46

От неожиданности насильник больно сдавливает мое бедро, впиваясь ногтями в кожу.

- Иди, куда шел, чувак, - раздраженным голосом говорит он подошедшему. – Я тут разбираюсь со своей телкой. Это не твое дело.

- Сомневаюсь.

Шаги раздаются ближе. Мне кажется, это невозможно, но мое сердце стучит теперь еще громче и быстрее. Неужели его никто не слышит?!

- Вали, пока я не... Джастин? – голос насильника подскакивает от неожиданности, и я чувствую, как сердце буквально падает куда-то вниз.

Оков, сжимающих меня по всему телу и прижимающих к стене, больше нет. Я чувствую прохладный воздух на полуобнаженном теле и медленно скатываюсь на землю. Больно.

Джастин. Джастин. Он здесь.

- Что ты здесь делаешь, Джастин? Иди своей дорогой, ты мне все портишь, - лениво протягивает насильник. Они знакомы?

- Перестань, Бен. Я вызову полицию. Отпусти девушку, - спокойно говорит Джастин.

Его голос... музыка для моих ушей. Самый лучший звук в мире. Я готова разрыдаться только от того, что снова слышу его.

Но он не узнает меня. Не узнает в жертве насильника меня.

Бен? Я слышала это имя раньше.

- Что ты несешь, идиот?! Ты же никогда не возникал? – ревет Бен. – Ты – жалкая тряпка. Вот и не раззевай свою пасть. Эта девка – моя. Я сделаю с ней то, что хочу, и ты мне не помешаешь.

Бен делает шаг вперед, и на меня попадает свет фонаря. Я жмурюсь от яркого света и закрываю глаза.

В следующий момент весь мой мир сосредотачивается на крике:

- АДЕЛЬ?!

В этом звуке столько чувств, столько отчаяния. Я снова ощущаю, как изнутри меня что-то сдавливает. Такое было каждый раз, когда я видела, как мучается Джей.

Так непривычно, когда прежние чувства возвращаются после долгого отсутствия.

- Ах ты мразь! – орет Джастин и набрасывается на Бена.

Я не могу подняться на ноги. Я даже руки поднять не могу. Все, что мне остается, это смотреть, как Джей уворачивается от тяжелых ударов Бена, который явно не ожидал, что Джастин, которого он никогда ни во что не ставил, может напасть первым.

POV Джастин

Все мои занятия по управлению гневом кажутся сейчас смехотворными. Сейчас гнев, от которого я когда-то силился избавиться, дает мне сил, позволяет просчитывать удары противника до того, как он их наносит. Я ударяю первым. Я сбиваю его с ног первым. Я ломаю ему нос первым.

Я стараюсь не смотреть в ту сторону, где, скрючившись, сидит растерзанная Адель. Ее образ и так стоит у меня перед глазами. После стольких месяцев... я не думал, что увижу ее... такой.

Я сижу на коленях Бена, лежащего на земле, и продолжаю бить его по лицу. Мои кулаки горят и кровоточат, парень подо мной хрипит и захлебывается кровью, а я не могу остановиться. Словно внутри сломан рычаг, отвечающий за включение и своевременное отключение гнева.

Внезапно я ощущаю, как к моей спине прикасается что-то почти невесомое.

Она кладет голову на мое плечо.

Ее руки обнимают меня за талию.

Ее голос едва слышно шепчет.

- Джастин, перестань.

Этого достаточно. Внутри меня все выключается, и руки безвольно повисают. В это же мгновение Адель отстраняется и приваливается спиной к стене. Ее ладони стараются прикрыть грудь. Она плачет.

Я бросаю последний взгляд на Бена. Он без сознания. Он больше не стоит моего внимания. Я оборачиваюсь к Адель. Она смотрит пустым взглядом куда-то перед собой. Ее ладошки подрагивают. Я опускаюсь на колени рядом с ней, беру за подбородок и поднимаю голову.

- Джастин... - выдыхает она, словно видит меня впервые.

Звук ее голоса творит со мной что-то невообразимое. Внутри меня все переворачивается в ног на голову. В какой-то момент даже воздуха не хватает.

Как будто и не было этих месяцев.

- Джастин. Джастин! Джастин! Джастин! Джастин. – она продолжает шептать, вновь смотря перед собой, и протягивает ко мне руки до тех пор, пока не обвивает ими мою шею. Я прижимаю ее к себе, как фарфоровую куколку. Вот бы не сломать.

- Я слышу тебя, - говорю я, поднимая ее на руки. – Я здесь.

- Если я перестану говорить твое имя, ты исчезнешь, - уверенно произносит Адель, кладет голову мне на плечо и снова шепчет. – Джастин. Джастин. Джастин...

Это совсем не мешает. Это музыка для моих ушей.

Я несу ее к себе домой. По дороге поднимаю с земли ее сумку, которую помню до сих пор. Я не забыл все эти мелочи...

Дома холодно. Я снова забыл закрыть окна в гостиной. Я отношу ее туда, кладу на диван, запираю все окна и включаю везде свет. Адель сжимается в комок и продолжает произносить мое имя. Если ей так легче...

Я опускаюсь рядом с ней на колени и убираю с лица спутанные пряди.

- Успокойся, Адель. Все хорошо. Я не исчезну.

Она замолкает. Будто просыпается ото сна и оглядывается.

- Где я? – сипло спрашивает она.

Мое сердце разрывается, когда я смотрю на то, что он с ней сделал.

- Ты у меня дома.

- У тебя... дома... Хорошо.

- Я сейчас вернусь, - обещаю я и встаю на ноги.

Зайдя в спальню, я вызываю полицию. Мне хватает минуты для того, чтобы объяснить произошедшее и назвать свой адрес. Потом я достаю из шкафа свою старую футболку и забрасываю себе на плечо. В ванной я набираю в глубокую миску теплую воду, хватаю чистую тряпку и возвращаюсь в гостиную. Адель лежит на диване в том же положении. Я ставлю миску на стол и помогаю девушке сесть.

- Я надеюсь, ты не стесняешься меня? – спрашиваю я напряженно, смотря на то, как она все еще закрывает руками грудь. – Я хочу лишь промыть царапины.

Она долго и внимательно смотрит на меня. Я готов сойти с ума, утонуть в ее изумительно зеленых глазах.

Адель убирает ладони и подается чуть вперед. Заперев в дальнем ящике любые посторонние мысли, я смачиваю тряпицу и аккуратно провожу ей по ссадинам. Девушка вздрагивает, но не отклоняется.

- Он ведь... трогал тебя? – вдруг спрашиваю я, избегая смотреть ей в глаза.

- Джастин, - теперь я вздрагиваю от того, как чувственно звучит мое имя в ее устах, - он насильник. Конечно он трогал меня.

- Как? – боже, ну что я за тупица?

- Ты издеваешься? Или тебе нужно посмаковать подробности? – она вдруг ощетинивается.

Я заканчиваю протирать ее кожу и протягиваю ей свою футболку. Адель снимает платье по пояс и надевает ее.

- Прости, - вздыхаю я, снова смачивая тряпку. – Я хочу вернуться и убить его.

Она с ужасом смотрит на меня. Наверное, она думает, что я остался прежним и безбашенным.

- Ты вызвал полицию, - напоминает мне принцесса. – Если ты убьешь его, тебя арестуют. – Удивительно, как рассудительно она говорит. Даже смешно немного.

Я успеваю протереть ее царапины на лице. Как только я заканчиваю, за окном раздаются сирены. Предстоит тяжелый час, если он один.

Приехавшие офицеры задают вопросы. Много вопросов. Они находят безжизненное тело Бена и помещают его в одну из своих машин. Адель тут же говорит, что я действовал в целях ее защиты, когда видит, как подозрительно копы смотрят на меня. Они предлагают принцессе вызвать скорую, но она уверяет, что с ней все в порядке. Ей приходится повторить это не раз, чтобы копы поверили. Нас бегло допрашивают, мы по очереди отвечаем на все вопросы. Наши слова кратко записываются.

Когда весь это кошмар заканчивается, один из офицеров говорит, что мы должны будем явиться завтра на подробный допрос. Мы соглашаемся и выпроваживаем копов. Наконец, в моем доме тихо.

Адель прижимается спиной к стене в прихожей. Моя рука все еще лежит на ручке входной двери, когда принцесса заговаривает:

- Ты изменился. Стал таким самостоятельным.

Не знаю, почему, но мне не приятны ее слова. Я прячу руки в карманы и пожимаю плечами.

- Я всегда был таким, - сконфуженно заявляю я.

- Нет, сейчас все по-другому. Ты научился бороться. Справляться с трудностями, а не бежать от них.

Я вздыхаю и указываю ей на кухню. Она безропотно следует за мной.

- Перерыв дал мне многое понять. Я пожил самостоятельно, ни от кого не скрываясь, в реальном мире, рядом с другими людьми. И мне понравилось.

- Ты называешь восемь месяцев перерывом, - иронично усмехается Адель и садится за стол.

Я ставлю чайник и достаю из холодильника съестное.

- Мне понравилось быть самостоятельным, - продолжаю я, не обратив внимания на ее слова. Она должна понять меня. – Понравилось решать свои проблемы, общаться. Это все благодаря тебе.

Она морщится.

- Благодаря тому, что я дала тебе уйти? – саркастично интересуется она.

Узнаю свою прежнюю принцессу.

- Я бы все равно ушел. Мне нужна свобода.

Она вдруг тяжело вздыхает.

- Ясно. Мне лучше уйти.

Адель встает из-за стола, но я останавливаю ее, коснувшись ее плеча.

- Я не отпущу тебя в таком состоянии, - я хмурюсь.

Она закатывает глаза. Снова этот чертов жест.

- Не надо обо мне заботиться, ясно? – ощетинивается девушка.

- Может, пришла моя очередь? – тихо спрашиваю я.

- Живи свободно и не беспокойся за меня. Не трогай меня!

С этими словами девушка дергает плечом, смахивая с него мою ладонь. Но не уходит.

Я причинил ей столько боли. Ранил в самое сердце тем, что ушел в трудный для нас обоих момент. Этой вины мне никогда не искупить.

Я смотрю на нее, такую маленькую в моей футболке, смотрю, как подрагивают ее хрупкие плечики, и поражаюсь тому, что она... жила без меня. Да, я тоже жил без нее, но тот факт, что в ее жизни все это время не было меня, почему-то именно сейчас поражает.

- Я хочу помочь, - шепчу я.

- Тебе не нужна была моя помощь? Так вот, мне не нужна твоя.

Снова защитная реакция. Ей легче показать, что она ненавидит и презирает меня, чем признаться, что все это время она страдала, что она страдает сейчас, находясь рядом со мной.

- Ты очень помогла мне. Твоя помощь была мне нужна. Благодаря тебе я вылез из своей раковины.

- И живешь нормальной жизнью, да? – Адель резко оборачивается и впивается меня горящим взглядом. – Ну, как тебе твоя новая жизнь? Нашел себе новую девушку, которая терпит тебя теперь?

Ее слова нисколько не задевают меня, как бы она не старалась. Гораздо неприятнее смотреть на результат моих поисков себя. Она ожесточилась и закрылась в себе. Как мне достучаться до нее?

Я вспоминаю Джессику, стоит принцессе заговорить о девушках. Но с Джесс у меня не было отношений... Она была инициатором, еще большим, чем моя любимая Мейси. Джесс была требовательной и невыносимой. Я расстался с ней, не успев даже прикоснуться к ее губам.

- Нет, не нашел.

- Значит, в поисках?

Я едва сдерживаю улыбку. Моя принцесса ревнует.

Она все еще любит меня. Это поразительно.

Я опускаюсь на колени и обхватываю ее за бедра, стараясь делать это нежно, помня о том, что моя маленькая девочка пережила несколько часов тому назад.

- Я не в поисках. Мое сердце занято.

У нее захватывает дыхание. Принцесса старается напустить на себя безразличный вид, но ей это не удается. В конце концов, она кладет ладошку мне на голову и запускает пальцы в волосы. Как мне этого не хватало.

- Кем? – шепчет она.

- Одной девушкой, которую я смертельно обидел. Я нанес ей такое оскорбление. Причинил столько боли. Оставил одну, - у меня сжимается горло, и я с шумом втягиваю воздух. – Разве я могу теперь рассчитывать на ее прощение?

Принцесса обхватывает мое лицо ладонями и тянет на себя, вынуждая меня подняться на ноги. Я наклоняю голову настолько, чтобы мое лицо было в каких-то миллиметрах от ее.

- Можешь рассчитывать, - шелестит ее дрожащий голос.

О боже. Эти слова.

Я хочу подарить для нее целый мир. Достать с неба звезду. Исполнить любое ее желание. Быть рядом с ней вечность.

Ее глаза наполняются слезами.

- Ты нашел свой дом, Джастин? – тихо спрашивает Адель.

Я обнимаю ее за талию и бережно притягиваю к себе.

- Нашел. Ты – мой дом, принцесса.

Она встает на носочки, чтобы поцеловать меня. В этот момент я готов умереть от счастья, но я всего лишь целую ее в ответ.

Мое сердце готово выпрыгнуть из груди. Я понимаю, что мы оба плачем.

- Теперь я клянусь тебе, Адель, клянусь всем, что у меня есть, что я никогда не оставлю тебя. Ничто на свете не сможет заставить меня сделать это. Ты веришь? Ты веришь мне?

И она говорит мне:

- Верю.