Глава 21. Дарк

Грохот от взрывов домов остался далеко позади. Катастрофа продолжала набирать обороты, только за этим никто из вилонов больше не следил. Рядом один за другим пролетали то огненные шары, то молнии, мы с Риком едва успевали уворачиваться, и я был так благодарен за помощь, ведь у меня не было запасной пары глаз на спине. Круто, когда есть напарник.

Пока я шел на снижение по направлению вглубь леса, что сразу за озером, Рик доложил обстановку позади:

- Их там куча! Побольше наших раза в два! Просто невероятно, что они творят... Наших смотрителей спасает только защита. Я такого даже в фильмах не видел.

- Ты видишь среди них Себастьяна?

- Нет. Вполне возможно снова прячется, как трус.

- Рик, - крикнул я брату, - если я умру, так и не убив этого поддонка, будь другом, сделай это за меня.

Он кивнул, и я почувствовал, как руки у него на мгновение дрогнули. Прости, Рик, но мы не должны оплошать, даже если кто-то из нас погибнет. Я встряхнул головой. Плохие мысли не должны туманить разум. Только не сейчас. Как учил Питер Пэн: только хорошие мысли помогают взлететь.

Рик неожиданно потянул меня за рукав, чтобы я обратил на него внимание:

- Я слышу его мысли, Дарк! Среди всех голосов он самый сильный, и он там, в толпе с остальными, - его указательный палец махнул назад.

- О чем он думает? Ты можешь услышать?

- Все так неразборчиво и непонятно! - Рик взвыл от досады. - Если мы спрячемся среди деревьев, то сможем уничтожить хотя бы пятую часть их армии, используя ловкость и деревья в качестве защиты.

Я послушался Рика и отдал приказание снижаться и прятаться в участке леса так, чтобы выиграть хоть немного времени, не сталкиваясь в битве с соперником лицом к лицу. Сейчас далеко не те времена, как тогда в древнем Риме, чтобы встречаться двумя войсками один на один в поле. Рик был прав, наших людей мало, но мы вполне сможем со всеми справиться, нужно лишь немного мозгов и усилий. А еще везения.

Едва наши ноги коснулись земли, Рик тут же отбежал и спрятался за деревом в нескольких шагах от меня. Остальные вилоны, с кем я еще не был знаком, последовали нашему примеру и разбежались подальше друг от друга, пока воины-смотрители защищали нас в воздухе. Их группы редели, раз в минуту доносились глухие звуки падения мертвого тела наземь. Кому-то, кого задевало огненными шарами, повезло меньше: крича от боли, они падали на землю, чтобы сбить пламя. Ужаснейшая картина.

Не теряя времени, наши помогали с земли, стреляли по темным фигурам противников. Имея неплохой опыт за плечами, я метко стрелял и частенько сбивал людей, как умелый стрелок в тире попадает по металлическим мишеням.

- Давайте! – закричал я и вышел из-за дерева, чтобы было удобнее целиться.

Кто-то из особо продвинутых наших вилонов запустил в воздух шаровую молнию, после чего упал наземь и потерял сознание. Небо тут же разделилось на две горизонтальные полосы: верхняя посветлее, как утреннее небо, а нижняя осталась черной.        

Шар сделал свое дело: медленно направился на армию предателей, грозно выбрасывая шипящие лучи в каждого, кто попадался под руку. Среди нападавших на смотрителей показалось лицо Себастьяна, шар осветил его фигуру, а затем, медленно теряя свою силу, и вовсе исчез в одну секунду, будто его никогда не существовало. Мне впервые выдалась возможность увидеть подобное явление, но реальность вернулась, ухватилась за меня и не отпускала, напоминая, что я не должен отвлекаться от главного.

Среди нелетающих вилонов-соперников, что догоняли нас по земле, я увидел высокого силача, чьи мышцы на руках раза в три превосходили мои. Его вид вселял ужас, а почти что черная от перерождения кожа делала из него настоящего монстра. Можно было сразу понять, что он союзник Себастьяна – на его оголенной груди под плащом был выжжен знак темных вилонов – красная буква «V» в круге. Буква напоминала непрерывную струю дыма.

- Рик, прячься! – крикнул я брату, как только понял, что верзила его заметил и стремительно сокращает дистанцию.

Я старался стрелять по нему из оружия, но тот прихватил с собой огромный и на вид тяжелый круглый щит, который только отражал от себя заряды. А этот верзила был не так уж глуп: он направлял заряд так, чтобы тот попадал в наших.

Рик побежал в другую сторону. Мне хотелось остановить его, сказать «что же ты делаешь?!». Но не было времени. Он мчался за ним, но не забывал про щит. Нужно срочно что-то предпринять! Я полетел за ним, подхватил его за пояс и стал наворачивать круги вокруг одного места, затем петлял, как только можно было, чтобы мы не попали под обстрел из новых двух шаровых молний, что выпустил тот же самый мужчина, успев вовремя очнуться. Пару раз молния едва не задела меня, но я вовремя уворачивался в последний момент. Наше зацикленное движение способствовало тому, что большинство вилонов Себастьяна переключилось на нас, в то время как наши могли воспользоваться драгоценными секундами.

Верзила ловко отразил жужжащий луч шаровой молнией, луч метнулся обратно и уничтожил сияющий шар, который разлетелся на мелкие частицы, ослепляющие глаза. Вторая молния, как магнит отправилась к нему вместо своей сестры, решив закончить начатое. Пока этот неповоротливый громила собирался отразить новый луч во второй раз по отработанной схеме, я подсадил Рика на одну из толстых веток ели, а сам, взявшись за оружие двумя руками, прицелился и выстрелил громиле прямо в спину. Тот ничком упал на землю и больше не поднимался. Молния продолжила свой путь, переключаясь на новую жертву.

Я огляделся по сторонам. Мы с Риком слишком далеко отлетели от нашего прежнего места, где продолжалось сражение. Рядом лежало несколько трупов мертвых вилонов. У некоторых от падения были сломаны части тела в различных вариациях, и выглядело это просто пугающе.

- Нам нужно вернуться! – скомандовал я, протягивая ему руку, чтобы помочь спуститься с дерева.

- Нет! Нельзя! Себастьян увидел нас с тобой, и он двинулся сюда. Ему нужны именно мы, а остальные... для него ничего не значат.

- Мы должны его убить. Не просто должны... у нас нет другого выхода, Рик, - обреченно вымолвил я, глядя вдаль на небо, где сновали туда-сюда по воздуху противники.

- Мы убьем, не сомневайся. Он слишком слабый.

- Слабый?

Я ничего не понимал, Рик больше не выглядел таким напуганным, будто заранее знал, что все будет хорошо.

- У него куча стариканских болезней, Дарк. Он еле нашел силы, чтобы вообще охотиться за нами. Я должен вычислить его больное место, и мы покончим с этим раз и навсегда.

- Так в чем же дело, выясняй.

- Он отгораживается от меня.

- Он знает о твоей способности?

- Кажется, да. Он ее чувствует. Если честно, я вообще удивляюсь, как он согласился участвовать в этом, раз здоровье ни к черту.

Но у нас не осталось времени на болтовню. Хруст веток под ногами Себастьяна заставил нас обернуться и опустить взгляд вниз. Никаких сомнений, что темная фигура принадлежала именно ему.

- Выходите! – крикнул он. – Близнецы... Дарк и Рик. Рик и Дарк. Кто из вас первый появился на свет? Кто из вас главнее?

Накаляя обстановку своей мерзкой болтовней, желая внести разлад в наше перемирие, он медленно двигался прямиком к нашему дереву, где мы замерли сидя на ветках, чтобы не выдать свое присутствие. К счастью, он не поднимал голову... Мышцы в теле напряглись от злости, что человек, из-за которого начались беды, находится прямо подо мной. Какая встреча, кто бы мог подумать. Удивительно, как он решился больше не прятать свою шкуру благодаря невидимости.

Всего в половине километра от нас вилоны отдавали свои жизни ради того, чтобы впереди их встретило светлое будущее, поэтому я ни за что не сдамся. Я обещал дедушке сделать все возможное, я обещал самому себе, что верну свою свободу от страха, ненависти и злости, верну справедливость в состояние гармонии. Да, я много чего наобещал, теперь пора браться за дело.

- Я знаю, что первым появился Рик. Да. Уильям как-то рассказывал мне, что...

- Оставь детей в покое, Себастьян!

Вдруг откуда-то взялся дедушка. Я слегка выглянул из-за веток, чтобы посмотреть, точно ли это он. Да. Это дедушка. Себастьян явно не ожидал такого поворота и замялся, теряя суть разговора. Я взял Рика за руку, чтобы он тоже смог видеть и слышать дедушку.

- Чего ты пристал, Дайлентон? Твое время давно вышло, почему бы тебе не отправиться в свой прекрасный рай раз и навсегда?! А мы тут уж как-нибудь сами без тебя разберемся, что к чему.

- У меня на земле есть одно незаконченное дело. Как я его выполню, так и уйду. Вот так загвоздка, правда? Сам не рад здесь находиться и разгребать за тобой весь мусор даже после смерти.

- Какое такое незаконченное дело? Все твои желания сбылись, ты добился всего, чего только хотел. Ты хотел сделать большое дело – и ты сделал. Ты хотел внуков – получай. Всеобщее признание и любовь - пожалуйста, все принесли тебе на блюдечке. Чего еще желать?

Рик пихнул меня в бок.

- Стреляй же! – прошептал он.

А я застыл, как пораженный. Они столкнулись лицом к лицу, и им явно есть о чем поговорить. Может, война не стоит свеч. Может, все обойдется... Я слышал выстрелы и крики недалеко от нас. Это было по-настоящему. Люди гибли, даже те, кто не хотел этого раздора, и все из-за корысти и жажды власти Себастьяна и Берта.

- Дарк?!

- Нельзя стрелять. Они должны поговорить!

- Ты чего? Ты спятил?

- Дедушка не успокоится не потому, что Себастьян жив. Ему необходимо во всем разобраться... Понимаешь?

Рик пожал плечами и замолк. Он явно был недоволен тем, что мы медлим.

- А вот в этом ты не прав, - продолжал дед, медленно двигаясь по невидимой окружности, центром которой был его враг, - не все приносили мне на блюдце, как ты говоришь. Я сам зарабатывал свою репутацию долгим и упорным трудом. К слову, я не добился самого главного, чего желал.

- Чего же?

- Я хотел, чтобы мои способности приносили пользу, а не вред. И ты, хитрец, все испортил, - язвительно заметил он с каплей печали в голосе. - Раз уж все это в прошлом, может, расскажешь мне, почему ты это сделал? Неужели я не заслуживаю хотя бы правды...

Я посмотрел на Рика с выражением, означающим «Я же говорил». Он закатил глаза, и мы продолжили напряженно слушать.

- Все эти разговоры, и вправду, очень милы и наивны, но я не болтать сюда пришел, а ...

- Убить моих внуков. Я знаю. Но зачем? Тебе станет от этого легче? Чего ты этим добьешься? Задайся хоть одним вопросом.

- К черту философию, Дайлентон. Я убью их затем, чтобы они никогда не попали в совет, чтобы прекратили строить планы отмщения за твою несчастную душонку. Молодежь сейчас чересчур смышленая и своенравная: что если они захотят создать свою группу, а затем помешают мне творить все, чего я только захочу.

- Не помешают они, помешает кто-то другой. Совет вилонов все про тебя знает, Себастьян. Неужели ты думаешь, что они даже не догадываются?

Мы не видели их эмоции, и только по интонации могли различать, что те ощущали. Кажется, Себастьян забыл о нашем присутствии, а гениальность дедушки развязала ему язык, тем самым отвлекая от нас. Какой он, все-таки...

- Врешь! Никто ничего не знает! – повысил голос Себастьян. – Никто и никогда не узнает, что это я. Подумают на остальных, но только не на меня.

- Создаешь армию, а сам за нее горой не стоишь – не хорошо. Разве это задатки лидера? Твоя проблема всегда заключалась в том, что ты ни капли не умел сочувствовать ближнему, не мог протянуть руку помощи и взяться за дело вместе с остальными. Вместо этого ты только отдавал приказы. Кто же захочет признать в тебе лидера? Ты по натуре скорее тиран.

- А это уже мое дело, попрошу не лезть. Ты был настолько добреньким, что даже не замечал, как против тебя строятся плохие планы.

- Так почему же ты со мной так поступил?

Себастьян снова замялся, явно подбирая правильные слова. Я услышал, как он перешагивает с одного места на другое, приближаясь к нам. Рик держал автомат наготове.

- Я скажу тебе почему. Потому что я ненавидел тебя! Ты так гордился своей идеей, на тебя даже смотреть тошно было. Я знал, что когда-нибудь настанет день, и я прикончу тебя за твое самодовольство, самоуверенность. Только вот умер ты не от моих рук. Еще лучше. Ведь я все заранее продумал, заготовил ловушки и расставил в нужные места - и как вовремя. Ты, наконец, упал в глазах совета, а Ральф... О, как он взбесился! Всех стал подначивать - голосовать против твоего существования, пока добренький Уил даже не подозревал о происходящем у него за спиной. А вспомни то роковое собрание. Тебя больше никто не хотел слушать, все только и делали, что тряслись от страха, который нагнал Ральф.

- Ты не убьешь моих внуков.

- Это еще почему?

Я успел заметить, как дедушка повернулся в нашу сторону. И вдруг раздался выстрел. Сначала я ничего не понял, даже опустил голову и уставился на собственное тело, чтобы посмотреть, в меня ли выстрелили. Боли нет, я был цел, затем посмотрел на Рика. Он тоже был цел, а из его оружия шел дымок.

Только потом я полностью развернулся всем корпусом вниз, чтобы увидеть, что происходит с дедушкой и Себастьяном. Себастьян лежал на земле без чувств. Никаких ран и крови. Ньют-Эними убивает изнутри.

- Ты выстрелил? - дрожащим голосом спросил я, глядя в сторону брата.

Но Рик не отвечал. Он держал меня за руку. Его широко раскрытые глаза, глядящие на дедушку, заставили меня тоже посмотреть.

- Дедушка! – прошептал я и, подхватив брата, плавно опустился на землю.

С ним творилось что-то непонятное. Он исчезал, медленно поднимаясь в воздух. Его бледно-молочный силуэт расщеплялся на мелкие пушинки, которые в свою очередь растворялись в воздухе.

- Ну вот, - со скорбью в голосе прошептал дедушка, - проблема исчезла. Теперь и я могу уходить...

Неужели он просто возьмет и исчезнет в никуда, неужели его душа была, наконец, свободна?

- Мы больше не увидимся? - отчаяние завладело моим голосом, ведь самый близкий человек на глазах покидал этот мир.

Второй раз. Я отпускаю его второй раз, только на этот раз по-настоящему. Он успел отрицательно помотать головой и сказать свои последние слова:

- Я всегда с вами, до самого конца. Мы ведь семья, ребята.

- Прощай дедушка, - голос Рика перешел на шепот.

Затем облако из светившейся пыли полностью исчезло в темном воздухе, оставляя за собой лишь тонкое сияние, сходящее на нет. Возможно, это была его душа, кто знает... Она ведь остается невидимой и неосязаемой. Дедушка, наконец, заслужил спокойствие.

- Ты выстрелил? – спросил я опустошенным голосом, поворачиваясь к брату. - Ты смог?

- Как видишь.

Я очень удивился, все никак не мог поверить в то, что он сделал это, справившись со своими страхами. У него хватило смелости убить человека, и в его глазах я не видел ни капли сожаления. Все правильно. Конечно же, мы не боги, чтобы лишать другого человека жизни, но, к сожалению, наш мир таков. Как там говорится? "Либо ТЫ, либо ТЕБЯ".

- Я успокаиваю себя лишь одной мыслью - мы делаем это не просто так, а для равновесия, - я попытался приободрить брата, но тот как-то не особо среагировал на мои слова.

Мы подошли к телу Себастьяна, чтобы проверить, точно ли он мертв. Да. Его бездыханное тело лежало в непривычной для нормального человека позе: ноги вкось, колени немного вывернуты от падения, а правая рука вообще вывихнула из сустава от силовой волны, что создает Ньют-Эними. Глаза не выражали никаких эмоций, и это пугало меня до сих пор, хотя я повидал много трупов, когда убирал их подальше от дома.

- Может, мы еще увидим его призрак. Он ведь не исполнил свое предсмертное желание, – предположил Рик.

Я пожал плечами.

- Знаешь, это самая худшая новость. Будь что будет, очень скоро все станет ясно. А сейчас нам нужно помочь остальным, – напомнил я. - Хватайся!

Я протянул брату руку, и мы тут же взмыли в воздух. Но в воздухе уже никого не было. Неужели наши полностью справились сами и убили всех остальных вилонов? Или армия Себастьяна убила всех наших. Я не мог в этом разобраться.

В лесу были только наши вилоны – количество заметно поменялось. Вокруг места битвы лежало много тел. Среди них я увидел и тех вилонов, с которыми еще недавно был немного знаком. Мое сердце сжалось от боли, ведь невыносимо видеть мертвых людей из твоего круга, на их месте мог оказаться любой из нас.

Среди столпившихся вокруг товарищей солдат я увидел Тайлера. Я был рад, что хотя бы один из наших близких людей был жив. На сегодня хватит плохих новостей...

- Я не смог убить Даниэля, Рик, - с сожалением объявил Тайлер. - Я пытался, но тот отозвал свою армию, узнав, что его отец погиб.

- Что за Даниэль? – обратился я к Тайлеру.

- Сын Себастьяна. Тот, что убил моих родителей.

Увидев на моем лице недоумение, Рик махнул в мою сторону рукой, как бы давая понять: сейчас не время влезать с кучей вопросов. Я немного обиделся, ведь тоже хотел понимать, о чем идет речь. Вместо того, чтобы выразить недовольство, я сдержался и решил, что позже они уж точно не смогут отвертеться и расскажут мне, что да как.

- Мы обязательно найдем его, Тайлер. Я тебе это обещаю.

- Что здесь вообще происходит? Где все? Где Берт и другие вилоны? - спросил я.

- Мы бились насмерть, но в какой-то момент здесь появился сам Берт. Он увидел Даниэля, а затем они вместе остановили всех и дали команду отступать. Мэри полетела за ними, замораживая отстававших налету. Именно поэтому ей нужно было быть у озера - здесь есть вода, которую при заморозке легко использовать в качестве оружия. Я и остальные стреляли из оружия по беглецам. Но вы даже не представляете, они бежали, не смотря на потери.

- Что бы это могло означать? – спросил я, не столько у других, сколько у самого себя.

Нас прервали. Рядом раздался голос Мэри:

- Шэм! Нужна твоя помощь!

Как оказалось, двое вилонов из нашей команды сильно ранены. Я подошел к ним поближе. У женщины в животе была большая рана. Она могла умереть в ближайшие минуты. Сероватая кровь залила вокруг землю. А у парня был сильнейший ожог ног - он кое-как успел отделаться от шаровой молнии, только вот пришлось пожертвовать ногой.

Высокий мужчина тут же подоспел на зов и, оценив ситуацию, неохотно объявил:

- На исцеление обоих мне не хватит сил.

Я ужаснулся. Неужели сейчас нужно будет выбрать, кого он оставит в живых, а кто умрет от боли или потери крови? В какую-то секунду я подумал, что, может быть, мои силы быстрого исцеления помогут и другим людям. До больницы мы явно не успеем.

- Попробуй...- прошептал Рик, подслушав мои мысли.

Я с беспокойством посмотрел ему в глаза. Рик уверенно кивнул в сторону женщины. Я и сам отчего-то был уверен, что моя способность может таить в себе гораздо большие возможности. Стоило попробовать.

- Шэм, - Рик подошел к нему и приземлился на одно колено, - Дарк может попробовать. Он пару недель назад научился самоисцеляться. Может, ты покажешь ему, что да как.

Мужчина в возрасте спокойно посмотрел на меня, не показывая никаких эмоций, затем жестом подозвал меня к себе, взял мою руку в свою и протянул ее к большой кровоточащей ране. Женщина взвыла от боли, хотя я даже не прикасался к ней ни на секунду. Затем ее крики прекратились, и она потеряла сознание.

- Это нормально?

- Вполне. Но у тебя все получится. Не так быстро, как у меня, но получится. Главное, не останавливайся и продолжай отдавать часть своей энергии и жизненных сил. Она сейчас нуждается в ней больше, чем ты.

Шэм с минуту понаблюдал за мной, а затем отошел к парню, чтобы исцелить его ногу.

Не дотрагиваясь до женщины рукой, я почувствовал ее тепло, почувствовал биение сердца, оно постепенно замедлилось, стало ровным и спокойным по мере того, как теплела моя рука. И я понял, что у меня получается! Спустя минут пять томительного ожидания, рана стала медленно затягиваться, кровь высохла и прекратила свой ускоренный поток. Конечно, чтобы все полностью пришло в норму, нужно долго лечиться, но женщина уже не была на грани жизни и смерти. Она спокойно могла добраться до больницы.

Она вдруг приоткрыла глаза и, увидев меня за работой, произнесла тонким, обессилевшим голосом:

- Благодарю.

Я улыбнулся ей и почувствовал какое-то тепло внутри. Оказывается, помогать людям – это очень приятное дело. Все вокруг подходили к нам с Шэмом по одному и просили помочь снять боль от маленьких ран. И я помогал, а мой новый учитель давал советы, как экономнее расходовать силы и управлять исцеляющей энергией.

Пока я помогал людям, прямо за спиной в паре метров от меня решалось будущее вилонов. Рик взял на себя право лидера, он вышел в центр нашей группы и осмотрел всех уверенным взглядом. Былое волнение как ветром сдуло. Я мельком поглядывал на него, пока залечивал раны Мэри. Вся ее рука покрылась сильными ожогами.

- Нам нужно решить, что же будет дальше. Рэндал, Виктор, Шэм - начал Рик. - Неужели СВС просто оставит это без внимания? Берт и его люди снова остались непойманными. Это просто катастрофа, не смотря на то, что Себастьян теперь мертв. Все мы теперь знаем, что Себастьян был лишь пешкой в руках опытного игрока, так что мы не сдвинулись с мертвой точки, а только понесли непоправимый урон.

Мужчины опустили головы в раздумье. Рик повернулся в мою сторону, ища поддержки, но я был слишком занят, чтобы ответить. К тому же, мне требовалось немного больше времени, чтобы начать мыслить трезво после дедушкиного ухода.

К Шэму медленно подошла низенькая женщина, заботливо обняла его сзади за плечи и прижалась лицом к напряженной от работы спине. Наверное, это была его жена. Она напоминала нашу мать, когда та была совсем еще молодая и красивая, пока не сошла с ума.

- Шэм, я думаю, этот вопрос нужно обсуждать вместе с Ральфом, - нежно вымолвила женщина. - Рано или поздно он узнает об этом, а ведь на его стороне очень много защитников, включая самых опытных смотрителей из старого набора.

- Тогда он лишит мальчиков способностей.

- Он не лишит их способностей, ведь они убили вилона, за которым все охотились целый год! Нам нужно идти в штаб, просить совета, потому что одним нам никак не справиться, особенно после сегодняшней ночи.

Пробивавшийся сквозь горизонт оранжевый рассвет бросал на каждого мягкие лучи. Наконец, я смог разглядеть всех повнимательнее, уловить все черты лица.

Дора (как я чуть позже разузнал имя у Рика) была права, и по виду остальных, с ней были согласны многие. Шэм переводил взгляд с жены на Рика и наоборот, оглядел товарищей. Он решал, как поступить - нелегкая задачка. От этого зависело будущее каждого из нас. Рэндал и Виктор притихли, явно не находя лучшего варианта, чем тот, что предложила Дора.

- Давайте пока отложим этот разговор, - предложил Рик, - нам надо немного отдохнуть и все обдумать.

После того, как все вилоны начали прощаться и разбредаться в разные стороны города по домам, мы с Шэмом проводили ту самую раненую женщину до больницы, где заботливый мистер Гарнер заранее приготовил отдельную палату - Шэм позвонил ему и заранее предупредил. Ему не хотелось создавать вокруг персонала лишнюю шумиху с расспросами. То же самое Гарнер проделывал со мной, когда я пострадал от первой встречи с Себастьяном.

Мы вчетвером шли по безлюдной темной улице, где редкие фонари тускло освещали путь. Людей вокруг не наблюдалось - все засели по домам у телевизоров, по которым раз за разом прокручивали новости - сегодня произошел целый теракт с многочисленными взрывами десяти домов. Такая трагедия не могла остаться незамеченной, так что людям было сейчас не до гуляний в ночное время суток.

Наручные часы утвердительно показывали 03:28. Всего три часа минуло с того самого момента, как я смотрел на груду сгоревшего в пламени дома дедушки. В носу до сих пор мог воспроизводиться горьковатый запах жженного дерева. Всего три часа... а за это время произошло столько важных событий, и даже не верилось, что все это случилось со мной, все это реально.

Оставалось много нерешенных вопросов, и самым острым из них являлась очистка улик, оставшихся в лесу после сражения. Я однозначно не смогу справиться с этим в одиночку, даже помощи Рика будет не достаточно. Мельком глянув в сторону Шэма и Доры, я подумал, что было бы неплохо попросить у них помощи.

Даже не знаю, куда мы шли. Теперь у меня не было пристанища, кроме той хилой палатки за городом в лесу. А Рик... Рик не хотел бросать меня одного после всей этой темной истории. Он о чем-то увлеченно рассказывал Доре, жестикулируя руками. Из его движений и некоторых отрывков, вырванных из контекста, я понял, что он рассказывает о важном разговоре между дедушкой и Себастьяном.

- Дарк, - приятным низким голосом обратился Шэм, - теперь твой дом разрушен, тебе негде жить. Когда Уильям сказал об этом, я сразу же принял важное решение, с которым так же согласилась моя жена. Хотел поговорить с тобой, когда все закончится, в спокойно обстановке. Так вот, я хочу предложить тебе переехать в наш дом. Наши сын с дочерью уже совсем взрослые, живут отдельно... Как ты на это смотришь?

Я вовсе не ожидал услышать подобные слова от незнакомого человека, отчего невольно впал в ступор. Я прекрасно понимал, ЧТО меня ждет, если все же придется вернуться в лес: превращусь в бродягу, или на меня нападут местные животные, недовольные тем, что я поселился на их территории. К тому же добираться в школу очень далеко и неудобно: по воздуху - заметят люди, а если своим ходом - часа два пути, не меньше.

Есть еще один вариант - вернуться домой к матери, но это же самоубийство. Я только вошел во вкус, стал более-менее наслаждаться жизнью. В конце концов, у меня появились друзья... Если она вновь все испортит, я точно отправлюсь в больницу с решетками на окнах и колючей проволокой под напряжением.

- Ты можешь подумать, не торопись. Я лишь...

- Не подумайте, что я наглею, - осторожно перебил я, до конца не понимая, что говорю, - но можно Рик переедет вместе со мной? Это единственное, о чем я бы хотел вас попросить.

Рик, услышав свое имя, заинтересованно спросил, в чем дело и о чем таком секретном идет речь. Шэм довольно улыбнулся, обнажая зубы. Он похлопал одновременно нас обоих по плечу и с радостью в голосе воскликнул:

- Конечно можно. Не вопрос. У нас есть две большие комнаты.

- И я буду рада, - подхватила Дора, - если вы к нам переедите. Дом стал пустым. С вами он вернет былую теплоту и уют.

- Я даже не знаю, как вас отблагодарить, мистер и миссис Митчен, - я опустил глаза в пол и поджал губы, не зная, что в такой ситуации стоит добавить.

С лица Рика не сходила улыбка. Я знал, что он так же, как и я, был счастлив слышать такие приятные слова. Мы оба настрадались в нашем родном доме. Предложение о переезде к Митченам - самое лучшее, что могло с нами случиться...

- Мальчики, тогда вам лучше забрать все ваши вещи и перенести их сюда. Заберете завтра или же сегодня?

- Сегодня! – в один голос произнесли мы.

Мы летели высоко в небе в сторону тайного места, где я оставил свои вещи. Сначала оба молчали, каждый про себя радовался неслыханной удаче - зажить, как одна дружная семья, ну или хотя бы попытаться жить как обычные люди. Под нами улицы города постепенно сменялись дачными домами, разбросанными по полям, а затем стал местами проглядываться лес.

- Ты, правда, хочешь со мной жить? Вновь, как раньше? – вдруг спросил Рик.

- Ну, не так как раньше. Мы будем жить совсем по-другому. Но да, я хочу жить с тобой. Ты же мой брат.

Он улыбнулся и продолжил смотреть вдаль. Рик отвлек меня от мыслей о прекрасном будущем и вернул к настоящей и не совсем приятной правде, ведь родители просто так от нас не отстанут. Да, мы им не нужны, но мать с отцом сломают все преграды, лишь бы довести нас до безумия. В частности мать. Мы, как она думает, ее рабы, которыми можно помыкать, как угодно.

Но мы не рабы. Мы живые люди, которые заслуживают хорошей жизни после всего ужаса, что пережили.

- Что будем делать с отцом и матерью? Нам же нужно какое-то разрешение и свидетельство о том, что мы живем у Митченов. Думаю, все это гораздо тяжелее, чем кажется...

- Значит, нужно подать на них в суд, - твердо решил Рик, - давно пора было это сделать. Она избивала тебя, а я не додумался вызвать полицию. Все боялся, что она возьмет да прикончит меня, пока те вызывают машину.

Мы смотрели друг другу в глаза несколько секунд, а потом одновременно ехидно заулыбались. Слова излишни - можно понять друг друга по одному только взгляду.

-Понадобятся свидетели..., - вдруг засомневался Рик.

- А как насчет той бабушки и ее соседок, что живут напротив, - предложил я.

- Гениальная идея! Миссис Дрэйкот нам обязательно поможет.

- А кого назначат опекуном?

- Черт его знает...

До самого приземления мы с Риком рассуждали, каким именно образом лучше обратиться в суд, чтобы наши родители потеряли права опеки.

- Это будет весело, – подытожил я, когда мы шли через лес к тому месту.

Вещи лежали там же, где я их и оставил, костер догорел и оставил после себя большую черную горку. В некоторых местах под сгоревшими палками еще проглядывали тлеющие угольки, и от них исходило едва уловимое тепло.

- А что насчет твоих вещей? - спросил я, разбирая палатку, которую, к счастью, так и не удалось использовать по назначению.

- Ты пойдешь со мной?

- Конечно.

- А вдруг мать нас заметит?

- И что она сделает? Ударит? Накричит? Теперь мы не должны ее бояться.

Закидывая на плечи огромную тяжелую сумку, я вновь задумался над тем, чтобы отказаться от способностей после того, как мы поймаем Берта и решим, что с ним делать. А вот Рик, в отличие от меня, скорее всего, оставит все силы при себе. Он большой молодец, и обязательно принесет пользу людям.

Мне нравились мои новые возможности, но я не был уверен, что готов жить с этим всю жизнь.

- Оставь способности, – тихонько произнес Рик, когда мы уже шли по Нью-Хэмпшир стрит к нашему старому дому.

- Рик, как ты можешь? Я ведь...

- Извини, иногда я не могу сдерживаться.

- Ладно, - прошептал я, - ничего страшного. Просто я запутался.

- Знаю. Но уверен, что дедушка тоже посоветовал бы оставить все как есть. Дар лечения людей – очень полезный. Представь, скольким людям ты спасешь жизни. А как же спорт? Ты ведь его любишь, но без способностей ты не подготовлен, и тебя попросту выкинут из команды. А я так хочу, чтобы мы играли вместе! Два брата близнеца... Только представь! – радовался мыслям Рик. – Мы с тобой весь мир можем свернуть, если захотим...

В конце его обращения пыл немного поутих и он замолк, а я не знал, что ответить, поэтому оставшуюся дорогу тоже молчал, пока Рик не нарушил молчание важной новостью. Он вкратце поведал о том, что тренер не хочет выкидывать меня из команды, я ему очень понравился. Еще выяснилось, что без объяснительной от родных меня не допустят к экзаменам, а это значило только одно: придется забирать документы и переходить в другую школу, чтобы заново осваивать тот же курс в новом году.

Новости не из лучших, но что поделаешь. Мать не согласится писать для меня заявление, используя ложь и обман, чтобы объяснить мое долгое отсутствие.

Мы стояли у злополучного дома, в котором происходили самые страшные моменты из детства. Век бы не видеть эту улицу и покосившийся старый дом с облезлой краской. Цифры на фасаде покосились, почтовый ящик накренился влево - мать часто пинала его со злости, когда приходили извещения о неоплаченных счетах. Мне было противно сюда возвращаться.

Это все ради Рика. Я больше не хочу бросать его одного.

- Ключей у меня нет. Можно посмотреть, закрыто ли окно в нашей спальне.

- В нашей бывшей спальне, - поправил я с гордостью, так как переход к нормальной жизни стал для нас новым уровнем.

- Это точно.

Рик пошел первым. Он перелез через калитку и направился к окну той комнаты, в которой мы когда-то жили. Я немного помедлил, затем двинулся за ним.

- Оно закрыто, - проверив створку, с досадой заключил Рик.

- Значит, разбей стекло, забираем все вещи и уходим. Давай. Ты разобьешь стекло, залезем туда, подопрем дверь, так что они никогда ее не откроют, мы ведь сильнее.

- Хорошо.

- Ты должен решиться и сделать это Рик. Давай посчитаю до трех, затем бей со всей силы. Давай! Раз, два, три!

Рик ударил кулаком в стекло. Раздался звонкий треск, и стекло мелкими кусочками посыпалось в разные стороны. Не теряя ни секунды, он подсадил меня, я влез и потянул его за руку за собой. Хорошо хоть первый этаж, иначе ситуация была бы посложнее.

Первым делом я подбежал к двери и облокотился так, чтобы родители не смогли открыть ее с другой стороны. Замка никогда нам не ставили, чтобы у матери в любое время суток был прямой доступ к нашей зоне. Тем временем, Рик быстрыми движениями запихивал в большую спортивную сумку всю свою одежду, вещи, кубки, медали. Он сгреб туда все, что только можно.

Затем содрал простынь с кровати и продолжил сгребать в нее все оставшееся, что не уместилось в сумку. Получилось нечто дополнительного мешка.

Взгляд мой упал на кровать, в которой я спал. Когда-то над ней на стене я вешал свои рисунки, какие-то вырезки из комиксов, приклеивал наклейки. У меня все было в безобразном, хаотичном и понятном только мне порядке. Напротив была стена Рика и его кровать. У него все было идеально ровно, со вкусом. Я всегда думал, что он какой-то чрезмерно правильный. А он в свою очередь думал, что я чрезмерно неправильный. И жили мы два брата, не понимая уникальность друг друга.

Только сейчас до меня дошло, что нет ничьей копии. Я – не копия Рика, а он – вовсе не моя. Мы совсем-совсем разные. Вкусы, привычки, стиль одежды... У нас мало общего. Но мы не должны терять друг друга. Я очнулся и понял, что пора сваливать. По ту сторону двери орали два грубых голоса. Даже не разберешь, чей мамин, а чей папин.

Мы вылезли из окна и добежали до забора, как вдруг из дома на крыльцо, еле перебирая ноги из-за отдышки, выбежала мать. Ее полное лицо покрывалось красными пятнами. Одного моего взгляда в ее сторону хватило, чтобы навсегда отречься от родства с этим чудовищем.

- Что вы творите, идиоты? – кричала она на нас обоих, пока спускалась с лестницы. - Вы совсем не догоняете, в каком месте можете оказаться, если я позвоню в полицию?

Я с достоинством перенес ее пронзительный взгляд и даже сумел ехидно улыбнуться. Было жаль наших тихих соседей, они наверняка сладко спали, пока эта женщина не начала орать как умалишенная.

- Вы останетесь мокрыми, голодными, без гроша и клочка одежды! Я заставлю вас всю жизнь мучиться от бедности, пока вы не сдохнете где-нибудь под мостом, как помойные псы.

- Рик, ты забрал наши документы? – решил на всякий случай спросить я, перестав слушать бредни матери.

- Забрал.

- Тогда сматываемся, – я улыбнулся брату и, выйдя спокойным шагом на дорогу, истерически захохотал.

Рик, почувствовав смелость, вошел во вкус и показал матери средний палец, даже не оборачиваясь, чтобы увидеть ее реакцию.

Мать орала, как бешеная. Не могла успокоиться, все проклинала нас самыми ужасными словами, которые только могли выйти из нее наружу. Ну а я был готов кричать на весь мир о том, как же я счастлив! Мы сделали это! Вырвались! Дело осталось за малым – оформить нашу свободу в документальном виде.

Вернувшись в дом к Митченам, мы почувствовали приятный запах, идущий с кухни. У Шэма с Дорой был прекрасный большой дом у озера недалеко от дома Мэйси. Она жила всего в километре от нас на той же самой улице! Просто невероятно. Надо будет заглянуть к ней как-нибудь в гости и обрадовать хорошими новостями.

Рик как-то странно посмотрел на меня, опустив брови, будто желая что-то сказать, но затем резко отвернулся. Настаивать и выведывать информацию - не в моей привычке.

- Шэм, спустись, помоги ребятам подняться наверх, покажи им комнаты, – мягко улыбаясь, Дора принесла нам плетенную корзину с черным мешком внутри. – Прежде чем вы сядете за стол, предлагаю избавиться от той одежды, что на вас одета. Слишком много плохого она в себя впитала... Я оставлю корзину здесь, а вы поднимайтесь наверх, примите душ. Как будете готовы, спускайтесь.

Дора очень изящно и аккуратно убрала распущенные короткие волосы заколкой назад, затем мелкими шажками засеменила на кухню.

Всего в доме было два этажа, на верхнем этаже Шэм выделил для нас с братом две одинаковые комнаты, которые находились напротив их друг друга, и при всем при этом, у нас с Риком была собственная ванная на двоих - словно какой-то бонус.

Таща сумки на плечах, мы разделились – Рик пошел к себе, а я к себе. Оказавшись в комнате, я оставил вещи в углу. Дверь находилась прямо напротив окна, у которого вдоль стены стояла одноместная кровать. Тут был и рабочий стол с лампой, и комод. Все сдержанно, но очень уютно и красиво. Сразу видно, Митчены не обманули: второй этаж выглядел пустовато. Наконец, я остался один.

Присев на кровать, я еще раз осмотрел комнату с нового ракурса. Она была просто огромной! Я уже подумывал заработать больше денег, чтобы купить сюда что-то, что скрасило бы пустое пространство. Может, какую-нибудь игровую приставку или музыкальный инструмент. Никогда не поздно найти свое увлечение.

Мы с Риком условились, что первым из нас в душ иду я.

- Но только не долго, - предупредил Рик серьезным тоном, а затем улыбнулся.

Забавно... Он никогда не указывал мне, а тут еще вздумал шутить. Мои брови подпрыгнули вверх от его слов, и я сделал вид, что ничего не слышал.

- Дорогие мои, ужинать! – послышался чарующий голос Доры из кухни.

Собравшись все вместе за одним столом, мы принялись за еду. Посреди стола стояло большое блюдо с поджаренным в духовке цыпленком. Отдельно в глубоких чашах лежали разные гарниры к мясу. Рис, картофельное пюре, фасоль.

В последний раз я видел такой шикарно-накрытый стол в фильме, идущем по телевизору. Это было почти год назад. Тогда я и мечтать не смел о таком семейном событии как обычная трапеза.

- Я не ел ничего вкуснее... Разве это возможно настолько вкусно готовить?! – случайно вырвались наружу мои восторженные слова.

-Так это всего лишь курица и рис, - заулыбалась Дора.

Ее улыбка, освещающая все вокруг, имела заразительный эффект, от которого мурашки ползли по коже. Однозначно, она самая добрая женщина, которую я когда-либо встречал.

- Спасибо вам большое, - начал Рик, воспользовавшись подходящим моментом, - за то, что приняли нас в свою семью. Это просто невероятно...

- Да, - подхватил я, - спасибо! Вы нас совсем не знаете, но можете не сомневаться, что мы не подведем.

- И мы никогда не сделаем ничего такого, что заставило бы вас пожалеть о своем решении.

Наши слова были искренними и очень серьезными, ведь только обделенный долгие годы человек способен по-настоящему оценить благородные поступки и помощь других в трудные дни.

Дора и Шэм не сводили с нас глаз. Я ждал, когда же они скажут хоть что-нибудь, в то же время боялся, что сказка разрушится, и они попросят нас уйти.

- Вы не думайте, что мы вас не знаем, - наконец вымолвил Шэм, беря в руки бокал вина, - мы знаем вас почти с самого рождения.

- Как это возможно? - мышцы моего лица дрогнули, а брови тут же сдвинулись.

- Потому что мы - ваши дядя с тетей, – взволнованно прошептала Дора, пытаясь предугадать нашу реакцию.

Поначалу я ничего не понял, даже перестал жевать, но, переглянувшись с братом, стал вспоминать, что мама всегда скрывала от нас все сведения о родных людях. Мы даже не знали, есть ли у нас двоюродные братья и сестры, дяди и тети, мы не знали своих бабушку и дедушку со стороны отца. Все это время мы думали, что больше не на кого положиться, кроме дедушки.

Отчего Дора и Шэм так долго все скрывали? Почему с каждым днем раскрываются все более и более необъяснимые тайны?!

- Я – сестра вашего отца. Моя девичья фамилия Уорсон. Такая же, как у ваших родителей. Дора Уорсон. Вам никто не рассказывал про меня. Я знаю...

- Но почему? – спросил Рик в полной растерянности.

- Я не хочу обижать вашу маму, но именно она виновата в этом. Она не захотела, чтобы вы знали о семье вашего отца с тех пор, как довела его до такого состояния. А мой брат... психически болен, потому и не может сопротивляться. Мне ужасно больно оттого, что с ним произошло, но в этом есть и его вина, а все ведь началось с упрямства. Наша семья твердила, чтобы он ни в коем случае не женился на вашей матери, а он не слушал, пошел против всех. Но знаете, я рада, что теперь мы все это выяснили. Я рада, что вы есть у меня, и когда Шэм узнал, что ваш последний островок надежды – дедушкин дом – потерян, он тут же предложил мне, чтобы вы переехали. Мы не хотели, чтобы Джулия довела вас до такого же состояния, в каком сейчас находится отец.

Я не знал что сказать, по выражению на лице Рика я прочел то же самое.

- Вот это новость..., - вдруг вырвалось у брата. - Такое надо переварить.

Шэм засуетился, ощущая неловкость напряженного момента:

- Ребята, я понимаю, это все звучит немного странно, но Джулия действительно запретила нам принимать любое участие в общении с вами. Она сыпала угрозами, что сделает с вами что-нибудь ужасное, если мы будем настаивать. И вашему дедушке она говорила подобное. Думаете, почему он не оформил опеку на себя...

- Надо было посадить нашу мать в тюрьму и дело с концом. Она ведь психопатка и домашний тиран! - возмутился я, скрестив от негодования руки на груди.

- Уильям не мог подать на нее в суд, его могли уволить из научного центра за скандал, а это значит, он бы лишился всех своих финансов, благодаря которым ваша семья держалась на плаву.

- Я думал, наш дедушка всегда был при деньгах, - недоверчиво нахмурился Рик.

- Шэм прав. Когда я переехал в дедушкин дом, меня тут же завалили письмами о неоплаченных счетах, - пояснил я, - в одном из них я увидел какое-то извещение об оплате кредита на землю.

Дора кивнула:

- Когда-то давно он брал большой кредит на себя, чтобы выкупить старый консервный завод, который сейчас служит Штабом. Все вилоны помогали закрывать этот счет, как могли, но после смерти Уила остался небольшой долг.

Я тяжело вздохнул, понимая, в какой мы засаде. Понадобится не год и не два, чтобы рассчитаться со всеми долгами, что остались на нашу голову. И если я раньше думал, что жизнь взрослых - это дерьмо, то сейчас убедился, что она еще хуже.

Этот вечер многое перевернул, но к счастью, все становилось понятнее - пазл за пазлом собиралась картина прошлого. Одного мы не понимали – почему наша мать сошла сума. Может, нам и не нужно этого знать. Не уверен, что теперь меня это хоть как-то будет интересовать.

Неожиданно, мне в голову пришла потрясающая идея. Чуть позже я толкнул локтем Рика и незаметно постучал указательным пальцем по виску, давая понять, чтобы он прочел мои мысли.

А думал я о том, чтобы попросить Дору и Шэма принять нас в свою семью не только формально, но и в письменном виде. Я бы очень хотел, чтобы они стали нашими опекунами. Можно подать на маму в суд за то, что она сумасшедшая, избивала нас все детство, ругалась нецензурными словами за всякую мелочь, запирала, не кормила... Можно даже немного преувеличить и соврать, что именно она выгнала нас из дома.

Кто ей поверит, когда она начнет отпираться?

Это была гениальная идея. И мы оба знали, что она сработает, потому что мать была действительно не в своем уме. Если она пойдет к психологу, он тут же это выявит. И отца проверят. Уж он-то точно психически болен.

Таким образом, единственными нашими опекунами остаются тетя Дора и дядя Шэм. Все складывалось, как нельзя лучше.

До конца ужина (скорее завтрака, ведь время близилось к утру) мы с Риком незаметно переглядывались, наши лица выражали радостные эмоции и предвкушение предстоящих судебных разбирательств.

Когда Митчены, попрощавшись, ушли спать, мы с Риком тоже разошлись по своим комнатам. Приоткрыв дверь, я увидел, что постель уже была застелена чистыми выглаженными простынями, а на столе зачем-то находился стакан воды. Наверное, чтобы я не стеснялся спускаться ночью вниз попить. Невероятно... Заботливая Дора успела все подготовить, больше некому. От ее заботы у меня внутри возникало странное непонятное ощущение, с которым пока тяжело разобраться.

Я залез на кровать и приоткрыл окно. В комнате было темно, и только тусклый свет фонаря на улице пробивался внутрь, едва освещая стены и пол. В чистом воздухе пахло прохладой и чем-то еще. Озером... точно. Оно ведь совсем близко, стоит лишь выйти на задний двор - и пожалуйста. Летом можно будет там купаться, да и вообще нам будет очень весело. Все самое интересное только начинается. Жизнь с чистого листа, не считая некоторые проблемки из прошлого.

- Ты не спишь? – послышался голос за спиной.

Я тут же развернулся. У дверей стоял Рик.

- Заходи.

- До сих пор не могу поверить, что это реальность, - присаживаясь рядом, начал он, чтобы рассеять тишину, - никогда не думал, что с дядей и тетей можно познакомиться таким вот способом.

- А ведь они молчали все это время. Их могли убить, а они нам ничего так и не сказали. Да и нас тоже могли убить.

- Все правильно они сделали. Нам нельзя было говорить что-то лишнее, тогда мы бы не были сосредоточены на Себастьяне.

Рик опустил голову и замялся. Я уловил, как легко и незаметно подрагивала его нижняя губа от внутреннего волнения - не трудно догадался, что он хотел мне что-то рассказать, но не решался.

Тогда я спросил первым.

- Что стряслось? Есть еще что-то, что мне нужно знать?

- Да.

- Так говори.

- Я бы очень этого не хотел, но мне придется... Ты должен быть в курсе и заслуживаешь правду, - Рик сделал паузу и, закрыв ладонью часть лба и глаз, продолжил. - Вчера Алекс принял внешность Мэйси, обманом затащил меня в трансформаторную будку недалеко от кладбища, а затем снова стал собой. Он признался, что хотел убить меня, чтобы я не помогал тебе в поимке Себастьяна, но тут вдруг появился Тайлер. Выяснилось, что он тоже вилон, был подослан дедушкой присматривать за нами. Я был связан по рукам и ногам в прямом смысле, на моих глазах Тайлер убил Алекса. Но это еще не все...

Выглядел он растерянно, заламывая руки, будто перебарывая себя. Хотелось треснуть его, чтобы он прекратил издеваться и, наконец, закончил свою мысль.

- Перед тем, как появился Тайлер, Алекс сказал мне кое-что. Я бы очень не хотел этому верить, но это на самом деле так.

- Да что же он тебе сказал, не таи! – начал злиться я.

- Он стер Мэйси память. Она больше не помнит нас, Дарк...

В комнате повисло молчание. Я слушал, как мое сердце начинает стучать все медленнее и медленнее, а все вокруг словно расплылось и в одночасье стало таким... незначительным.

Опустение. Иначе мне не описать того чувства, которое возникло где-то в глубине, под ребрами и ниже.

Такого просто не могло быть! Как же так? Все только начало улаживаться, как вдруг... Значит, она забыла меня. Она забыла все, что с нами случилось и все, что мы ей рассказали.

- Хорошо, что ты не сказал мне об этом раньше...

Но как же... Она не могла забыть. Не могла. А что если...

Идея! Отчаиваться было рано!

- Рик, кажется, я знаю, что делать.