда Малфой остался один. Совсем один в этом жестоком мире.

***

Увидев Гермиону, Поттеру понадобилась вся сила воли, чтобы не ударить ее. Вместо этого, он схватил ее за руку, повёл в комнату, посадил на стул и посмотрел на неё.

– ТЫ НЕ ИМЕЛА ПРАВО С НИМ ТАК ПОСТУПАТЬ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, – кричал Гарри. Девушка лишь опустила голову, и парень видел, что плечи ее задрожали, и она обняла себя руками.

– Мне так жаль, Гарри, так жаль, – рыдала Гермиона.

– Ох, неужели тебе жаль, Гермиона, – голосом полным яда, сказал Гарри. – А тогда тебе было все равно. Когда ты изнасиловала его. Что, повелась на красивую обертку? – срывался Поттер. Ненависть к девушке переполняла его.

– Я думала, что нравлюсь ему! – крикнула девушка. – Первое время мне так и казалось. Все эти его взгляды, поддержка, касания, – Гарри дёрнулся. – Я надеялась, что мы будем вместе. Но потом он начал беспрерывно говорить об одном парне, – поморщилась Гермиона. – О том, какой он прекрасный, какие у него замечательные волосы, красивые глаза, – передразнивая Драко, говорила шатенка.

– Я ещё раз повторяюсь, это не давало тебе гребанного права так с ним поступить, – грубо сказал Гарри. Снова упоминание этого парня. «Почему каждый человек из пластинки упоминал его? Он что, настолько особенный?» Гарри не понимал. Но безумное желание узнать, кто это, росло с каждым днём.

– Если бы я могла, Гарри, я бы все исправила, – плакала девушка. – Или хотя бы извинилась перед ним.

– Слишком поздно у тебя проснулась советь, Грейнджер, – грубо произнёс он. – Не попадайся мне больше на глаза.

И Поттер, развернувшись, ушёл из комнаты, по пути пройдя мимо Рона, который с удивлением смотрел на плачущую девушку и злого друга. Что произошло между лучшими друзьями, он не знал.