15

Пов Мирослава

Воскресенье мой единственный выходной. Я так долго его ждала, что даже сон стал крепче и слаще. Никаких звонков будильника, никакой суеты. Только утро, тёплое одеяло и ощущение свободы. Проснуться я в 10 утра  позже обычного - уже маленькое счастье.

— Златуля, а куда ты так наряжаешься, сонце? — спросила я с ухмылкой, сонно зевнув и сев на кровать.— Да так… ресницы крашу, — ответила она. — Погулять кое с кем.

Я сразу же проснулась и усмехнулась:— А я этого «кое-кого» знаю?

В голове уже прокручивала всех, кто это может быть.— Просто Дино позвал погулять, — сказала она с хитрой улыбкой. Я видела, как она была этому рада.

— Что?! Дино?! Ничего себе! — удивилась я и подошла сзади. Она перестала краситься и повернулась ко мне.— Поздравляю, подруга, — сказала я, но, посмотрев на её макияж, сразу перестала улыбаться. — Злата, ты издеваешься? Что за мрачный макияж?

Ещё скажи, что наденешь свои шаравары (широкие джинсы) и оверсайз футболку?!— Да, а что?

Я легонько ударила себя по лбу и пробормотала:— Ты точно издеваешься. Смывай это немедленно.— Нет! Я его почти час делала.— Злата, доверься мне.— Нет.— Если дашь себя накрасить, дам свои каблуки.— Честно? — чуть недоверчиво спросила она.— Да, честно, — сказала я и протянула ей ватные диски с мицелляркой.

Взяла её косметику (у меня особо не было даже кисточек) и начала рисовать. В итоге получился лёгкий и красивый макияж. А ей даже идёт етот стиль макияжа.

Я слегка накрасила ей губы, накрутила локоны и протянула платье с каблуками. Она зло глянула на меня.

— Надо, Златка. Красота требует жертв, — сказала я, посмотрела на неё умоляюще. — Хоть просто примерь.

Пока Злата переодевалась, я сидела в телефоне и размышляла о своём вечном кошмаре. Говорят, если снится один и тот же сон — это знак. Но почему мой сон такой бредовый? Не может же быть, что Люцифер — демон. Я посмеялась от собственной мысли и зашла на сайт «Соник», о котором случайно услышала, когда клиентки обсуждали одежду.

Там было написано:«Видеть демона во сне для женщины — значит воспринимать мужчину как тёмную силу, которая подавляет и завораживает вас. В интимных отношениях тоже присутствует страх и порабощение…»

— Нет, я же его не боюсь, — хмыкнула я и вышла с сайта. — И вообще я его не люблю. Тогда к чему этот сон?

Тут вышла Злата, и я не смогла оторвать взгляд.— Брат, ты что, девочка? — процитировала я звук из тиктока.— Мирослава, тебе конец! — засмеялась она.— Ладно, тихо-тихо. Тебе очень идёт. Наконец-то похожа на человека, — улыбнулась я.— Мама, блин, номер два… — пробормотала она, глянув в зеркало. — Не слишком вульгарно?

— Нет, в самый раз. Иди к своему суженому-ряженому, потом расскажешь. Кстати, сколько время?— 11:30.— Ну… Злата, уже 11:29.— Чёрт!— Ничего, девушка на свидание всегда опаздывает минут на пять.

Она взяла сумку, я её обняла, и Злата ушла. Я сделала себе ромашковый чай. Ксения, как всегда, поехала к своему «котику». Почему все в последнее время на отношения настроены?

Я взяла книгу «Царство Греха» — мою любимую. Восхищаюсь главной героиней: смелая, хоть иногда и слишком наивная. Сейчас читала главу про бал, где должны были раскрыть её страх, чтобы напитаться энергией. Но Гнев не дал пролить её кровь и вызвался добровольцем.

И тут, когда я уже сосредоточилась, пришло сообщение. Это был Люцифер.

— Привет. Как дела? Что делаешь?

Я хотела проигнорировать, но стало любопытно.— Нормально. Чай пью. Ты ведь не просто так пишешь. Что хотел?— Миледи, вы как всегда правы. Хотел пригласить вас вечером прогуляться по парку. Что думаешь?— …— Я не кусаюсь. Хотя если захочешь — могу и не только 😉.

Я закатила глаза и написала:— Ты же от меня не отстанешь?— Верно. Так что тебе легче согласиться.— Ладно, так уж и быть. Но ненадолго.— Жду в 17:00, принцесска.

Он вышел из сети. Я дочитала главу книги, потом решила заняться уроками. Время пролетело быстро: уже было 16:00. Я особо не заморачивалась, чтобы он не подумал, будто я волнуюсь. Нанесла крем, увлажнила лицо, слегка накрасила губы (яркую помаду приглушила салфеткой и бальзамом).

Из шкафа достала одежду — хоть вещей у меня и немного, но я всегда умудрялась красиво нарядиться. В итоге выбрала образ, добавила любимую кожанку, распустила волосы, расчесала их, взяла сумку и надела белые кеды.

К назначенному месту я пришла вовремя. Он уже сидел там и протянул букет ромашек.— Тебе, принцесска.— Это что, свидание?— Ну… нет. Но если хочешь, то почему бы и да, — сказал он с ухмылкой.

(Взглянув на его одежду, я подумала, что она ему очень идёт)

Я отвела глаза.— Спасибо, — прошептала я и взяла букет к груди букет ромашек.

Мы пошли по аллее парка. Солнце медленно клонилось к закату, окрашивая небо в мягкие золотисто-розовые оттенки. В воздухе витал запах свежей травы и осенних листьев, а где-то неподалёку слышался смех детей.

— Ты знаешь, — начал Люцифер, чуть улыбнувшись, — ромашки — мои любимые цветы. Они простые, но искренние. Как ты.

Я удивлённо посмотрела на него.— Ты серьёзно сравнил меня с ромашкой? — засмеялась я.— А что? — пожал он плечами. — Они такие же упрямые. Растут где хотят и украшают собой любое место.

Я закатила глаза, но в душе стало тепло. Он умел подбирать слова так, что даже банальная фраза звучала необычно.

Мы шли медленно, разговаривали о мелочах, и время будто перестало существовать. Он рассказывал какие-то смешные истории, а я ловила себя на мысли, что улыбаюсь чаще, чем планировала.

На скамейке у пруда мы остановились. Вода переливалась в лучах солнца, отражая последние краски дня. Я поставила рядом букет и присела. Люцифер посмотрел на меня пристально, и на секунду стало неловко.

— Ты ведь хотела отказаться, да? — вдруг спросил он.— Хотела, — честно ответила я. — Но… любопытство победило.— И не зря, — сказал он тихо, а его голос прозвучал серьёзнее, чем обычно.

Мы ещё немного посидели в тишине, слушая, как листья с лёгким шорохом падали в воду. Тёмная гладь пруда колыхалась от лёгкого ветра, а в воздухе витал тонкий запах сырости и осени. Я поймала себя на мысли, что мне совсем не хочется уходить.

В парке уже один за другим зажигались фонари, их мягкий свет ложился золотыми кругами на тропинки. Люди постепенно расходились: кто-то торопливо вёл ребёнка за руку, кто-то тихо переговаривался с другом. Всё вокруг стихало, словно мир давал нам возможность остаться наедине.

Я сидела, упрямо не двигаясь с места, будто сама себе придумывала оправдания, почему ещё рано вставать. Внутри было странное чувство: я старалась выглядеть спокойной и холодной, но на самом деле просто тянула время, будто специально.

— Ты сегодня какая-то необычная, — сказал Люцифер, посмотрев на меня чуть пристальнее.— Не выдумывай, — отрезала я и скользнула взглядом в сторону. — Просто давно не выбиралась гулять.

Он усмехнулся, но больше ничего не сказал. И всё же я чувствовала, что он не спешит прерывать разговор.— Так расскажи что-нибудь о себе, — предложил он. — Интересно послушать не «холодную принцессу», а настоящую тебя.

— Настоящая я — это лекции, семинары и куча конспектов, — пожала я плечами. — Универ не отпускает даже в выходные.— Но ведь не только в этом дело? — с вызовом спросил он.— Может быть, — ответила я сухо и сделала вид, что меня больше интересует прохожий с собакой, чем он.

На самом деле я знала: слишком много сказать ему — значит показать слабость. А я не собиралась.

Мы ещё немного прошлись по аллеям, и когда стало уже поздно, я сама остановилась.— Всё, хватит. Мне пора в общагу, — произнесла я твёрдо.

— Я провожу, — спокойно ответил он, даже не оставляя места для возражений. В его голосе не было ни тени сомнения решение уже принято. Это звучало не как предложение, а как факт, с которым мне оставалось только смириться. Он даже не подумал спросить, просто поставил меня перед свершившимся.

Дорога до общежития была тихой и даже немного напряжённой. Он изредка пытался завести разговор спрашивал о чём-то незначительном, делал короткие комментарии о погоде или о свете фонарей. Но я отвечала односложно, сдержанно, не позволяя себе ни улыбки, ни лишней интонации. Внутри всё кипело, но снаружи я старательно сохраняла холодную маску. Я чувствовала его взгляд на себе внимательный, будто он хотел прочитать мои мысли. Однако я упрямо смотрела вперёд, делая вид, что ничего не замечаю. Между нами словно действительно стояла невидимая стена, которую никто из нас не решался сломать.

У входа я остановилась.— Спасибо за прогулку, — сказала я ровным голосом, делая вид, что букет в руках ничего для меня не значит.— Всегда пожалуйста, — тихо ответил он, чуть наклонив голову. — Доброй ночи, Мирослава.

Я лишь кивнула и, не оборачиваясь, зашла внутрь. Дверь за мной тихо захлопнулась, оставив за стенами коридора его лёгкий смех и ту самую улыбку, которую я пыталась не замечать.

16

В своей комнате я подошла к столу и посмотрела на ромашки в стакане. Их белые лепестки казались обычными и спокойными но почему-то тепло, которое я почувствовала от его улыбки, не уходило. Я тихо повторила самой себе: «Ничего особенного, просто улыбка. И всё».

Села на кровать и, невольно улыбнувшись, поняла: может, мне просто приятно, что кто-то видит меня такой. Эти минуты лёгкие, почти случайные, казались странно тёплыми в своей простоте. Я провела взглядом по ромашкам в стакане, заметив, как свет вечернего солнца играет на их лепестках, и на мгновение показалось, что весь мир вокруг тоже стал мягче, тише, чуть ближе.

Ничего большего. Просто лёгкая симпатия, ничего больше. И в этой мысли было что-то странно мягкое, почти успокаивающее, хотя я сразу старалась отвернуться от неё, словно опасаясь, что она может остаться сO мной дольше, чем я позволю себе признать.

И всё же, сидя там в тишине, я поняла, что некоторые ощущения невозможно полностью отогнать они остаются, тихие и осторожные, как тени на стене, напоминая о том, что сердце иногда знает больше, чем разум.

Просто лёгкая симпатия, ничего больше.

--------------------------------------Дорогой читатель ,первый шаг иногда даже лёгкая симпатия к чему-то большему. Как писал Джейн Остин, «сердце выбирает того, кого разум едва замечает». И, возможно, для наших героев этот шаг уже сделан, а впереди только начало истории.