Глава 21

Гибкие Лианы шла рядом с отцом. Он шагал уверенно, как всегда, но теперь — рядом с ней, своей дочерью, которую он вернул из лап судьбы. Позади двигался отряд: верные воины, дышащие ровно и шагавшие с твёрдой решимостью в сердце. Она рассказывала им про путь — как длинным он был, как непростым. Про речку, про запахи, про тропы, что вели в никуда, и о той пещере, где впервые за долгое время она почувствовала безопасность.

— Путь не близкий, — говорила она, оглядываясь на воинов. — Но я знаю его. Я выведу вас.

Коты кивали. Никто не жаловался. Они шли. Первый день прошёл в напряжённой тишине. Второй — в настороженном молчании. А на третий рассвет, когда небо только начинало окрашиваться в бледно-золотистые краски, среди деревьев показалась знакомая скала. Пещера. Её убежище. Точка отсчёта.

У Гибких Лиан сердце сжалось — как будто кто-то коснулся его лапой. Её взгляд метался по зарослям. Душа билась, как птица, выпущенная из клетки.

— Он здесь… — прошептала она.

И вдруг, будто по велению её сердца, из-за кустов появилась знакомая фигура. Серебристый кот, тонкий, высокий, его глаза — как лунное отражение на воде, серьёзные и добрые. Он замер, увидев её. И в тот же миг она, не сдержавшись, сделала шаг вперёд, потом ещё один, и закричала:

— Тенелист!

Его имя сорвалось с её губ, как дыхание. Он рванулся к ней — быстрая тень, легкий ветер, и уже был рядом. Она врезалась в него грудью, прижалась щекой к его плечу. Он нежно ткнулся носом в её шею.

— Ты вернулась… — тихо выдохнул он. — Я чувствовал, что ты вернёшься.

Гибкие Лианы не ответила сразу. Она закрыла глаза. Сердце билось быстро. И впервые за долгое время — в ритме счастья.

За их спинами Сухие Лианы с лёгкой, почти невидимой улыбкой наблюдал за сценой. Остальные коты переглядывались с уважением. Всё становилось на свои места.

Из пещеры начали выходить остальные: Янтарь, Прыг, Угорь, Уголь. Их глаза радостно сверкали. Гибкие Лианы бросилась к ним, обняла каждого по очереди. Словно вернулась к семье. Вернулась домой — в сердце, не по месту.

— Спасибо вам, — прошептала она. — Спасибо за всё.

Тенелист посмотрел ей в глаза.

— Мы рядом. Мы не дадим тебе остаться одной. Ни в этом бою. Ни после.

Гибкие Лианы кивнула. Впереди ещё много. Но сейчас — она стояла здесь, в окружении тех, кто её любит. А это значило, что она уже победила наполовину.

***

Солнце поднялось чуть выше горизонта, озаряя скалу мягким светом. Листва вокруг пещеры тихо шелестела на ветру, и казалось, что сам лес затаил дыхание, видя, как прошлое встречается с настоящим.

Тенелист повернулся к Сухим Лианам и сказал ровным, уверенным голосом:

— Здесь безопасно. Они не найдут нас, пока солнце не встанет в зените. Мы можем остаться до следующего рассвета. Пускай отдохнут, они многое пережили. А мы с Янтарём, Прыгом и Угорём сходим на охоту. Всем нужно поесть.

Сухие Лианы кивнул. Его глаза скользнули по дочери. Он видел, что она утомлена, и знал — ей нужно немного тишины.

Когда группа котов скрылась в лесу, Гибкие Лианы и Тенелист остались одни. В пещере царила мягкая полутьма. Воздух пах камнем и мхом, но это был запах, в котором она чувствовала себя в безопасности.

Они сели рядом, и некоторое время просто молчали, вслушиваясь в тишину и в собственные сердца. Гибкие Лианы опустила голову, позволив себе расслабиться. Она чувствовала, как его тепло рядом наполняет её грудь какой-то удивительной лёгкостью.

Тенелист шевельнулся. Его голос прозвучал почти шёпотом:

— Когда я впервые увидел тебя… я не знал, кто ты. Но я знал, что ты важна. Что ты не просто беглянка. Ты была искрой — и мне так захотелось её сохранить.

Она посмотрела на него. В его глазах — открытость, свет, и тревога, и нежность, всё вместе.

— Тенелист… — прошептала она, — ты спас меня. Ты верил, даже когда я не верила себе.

Он приблизился ближе, едва касаясь её шерсти своей. — Я бы пошёл за тобой хоть на край леса. Я и пошёл. Не потому что мне велели. А потому что я… люблю тебя, Гибкие Лианы. Я понял это ещё в ту ночь, когда ты выбежала из логова. Ты была вся в крови и боли, но я видел — ты светишься.

Мир вокруг затих. Даже ветер перестал шевелить листья. Только её дыхание и его. Она прижалась к нему, медленно, осторожно, словно боясь разрушить этот момент.

— Я тоже… — выдохнула она. — Всё это время. Я боялась, что потеряю тебя. Боялась, что не смогу сказать…

Он обвил её хвостом, и они сидели так, не замечая времени. Где-то за пределами пещеры трещал куст — то вернулись охотники. Но в этом кратком мгновении были только они двое, сердце к сердцу, душа к душе.

Она впервые за долгое время чувствовала себя целой.

***

Они всё ещё сидели рядом, когда Тенелист вдруг повернулся к ней. Его взгляд был серьёзным, но в нём светилась надежда и решимость.

— Когда мы вернём котят, — произнёс он негромко, но с твёрдостью в голосе, — я пойду с тобой в племя. Я хочу стать частью твоей жизни. Я хочу быть частью вашего Племени. Я хочу быть отцом твоих котят, если ты позволишь.

Эти слова словно повисли в воздухе, тихо, как лепесток, опустились между ними, затронули самую глубину её сердца.

Наступила тишина. Гибкие Лианы опустила взгляд, внутри неё всё трепетало, словно листья на сильном ветру. Она вспомнила путь, который прошла. Боль, страх, бегство, одиночество… но именно он был рядом. Он и остальные. И теперь — он здесь, с ней. Он просит не просто быть рядом, он просит быть семьёй.

Она подняла глаза, и её взгляд был светлым, как небо после грозы. Лёгкая улыбка появилась на её губах. Тёплая, искренняя, настоящая.

— Да, — прошептала она. — Да, Тенелист… Я хочу этого. Я хочу тебя рядом. Я хочу, чтобы ты был отцом моих котят.

Он нежно коснулся её носом. Молчаливо, но в этом касании было больше, чем в тысячах слов.

В этот момент вход в пещеру зашуршал. Вернулись охотники. Янтарь, Прыг и Угорь несли в зубах свежую дичь — двух мышей, мелкую птицу и даже жирного крота. Листья и ветки на их спинах были влажны от росы.

— Удачная охота, — прокомментировал Угорь, стряхивая с уха прилипший лист.

Тенелист и Гибкие Лианы быстро отступили друг от друга, но Янтарь всё понял по глазам. Он хитро прищурился, но ничего не сказал — только тепло улыбнулся.

— Еда готова, — сказал Прыг, выкладывая добычу. — Пора подкрепиться, завтра будет важный день.

Они устроились в круг у входа в пещеру. Мягкий свет заходящего солнца проникал внутрь, окрашивая стены в янтарные и медные тона. Коты жевали в молчании, наслаждаясь редким моментом покоя.

Гибкие Лианы чувствовала, как где-то внутри оживает сила. Завтра они отправятся спасать её котят. И теперь она не одна.

Она была сильна.

Она была Лианой.

И рядом с ней — те, кто верит, кто идёт с ней до конца.