Часть 23

Ему нравились эти утренние кристально чистые часы, наполненные блаженной тишиной. Солнце уже начало свой долгий бег по безоблачному небосводу, но вокруг все еще дремало, даже сосны, казалось, боялись шелохнуться, чтобы ненароком не нарушить всеобъемлющего спокойствия. И только яркие бабочки легко порхали от клумбы к клумбе, опыляя распускающиеся покрытые росой гортензии, аромат которых пьянил голову. Роман, облокотившись на перила, расслабленно сидел на крыльце веранды с чашкой кофе и щурился от яркого света, затопившего внутренний двор. Погода наладилась, и лето постепенно стало брать свое, одаривая после затяжных дождей теплом. Поэтому сегодня они собирались пойти на озеро, чтобы наконец-то открыть пляжный сезон.

Беккер блестяще сдал все экзамены и позавчера переехал из Сельхоза в Солнечный. Так что теперь они жили втроем, и все бы ничего, если бы Залесских не пытался при этом наладить тайком личную жизнь. И, похоже, это не очень нравилось парню. Роберт крутился рядом при каждом телефонном звонке и подозрительно смотрел, когда он отвечал на сообщения. Роман даже не представлял, как вечером скажет ему о том, что уезжает на встречу с Сергеем, сулившую начало чего-то очень приятного, пусть и несерьезного.

Он не питал никаких иллюзий ни в отношении Роберта, ни в отношении будущей встречи. Но отчего-то внутри все-таки сквозило легкое волнение и, кажется, предвкушение. И не потому, что Залесских готов был совершить совсем несвойственный себе поступок, который иначе чем изменой жене не назвать, а потому что опасался реакции Беккера. Черт его знает, как парень воспримет грозящие перемены, но уж точно не с распростертыми объятиями. В любом случае, столик в кафе уже заказан, и отступить сейчас было бы невероятно глупо.

- Доброе утро, - услышал он за спиной и обернулся, окидывая сонного Роберта насмешливым взглядом.

- Доброе.

Беккер протиснулся мимо и сел через ступеньку ниже, едва ли не касаясь обнаженной спиной его колена. Но Роман уже начал потихоньку привыкать и к виду полуголого парня в своем доме, и к его случайным прикосновениям. Солнце било прямо в глаза, оттого Роберт, приставив ко лбу ладонь козырьком, громко зевнул.

- Ты чего подскочил чуть свет? Я даже завтрак не успел приготовить.

- День отличный. Грех его проспать.

- Согласен, - Роман потянулся за лежащей рядом пачкой сигарет, чтобы выкурить еще одну до того момента, как вернется в дом. - Ева проснется, позавтракаем и можно выдвигаться на озеро.

- Мне нравится твой план, - обернувшись, улыбнулся Роберт. - Что насчет омлета и блинов?

- Если готовишь ты, то обеими руками «за», - допивая одним махом уже остывший кофе, засмеялся он.

- Если вечером ты укладываешь Еву, то договорились.

Залесских промолчал, только нервно дернул уголком губ в кривой улыбке. Не время сообщать, что вечером его не будет. Ни к чему портить отличное настроение не только себе, но и Беккеру. Лучше поставить перед фактом, тогда, возможно, ему удастся с минимальными последствиями сбежать из дома.

На озеро они выбрались в начале одиннадцатого. Ева, одетая в легкий сарафанчик и огромную панаму, вприпрыжку бежала по тропинке соснового бора к озеру, время от времени останавливаясь, чтобы посмотреть назад и окликнуть нерасторопных взрослых. Роман шел бок о бок с Робертом, посматривая на качающиеся над головой верхушки сосен. Сухие шишки громко трещали под ногами, а воздух был напоен хвоей, оттого дышалось полной грудью. Они перебрасывались словами, шутками и, Залесских поймал себя на мысли, что все они искренне счастливы. Как иначе еще можно было расценить заливистый смех девчушки, что колокольчиками звенел и плыл над озером, на берег которого они спустились?

На пляже отдыхало всего несколько человек, то ли сказывался ограниченный доступ к озеру из-за обнесенного забором поселка, то ли местные предпочитали заграничные курорты, но это определенно радовало. Они немного прошли по песчаной полосе и расположились у разросшегося низкого кустарника. Ева, подхватив надувной круг, тут же кинулась в озеро. Ей все было нипочем: ни окрики погнавшегося за ней брата, ни прохлада воды, которая еще толком не успела прогреться. Роман расстелил плед и, сняв футболку, откинулся на спину, подставляя живот припекающему солнцу. Из-под козырька бейсболки он одним глазом приглядывал за резвящейся на мелководье ребятнёй – беззаботной и веселой, такой, какой ей и положено быть.

Пожалуй, за все прожитые годы Залесских сделал по-настоящему только одно доброе дело, которое, может быть, где-то там наверху ему потом зачтется - взял опеку над сиротой. Тем самым изменив в лучшую сторону жизнь не только этим двоим, но и, безусловно, себе. Как бы он жил сейчас без Евы и Роберта? Все так же бестолково и бесконечно выяснял отношения с женой? Или куковал один, проводив Женьку в Турцию? И решился бы он найти того, с кем можно было бы встретиться и провести приятно время?

- Бля, холодно, - Роберт подскочил к нему, орошая холодными каплями воды. - В воде еще ничего, а выходишь и пиздец...

- Возьми полотенце, - кивнул он на пляжную сумку. - Да и Еву пора уже вытаскивать. У нее губы синие, я даже отсюда вижу.

- Ага, иди вытащи. Она сразу верещать начинает, - растираясь полотенцем, возразил парень.

Роман вздохнул и поднялся на ноги, подходя ближе к кромке воды. В озеро он пока окунаться не решался, все-таки вода была холодной из-за бьющих родников, хотя и очень чистой, даже на глубине. Но он еще не забыл, как сам в детстве, купался в реке до посинения, пока отец буквально из-под палки не выгонял его на берег.

- Ева! - громко позвал Залесских, чтобы перекричать плеск и детские визги. - Выходи. Иначе больше не пойдем на пляж и никаких мультфильмов вечером. Пора погреться.

- Ну, дядя Роооома, - потянула девчушка, - ну, пожалуйста, еще немножко!

- Нет. Погреешься, потом можно будет еще поплавать.

Стуча зубами, Ева все-таки выбралась и, трясясь от холода, подбежала к пледу. Роберт закутал ее в полотенце и дал бутылку с компотом, который они сварили еще вчера. Роман смотрел на них и посмеивался, вспоминая собственное детство, которое было вроде бы так давно, но в то же время, совсем недавно. Как же они с Левкой любили летом свинтить с утреца на речку, прихватив из холодильника бутылку с квасом и бутерброды, а потом прыгать с мостков с пацанами...

- Ром, - позвал его Беккер, выдергивая то ли из дремы, то ли из мыслей.

- А? - лениво откликнулся он, переворачиваясь на бок.

- Вован звонил вчера, приглашал в гости на недельку. Хотя я не знаю, что можно неделю делать в деревне. Надеюсь, он не запряжет помогать на ферме, тогда я ебал в рот такие отдыхи.

- Езжай, раз пригласил. Он же друг, а ты его и так прокатил с клубом.

- Отвезешь? Правда, я не знаю, сколько туда ехать.

- Отвезу, - согласился он, ища глазами Еву, которая уже подружилась с другой детворой и теперь они все вместе что-то строили в песке. - Скажешь когда.

- Да думаю, на следующих выходных. Чего оттягивать? - пожал плечами парень, который явно не хотел никуда ехать.

Вечер подкрался как-то совсем уж незаметно. Вроде бы вот они только вернулись с пляжа, а теперь уже солнце клонилось к закату, окрашивая небо в оранжево-фиолетовые тона. Залесских, приняв душ и прикинув, что наденет на встречу, отирался в комнате, не решаясь спуститься вниз. Он высунулся из открытого окна, окидывая задумчивым взглядом двор. Еще не поздно было отменить или перенести на потом, скажем, на неделю, когда Роберт уедет в деревню к другу. Но это будет совсем уж подло по отношению к Беккеру. Он не должен ничего скрывать, иначе потом, когда правда всплывет, а она рано или поздно всплывет, так всегда бывает, последствия могут быть в разы серьезнее.

У него в запасе оставалось полтора часа. Поэтому, вобрав в себя воздуха и шумно выдохнув, Роман зашел в гардеробную. Давненько он не ходил на свидания, кажется, со студенческой поры. Оттого с трудом представлял, как себя вести и вообще, просто попить кофе и поговорить о том и сем или сразу после кофе ехать в какую-нибудь гостиницу на окраине, где можно предаться разврату? В голове все рисовалось довольно гладко и без накладок, да и общение с Сергеем, которое продолжалось вот уже почти две недели, было легким и необременительным, но что будет, когда они встретятся лицом к лицу?

Он надел синие узкие джинсы с белой футболкой, накинул поверх серый блейзер, обулся в белые кеды и, прихватив телефон и портмоне, дернул на себя дверь спальни. Из гостиной доносился голосок Евы и звуки работающего телевизора. Должно быть, девчушка уломала брата на просмотр очередного мультфильма. Залесских сбежал по лестнице на первый этаж и заглянул в комнату.

- Мне нужно отъехать на пару часов на встречу, - начал твердо Роман. - Плюс-минус полчаса. Надеюсь, вы справитесь здесь без меня? - он попытался выдавить из себя улыбку, но вышло из рук вон плохо.

Залесских неотрывно следил за реакцией Роберта, который встал с дивана и теперь нарочито медленно подходил к нему, не отводя пронзительного взгляда.

- Что это за встреча такая, на которую так надо выряжаться? - начал парень тихо и очень спокойно, но в его голосе отчетливо угадывались стальные нотки.

- Личная, - не стал увиливать Роман, но инстинктивно отступил на шаг назад, когда Беккер подошел совсем уж близко, буквально нависая над ним. - Я недолго.

- О, как ты тут заебись устроился, - хмыкнул Беккер. - Скинул на меня Еву, а сам попрешь на блядки.

- Это просто встреча в кафе.

- Да меня не ебет, - рыкнул Роберт, нехорошо прищурившись. - Взял опеку над ребенком, вот сам с ним и сиди. Я тут в няньки не нанимался!

- Хорошо, я позвоню Карине, - спокойно ответил Залесских, думая, прилетит ли ему сегодня в нос или обойдется, - она подъедет и посидит. Если ты не можешь пару часов провести с сестрой.

- Да дело не в этом! Я уже сказал, что не позволю тебе шоркаться, хуй знает с кем, и тащить в дом заразу.

- Давай для начала ты успокоишься, - покосился он на замершую и прислушивающуюся к разговору девчушку, - и не будешь орать матом, пугая Еву. Я в любом случае поеду. Нравится тебе это или нет.

- Да, блядь, какого хуя тебе неймется? - стискивая кулаки, взорвался Беккер. - У тебя есть все. Или уже с жиру бесишься?

- У меня есть все, кроме секса. Ты, как я понимаю, обеспечить им меня не можешь. Поэтому я буду встречаться, с кем захочу и когда захочу. А теперь я поехал, а ты проследи за сестрой. Не забудь ее накормить. Приеду до двенадцати.

Роман больше ничего не сказал и больше ничего не стал слушать. Развернулся и направился к входной двери. Завтра они непременно еще поговорят об этом, когда парень остынет и начнет адекватно мыслить. В конце концов, он тоже мужик и должен понимать, что есть потребности, которые необходимо удовлетворять. И если самому Роберту, по тем или иным причинам, вполне себе нормально живется без секса, то Залесских без близости начинало ломать, пусть даже эта близость последние десять лет была с женой и на «троечку».

Он выгнал машину из гаража и открыл ворота. Настроение из-за ругани стало отвратительным, но Роман надеялся успокоиться за время, проведенное в дороге до города. Хотя уже откровенно ничего не хотелось, не то что трахаться и разговаривать, но даже просто с кем-то встречаться. И это неприятное чувство вины, что растеклось внутри, хотя в чем он виноват? В том, что пытался впервые за десять лет наконец-то позволить себе подумать в первую очередь о своих желаниях? Да и сколько можно пускать слюни на то, чего ему никогда не обломится? Нет уж, нихрена, одно дело жить по каким-то принципам, на которые решился перед свадьбой и совсем другое делать из себя мазохиста, когда буквально каждый день перед глазами видишь парня, которого хочешь до дрожи в коленях.

Центр города в вечер субботы встретил его разноцветными огнями и неспешно гуляющими по улицам парочками. Погода благоволила, оттого все лавочки в скверах и парках, мимо которых он проезжал, были заняты молодежью. Откуда-то раздавались звуки дребезжащей гитары, которые врывались в приоткрытое окно, гулкий стук каблуков по тротуарной плитке, взрывы хохота, музыка и бесконечные разговоры. Залесских припарковался у грузинского кафе, в котором Сергей забронировал столик и, выкурив напоследок еще одну сигарету, вышел из салона.

Рядом со входом, под натянутым полосатым навесом, обвешанным светящимися лампочками гирлянд, стояли небольшие плетеные столики, за которыми сидели посетители. Пахло ароматным кофе и почему-то шашлыком. Роман вдруг почувствовал голод и решительно открыл дверь в кафе. Сказав хостес, что его ожидают, он окинул помещение любопытным взглядом, пытаясь в лицах узнать Сергея. И хотя Залесских прежде видел фото, которые вполне удовлетворили вкус, но реальность могла удивить, как по-хорошему, так и по-плохому.

Впрочем, он тут же успокоился, когда его проводили к столику у окна, за которым сидел улыбающийся молодой мужчина. По крайней мере, его рады были видеть и, похоже, Роман не разочаровал своим видом, что, несомненно, было плюсом. Залесских улыбнулся в ответ и, присев напротив, наконец-то поздоровался. Разговор поначалу буксовал, но потом, когда принесли заказанные блюда и кофе, пошел проще. Они обменивались вопросами, общими фразами, шутками, взглядами. И для себя Роман решил, что продолжению быть, возможно, не сегодня, но определенно точно он не откажется от еще одной встречи. В более, так сказать, интимной обстановке.

- ... и тогда я ей сказал, знаете, Екатерина Викторовна, посетитель, конечно, всегда прав, но не в вашем случае... - Сергей рассказывал забавные случаи из рабочих будней и был в целом мил и общителен, что не могло не импонировать Роману.

Он внимательно слушал, когда нужно вставлял реплики, делился своими историями, и испорченное ранее настроение постепенно поднималось, а через час Залесских и вовсе забыл о ссоре с Робертом. А еще через полчаса и о самом Роберте, который явно не забыл о нем, иначе как было еще расценивать его неожиданный звонок?

- Извини, - сказал он Сергею, поднявшись из-за столика. - Нужно ответить.

Роман спешно вышел на улицу, чтобы перекурить и спокойно поговорить. К этому часу совсем стемнело, бледные звезды усыпали небо, такое же бледное из-за света фонарей. Людей вокруг стало меньше, но это только увеличило очарование наступившей ночи в опустевшем городе.

- Слушаю, - ответил Залесских на настойчивую вибрацию.

- Ты уже едешь? - тут же спросил все еще злившийся, судя по голосу, Беккер.

- Еще нет. Может быть, через полчаса, - глянув на часы, прикинул Роман. - У вас все нормально?

- А у тебя?

- Все хорошо. Можешь не волноваться, - усмехнулся он.

- Нет, не могу, - настырно гнул свое парень. - Вдруг тебя ебнули по башке в темном переулке и обули по-полной. Ищи потом твой бездыханный труп по городу.

- Мило с твоей стороны проявлять обо мне заботу, - уже откровенно посмеиваясь над всей нелепостью ситуации, возразил Роман, - но сейчас я несколько занят. Давай поговорим об этом завтра.

- Это не о тебе забота, а о себе. Куда мне потом с Евой деваться?

- Поговорим об этом потом. Роберт, мне некогда. Я должен идти.

- Мне все это не нравится, чтоб ты знал.

- Тогда тебе стоит задуматься о том, почему тебе это не нравится. Можешь меня не ждать. Доброй ночи.

Он выкинул окурок в пепельницу и, прикрыв глаза, поднял голову вверх. Теплый ветерок обдул горящее лицо, но, к сожалению, не выдул из головы тягостные мысли. Ему тоже все это не нравилось. Роман знал себя как облупленного, и не сомневался в том, что если на кон будет поставлено спокойное сосуществование с Робертом под одной крышей, то он выберет именно его, наплевав на личные потребности. А Залесских ненавидел делать выбор, тем более, когда он похож на шантаж.

- Все в порядке? Ты какой-то расстроенный, - всполошился Сергей, когда Роман вернулся за стол.

- Так, небольшие домашние неурядицы.

- Жена? Ты вроде бы говорил, что она надолго уехала.

- Приемные дети, - отмахнулся он и поспешил сменить тему разговора.

В этот вечер никакого продолжения не последовало, да и не стал бы он так рисковать. Сначала нужно было разобраться с Робертом и прийти с ним к какому-то логическому завершению возникшей на пустом месте проблемы. Но как объяснить тому, кто ничего не хочет слышать? Как донести до парня, что личная жизнь Романа никоим образом не скажется на жизни Роберта и Евы в доме? Ну, в самом-то деле, что могло поменяться? Никаких чувств Залесских к Сергею не испытывал, да и вряд ли подобное могло с ним статься. Просто приятное общение с последующим сексом. Он так и сказал Сергею, и тот был абсолютно не против подобных отношений.

Роман гнал по пустой трассе под тихо звучавшего из колонок Генделя. Флешка так и осталась в аудиосистеме, и ничего менять он не хотел. Немного мрачновато, но самое оно под настроение. Да и мысли текли под классическую музыку стройнее и спокойнее. Через сорок минут Залесских уже парковал Ауди во дворе дома. Но зайти в него почему-то опасался. Хотя окна были темны, намекая на то, что обитатели уже спят. Вот только он уже успел неплохо изучить парня, и на легкую развязку даже не надеялся.

- Я вернулся, - сказал Роман, как только переступил порог дома. - Пять минут первого, даже не опоздал.

Роберт сидел на нижней ступеньке лестницы и смотрел на него так, словно готов был наброситься в любое мгновение. Залесских только вздохнул и устало прошел на кухню, чтобы прихватить с собой в спальню бутылку воды.

- И что? Теперь так будет каждые выходные? Или дальше больше, и ты не будешь приезжать ночевать? А еще через месяц ты приведешь сюда какого-то прыща? - Роберт прокрался бесшумно и подошел так близко, что Роман вздрогнул от его голоса за спиной.

- Мы можем перенести выяснение отношений на утро?

- Да без проблем. Только моли Бога, чтобы утро для тебя настало.