Глава 19

Всё произошло так быстро, что Зейн даже и не понял, как оказался на собственной постели абсолютно обнажённый. Заботливые тёплые руки лорда были повсюду между поцелуями. От такой явной ласки голова омеги закружилась, а тело горело огнём, мысли сбиты и спутаны. Всё, чего только хотелось, так это шоколадный аромат и чтобы лорд сделал хоть что-то, что даст живительную разрядку. Пейн знает, он умеет и чувствует его тело лучше, чем сам омега. Так и хотелось попросить, но кем тогда его посчитает альфа, если он поведёт себя таким образом?

До невозможности сладкий цветочный аромат пьянил альфу. Уже давно Лиам хотел взять Зейна. Сделать его своим, уже теперь имея на это полное право. Стать его первым и единственным мужчиной. И сейчас слова омеги возымели действие. Не потому, что он упомянул того, чьё имя Лиам до сих пор не хотел произносить, а потому что вот такой ругающийся, совершенно превосходный Зейн вызывал дикое желание. Его подрагивающее тело и сладкие стоны лишь подтолкнули лорда к активным действиям. Пухлые губы исследовали, казалось, каждый кусочек юного и такого превосходного тела. Этот невероятно желанный омега обладал такой дерзкой чувственностью. В дни его течки Пейн думал, сойдёт с ума, а их общие прогулки... В каждой из них лорда так и подмывало взять омежку и насытиться им так, чтобы тело измождённо дрожало. Красивое лицо, которое, казалось, сделали где-то в сказочном мире, податливое, наполненное яркой сексуальностью тело, по которому ночами Пейн истекал слюной. Сейчас всё это перед ним. Всё в его власти. В голове стучало тысячью молоточками, а аромат незабудок, который сгустился, слишком сильно завладевал и телом, и разумом. Зацелованный Зейн с поплывшим взглядом и раскрасневшийся в свете свечи сиял, как бронзовое изваяние.

— Как же ты великолепен, цветочек, - хрипловато пропел на одном дыхании комплимент Лиам.

Ох, как поражала его эта манера смущаться на каждое слово. Младший тут же прикрыл в смущении личико своими очаровательными ладошками. Такой простой жест, но в исполнении этого омеги он смотрелся ещё более необычным.

— Не смущайся, я твой будущий муж, и я надеюсь, что ты не станешь прятать взгляд всякий раз, когда мы решим заняться любовью, - продолжил смущать фразами альфа.

— Вы говорите так, что мне хочется спрятаться, - тихо отозвался Зейн и слегла двинулся на постели, отодвигая красивую ножку в сторону.

— Ты, а не вы. Научись наедине обращаться ко мне на ты, я не хочу этот официоз в будущем, - добавил мужчина, уже нависая сверху, держась лишь на своих руках.

Омежка убрал руки и открыл глаза, и Пейн пропал. Золотисто-ореховые глаза искрились такой любовью, что Пейн не мог поверить, что это маленькое, умопомрачительное и желанное существо его. Сейчас, завтра и всю ближайшую жизнь. Восхищённый, глубокий, полный любви взгляд будет для него одного. Дыхание омежки вновь сбилось, и он заметно сглотнул, глядя на своего непревзойдённого лорда.

— Скажи, что желаешь меня настолько же сильно, сколь и я тебя, - выдохнул почти в губы парню мужчина.

На это Зейн лишь согласно кивнул и вновь воззрился, покусывая собственную нижнюю губку.

— Произнеси это, умоляю, хочу слышать, - хрипловато попросил Лиам.

— Я желаю вас всем своим телом и частью души и сердца, сэр, - тут же отозвался Зейн.

Игра началась, и сегодня Пейн будет победителем.

Горячие огненные волны заполнили всё тело брюнета. Он не осознавал ничего ещё с момента, когда Лиам, подняв его на руки, перенёс на кровать и в излюбленной ему манере сорвал с него все вещи до единой, превратив дорогую вещь в рваньё. Светлая ткань ночного одеяния рассыпалась по тёмному ковру подобно снегу. Мисси завтра придётся потрудиться, чтобы всё это убрать, ну и пусть, важнее то, что сейчас Пейн здесь, и в этот миг им уже не остановить момент.

С таким успехом Зейн совсем скоро будет спать голый. Но то, что зажглось внутри сразу после, уже ничем не потушить. Сейчас не существовало ни бывшего омеги, кого так любил Лиам, ни того омеги шлюхи, к кому Пейн ранее спешил уехать, только эти двое и то, что между ними: похоть, страсть, а возможно,обоюдные чувства. Вдруг это всё же настоящая любовь?

Почему бы и нет? Возможно, это немного наивно со стороны омеги: в такой момент надеяться на чувства, но всё же Зейн всем сердцем желал, чтобы Пейн не хотел только поиметь его тело, и надеялся на его влюблённость хотя бы капельку. Хотелось в это верить. К тому же, опытный Пейн действовал так уверенно и правильно. Его рот нападал на губы младшего, не давая тому даже дух перевести, а руки уже во всю ласкали аккуратный член. Всем своим нутром омега чувствовал приближающийся оргазм, и этого отчаянно хотелось. С Лиамом было комфортно, и, наконец, парень откинул все свои сомнения. Даже если это произойдёт лишь один раз, то пусть он будет именно с этим мужчиной. Поцелуй был прерван, а мужчина быстро пополз вниз по телу младшего. Всё, что успевал Малик, это перевести дыхание, в это время рот Пейна побывал, казалось, везде. В воздухе витал излюбленный шоколад, который так и норовил смешаться с тонкой сладостью незабудок. Пейн смачно и влажно целовал впалый животик, всасывая и отпуская, а омежка лишь плыл всё дальше, истекая природной смазкой. Его тело чувствует, оно уже подвластно и готово отдаться.

Лиам переместился ниже, несколько раз лизнул головку небольшого члена и оставил пару поцелуев, но после он одним движением раскинул ножки брюнета, разведя их слишком широко, и припал к розовому входу. От такой ласки младшего подкинуло на кровати, и он выгнулся дугой. Хотелось кричать от ощущения, как крышесносно скользит язык альфы прямо там. Влажные вылизывания и чмоканье посылали какие-то электрические импульсы.

— Боже правый, Лиам, - только и смог выстонать омежка.

Невозможно даже словами передать то, что почувствовал омега в момент столь интимной ласки. Он многое слышал о подготовке к соитию пальцами и тому подобному, но чтобы это делали языком, ведь и поверить трудно. По-видимому, у лорда есть свои изощрённые ласки. Смачные вылизывания переросли в проникновения. Неспеша мужчина языком имел его девственное отверстие, а смазка издавала приятные, чуть хлюпающие звуки.

— Сладкий, самый сладкий и неповторимый цветочек, - хрипловато похвалил Лиам спустя несколько минут приятной пытки.

Красивый Зейн, натянутый, как тетива, и возбуждённый до звона, казалось, ничего не слышал и не понимал, тихо ёрзая на красивых тёмных простынях. Всё, чего отчаянно хотелось, это войти в него, такого тугого, и насладиться сполна. Омега готов, он зовёт и хочет этого ничуть не меньше самого Пейна, так почему бы и нет.

Снова нависая над ним, Лиам приставил свой уже железно стоящий член к нужному местечку и двинулся. Омега ахнул и дёрнулся, но не остановил, лишь закинул ладошки на плечи мужчины, впиваясь тонкими ноготками в них. Медленно, но верно достаточно внушительных размеров член входил, и Зейн всякий раз раскрывался, принимая глубже, двигаясь навстречу. Глаза в глаза, и на лице омеги робкая, еле уловимая улыбка. Значит ему нравится, ему хорошо, других доказательств не нужно. Войдя до конца, Пейн двинулся, и его сжало со всех сторон крепкими тисками девственной узости. И омежка, и его альфа одновременно очень громко простонали от этого движения. Несколько секунд спустя Пейн возобновил движение. Толчки были разные: то медленные и размеренные, то их тут же сменяли более грубые и жёсткие вбивания в юное тело. Всё тело, напряжённое изначально, теперь горело ещё сильнее. Задница, казалось, даже занемела от шлепков тела лорда о неё. Присутствие внутри альфы распаляло, и хотелось столько сказать, петь хвалебные песни умениям мужчины. Как верно и точно, умело он овладевал им. Кроме стонов и нескольких криков омежке не удавалось произнести ничего. Голос как-то даже сел, возможно, он его сорвал. Руководить и обладать здесь будет только его альфа, и Зейн был счастлив. Не было какой-то слишком сильной боли, - как слышал он от тех, кто уже лишился девственности, - только наполненность и вибрации по всему телу от того, что член его лорда проходился прямо по какому-то чувствительному месту. Всё время, пока Пейн двигался на нём, Зейн наблюдал, чтобы навеки запечатлеть, как красив этот мужчина вмомент близости: тело всё покрыто испариной, мышцы напряжены, а движения такие чёткие и правильные. Собственное возбуждение жгло, и спустя нескольких грубых толчков Зейн кончил и выгнулся, громко закричав. Его звонкий голос откуда-то из глубины оглушил, и Лиам втиснул его в своё тело, чтобы дать успокоиться и пережить оргазм.

Теперь-то омежка осознал, что то, что он получал от Лиама в течку, и то, как ярко получил удовольствие сейчас, абсолютно разные вещи. На секунду Малику показалось, что он взмыл ввысь, а тело, до этого напряжённое, сейчас расслабилось.

— Даа, вот так, тише, цветочек, я здесь, - шептал приятные успокаивающее слова Лиам.

Но если Зейн насладился, то лорд всё ещё хотел продолжения.

— Сладость моя, я хочу продолжить, - шепнул Пейн прямо в ушко парню.

— Но я думал.. вы не... Ооо, но почему у вас не получилось это тоже сделать? - заикаясь, спрашивал Зейн, его тело чуть напряглось, и он привстал на локтях.

Лиам очень тихо рассмеялся над наивностью этого парня. Такой невинный даже в своих размышлениях. Настоящий приз.

— Это не происходит так, - попытался объяснить Лиам.

— Значит я не был достаточно хорош? Вам не понравилось?

— Стоп, Зейни, - вскинул руки Лиам и, сев в постели, подтащил парня на себя, заставив оседлать его бёдра. — Я не насладился тобой в достаточной степени и потому не окончил всё в одно с тобой время. Буду честен, мне сложно выложиться за один раз и хочется ещё, но если ты не готов, то можем остановиться. Чувствуешь что-то?

— А-а, вот как, в таком случае. Я готов, и мне совершенно не было очень больно. Просто... - нахмурил бровки омежка.

— Что такое?

— В книгах, если у двоих происходит всё одновременно, это означает, что партнёры подходят друг другу, а у нас как-то иначе.

— Зейни, ну это же книги... - улыбнулся Лиам. — И я не прихожу к удовлетворению настолько быстро, а ты такой огненный, что распаляешь меня неимоверно.

— Теперь мне яснее, - тихо согласился брюнет. — Мой лорд, хочу, чтобы вы продолжили.

Именно это-то Пейну и нужно было - позволение от своего омеги. Лиам снова улыбнулся и притянул парня ближе для поцелуя, обвивая стройную шею. Мягкие губки старательно отвечали, а дыхание младшего сбилось в миг. Во снах лорда он не раз брал брюнета на столе, почему бы не попробовать?

Спустя несколько секунд Зейн уже сидел на столешнице, а мужчина удобно расположился между широко разведённых ножек. Такой широко раскрытый и на всё готовый парень сводил с ума, и Лиам, не теряя времени, вновь насадил его на свой член. Теперь движения были более медленные, но очень чёткие и глубокие. Омежка скулил и впивался в его спину, добавляя тем самым ещё больше огня. Скатерть под младшим ёрзала в такт их движениям, и Лиам прихватил одну ножку парня, поднимая её на своё предплечье. Таким чудным образом он сделал угол входа ещё глубже. В этой игре страсти и с такого ракурса можно было видеть в отражении от камина, как нутро омеги жадно принимает в себя достаточно большой член. И как только этот юный малыш справляется? Лиам не понимал. Но по всему видно, что омежка в восторге от их соития, иначе это не назовёшь.

От этих созерцаний желание альфы подводило к оргазму. Чувствуя горячую волну, пустившуюся вниз, Лиам решил добавить себе удовольствия.

— Скажи, назови меня, как ты это делаешь, - попросил Лиам.

И Зейн тут же понял, о чём мужчина. На одном дыхании полустоном он произнёс:

— Мой лорд...

Пейн зарычал, сжимая хрупкое тело в своих руках сильнее, и заполнил нутро парня, не в силах больше сдерживаться.

Прошло пару минут, и Лиам аккуратно опустил Зейна на пол, после чего, подхватив более бережно, отнёс в постель. Укладываясь рядом, Пейн столько всего хотел сказать и похвалить девственника, который буквально выжал из него все соки, но слова не шли на язык. Сейчас Зейн лежал на боку, спиной к старшему, и Пейн прижал его к себе, целуя тёмную макушку.

— Засыпай, цветочек, - тихо шепнул Пейн.

— Нет, - отрицательно покачал головой омежка. — Просто скажите, я буду лучше его?

— Ты лучше всех, Зейни. И почему ты снова говоришь об этом? Неужели то, что сейчас произошло, не дало тебе понять, что только ты важен? Между нами не должно быть кого-либо ещё, вне зависимости от того, с кем делил постель я ранее.

Но Зейн не хотел останавливаться, страсть утихла, и теперь сердце вновь заныло.

— Хочу знать всё о нем, о вас, - то ли попросил, то ли приказал омежка.

— Хорошо, - согласился лорд.