Нахлынувшие воспоминания.

     Как вы думаете, с чего началось моё сегодняшнее утро? Нет, не с кофе и не с тёплого душа. И нет, не с нежных объятий любимого. Моё отвратительнейшее утро началось со звонка Рознева.

      — Огнева, ты где ходишь?! Звонок через три минуты! — заорал в трубку Лёшка. 

      Мои сонные глаза резко распахнулись и в панике забегали по комнате в поисках одежды. Какая же я дура! Вот скажите мне, как можно было забыть поставить будильник?!

      Умывалась и расчёсывалась в спешке. Думаю, объяснять, что на английский язык я не успеваю, не требуется. Кое-как натянув серые брюки и нежно-розовый свитшот, выскочила из гримёрки. Да что ж за день-то такой! Вот вроде только начался, а уже… кхм… плохой.

      В класс я влетела, когда до звонка оставалось пятнадцать минут. Борясь с отдышкой, уже представляла, как наша бабулька начнёт ворчать.

      — Анастасия Леонидовна, извините меня, грешную. Бес попутал, каюсь. Можно войти? — протараторила я и подняла свои глаза на учительскую парту.

      Но каково же моё удивление было, когда вместо учительницы английского языка на стуле вальяжно развалилась Елена Александровна! Говорю же, не день, а сплошная пятая точка.

      По классу пробежали смешки. Ну да, я, наверное, очень смешно выгляжу. С расстрёпанными волосами, когда-то заплетёнными в косичку, красным от бега лицом и глазами по пять копеек.

      — Огнева, дневник на стол и садись на место, — не поворачивая головы пролепетала Елена. Но потом она вдруг решила передумать и по-змеиному посмотрела на меня. Что-то мне страшно от такого взгляда. — А хотя… Иди-ка ты к доске и продемонстрируй своё домашнее задание.

      Я обречённо закатила глаза. Эта змеюка ещё и опозорить перед всем классом меня решила.

      — Конечно, Елена Александровна. Только портфель оставлю, — невинно хлопая глазками, попросила я и незаметно стащила тетрадь Драгоция. 

      Надеюсь, что этот человек сделал домашнее. Или хотя бы додумался его списать у кого-нибудь.

      К моему удивлению, Фэш действительно что-то написал. Быстро переписав всю эту никому не нужную чушь, я села на место.

      — Хорошо, Огнева, всё верно. «Четыре», — прошипела Елена. 

      Вау, я думала, будет тройка.

      На недоумённый взгляд Драгоция лишь пожала плечами. Зачем ему вникать в мою жизнь? Ему бы в своей разобраться.

      — Огнева, а не прифигела ли ты? — спросил Драгоций, отбирая тетрадь. Нет, ему жалко что ли?

      — Фэшик, ну ты же мне друг? — пару раз моргнула для наивности. 

      Парень скривился на «Фэшик», но потом резко притянул к себе и обнял за талию. И вот тут-то я действительно прифигела.

      — Парень, Василёк, парень. Запомни, милая, — прошептал Драгоций, целуя в макушку.

      Не сказать, что это было противно, даже наоборот… Стоп. Что-то меня куда-то не туда понесло. Недосып, наверное.

      Я хотела возмутиться, мол, что он себе позволяет, но потом до меня дошли воспоминания событий вчерашнего вечера.

      — Обязательно меня лапать при всех? — фыркнула, услышав, как где-то за спиной послышался треск карандаша. Ммм… ревность.

      Всегда мечтала, чтобы меня возненавидели одноклассницы. Вот прям получаю удовольствие, когда мою спину сверлят ненавидящим взглядом. (Для тех, кто не понял, это был сарказм).Хотя-я-я… Видеть искажённое от злости лицо Маришки даже приятно. Надеюсь, что после следующей перемены мой нос будет целым.

      И всё-таки один плюс у этой аферы есть. После всего этого Драгоций не посмеет ко мне подойти. А это значит, что моя жизнь постепенно вернётся в прежнее русло, и никто не будет в неё нагло врываться.

      — Милый, а не подскажешь, как долго я должна притворяться Маришей? — невинно хлопая глазками спросила я. 

      А что? Вполне логичный вопрос.

      — Кем? — ну почему до этого голубоглазого всё так долго доходит?

      — Наивненькой дурочкой, потерявшей от твоего взгляда голову, — лелейным голоском любезно пояснила, закатывая глаза.

      — Для начала недельки две. А дальше как пойдёт, — хмыкнул Фэш и повернул свою пустую головушку на доску. 

      Это будут самые долгие две недели моей жизни…

      Елена выписывала какую-то формулу. Интересно, а она сама хоть понимает, что за закорючки пишет? Я вот, к примеру, нет.

      Мой сосед по парте сказал, что английский язык заменили химией, так как Анастасия Леонидовна приболела. Супер!

      Наконец прозвенел спасительный звонок. Я хотела уже выскочить за дверь, но Драгоций считал иначе. Нежно обняв меня за талию (Фэш бывает нежным?!), он повёл к Нику. Лазарев удивлённо смотрел на нас, впрочем, как и половина класса, не успевшие выйти из кабинета.

      — Эм, вы вместе? — сразу в лоб спросил парень. 

      Мои щёки слегка покраснели под пристальным взглядом Ника. Хотя нам это только на руку. Часть учеников столпилась около парт, выжидая ответ.

      — Да, — сказали мы с Фэшем одновременно. Вот только я — со смущением, а Драгоций спокойно и даже с некой каплей гордости.

      По классу пробежали шептания. Где-то сзади послышался звук упавшей книги. На сто процентов уверена, что у Маришки отвисла челюсть.

      Фэш что-то прошептал Лазареву и усмехнулся. Ник же недовольно поджал губы и накинул свой рюкзак на плечо.Наш класс шёл на биологию, что-то бурно обсуждая. И я даже догадываюсь что.

***

      После второго урока мы отправились в столовую. Заинтересованных взглядов стало гораздо больше, ведь Драгоцию приспичило держать меня за руку.Эх, знал бы он, что встречается с человеком, которого люто ненавидит…

      Мы спокойно сели за столик. Ну… как спокойно… Фэш усадил меня к себе на колени, бережно обнимая за талию. Я покраснела, но возмущаться не стала. Что могла сделать?! Мне оставалось лишь вдыхать лёгкий аромат ландышей и сидеть смирно, улыбаясь во все тридцать два. Хотя знаете… Я ни на что не намекаю… но в какой-то степени было даже немного приятно чувствовать себя защищённой и нужной. Пусть это всё и не по-настоящему.

      Напротив нас уместил свою пятую точку Ник. Вскоре присоединился и Лёшка, до сих пор ошарашенно смотрящий на меня. Не каждый день подруга заявляет, что встречается с тем, кого ненавидела всего несколько дней назад.

      Но приз за самое лучшее удивление нашим «отношениям» получает Николь. Как только сестрёнка подошла к столу, её лицо мгновенно побледнело, а глаза расширились настолько, что казалось, будто мелкая вот-вот упадёт в обморок. Схватив со своего подноса компот, удивлённая сестрёнка судорожно начала глотать напиток.

      — Николь, поверь, у меня была такая же реакция, когда я узнал, что эти двое встречаются, — выдохнул Рознев, а вышеупомянутая поперхнулась.

      Эх, сестрица, многого же ты не знаешь…

      — А что в этом такого? — хлопая ресничками спросила я, обвивая шею Драгоция своими руками. 

      Тот только крепче сжал меня в объятиях и одобряюще улыбнулся. На щеках заблестели милые ямочки, и я еле удержалась, чтобы не потискать их.

      — Просто подозрительно как-то. Ещё несколько дней назад ты его ненавидела так, что видеть не хотела, а тут на шею вешаешься, — высказал моё мнение Лёшка.

       Драгоций напрягся, а к моим щекам начал приливать румянец. Охватываемая паникой, я выпалила первое, что пришло в голову:

      — А кто сказал, что я его ненавидела? Кто сказал, что я не хотела его видеть из-за неприязни? Может, я — просто хорошая актриса? — загадочно и немного игриво протянула я. Да мне в театральное надо!

      Вилка, которой Рознев ковырял свой салат, с громким звоном упала на пол. Несколько учеников обернулось на звук. Ну Лё-ё-ёша! И так за сегодняшний день меня успело прожечь взглядом пара десятков девушек, а тут ты ещё излишнее внимание к нашему столику привлекаешь!

      — Ребят, я пошла на урок. Фэш, ты со мной? — проворковала я, вставая из-за стола. Нужно было успеть сказать несколько слов своему «парню». А то надумает ещё чего-нибудь.

      Драгоций медленно кивнул и пошёл вслед за мной, крепко сжимая мою ладонь.

      — Ты так убедительно говорила, что мне даже показалось, что это правда, — хмыкнул Фэш, когда мы уединились за углом здания.

      — Тебе показалось, Драгоций, — закатила глаза, думая, какой же он самовлюблённый индюк. — Надо же было спасать нашу непродуманную историю любви.

      Мы продолжили идти, не говоря ни слова. До двери оставалось метров десять, когда я решила нарушить гробовое молчание.

      — Слушай, а что должен сделать Ник? — немного равнодушно спросила я. 

      На самом деле мне было всё равно, но надо же как-то поддержать разговор, которого нет.

      — Он должен пригласить на свидание мою немного сумасшедшую сестру. Знаешь, она давно нравится Лазареву, но тот всё никак не решался к ней подойти. Даже не знаю, чем эта буйная головушка зацепила Ника, — задумчиво сказал Фэш. 

      Не знала, что у него есть сестра. Интересно, а почему он называет её сумасшедшей?

      — И за что же ты её так наказал?

      — Наказал?! Не смеши меня, Огнева. Захи давненько уже сходит с ума по Лазареву. И продолжает думать, что я этого не вижу.

      — А ты весь такой благородный. Решил свести их, — продолжила за него. — Но почему раньше-то этого не сделал, Лариса Гузеева?

      — Ты думаешь, что я не пытался? «Хорош прикалываться, Драгоций. Я твоему домашнему мальчику нафиг не сдалась. С чего ты вообще взял, что он мне нравится? Молчишь? И правильно. Нечего Царю Всея Печения указывать, как и что делать. Поэтому иди-ка ты лесом, пока сковородочкой по башке не получил», — спародировал писклявым голоском Фэш.

      Не выдержав, прыснула. Даже не знаю его сестру, но она мне определённо нравится.

      — Да уж. Боевая у тебя сестрёнка, ничего не скажешь.

      — Это ещё что. Эта дамочка вчера вылила пузырёк зелёнки в мой шампунь. Думаешь, весело отмывать свои волосы от этой дряни? — пожаловался Драгоций и громко фыркнул.

      Я представила Фэша с зелёными волосами (и как он только их смог отмыть?) и звонко рассмеялась. Драгоций сначала пихнул меня в бок, мол, это не смешно, но потом поддержал мой громкий хохот.

      Про себя я отметила, что у брюнета очень красивый и мелодичный смех. Да-а-а… Огнева, ты совсем с катушек слетела. А хотя… Почему бы и не скрасить этот серый и скучный понедельник своим сумасшествием?

      Только ближе к вечеру я поняла, что совершенно забыла, какое сегодня число. И от этого мне стало так противно и мерзко от самой себя. Как можно было забыть эту дату?

***

      Знаете, вот я выступаю на сцене с семи лет. И каждый раз перед выступлением меня охватывает паника. «А вдруг что-то пойдёт не так? Вдруг ошибусь?» — эти совершенно ненужные на сцене мысли постоянно лезут в голову, пока я стою за кулисами. По телу пробегает дрожь от волнения, хочется поскорее взять микрофон и начать петь. Ведь только тогда всё отойдёт на второй план. Ужасающие мысли улетучатся и я смогу полностью погрузиться в необыкновенную мелодию, потрясающий ритм и ошеломляющий мир музыки. Погрузиться в свою стихию…

      Этот день не был исключением. Охваченная паникой, я неспешно шагнула вперёд. Но сегодня особенный день. День памяти.

      И вот моя нога вновь ступила на блестящую сцену, заставляющую стадо мурашек пробежаться по моей спине. Откинув лишние мысли в сторону, я уже более уверенно шла к микрофону. Чёрное короткое платье изящно обтягивало мою фигуру и эффектно контрастировало со светлой кожей. Рыжие, слегка завитые волосы спадали на открытые плечи. Чёрная кружевная маска скрывала моё лицо, придавая некой загадочности. Но меня это совершенно не волновало.

When the days are coldAnd the cards all foldAnd the saints we seeAre all made of gold.

      Это была одна из самых первых песен, написанных мною. Именно тогда я познакомилась с человеком, который сумел повернуть мою жизнь в другую сторону. Смог изменить меня. Поддержать и помочь оправиться.

When your dreams all failAnd the ones we hailAre the worst of allAnd the blood’s run stale.

I want to hide the truthI want to shelter youBut with the beast insideThere’s nowhere we can hide.

      Воспоминания с каждой строчкой наплывали на меня. Ведь благодаря этой песне, случайно увиденной им в тетрадке, я добилась успеха на сцене. Благодаря ему…

No matter what we breedWe still are made of greedThis is my kingdom comeThis is my kingdom come.

When you feel my heatLook into my eyesIt’s where my demons hideIt’s where my demons hideDon’t get too closeIt’s dark insideIt’s where my demons hideIt’s where my demons hide. 

      Жалела ли я, что не сразу приняла его в свою жизнь? Что просила отстать и не вмешиваться? Да. Жалела.

When the curtain’s callIs the last of allWhen the lights fade outAll the sinners crawl.

      Но он прорвался. Он смог заставить меня жить. Заставил вновь улыбаться, несмотря на то, что дни казались серыми и блёклыми.

So they dug your graveAnd the masqueradeWill come calling outAt the mess you made

Don’t want to let you downBut I am hellboundThough this is all for youDon’t want to hide the truth. 

      Слёзы градом катились из глаз, но этого никто не увидит. Я плакала, но продолжала петь. Денис… Он поверил в меня… Он заставил шагнуть на эту сцену. Вместе с Лёшкой он смог научить меня радоваться, хотя когда-то это казалось невозможным.

No matter what we breedWe still are made of greedThis is my kingdom comeThis is my kingdom come

When you feel my heatLook into my eyesIt’s where my demons hideIt’s where my demons hideDon’t get to closeIt’s dark insideIt’s where my demons hideIt’s where my demons hide. 

      Прошло ровно два года после той злополучной аварии. И только сейчас я поняла, что очень редко вспоминаю человека, который спас меня из долгой депрессии. Человека, которого когда-то полюбила… Но не успела об этом сказать.

They say its what you makeI say its up to fateIts woven in my soulI need to let you goYour eyes they shine so brightI want to save that lightI can’t escape this nowUnless you show me how

When you feel my heatLook into my eyesIt’s where my demons hideIt’s where my demons hideDon’t get to closeIt’s dark insideIt’s where my demons hideIt’s where my demons hide

      Песня кончилась, но я всё ещё стояла на сцене и купалась в аплодисментах. А ведь без него никогда бы не решилась открыться людям. Никогда бы не исполнила свои творения, которые скрывала в блокноте месяцы депрессии. Не познакомилась бы с Дианой. Не начала бы карьеру певицы.

***

      Вот-вот назовут имена выбывающих из соревнования. Но меня это не волновало. Мне не грозил уход из проекта, поэтому я могла спокойно отдаться воспоминаниям.

      В этот раз мне повезло больше, и я сидела с каким-то застенчивым парнем. Насколько помню, поёт он неплохо, но довольно-таки слабовато для «Золотого Соловья».

      К его счастью, из игры вышли Элеонора Крейзиер и два парня, певшие дуэтом. В итоге участников стало восемнадцать. Объявив, что следующее задание мы получим по электронной почте, Маар ушёл со сцены. К Дианке побежал, наверное.

       Я же поплелась в гримёрку. Решив, что после такого трудного дня обязательно нужно подышать свежим воздухом, переоделась, сняла маску и вышла на улицу. 

      Ну ничему меня жизнь не учит…