первое

— мяу, мяу мяу мяу, мяу. мяу мяу, мяу мяу, мяу, мяу?— мяу.                                           ***ласковый кот сильвий, что любил бодаться и тереться о ноги грустных людей, сидящих на скамейке, возле подъезда, дабы дарить им своё тепло, поднялся по ступенькам пяти этажного дома на самый последний из этажей и запрыгнул на крышу, благодаря вечно приоткрытой двери семьи прохоровых. сильвий имел белую окраску с серыми, будто родимые пятна, следами; а его шерсть имела волшебную мягкость, ведь начав гладить его ты больше не сможешь оторваться. этого кота кормил весь двадцать восьмой дом улицы ленина, но сильвий никому из жильцов не принадлежал.

он забрался на крышу и сел на самый ее край, после начал просто смотреть куда-то в даль, как обычно это делают кошки, что начинают липнуть взглядами в стены, пугая своих хозяев. история семнадцатой квартиры очень печальна, ведь именно от паники жилец стрекозина мария скончалась в своих четырёх стенах, а довёл её домашний питомец роберт, смотря куда-то в угол на протяжении нескольких часов. так, старое сердце, семидесяти двух летней пенсионерки, не выдержало. тело нашли лишь после того, как оно начало неприятно пахнуть, сама же стрекозина мария на улицу выходила редко, только за продуктами, а родственники к ней никогда и не заезжали, поэтому ее отсутствия никто не заметил. роберт был найден на дороге мертвым спустя неделю, его переехала машина. ошейник чёрного, как уголь кота, был по-снежному белым и самыми красными буквами, будто кричащими, на нем красовалась кличка кота «роберт». ошейник был сломан после того случая, как и все кости кота, самого любимого кота семнадцатой квартиры, двадцать восьмого дома по улице ленина.

сильвий смотрел с крыши пятиэтажного дома, лип в пустоту, в облака и соседние дома, вид на которые открывался с высоты, он мечтал о чём-то, задумчиво так мечтал, будто представлял все в подробностях, хотя на его морде давно ручьями потекли бы самые соленые слезы и водопадом упали с его подбородка, а клыки бы вскрыли тому водителю гортань. сильв оплакивал своего друга, чёрного как уголь кота, роберта. стрекоза, так звали стрекозину марию соседи, часто выпускала роби на прогулки, сначала следя за ним в окно, а потом она уже перестала волноваться, ведь роб знал, что дома его ждёт любящая хозяйка, к которой надо подойти, когда грусть накатывает к ней до слез и самая вкусная в мире еда, а вкусная она потому, что сделана и вправду любящими руками хозяйки.