19

========== Глава 19. ==========

Утром меня ждет приятный сюрприз. Оказывается, ночью ко мне пробрался Доллар и улегся на мои ноги поверх одеяла. Сегодня на чердаке довольно прохладно, и присутствие пса спасает от холода. Я медленно тяну руку к его макушке и легонько поглаживаю по светлой мягкой шерсти. Доллар неторопливо раскрывает черные глаза и зевает во всю пасть. Я улыбаюсь, когда пес лижет мою ладонь.

- Доброе утро, мальчик, - воркую я, почесывая его за ухом. Он прикрывает глаза и кладет голову мне на колени.

Какое-то время мы лежим так. В конце концов, мне становится слишком жарко, и я вынуждена отбросить одеяло. Доллар, фыркая, встает на лапы и снова зевает. Пронзительно гавкает, тянет носом и торопится к двери. Похоже, я оставила ее открытой. Пес с легкостью скрывается за ней. Наверное, учуял запах завтрака Джастина?

Джастин... о боже.

Я вспоминаю прошедший вечер и густо краснею. Я вызвалась мыть его, я видела его обнаженным, и он меня, судя по всему, тоже. Нет, я не хочу появляться перед ним сейчас.

Вместо этого я роюсь в складках одеяла и нахожу свой мобильник. Кажется, пора кое с чем разобраться.

Набирать номер Аарона оказывается слишком сложным. Я все еще помню цифры, но боюсь слышать его голос. Мне приходится устраиваться поудобнее, садиться на матрасе и укутываться в одеяло.

Аарон отвечает после первого гудка.

- Адель! – кричит он в динамик.

- Не ори так, или я брошу трубку, - цежу я сквозь зубы. Не знаю точно, что заставляет меня говорить так с ним, но я чувствую, что поступаю правильно. Аарон умолкает. – Что происходит, Локхарт?

Парень долго молчит. Меня начинает это бесить, когда он наконец-то заговаривает.

- Где ты сейчас?

- Я задала вопрос первой, - жестко обрываю его я.

- Что ты хочешь узнать? – вздыхает Аарон.

Я что есть силы сжимаю телефонную трубку.

- Ты серьезно? Если ты будешь и дальше претворяться идиотом, нам не о чем говорить, - рычу я.

- Не буду претворяться, - поспешно обещает парень.

- Тогда расскажи. Все, что считаешь нужным. Хоть раз будь честным со мной, - сурово велю я. Странно, еще неделю назад мне казалось, я люблю его. А теперь...

Аарон кашлянул. Даже в этом звуке чувствовался дискомфорт. Я смутилась. Почему я так реагирую на него? Разве он что-то сделал?

Но я чувствую, что это единственный способ выведать у него правду, какой бы она ни была.

- Я даже не знаю, с чего начать, - вздыхает он.

- Начни с начала, - предлагаю я устало.

- Я... Я уже четыре месяца встречаюсь с другой девушкой, - неожиданно ледяным отстраненным голосом произносит Локхарт.

Нет, я не люблю его. Только откуда этот зазубренный нож, по рукоятку пошедший в спину? Я резко выдыхаю, как будто меня ударили в живот. Вот как.

- Что ж... Это объясняет некоторые вещи... - выдыхаю я. Он молчит. - Ты знаешь... Кхм... Знаешь, что со мной происходит?

- Я сделал тебе больно, прости. Я засранец, каких свет не видал, и не заслуживаю...

- Нет, Локхарт, ты знаешь, в какой я ситуации? - прерываю я, теперь уже имея полное право на грубость. Острие ножа вонзается в сердце, мне больно, так больно, что сложно дышать.

- Я... я знаю про нападение, - шепчет Аарон. - Я поговорил с твоими родителями, - признается он, а я жду, слишком шокированная и слишком уязвленная. - Это сделала Сэм.

- Сэм, значит?

- Это... та девушка. Она заплатила кому-то за то, чтобы на тебя напали. Я не знаю, каким должен был быть исход нападения. Как только я узнал все, то бросил ее и стал искать тебя, но не знал, где найти. Она... она сказала, что те, кому велено было напасть на тебя, бросили тебя где-то в городе, а когда вернулись за тобой позже, тебя уже не оказалось. Значит, ты жива, прячешься. Я побежал к твоим родителям, чтобы хоть как-то выиграть время.

Я слушаю его, слушаю этот жалкий дрожащий голос, и у меня медленно кружится голова. Как все могло так оказаться?.. Почему я? Почему он меня предал?

Если бы я была рядом с Аароном, возможно, я бы начала кричать, бить его кулаками и спрашивать снова и снова, почему... А сейчас мне хочется просто свернуться калачиком и плакать. Я не люблю его. Тогда почему так больно?

- Я не хочу слушать продолжение истории, - хриплю я наконец.

- Я уже закончил.

- Складно. Думаю, ты знаешь... что будет дальше, да? - я шумно дышу в динамик, потому что не могу иначе.

- Адель... я тебя люблю.

- Заткнись. Просто заткнись, Аарон. Даже если ты сейчас говоришь правду, тебе следовало думать головой четыре месяца назад, а не головкой. Прощай.

- Постой, пожалуйста! - восклицает он. - Ты вернешься?.. Где ты сейчас?

- Я сейчас в безопасности. И к тебе я не вернусь.

- Я не об этом.

- Конечно, я вернусь домой, вопрос был идиотским, - холодно говорю я и смаргиваю слезы.

- Насчет безопасности... Нападение не повторится, я гарантирую это.

- Надо же, рыцарь, - фыркаю я. - Я не хочу больше слушать твой голос, Локхарт. Прощай.

Прежде чем парень в очередной раз закричал, пытаясь меня остановить, я выключаю телефон и падаю на широкую подушку. Слезы заливают лицо, я часто-часто дышу и обнимаю себя руками, словно от этого смогу чувствовать себя цельнее.

Интересно, как долго я так лежу, пустым взглядом впиваясь в сереющее пасмурное небо? Скоро пойдет дождь, мне следовало бы найти другое место для продолжительного самобичевания, но я не могу даже подняться. Словно из меня высосали все силы.

Я лежу, лежу, пытаюсь отыскать что-то в проплывающих тучах, но вижу одну серость. Мне холодно даже под одеялом, но рядом нет Доллара, который согрел бы.

Вдруг я слышу шаги за дверью. Успеваю лишь повернуться на бок и спрятать лицо в подушку. Мне хочется спрятаться полностью, но сил ни на что не хватает.

Дверь распахивается.

- Обладательнице сексапильного тела, ее высочеству доброе утро, - радостно протягивает Джастин. - Ты вчера убежала так быстро, я не успел сказать, что ты можешь ночевать в моей комнате.

- Упустила такую возможность, - выдавливаю я. Со стороны кажется, будто я недовольно бурчу, пряча лицо от злости или обиды.

- Да, возможно мы могли бы... Вот черт!

Он гремит чем-то и невероятно быстро подлетает к матрасу.

- Принцесса?

Его горячая ладонь скользит по моим волосам, отодвигает пряди за ухо.

- Принцесса, посмотри на меня, - просит парень беспокойно.

Я лишь отрицательно качаю головой.

Тогда Джей без промедлений хватает меня на руки вместе с одеялом, прижимает к груди и уверенно несет вниз. Все, что я могу, это прижаться к его груди. Он теплый, от него приятно пахнет детской пенкой для ванн. Я вдыхаю запах, позволяю ему заполнить мои легкие до отказа, и медленно выдыхаю. Повторяю еще два раза, чтобы полностью успокоиться и перестать рыдать. Помогает.

Мы оказываемся в его спальне. Джастин кладет меня на диван с несобранным постельным бельем. Только встал? Мельком я вижу страх на его лице. Он тянется ко мне, раскрывая рот, чтобы спросить что-то, и я, укутываясь в одеяло с головой, прячусь от него. Глаза снова мокрые, но я не издаю ни звука.

- Принцесса. - Нет, я не отвечу, и не проси. - Адель.

Он произносит мое имя так... чувственно. По-другому я не могу объяснить. Сердце снова начинает ныть, и я ослабляю броню, позволяя себе всхлипнуть.

Слышится шорох, и вдруг я чувствую, как меня бережно обнимают его теплые руки. Мы лежим на диване; я, свернутая калачиком, и Джей, прижимающийся грудью к моей спине, прислонивший свои колени к моим бедрам, а щеку к тому месту, где под одеялом скрывалась моя макушка. Изгиб его тела полностью повторял мое. Я представила, как это выглядит со стороны: две разные половинки, контуры которых так идеально подходят друг другу.

От этих мыслей почему-то стало еще больнее.

- Я не хочу давить на тебя, - уверяет Джастин, не позволяя себе лишних движений. Он просто обнимает меня, даря этим такое необходимое чувство защищенности.

- Ты ведь ничего не скажешь мне? - мягко спрашивает Бибер. Я поворачиваю голову из стороны в сторону. - Тогда говорить буду я. Скажешь, когда мне надо будет заткнуться, ладно? - медленно киваю и зажмуриваюсь. - Я тебе завтрак нес, между прочим. Еще горячий. Но он остался наверху, и я не сомневаюсь, что Доллар найдет к нему дорогу. Но я приготовлю снова, еще вкуснее, обещаю. Не представляю, как ты спала там, принцесса. Холодно ведь было. Осталась бы со мной, я бы согрел. Представляю, как восхитительно ты пахла после ванны. Я вот себя всего обнюхал, никогда не пах детской пеной со вкусом клубники. Мне кстати понравилось, спасибо, что вчера позаботилась обо мне...

Он тараторит и тараторит, а я почти не вникаю в его слова. Сосредотачиваюсь лишь на звуке его голоса и представляю, как двигаются его губы, эти слова произнося. Его голос потрясающе красив. Мягкий, бархатный. А как он ласкает мое имя...

Джастин, кажется, говорит что-то про вчерашнюю погоду и купание. Я не слушаю, не пытаюсь даже, но не потому, что это сложно. Сейчас, укутанной в одеяло, лежащей в его объятиях, почти успокоившейся, мне больше всего хочется уснуть. И я вскоре проваливаюсь в забытье, остро ощущая необходимую близость.

***

Я просыпаюсь от чужих прикосновений на моих щеках. Пальцы двигаются так неуверенно и медленно, что от этих касаний впору позабыть обо всем на свете и заморозить мгновение. Но в жизни не бывает так просто.

Открываю глаза и вижу перед собой Джея. Он едва смущен тем, что я застала его за непривычным занятием. Нет, я даже не протестую против того, что он себе позволяет. Ласка... она необходима мне сейчас. Хотя где-то в отдаленном уголке сознания затаился вопрос: правильно ли я поступаю, ища утешение в объятиях другого человека?

- Я вытащил тебя из кокона, ты не возражаешь? – ухмыльнувшись, говорит Джастин. – Ты была вся мокрая.

Качаю головой и выдавливаю улыбку. Даже ему мне улыбаться нелегко.

Я долго смотрю на него, прежде чем в голове складывается вопрос.

- У тебя ведь была девушка, Джастин? – спрашиваю я осознанно и задумчиво.

Его брови опускаются на полсантиметра, но Джей не хмурится. Он озадачен.

- Была. До того, как я умер для своей семьи и для всех, кто меня знал, - выговаривает он ровным голосом. Его спокойствие задевает меня, и я позволяю себе вытащить руку из-под одеяла и провести ею по его щеке.

- Горячая, - ласково говорит он. – Ты расскажешь мне, что случилось?

Я напрягаюсь, сердце начинает биться быстрее. Нет, это все еще больно, Джастин...

Он берет мое лицо в свои ладони и заставляет смотреть ему в глаза. Они ясные и теплые. Внушают доверие.

- Я обещаю утешить. Но если ты расскажешь, тебе станет легче.

И я рассказываю. Я говорю и говорю, не задумываясь о том, связны ли мои слова. Я говорю, что думаю, что чувствую. Описываю ему свои ощущения. Джей кладет мою голову себе на грудь, поглаживает меня по волосам и спокойно дышит. Мне хорошо, тепло и уютно на его груди.

Но я не могу не думать о том, что еще недавно я находила утешение в других руках.

Пару раз я начинаю плакать, и замолкаю. Джей терпеливо ждет, продолжая гладить меня по спине и волосам. Его прикосновения вызывают в моей голове мысль о том, как я, должно, быть, ужасно выгляжу: растрепанная, заспанная и с опухшими и красными от слез глазами. От этого я плачу еще сильнее и чувствую, как Бибер, испугавшись, напрягается.

В конце концов, мне удается закончить рассказ. И когда я его заканчиваю, до меня доходит, что ему неприятно знать это. Я просто знаю это, не могу объяснить, откуда.

- Мне очень жаль, принцесса, - выдыхает Джастин, обнимая меня. – Правда, я сожалею, что все так вышло. Я бы очень хотел, чтобы ты была счастлива. Если бы мне довелось стать причиной твоих слез, твоей боли, я бы вырвал из груди свое сердце, потому что видеть то, как ты страдаешь, причиняет безграничную боль и мне.

Замираю и едва дышу. То, что он сказал... и как он это сказал...

Неужели... он влюбился в меня?

Нет... Этого... этого не может быть. Не должно. Почему?..

Но что еще страннее... его слова находят отклик в моей груди. Сердце наполняется теплом, пусть и медленно, с перебоями.

Я не знаю, что бы делала, если бы не Джастин. Он столько сделал для меня. Разве я всего этого заслуживаю? Он самый лучший человек из всех, кого я когда-либо встречала. И жизнь так несправедливо поступила с ним.

В моем сердце столько чувств, меня переполняет множество эмоций, но все, что я могу сейчас выдавить, это:

- Спасибо, Джастин. Это... многое значит.

- Я знаю, - фальшиво бодрым голосом отзывается он. Пытается замять то, что только что открыл мне свою душу? Возможно, сейчас это правильно.