Глава 15. Беседа жестами.

Глава 15.

Мы шли домой, и Мария болтала без умолку, извергая поток всякой чуши, а я, на удивление, с удовольствием её слушала. Честно говоря, я давно не чувствовала такого… спокойствия. С ней не было ни тягостно, ни скучно – лишь мягкое тепло, разливающееся по венам, словно мёд.– Погоди, а какой у тебя тип личности? – вдруг поинтересовалась она.– Такой внезапный вопрос… – усмехнулась я.– А, правда? Я думала, ты помешана на этом.

И ведь не соврала. Психология всегда манила меня, словно запретный плод, своей неразгаданностью. Я постоянно копалась в себе, словно археолог в древних руинах, стремясь понять, какой зверь во мне скрывается. Да и не только в себе – в людях тоже.– Ну, меланхолик, по большей части, – протянула я. – Хотя, иногда бывают вспышки холерика. Внезапно, в самый неподходящий момент, могу сорваться с цепи и перевернуть всё вокруг.– Ого! Я бы посмотрела на это! – рассмеялась Мария.– Лучше не надо… – отмахнулась я.

Что именно не надо? Ну, не знаю… Стыдно было бы показать мои домашние безумства. То, как однажды пыталась доказать сестре, что я – инопланетянка, посланная на Землю с особой миссией, и что я даже успела подружиться с Путиным, Пак Чимином и Даниелом Рэдклиффом… А потом и сама поверила в это! Лучше об этом молчать. Потом самой было обидно, что всё это – лишь выдумка.– А ты? – перевела я тему.– Что я?– Твой тип личности?– Ну, сложно сказать, во мне как будто все четыре типа уживаются. Но, думаю, сангвиник всё же мне ближе.

Противоположности притягиваются, правда? Мы такие разные, как день и ночь.– Хочешь мороженого? – внезапно она прервала мой поток мыслей, словно оборвав нить.– М… Мороженого? – рассеянно переспросила я.

И тут мой взгляд упал на разыгрывающуюся неподалёку драму. Какая-то потрепанная пара выясняла отношения. Мужчина был пьян в стельку и явно изводил свою жену, а та, таща его на себе, словно мешок с картошкой, проклинала его на чём свет стоит.– Кажется, у них проблемы… – пробормотала я себе под нос. Но Марию, казалось, охватила настоящая паника.– Папа! Чёрт… – вырвалось у неё. Она сунула мне в руку пятисотрублевую купюру, крепко сжала мои ладони в своих и протараторила: – На, купи себе мороженое, извини, сегодня я не могу с тобой.

И, словно подгоняемая ветром, она сорвалась с места, выкрикивая той паре вдогонку: «Мама!», «Папа!». А потом бросилась помогать женщине, подставив плечо под пьяную ношу, чтобы хоть немного облегчить её страдания.

Нет… Только не говорите мне, что это её родители. Пьяный отец, вечно устраивающий скандалы дома… Я и сама знаю, каково это. Но не хочу, чтобы и Мария проходила через этот ад.

Хотя, с моим отцом было немного по-другому. Через какое-то время он одумался, бросил пить и курить, вернулся к исламу. Но в тот же миг он уехал, и больше мы его не видели. Можно сказать, я росла без отцовской любви, но могу с уверенностью заявить: лучше расти без отца, чем с отцом-тираном. Так что не стоит жалеть себя и чувствовать себя жертвой неполной семьи. Всё могло быть гораздо хуже.

Господи, пока я перемалывала в голове эти мысли, внезапно осознала, что Дениса сегодня и в глаза не видела. Да и он не удосужился написать. Поэтому я просто набрала его номер.– Ты где? – начала я допрос, как только он ответил.– Дома, – прохрипел он в трубку, словно после тяжелейшей болезни.– И что ты там забыл, когда должен быть на учёбе?!– Сестра… мне плохо…– Что случилось?– Кажется, у меня температура…

Я вздохнула, как старая бабка, и проворчала:– Лааадно, иду я домой, мелкий притворщик.

Переступив порог дома, я первым делом направилась в комнату Дениса, чтобы оценить масштаб бедствия. И, как и ожидалось, он валялся в кровати, словно пришибленный мешком, и бездумно листал ленту TikTok.– Что у тебя болит? – спросила я, подперев дверь плечом.

В ответ он лишь протянул мне градусник, на котором красовалась цифра 37 и 1 градус.Ну надо же… Неужели мужикам и правда так сложно пережить обычную температуру? Теперь понятно, почему менструальные муки достались женщинам, а не мужчинам.– Тридцать семь и один… При такой температуре даже таблетки пить бессмысленно.– Почему?– Потому что её не сбивают, балбес! Сейчас принесу тебе ромашковый чай, полегчает хоть немного.– Нет! Только не ромашка! – взмолился он, скривив лицо.– А что тогда ты предлагаешь?– Н… ничего, ничего не надо! – прохрипел он, отворачиваясь к стене.– Но как я могу оставить тебя в таком состоянии?! – с показной издёвкой воскликнула я.

– Я буду в порядке! – он отвернулся и потянулся за одеялом, словно пытаясь укрыться не только от холода, но и от моего взгляда.– Как ты будешь в порядке без лечения? – язвительно спросила я.– Вообще-то, если на то не будет воли Аллаха, твои лекарства – лишь бесполезный порошок! – выпалил он, словно выстрелил.

Надо же, моё же оружие обернулось против меня. Ловкий ход.– Ну да, не будет Его воли – не помогут. Но в Коране ведь сказано, что человек обязан заботиться о своем здоровье! Сделай дуа, Ин Ша Аллах примется, и не умничай мне тут, герой.– Кто бы говорил… – пробурчал он.– Несу чай, и точка. Если есть хочешь, говори сразу, мне сегодня к пяти часам еще уходить, так что потом ничем не смогу помочь, – отрезала я.Да, потому что Билкис, в отличие от меня, точно выведет его на чистую воду и не станет жалеть. Хотя, может, и позаботится получше? Кто знает… Эта дама – словно шкатулка с секретами, никогда не знаешь, что от нее ждать.– Куда-а? – донеслось из его комнаты.– Деловая встреча, – с притворной серьезностью ответила я.– Да иди ты…Ну и ладно, не ему решать, куда мне ходить. Будто мне нужно его спрашивать разрешения.

*

Билкис уже вернулась к моему уходу. Словно ангел-хранитель, вовремя сменяющий меня на посту. Я поплелась к условленному месту – детской площадке напротив школы, рядом с корпусом младшеклассников.

Вдали виднелись две знакомые фигуры. Неужели Вадим пришёл с сестрой?! Я невольно обрадовалась. Так и спокойнее, и, признаться, любопытство грызло изнутри.– Долго ждали? – показала я жестами, одновременно проговаривая это вслух.– Нет, мы только что пришли, – ответил Вадим.

Я натянуто улыбнулась и перевела взгляд на девушку, которая грустно раскачивалась на скрипучих качелях, словно на краю пропасти.– Ты в порядке? – поинтересовалась я, искренне желая знать, что происходит в её душе. Мне ужасно хотелось понять, почему она, после стольких отказов, вдруг решилась прийти. Но Аниса лишь скользнула по мне равнодушным взглядом, полным какой-то необъяснимой тоски, и процедила:– Ничего особенного. Я в порядке.

Мне это показалось ложью, но я решила не давить и не вторгаться в чужую жизнь без приглашения. Пора начинать урок. Оказалось, что Аниса не знает некоторых, даже самых элементарных жестов. А Вадим, на это сказал, что Анису травмировала новость о том, что она больше не может слышать, и не теряя надежды, принялась за изучение жестового языка. Однако, начала она с самого сложного.Внезапно телефон Вадима оглушительно зазвонил. Я вздрогнула от неожиданности, а Аниса вздрогнула из-за меня.– Простите, – пробормотал Вадим и отошел в сторону, чтобы ответить на звонок. Но его слова прекрасно долетали до меня, словно острые осколки стекла.– Да? Да, скоро буду. Постараюсь не опоздать, – говорил он взволнованным голосом. Вернувшись, Вадим сбивчиво сообщил, что ему срочно нужно кое-куда отлучиться.– Куда ты собираешься?! – возмутилась сестра.Вадим вопросительно посмотрел на меня, словно прося перевести.– Она спрашивает, куда ты уходишь, – спокойно пояснила я, стараясь не выдавать собственного любопытства.

Парень нервно почесал затылок, избегая взгляда сестры. Словно школьник, оправдывающийся перед строгой учительницей.– Мне нужно на подработку…Я перевела Анисе, стараясь не выдать смятение, которое вдруг охватило меня. В этот момент я ощущала себя лишь бездушной машиной, механически передающей чужие слова.– Но ведь ты вернулся с неё, примерно час назад! – Ты вернулся с работы час назад? – уточнила я, не в силах сдержать любопытство.– Это… другая подработка. В любом случае, мне нужно бежать.

Скомкано попрощавшись и еще раз извинившись за доставленные неудобства, Вадим быстро ушел, оставив нас с Анисой наедине с ворохом вопросов. Как оказалось, никто из нас не знал, что он работает на нескольких работах одновременно.– Ты не знала?– Понятия не имела… – ответила девушка, уставившись в землю потухшим взглядом. – Я была настолько поглощена собой и своими проблемами, что совсем забыла о нём.

Я ободряюще погладила её по спине. Не ожидала, что она решится на откровенность.– Недавно я пыталась покончить с собой… – выдохнула она.– Что ты такое говоришь?! – меня словно ударили под дых. Что же могло довести её до такого отчаяния?

– Но у меня ничего не получилось. И в тот день я впервые увидела, как Вадим плачет. По-настоящему плачет, без стеснения и гордости. Он просил прощения за то, что не смог стать хорошим братом… Но ведь всё как раз наоборот. Это я – ужасная сестра. Теперь я понимаю, что у него причин для суицида было гораздо больше, чем у меня.

Я потеряла дар речи. Мне нечего было сказать в ответ. Я не умела поддерживать людей, не умела находить нужные слова в такие моменты. Меня охватила паника, и к горлу подступили слёзы.– Что мне делать? – Аниса подняла на меня взгляд, полный невыразимой грусти и отчаяния.

И что теперь делать мне?