Паста

Он сидел в своем внедорожнике, а за окном царила обманчивая идиллия: нежный снег беззвучно опускался на темный асфальт. Но в душе его бушевала буря. Он ждал Дарью. Кем она была для него? Что он чувствовал? Он – состоятельный, уверенный в себе, а она... простая, загадочная. Данила даже не знал ее возраста, лишь имя – «Дарья» – вызывало сладостную дрожь где-то в груди. Неужели все это не просто так? Время тянулось мучительно медленно, а мысли его неотступно возвращались к этой черноволосой девушке. Простила ли она его? Что она чувствует, когда смотрит на него?

Наконец, дверь ресторана распахнулась, и Дарья направилась к черному внедорожнику. Рыжеволосый вздрогнул, когда она, изящно присев, скользнула в салон. Легкий шлейф ее духов наполнил машину волнующим ароматом. Он неуверенно улыбнулся и завел мотор.

Автомобиль плавно выехал с парковки, направляясь в сторону его дома.

– Что ты хотела бы на ужин? – спросил он, бросив мимолетный взгляд на девушку.

– Может, пасту? – тихо ответила она, встретившись с его взглядом.

Сердце Данилы болезненно заколотилось. Ему было трудно сосредоточиться.

– Да, конечно, – произнес он, стараясь скрыть волнение. – Может быть, еще что-нибудь хочешь? – тихо добавил он, сжимая руль.

Дарья едва заметно кивнула, и на ее губах мелькнула легкая улыбка.

– Вино... или что-нибудь другое...

Они ехали по улицам, утопающим в огнях, создающих атмосферу праздника. Но в душе Данилы жила тревога.

– Ты не хочешь поговорить о... о том, что произошло? – спросил он, стараясь не выдать своего беспокойства.

Дарья устремила взгляд в окно, словно ища нужные слова.

– Я не знаю, Данила. Мне нужно время, чтобы все осмыслить, – наконец прошептала она.

В ее голосе звучала натянутость, и Данила почувствовал, как все повисло на волоске.

– Я понимаю, – ответил он, глядя на дорогу. – Я не хотел тебя обидеть.

Она повернулась к нему.

– ...но иногда бывает очень сложно простить...

На какое-то время воцарилось молчание, каждый погрузился в свои мысли. Данила отчаянно пытался найти способ исправить ситуацию, но слова словно застревали в горле.

– Давай просто насладимся вечером, – предложил он, пытаясь сменить тему. – Хорошо проведем время.

Напряжение в воздухе все еще ощущалось, но Дарья кивнула.

– Я согласна. Давай постараемся отвлечься, – сказала она.

Они свернули во двор его дома. Данила помог девушке выйти из машины.

Они вошли в просторный, светлый дом, украшенный дорогими произведениями искусства. Данила приглушил свет, создавая интимную атмосферу. Он провел Дарью на кухню.

– Присаживайся, отдохни немного, а я пока займусь ужином, – предложил он, надевая фартук.

Он достал из холодильника необходимые продукты.

Дарья наблюдала за ним, как он ловко нарезает овощи и ставит воду на плиту. В его движениях чувствовалась уверенность, но она все еще видела в его глазах тревогу.

Пока Данила готовил, Дарья достала из винного шкафа бутылку красного вина. Случайно коснувшись его руки, она заставила его слегка простонать и прикрыть глаза. Девушка слегка отпрянула и достала два бокала. Она наполнила их вином и протянула один Даниле. Он повернулся к ней, и между ними осталось всего несколько сантиметров. Его глаза потемнели, тело слегка дрожало. Он едва заметно улыбнулся, и они молча выпили. Аромат пасты и вина наполнил кухню, создавая ощущение тепла и уюта.

После ужина они сидели на диване в гостиной, глядя на огонь в камине.

– Можно я узнаю тебя получше? – спросил Данила, глядя на девушку, которая неотрывно смотрела на огонь.

Дарья кивнула и начала рассказывать о себе: о своем возрасте, о своей работе... Разговор затянулся больше чем на час.

Неожиданно к ним подбежал Гром, огромный пес, который тут же упал к ногам девушки. Она с улыбкой принялась его гладить. Данила не мог отвести взгляд от этой картины. Пес вел себя на удивление спокойно.

– Вы подружились? – спросил Данила, поправляя свои рыжие волосы.

– Да, еще когда я приезжала сюда впервые...

Он кивнул.

На улице давно стемнело.

– Если ты захочешь остаться, у меня много свободных комнат. А если нет... я могу вызвать тебе такси, – произнес Данила. В его голосе звучала легкая грусть и едва уловимая надежда.

– Показывай комнаты...

Мужчина усмехнулся, поднимаясь с места, чтобы проводить ее по дому.