Глава 3

Рассвет расстилался над лесом мягким золотым светом, но Гибкая Лиана уже шла. Шерсть ещё хранила холод ночной сырости, лапы были тяжёлыми, но в её взгляде горел огонь.

Сон не отпускал. Образы — размытые, полупрозрачные — всплывали перед глазами, как отражения в воде. Мягкий голос… тепло материнской шерсти… сильные лапы отца… Всё это исчезло, но оставило за собой странную уверенность: она идёт правильно.

С тех пор, как она проснулась, одна мысль не покидала её: туда, где солнце ложится спать. Почему? Она не знала. Но внутренний голос, словно отблеск далёкой памяти, подсказывал — там её ждёт что-то важное.

Двигаясь на запад, она пересекала всё новые и новые участки леса. Он становился гуще, мрачнее. Местами её путь преграждали буреломы или болотистые низины, но она не сворачивала.

Иногда ей казалось, будто лес сам помогает ей. Ветки пригибались, давая дорогу, мышиные тропы выводили на более лёгкие пути. А однажды, ближе к полудню, она нашла ручей с чистой водой и дикой мятой. Там она остановилась ненадолго, чтобы поесть и отдышаться.

Затем — снова в путь.

Солнце клонилось к горизонту, его лучи вырисовывали на земле длинные тени. Сердце Лианы билось быстрее с каждым шагом — будто нечто важное приближалось. Воздух пах переменой, и где-то в глубине она чувствовала: скоро произойдёт что-то, что изменит всё.

Когда закат окрасил небо огнём, она остановилась на вершине склона. Перед ней простиралась долина, залитая оранжевым светом. Лес кончался, открывая простор, а вдали темнели новые холмы.

Гибкая Лиана села. Глаза её горели отражением заката. Она не знала, что ждёт за этими холмами. Но знала: она идёт туда, где начинается её правда.

Путь на запад вёл её всё дальше и дальше — через леса, поля и холмы. Вскоре перед ней раскинулась широкая река. Вода неспешно текла в том же направлении, что и её путь, отражая лучи заходящего солнца, как расплавленное золото.

Гибкая Лиана остановилась на берегу и прищурилась, разглядывая блестящую гладь. Река была широкой, но не бурной. По одну сторону берег порос камышом, а в заводях сновали серебристые тени.

Она склонилась над водой, заворожённая движением. Живот заурчал — она не ела с самого утра. Снова взглянула на солнце — оно всё ещё висело над линией горизонта, давая ей ориентир.

— Я успею, — пробормотала она и медленно зашла в воду, где было мелко.

Лапы коснулись ила, и мурашки побежали по спине от холода. Она затаилась, сосредотачивая внимание на мерцающих тенях под поверхностью. Раз — мимо пронеслась рыбка. Два — ещё одна сорвалась прочь, заметив движение. Но с третьей попытки, поднырнув неожиданно сбоку, она подцепила рыбу когтями и с триумфом вытащила её на берег.

— Получилось! — с удовлетворением фыркнула она, тяжело дыша.

Рыба была небольшая, но сытная. Гибкая Лиана съела её, ощущая, как тепло разливается по телу. После трапезы она вновь взглянула на небо — солнце ещё не село, и тень её вытягивалась далеко по берегу.

Она прошлась вдоль воды, внимательно следя за течением и оглядываясь — чтобы не сбиться с пути. Река звенела убаюкивающим журчанием, но в её сердце нарастало странное волнение, словно вода не просто помогала идти, а вела её.

"Ты идёшь правильно. Дальше. Всегда дальше."

С этими мыслями она продолжила путь, а солнце медленно склонялось к далёким холмам, за которыми, возможно, её ждало настоящее.

Насытившись рыбой и немного отдохнув, Гибкая Лиана отряхнулась и вновь двинулась вперёд — вдоль извилистой реки, которая всё так же текла на запад, туда, где исчезало солнце.

Свет заката медленно опускался на землю, окрашивая мир в мягкие оранжевые и розовые тона. Лиана время от времени вскидывала голову, чтобы не потерять направление. Солнце было её компасом. Оно не говорило с ней вслух, но она чувствовала — его путь и её путь теперь неразделимы.

Через какое-то время река повернула, и с высоты небольшого холма она увидела: течение уводит в сторону, а солнце уходило за горизонт, будто намекая — нужно перейти на другой берег.

Гибкая Лиана замерла на краю берега. Вода здесь была шире и глубже, чем раньше. Волны лениво плескались о камни, но сдерживали её шаг. Она приблизилась, наклонилась, смотрела на отражение, и в нём будто мелькнуло нечто — её собственный взгляд, полный страха.

Она не умела плавать.

Сердце застучало быстрее. Лапы невольно отступили назад. Река не казалась враждебной… но и дружелюбной тоже. Она стояла, колебалась, а солнце всё ниже склонялось, грозя вот-вот исчезнуть совсем.

— Прости, — тихо прошептала она, — я пока не могу…

Повернувшись, она пошла вдоль берега дальше, стараясь не терять направления. Может быть, где-то впереди будет брód. Может, дерево, перекинутое через воду. Может — шанс.

С каждым шагом внутри всё сильнее гудело чувство: она идёт не туда, она упряма, но солнце прощает её. Оно подождёт, только бы она продолжала путь.

И она шла. Шла туда, где ещё не было ответов, но где росло предчувствие встречи.