1 СЕНТЯБРЯ 1946 ГОДА

Когда наступило утро 1 сентября 1946 года, решила пойти в свою школу на первый звонок, чтобы встретиться с учителями, друзьями, увидеть заботливого и такого родного директора школы Федора Никитича Андрющенко, выпускника Нежинского педагогического института, в котором учился Н. В. Гоголь.

На школьный двор я зашла со стороны улицы 25-го Октября через ров и облюбовала место под зеленым шатром ветвей акаций. Прослушала речи ораторов, а затем с десятиклассником и его спутницей первоклассницей со звонком в руке мысленно обошла все классы, выстроенные в одну шеренгу, как на параде.

Заглянула в учительскую. Увидев меня, ко мне вышла Бэлла Семеновна. Я поздравила ее с новым учебным годом, доложила, что поступила в Харьковское отделение Всесоюзного заочного юридического института.

Милая, дорогая Бэлла Семеновна! Полюбив Вас, я полюбила русский язык и литературу. Вы увидели во мне божью искру, и она с годами обратилась в пламя.

Юзефу Михайловну я нашла в ее родном 10-а. Обо мне она уже все знала и пригласила в гости. Обменялись новостями с Лидой Осечкиной, Валей Ушаковой, Толиком Золкиным, Володей Швыряевым.

По дороге домой до мельчайших подробностей вспомнила день, когда ровно 10 лет тому назад, в 8 часов утра, мы с бабушкой Марфой Васильевной стояли во дворе Мелитопольской средней школы № 90. В правой руке я держала портфель, а бабушка в левой – букет из красных майоров. Свободные руки мы соединили в рукопожатии.

Директор школы объявил собравшимся учащимся и их родителям, что первые, вторые, третьи, четвертые классы переводятся в начальную железнодорожную школу, которая находилась по ту сторону железной дороги, и путь к ней шел через мост. Наша учительница, Мария Антоновна разделит класс на мальчиков и девочек, построит нас в две шеренги по росту. Каждый мальчик возьмет свою девочку за руку, и мы отправимся в свою школу.

Она размещалась в одноэтажном кирпичном здании рядом с железнодорожным полотном. В первые дни занятий изучим коридоры, заглянем в учительскую и пионерскую комнаты, осмотрим все закоулки уютного школьного двора, где на перемене будем играть в "пятнашки", "каравай", под стук колес проходящих рядом железнодорожных составов.

Мария Антоновна посадила меня за первую парту в первом ряду с Колей, голубоглазым мальчиком с чубом и веснушками на носу цвета красного кирпича. Старше меня на год, чуть выше ростом, он казался мне обыкновенным, чужим. А на последней парте в третьем ряду сидел необыкновенный, родной Толик Халаимов – мой друг, который проживал на одной улице со мной. Светлоглазый, светловолосый, головастый, ушастый, худенький, когда отвечал урок, держал руки по швам, подражая военным, каким был его папа, и красиво шевелил губами.

Когда я почувствовала, что Коля мне не интересен, загрустила. А в один из дней пришла домой, швырнула портфель на кровать, разрыдалась. «Не пойду больше в школу, если не буду сидеть с Толиком Халаимовым», – заявила я бабушке. На следующий день в школу пошла одна бабушка, а вернувшись, еще с порога прокричала: «Нонночка, будешь сидеть завтра со своим Толиком!» Надо ли описывать мою радость! Проявив волю, я защитила дружбу.

Почему школьные годы кажутся нам такими сладостными и прекрасными? Очевидно, потому, что нас содержала семья, и мы были независимыми. Мы дышали свободой, нас любили педагоги, окружали талантливые соученицы и соученики. Это потом мы узнаем, что такое снимать угол или комнату у хозяйки, когда будем учиться в институте; продумывать, как следует ладить с директором предприятия и пакостным сотрудником, когда будем работать.

В школе мы влюбляемся в поэтов и писателей, а не только друг в друга, и их произведения ставим на сцене. Она формирует наш характер, укрепляет волю, обогащает знаниями. Мы полны оптимизма и мечтаний. Учебный год кажется нам сплошным месяцем маем, когда цветут сады, сирень, тюльпаны, ландыши.

А сгодами воспоминания о школе превращаются в любимую сказку, которую слушал бы ислушал...