Часть 17

В этот момент раздался тяжелый скрип двери и в кабинет, быстрой и уверенной походкой, вошла Веселина. По ее сбивчивому дыханию можно было понять, что она спешила и может даже была взволнована, однако ее лицо оставалось невозмутимым.

Быстро оглядев всех нас, она остановила свой взгляд на мне, а затем подошла к своему столу и села за него.

- Мелания ввела меня в курс дела, – начала директриса как ни в чем не бывало – однако я все еще не могу понять, как вы допустили такую оплошность. – сказав последнее слово, она снова стрельнула меня взглядом, тем самым намекая, что я и есть та самая «оплошность» - Но, впрочем, в этом есть и моя вина.

- Нам очень жаль – ответил Эрнест, опустив голову.

- Какой теперь толк от сожалений? Сделанного не воротишь. – Веселина медленно потерла виски – Так, начнем с самого начала. Астра, что конкретно ты видела?

- Женщину, – я лениво пожала плечами, словно говорила об этом уже сотый раз – она была очень бледной – немного помолчав я добавила – практически прозрачной, но видимой. У нее были черные волосы, а еще улыбка, которая, как бы нелепо это не звучало, вселяла ужас.

Директриса грозно посмотрела на ребят, те в свою очередь отрицательно покачали головами.

- Мы ей не описывали ее - ответил Карлос.

— Значит правда видела, – Веселина потерла рукой подбородок и продолжила – но почему я сразу тебя не заметила? Ты была на дополнительных вступительных?

- Нет, я по баллам прошла, а на дополнительные не успела.

— Вот оно что, ясно. А если бы тебе предложили стать элитой, ты бы согласилась?

- Не знаю.

 А я действительно не знала! Раньше при других обстоятельствах я бы без раздумий сказала «да», а сейчас, когда есть такая возможность, я сомневаюсь. Мой мозг только сейчас начал осознавать все происходящее: я видела призрака! После этой мысли у меня сразу же началась стадия отрицания, что все это происходит не со мной. Ущипнув себя за запястье, я ощутила секундную боль. Значит не сон. Приняв этот факт, у меня слегка задрожали коленки, однако я изо всех сил пыталась не показывать страх.

- Ты сомневаешься, а значит у тебя все же есть желание присоединиться, но что-то тебя останавливает и я, уж поверь мне, знаю, что это. Твое сомнение мне понятно, но я бы, на твоем месте, не затягивала с ответом. – И хоть Веселина сказала это достаточно официальным тоном, в ее словах ощущалась угроза, которая намекала на то, что если я затяну с решением, то будет плохо. Встав со стула, директриса медленно вышла в центр комнаты. - Собираемся завтра все тут после занятий. Я сообщу о случившемся Соломону и мы вместе будем решать, что делать. Сейчас все свободны.

После этого мы все вышли из кабинета. И казалось, что все то, что произошло в нем, о чем я узнала, могло остаться там, в стенах светлого кабинета Веселины, но даже за пределами академии меня не покидало чувство опустошенности, а может и не его вовсе. Какое слово может описать мое состояние, когда я считаю себя причиной того, из-за чего ребята отчитывались перед директрисой, когда я узнала о том, чего не следовало знать, когда поняла, что моя жизнь, возможно, уже не будет прежней и наша дружба может расколоться на сотни осколков? Зачем я только пошла в эту библиотеку. Порой лучше оставаться в неведение, чем жить со знанием, которое тебя буквально уничтожает.

- Ты как? -Мел подошла ко мне и слегка коснувшись моего плеча, одернула руку.

- Сложно сказать, но думаю, все же лучше, чем плохо.

- Прости – шепнула Мелания, и даже не смотря ей в глаза, я поняла, что она плачет.

- У тебя не было выбора – слетело с моих губ.

- Выбор есть всегда – послышался мне ответ.

Я невольно улыбнулась, вспоминая наш с Мел разговор на веранде. Вроде те же слова и предложения, а смысл совершенно другой – душераздирающий. Может было бы лучше, если этого выбора и не было вовсе?

— Значит я сделала не тот – сказала я.

Всё. На этих словах наш диалог должен прекратиться, как это было на веранде. Мы молча пойдем в общежитие, не найдя темы для разговора, ляжем спать, а завтра пойдем снова к директрисе. Возможно, попытаемся о чем-то поговорить, но все сойдет на нет, за считанные секунды. Словно мы стали чужими. 

Как же это отвратительно, когда дорогой для тебя человек, по щелчку пальцев и дурацким стечениям обстоятельств, становится для тебя чужим и даже хуже – он становится чужим близким. Вроде вот он стоит твой человек, с которым ты и огонь и воду прошел, без которого не представлял ни дня своего существования, он стоит, как и раньше, все такой же родной, но уже и не твой вовсе, а чей-то чужой, и ты для него такой же далекий.

- Нет – Мелания взяла меня за руку – тот, просто надо посмотреть на него под другим углом, а для этого тебе нужно все рассказать.