5

Мэри вынуждена была покинуть город на пару дней: у её подруги вновь случилась трагедия, и ей необходимо было срочно оказать поддержку. Ник, не теряя времени даром, воспользовался внезапной свободой и решил устроить тематическую вечеринку, обязав всех гостей нарядиться в костюмы известных персонажей. Мия, одноклассница Лу, к которому она питала нежные чувства, предложила ему надеть парные наряды принца и Рапунцель, которые сшила её мать. Лу был не против. Мариус был в образе Джокера, Ник - Человека-паука. Остальные гости тоже поражали оригинальностью своих костюмов. Толпа подростков уже вовсю отплясывала под гремящую музыку и распивала спиртные напитки.

В углу, прислонившись к стене, стоял Мариус. Его лицо, раскрашенное гримом Джокера, исказилось в раздраженной гримасе, когда он увидел счастливую пару. Глаза, обведенные черным, метали злобные взгляды. Он пил виски из пластикового стаканчика, словно пытаясь приглушить бушующее внутри него пламя.

Когда Лу направился в уборную, Мариус, словно хищник, выждавший момент, последовал за ним. Дверь уборной тихо прикрылась. Пока Лу был в одной из кабинок, Мариус мыл руки. Выйдя из уборной Лу вздрогнул, он никак не ожидал увидеть его здесь.

- Так ты сегодня с Мией? - голос Мариуса, хриплый и давящий, заполнил маленькое пространство. Он смотрел на Лу через зеркало, его лицо было очень серьезным.

Лу, застигнутый врасплох, обернулся. На лице отразилось удивление.

- Да.

Выражение лица Мариуса исказилось, в глазах промелькнула искра ярости. "Понятно", - сухо бросил он, отвернувшись. Лу почувствовал, как по спине пробегает холодок. Он не понимал, что происходит, но напряжение между ними росло с каждой секундой. Мариус вымыл руки, не проронив больше ни слова, и вышел из уборной, оставив Лу в полном замешательстве.

Вечеринка была в самом разгаре. Музыка гремела, ребята танцевали и смеялись, но Лу чувствовал себя не в своей тарелке. Он не мог отделаться от мысли о Мариусе и его странном поведении. Когда кто-то предложил сыграть в бутылочку, Лу сначала колебался, но Мия уговорила его присоединиться.

Часть гостей с готовностью села в круг, остальные же предпочли остаться стоять, наблюдая за происходящим со стороны. Бутылочка, крутясь по деревянному полу, указывала на участников игры. Кто-то целовался с явной неловкостью, кто-то - с искренним удовольствием. Наконец, очередь дошла до Мариуса. Он ловко запустил бутылочку, и она остановилась, указывая на Вэли.

Вэли, покраснев от смущения, взглянул на Мариуса и начал невнятно говорить: «Если хоче...». Но Мариус тут же его перебил, ответив решительно: «Я не против».

Они оба поднялись с мест и, под удивлённые взгляды окружающих, поцеловались в губы. Толпа взревелa свистом и аплодисментами, приветствуя неожиданную пару.

После поцелуя, Мариус посмотрел на Лу, оценивая его реакцию.

Лу похолодел. Он наблюдал за поцелуем Мариуса и Вэли словно в замедленной съемке. Ревность и боль сдавили горло, не давая дышать. Он отвернулся, чувствуя себя преданным и униженным. Слова Мариуса о любви казались теперь злой шуткой, жестокой насмешкой над его чувствами. Мия что-то говорила ему, но Лу не слышал ни слова. Он просто хотел уйти, исчезнуть, лишь бы не видеть этого.