Глава 5. Клювокрыл

Утро четверга началось с традиционной уже побудки. Только теперь объектами «приведения в сознательное состояние» были нынешние первокурсники и второкурсники, а роль живого будильника пришлось исполнять Гарри Поттеру. Катрин и Дерек опять куда-то сбежали еще с часов семи утра, так и не удосужившись даже словом обмолвиться с кем бы то ни было из слизеринцев.К восьми, так и не дождавшиеся своих старост слизеринцы, всем «змеиным» факультетом «выползли» из подземелий на завтрак. Отчаянно зевали и терли кулачками глаза первокурсники, натыкаясь со сна друг на друга. По коридорам сонно брели где-то в самом конце зелено-серебряной процессии второкурсники. В числе первых спешили в Большой Зал самые бодрые из всех — третий и четвертый курсы. Ну а где-то между четвертым и вторым, в самой серединке, вышагивали пятикурсники, неожиданно ощутившие после речи декана невероятную жажду знаний, из-за чего поспешно уткнулись в учебники сразу же после выхода из гостиной. Следом за ними, в качестве «барьера» между первокурсниками и более старшим поколением, шел седьмой курс. По их одухотворенным лицам сразу можно было понять ход мыслей: как бы половчее извернуться и сдать ЖАБА, не напрягаясь при этом весь год с учебой?Шестой же курс в полном составе предпочел остаться в кроватях и благополучно пропустить завтрак. Что ж, этих «героев учебы» можно было понять: до конца школы еще два года, никаких серьезных экзаменов на этом курсе сдавать не предстоит, так что и над собой измываться вовсе необязательно. Шестой курс — время вообще уникальное. Время, когда дозволено почти абсолютно все, когда накопленные за все время учебы знаний можно применить и для чего-нибудь совершенно к этой учебе не относящегося, когда еще есть возможность покуражиться, наплевав на правила, когда экзамены в конце года не станут решающим испытанием, после которого жизнь изменится в корне. В конце концов, еще не нужно прощаться с друзьями и выбирать свою сторону, тех же друзей меняя на врагов… Золотое время.— Ждем-с, — произнес Драко, усаживаясь за факультетский стол. — Ждем-с наших старост и расписания.— И ждать будем еще Мерлин знает сколько… — пробормотал Рон. — Нет, ну чего Снейп вчера такой злющий был?— А того, что в Хогвартсе теперь обитаются двое из славной компании «Мародеров», которые, к тому же, стали преподавателями, — сказал Гарри. — Я, например, могу только догадываться, как это Снейп вчера прямо во время праздничного пира Блэка не придушил.— Выдержка! — Малфой наставительно поднял указательный палец. — Так что там с расписанием? У нас осталось пятнадцать минут до начала урока.— Ме-ерлин, дурдом продолжается, — выдавил Уизли, наблюдая за буквально влетевшим в Большой Зал Мастером зелий. — Сегодня еще хуже.В дверях показалась голова Мальсибьера, который секундой позже, стараясь быть как можно незаметнее для преподавателей, направился к слизеринскому столу.— Берите расписания, — тихо сказал он, опуская на стол кипу листков. При этом Дерек опасливо косился на своего декана, словно тот мог в любую секунду его проклясть.— А что случилось? По какому поводу траур? — громко спросил Флинт, откровенно недоумевая, почему осторожничает его однокурсник.— Тише! — взмолился староста.— Э, сдается мне, это из-за вас с Катрин Снейп бесится? — еще громче Флинта поинтересовался Розье.— Мерлин, да тише вы!— Не «тише», Мальсибьер, а надо бы вам свою кипучую деятельность свернуть по-хорошему.— Алекс, шел бы ты отсюда по своим делам, а? — нахмурился Дерек. — Без твоих мудрых советов управимся.— Я-то пошел бы, — оскалился Розье. — Да вот кто ж вам, таким умным, объяснит, что ни к чему хорошему ваши с Катрин идеи ни приведут?— Нервы не трать попусту, — посоветовал Маркус, наблюдавший за их перепалкой. — Дерек у нас упертый, почище любого осла. А Катрин еще и проклясть сгоряча может — гены-то известно чьи.— Ребята, вы вообще, о чем говорите? — влез Малфой-младший.Старшекурсники повернулись к нему.— Ну, в смысле, чего вы разорались-то?— Просто слегка друг друга недопоняли, — процедил Мальсибьер, бросив недовольный взгляд в сторону Розье. — Вашей неразлучной компании это мало касается.— А вот их это очень даже касается! — рявкнул тот, вскакивая с места. — В конечном счете…— В конечном счете, Алекс, пошли-ка, забежим в совятню перед уроком, — выразительно посмотрев на сокурсника, протянул Маркус. — А ты, Дерек, все-таки подумай, оно вам, что, так сильно надо? Спокойно не проживете без своих выкрутасов, что ли?Флинт и Розье направились к выходу из Большого Зала. На пол пути их нагнал Мальсибьер, который, несомненно, собирался продолжить дискуссию.— Что-то с ними не так, — сказал Драко. — Чтобы Мальсибьер с Розье и Флинтом ругался? Мерлин, что же у них там произошло?— Понятия не имею, — Рон задумчиво уставился в тарелку. — Мне больше интересно, что же такого хотят сделать Катрин и Дерек, что этим второй раз Снейпа до белого каления доводят?— А нам это обязательно прямо сейчас выяснять? — встрял Гарри. — Вы бы лучше взяли наконец свои расписания.— Что, все так плохо? — насмешливо спросил Малфой, призывая к себе листочек с расписанием манящими чарами. — М-да, не фонтан, конечно, но бывало и хуже.— Издеваешься? У меня теперь практически всю неделю по семь-восемь уроков!— Где? — удивился Драко. — А ну давай сюда листок! Так все правильно, сегодня у нас сдвоенные чары, трансфигурация, УЗМС и астрономия после обеда. Кстати говоря, хорошо, что она у нас только раз в неделю и, что самое главное, не по ночам. Постой-ка, а почему у тебя завтра нумерология и древние руны? Седьмым и восьмым уроками?— У меня тоже руны есть, — сообщил Рон. — Вторым уроком после обеда, а первым — прорицания. Ты у себя внизу листа посмотри — тоже, наверное, есть.— Э? Ну да… Уизли, а ты разве тоже записался на прорицания?— Мы вообще много куда записались, — хмыкнул Гарольд. — Я так понимаю, что на нумерологию я буду в гордом одиночестве ходить?— Сами виноват — нечего было перед Синистрой умного корчить, — проворчал Малфой. — А на прорицания ты, получается, ходить не будешь?— Мне нумерологии, древних рун, маггловедения и УЗМС продвинутого, на который мы все будем ходить, с головой хватает!— Ты записался на маггловедение? — Малфой-младший насмешливо приподнял брови.— Я — тоже, и что? — влез Рон.— Да так… не ожидал от вас.… Ну, ладно, идем, Флитвик, конечно, добрый, но опоздания тоже не любит…Как оказалось, на первом в году уроке Филиус Флитвик был готов простить своим ученикам абсолютно все — даже опоздание. Не особенно мудрствуя, профессор вообще решил ничего нового третьему курсу Слизерина и Когтеврана не давать и ограничиться повторением. Впрочем, повторением это было трудно назвать — студенты предпочли два урока кряду обсуждать, кто как провел лето. Только Драко Малфой, фанатично сверкая глазами, показывал профессору свои достижения в Чарах за лето, чем и заработал для Слизерина два десятка баллов. Расчувствовавшийся Флитвик пообещал своему ученику кучу дополнительных заданий и дал длинный список дополнительной литературы. Малфой добрых намерений преподавателя не понял и мысленно дал себе зарок перед Флитвиком знанием новых и необычных заклинаний не хвастаться.Минерва МакГонагалл была настроена куда менее благодушно и сразу же дала новую тему, плавно перешедшую в практическую работу. Тут прелести школьной жизни в полной мере ощутил на себе Рон. Трансфигурацией он летом не занимался, исключая написание сочинения в самом начале каникул, а в учебник он не заглядывал и подавно. Это сослужило младшему из братьев Уизли злую службу. После сдвоенного урока профессор трансфигурации, пробежавшись глазами по его сочинению (наполовину списанному у Поттера, наполовину перекатанному из учебника), порекомендовала Рональду возобновить свои занятия с Гарри и Гермионой, а так же запомнить, что в его случае отсутствие постоянной практики равносильно самоубийству.Следующим в расписании шло УЗМС, которого Гарри Поттер ждал, как манны небесной. Хотя, в отличие от своих друзей ни на трансфигурации (где они с Гермионой Грэйнджер опять без особого труда всем показали «класс» и первыми справились с заданием), ни на Чарах (где ему вообще ничего делать ни пришлось) он «неприятностей» на себя не навлек. Но к хижине Хагрида все трое шли с явным нетерпением — хотелось поскорее побывать на первом практическом уроке Ухода за Магическими Существами. Впрочем, не им одним было интересно, что же такого припас к уроку преподаватель...Хагрид ожидал студентов возле своей хижины. Он прохаживался туда-сюда, всем своим видом выражая нетерпение. Клык же, напротив, мирно разлегся на пороге и тихо млел, греясь на теплом осеннем солнышке.— Идемте скорее! — воскликнул Хагрид, когда ученики подошли достаточно близко. — У вас будет очень интересный урок! Все за мной!Лениво поднявшись со своего места, Клык вместе со студентами последовал за Хагридом к просторному загону у края Запретного леса.— Э-э… все тут? Никто не потерялся? Ладно, тогда встаньте все возле изгороди — чтобы видно было, — сказал Хагрид, проходя вдоль изгороди-частокола. — А теперь откройте учебники.Разговоры между учениками стихли. Они недоуменно уставились на лесничего.— Интересно знать, как же мы их откроем? — спросил Джереми, демонстрируя свой экземпляр «Чудовищной Книги о Чудовищах», крепко перевязанный бечевкой. Остальные последовали его примеру. Часть учеников предпочли стянуть их ремнем, другие использовали большие скрепки, а кто-то так же как Джереми использовал веревку.Хагрид озадаченно почесал в затылке.— И что, никто не может их открыть? — удивленно спросил он. — Ну-ка, Гарри, у тебя как с книжкой обстоят дела?Тот с показным спокойствием достал из сумки свой учебник, свободный от каких-либо скрепляющих средств, и продемонстрировал его остальным.— Ну, эта... молодец! Покажи остальным, как надо с книжкой обращаться, а я пока приведу кое-кого…Лесничий, одобрительно хлопнув Гарольда по плечу, скрылся за деревьями.— Что, и здесь не удержался от выпендрежа? — ехидно осведомился «гриффиндорский Крыс».— Это не «выпендреж», а готовность к уроку, — отрезал Гарри. — Чтобы открыть книгу, вам достаточно будет просто погладить ее по корешку. Гермиона, дай, пожалуйста, свой учебник…Джереми закатил глаза в притворном восхищении, наблюдая, как его брат гладит по корешку зловредный учебник и тот спокойно раскрывается на нужной странице.— О-о! Всего лишь погладить! Как же мы не догадались? Это же так просто…— Утихни, Поттер, а не то сейчас на тебя дементора натравим — будешь в больничном крыле до вечера валяться, страдалец ты наш, — влез Малфой.Джереми под гоготание слизеринцев покраснел и что-то пробурчал, сделав вид, что последнее слово все-таки осталось за ним.Тем временем вернулся Хагрид. За ним, на импровизированных поводках-цепях, следовали около десятка необычных существ — наполовину лошадей, наполовину орлов. Они постоянно порывались обогнать Хагрида и, с силой оттолкнувшись когтистыми передними лапами, взвиться в небо. Лесничий же был вынужден их постоянно одергивать, натягивая на себя «поводки». Оказавшись внутри загона, Хагрид надел большие кольца, которыми заканчивались цепи, на выступающий из частокола особенно крупный выступ.— Знакомьтесь, ребятки, это — гиппогрифы, — лесничий довольно оглядел толпу изумленных учеников. — Красавцы, верно?Отшатнувшиеся от изгороди при виде гиппогрифов, студенты, лучше разглядев этих диковинных зверей, стали подходить ближе — испуг и удивление сменились восхищением их изяществом и красотой.— Кто хочет — подойдите ближе, — сказал Хагрид, с довольным видом потирая руки.Вперед вышел Гарри. За ним, чуть позже, нехотя выдвинулись из толпы Рон и Драко. Из гриффиндорцев осмелилась приблизиться к гиппогрифам только Гермиона, и то ее постоянно одергивал Джереми.— Самое главное, что вы должны запомнить, — сказал Хагрид. — Гиппогриф — зверь очень гордый. И очень умный, да. Никогда не грубите ему, иначе не долго вам и на тот свет попасть.Джереми упорно продолжал гримасничать, на этот раз изображая своего брата, демонстрирующего как правильно работать с учебником по УЗМС. На урок и объяснения учителя гриффиндорцу и его друзьям было глубоко плевать.— Гиппогрифы еще очень любят выдержанность, неспешность. Вот подойдешь ты к нему, — продолжал рассказывать лесничий, — и поклонишься. Потом ждешь, поклонится ли он в ответ. Если поклонился, можешь подойти и погладить — гиппогриф тебя не обидит. А вот если на поклон не ответит — уноси скорее ноги. Когти-то у них видели какие? Вот так вот. Ну, а теперь кто хочет с ними познакомиться?Сочетание гриффиндорского безумия со слизеринской наглостью еще никому ничего хорошего не приносило — вызвался первым Гарольд.— Э-э… а кроме Гарри? Неужели никто не хочет? Ну, тогда ладно. Иди сюда, Гарри, представим тебя Клювокрылу, — Хагрид указал на сизого гиппогрифа, смирно стоящего в стороне. — Сейчас я его отвяжу…Гарольд бодро перемахнул через изгородь и с явным нетерпением приблизился к Клювокрылу. Гриффиндорцы, свято верившие, что такая явная наглость со стороны слизеринцев должна быть наказа, заулюлюкали, когда гиппогриф взмахнул передними лапами и царапнул острыми когтями воздух перед собой.— Ты, Гарри, эта... потише и поспокойней — я же говорил, что любят они степенность и чинность, делают только то, что хотят. Гиппогрифа к чему-то принуждать, ей-Мерлин, гиблое дело! Ну, смотри ему прямо в глаза и постарайся не моргать — гиппогрифы не верят тем, кто часто моргает.Когда Клювокрыл, в ответ на спокойный и уверенный немигающий взгляд Гарольда уставился на того своими ярко-оранжевые глазами.— А теперь кланяйся, — подсказал Хагрид, наблюдая за поведением гиппогрифа.Поттер послушно поклонился и снова поднял голову. Гиппогриф кланяться в ответ не спешил и очевидно раздумывал, чем ему лучше ответить на такое, по его мнению, нахальство. Но то ли присутствие Хагрида помогло, то ли врожденные способности Гарольда договариваться с животными сделали свое дело, но Клювокрыл низко поклонился.— О, как хорошо вышло! Он тебя признал! — обрадовался лесничий. — Теперь можешь подойти и погладить Клювика.Гиппогриф в ответ на осторожные поглаживания по клюву и голове зажмурился и даже пару раз курлыкнул от удовольствия. Слизеринцы в дружном порыве захлопали. Не обращали внимание на происходящее только спорившие друг с другом из-за какой-то мелочи Драко и Джереми.— А теперь можешь его поводить по загону или даже покататься, — разрешил Хагрид, наблюдая за успехами своего ученика. — А пока может еще кто-нибудь хочет зайти в загон и познакомиться с гиппогрифом?После триумфального успеха Гарольда, с искренним счастьем на лице водившего по загону Клювокрыла, желающих прибавилось. Студенты безбоязненно перелезали через изгородь и подходили к гиппогрифам, которых отвязывал для них Хагрид. После недолгой прогулки, Клювокрыла решили еще с кем-нибудь познакомить. На беду, этим «кем-то» стал Драко Малфой, не прекращавший своих препирательств с Джереми Поттером.Одному Мерлину известно, как так случилось, но Гриффиндорский Крыс, на которого Малфой-младший уже готов был с кулаками наброситься, попытался спрятаться за гиппогрифом. Клювокрыл его тонкого юмора не понял и уже собирался было доходчиво объяснить мальчику при помощи удара копытами, почему не стоит ошиваться возле его крупа, как Малфой, плюнув в сердцах, обозвал гриффиндорца последним трусом и уродом. Клювокрыл принявший это на свой счет, сразу же потерял интерес к Джереми, который уже успел отскочить подальше и насмешливо показал язык несостоявшемуся противнику. Сверкнули серо-стальные когти, и Малфой с криком отшатнулся в сторону, зажимая кровоточащую рану на руке.Хагрид с усилием оттащил гиппогрифа в сторону, снова надевая на него ошейник и проверяя, крепко ли держит цепь.— Ты как? — Гарольд, помогавший успокаивать гиппогрифа, подошел к другу.Малфой в ответ неопределенно махнул здоровой рукой, на больную же Блэйз Забини пыталась наложить хоть какие-то лечащие чары, чтобы уменьшить кровопотерю.— Малфой, живой? Что с твоей рукой случилось? — побледневший Хагрид, подходя к столпившимся вокруг блондина слизеринцам.— Все в порядке — мадам Помфри за пару минут все вылечит, — тот попытался изобразить на лице беспечность.— Ты чем слушал-то? — стоявший в стороне Рон нервно кусал губы. — Тебе же сказали: гиппогрифы очень ранимы! Малфой, какого Мерлина ты к нему полез?— Так я же не его имел в виду! — воскликнул Драко, морщась от боли в руке.— А кого?— Так за ним «Крыс» прятался!— Моргана подери, Малфой, тебе палец покажи, и ты уже бесишься! — рявкнул Гарри. — Ты чем думал вообще?— Отведите его в лазарет, — Хагрид, наконец, собрался с мыслями. — Урок окончен, можете расходиться, — добавил он.— Хагрид, извини! — крикнул Малфой-младший в спину, удаляющемуся в лес вместе с гиппогрифами, лесничему. — Я не специально!— Специально или нет, мы узнаем потом, — проворчала Блэйз. — а пока тебе надо к мадам Помфри. Драко, да идем же!— Надо будет извиниться за Малфоя, — пробормотал Гарольд. — Мы ему первый урок сорвали… Ужасно.Рон тяжело вздохнул, наблюдая за тем, как следом за остальными слизеринцами идут к замку и студенты Гриффиндора. От ало-золотой массы отделилась Гермиона Грэйнджер, решившая, видимо подзадержаться.— Мальчики, мне так жаль! — сказала она, подходя к двум слизеринцам, ожидавшим возвращения Хагрида. — Это просто отвратительно со стороны Джереми так поступить!— Да оба они хороши — друг друга живьем сожрать готовы, — Рональд передернул плечами. — И оба ничего из объяснений Хагрида не слушали! Откуда ж Клювокрылу было известно, что Малфой не к нему обращается, а к «Крысенышу»?Гермиона в ответ могла только кивнуть.— Я с ним поговорю, — наконец сказала она. — Нельзя, чтобы из-за этого происшествия Хагрида сместили!— Малфой будет нем, как рыба, — мрачно пообещал Уизли. — Мы об этом позаботимся. Действительно, нам только еще не хватало, чтобы Хагрида сняли с преподавательской должности из-за его глупости!— Ладно, идемте на обед, а там разберемся, что делать, — произнес Гарри.Но и на обеде их поджидал не очень-то приятный сюрприз.— Слушай, Гарри, а с чего это у нас ноль баллов? — спросил вдруг Рон, уже две минуты буравивший напряженным взглядом доску с названиями факультетов и количеством их баллов.— Что? — невнятно переспросил Поттер. — Где «ноль»?— Глянь на доску.— Э? Что за новости? Да быть этого не может! У нас ноль, а Гриффиндору добавили еще двадцать! С какой такой радости? Мальсибьер!— Что? — староста Слизерина, слушавший в пол уха пересказ Панси Паркинсон о произошедшем на уроке Ухода за Магическими Существами, повернулся к ним.— Почему у нас ноль баллов?— Как «ноль»? — Дерек поперхнулся пирожком. — Где вы это увидели?Глянув на доску, он присвистнул.— Не знаю, — выдавил Мальсибьер парой секунд позже. — Но седьмой курс тут не при чем. Мы даже, наоборот, сегодня сорок баллов заработали!— С нас тоже баллов не снимали, — покачал головой Рональд. — Гарри на Трансфигурации двадцать заработал, да и Малфой на Чарах постарался… Это не мы.— А где шестой курс? — Катрин, впавшая в прострацию при виде живописной картины «Факультет Слизерин: ноль баллов», наконец вернулась в реальность.— Их еще нет.— Как и Блэка, — заметил Гарри.— А какой у них последний урок? — прищурился Мальсибьер.— ЗоТИ.Слизеринский стол погрузился в молчание.— Я их убью, — пообещала Лестранж. — За два урока потерять полторы сотни баллов! Уму не постижимо!— Посмотрите на Снейпа, — шепотом произнес Рон, кивая в сторону вошедшего в Большой Зал Мастера зелий.Северус Снейп, направляясь к преподавательскому столу, скользнул взглядом по доске с баллами факультетов и… замер на месте. Нахмурившись, он еще раз посмотрел на доску, решив, что полное отсутствие вышеозначенных баллов у его факультета ему просто-напросто померещилось.— О-па, вот так сюрприз, — пробормотал Рон, когда рядом со Снейпом остановилась МакГонагалл и удивленно уставилась на опустевшие песочные часы для баллов зелено-серебряного факультета. По ее вытянувшемуся лицу, медленно приобретавшему ярко-красный оттенок, можно было подумать, будто деканом Слизерина является именно она, а не Северус Снейп, что-то ей спокойно объяснявший.Двери Большого Зала снова распахнулись. Красный, как флаг Гриффиндора, Сириус Блэк пулей метнулся к преподавательскому столу, не удостоив своих коллег даже кивком головы. За ним вошли в Зал шестикурсники Гриффиндора и Слизерина, затравлено озираясь по сторонам и неестественно тихие.— Грисер, — прошипела Катрин, привлекая к себе внимание слегка осоловелой после занятий шестикурсницы.— М-м? — Энни, мыслями явно далекая от мира сего, повернулась к ней.— Какого черта наш факультет лишился всех баллов? — рявкнула Лестранж и с размаху воткнула вилку в кусок мяса на своей тарелке.Энни нервно сглотнула.— Мы ждем объяснений, — поторопил ее Дерек, дожевывая злосчастный пирожок.На фоне кровожадно сверкавшей глазами Катрин он выглядел более чем миролюбиво, и Грисер, после недолгих раздумий, «доложиться» об «успехах» на ЗоТИ решила именно ему:— Мы с профессором Блэком слегка не сошлись во мнениях относительно его предвзятости к нашему факультету.— Вы что, ополоумели? Спорить с Блэком? С этим прогриффиндоренным до мозга костей прихвостнем Грюма? Да я вообще удивляюсь, как он вас из школы не исключил! — Лестранж вскочила с места, грозно нависая над Энни. — Большей глупости я в жизни не слышала! У вас, что, вообще головы на плечах нет?!— Ну а чего ты на меня-то орешь? — Грисер максимально возможно отодвинулась от разъяренной старосты.— Катрин, у вас просто еще не было уроков с Блэком, — вступился за подругу Джек Сандерс. — Он баллы снимает за любую мелочь: косо глянь — уже двадцатку, как пить дать, сдерет!— Так с закрытыми глазами сидеть надо! — прошипела в ответ Катрин.— Тише, тише, народ, это еще не конец света, — Розье усадил ее обратно на скамью и придвинул тарелку, недвусмысленно намекая, чтобы Като перестала орать на весь Большой Зал. — У нас еще куча времен чтобы отыграться…— Ага! Весь год! Мы набираем баллы, а Блэк их подчистую снимает и добавляет Гриффиндору!— Цыц, Лестранж, умолкни и не дергайся! Я уверен, Снейп это все так просто не оставит. Он гриффиндорцам на зельях апокалипсис локальных масштабов устроит. И у нас, между прочим, есть отличная возможность на это полюбоваться — после обеда будет сдвоенная алхимия с алознаменниками.— Кстати, смотрите-ка — МакГонагалл Блэка отчитывает! — Грисер кивнула в сторону преподавательского стола.— Это все ерунда, господа, этим мы не удовлетворимся! У меня уже есть парочка хороших идей, как отомстить Блэку! — заговорщитски произнес Мальсибьер, потирая руки.— Кому и за что надо мстить? — к столу подошли порядком приободрившийся Драко и Блэйз, вернувшиеся из лазарета.— Обернись и все поймешь, — посоветовал Рон, утыкаясь в учебник по трансфигурации.Малфой-младший послушно обернулся и, разом переменившись в лице, покосился на свою перебинтованную руку.— Это не из-за тебя, — успокоил его Поттер.Драко с облегчением вздохнул и уселся на скамью рядом с друзьями.— А кто тогда постарался? — спросила Блэйз, устраиваясь напротив.— Шестой курс на ЗоТИ с Блэком. Так что, Малфой, отличился сегодня не только ты один…— Кстати, тебя действительно полоснул когтями по руке гиппогриф? — спросила Катрин, показав кулак попытавшейся побыстрому сбежать из-под ее надзора Энни.— Ну да, ничего страшного, скоро заживет, — быстро произнес Драко. — Так что там с шестым курсом?Мальсибьер и Лестранж переглянулись.— А поподробнее? — в один голос воскликнули они.— Да что тут можно подробно-то рассказывать? — Малфою эта темя была явно неприятна. — Ерунда…— Из-за этой ерунды, к твоему сведенью, у Хагрида будут большие проблемы, — хмуро сообщил Гарольд.— Ну, извини! Я же сказал, что сожалею! Я не нарочно….— Малфой, специально для тебя повторяю наш план на вечер: если мы еще будем живы после астрономии, заглянем к Хагриду — у него и будешь все эти свои «не нарочно» высказывать. А нам, вообще-то уже пора — через пять минут урок начнется.— Поттер, а чего это ты так пессимистично к астрономии относишься? Ты же вроде бы неплохо разбираешься во всех этих расчетах… — спросил Эйвери, торопливо дожевывая котлету.— Просто я в общих чертах себе представляю, чем мы с этого года будем там заниматься, — таинственно ответил Гарри.

* * *

Из кабинета астрономии, после двух уроков «вычислительной пытки», ученики выходили вразвалочку, на ощупь определяя где верх, где — низ, где — стены, а где и вовсе лестницы начинаются. Шли притихшие и присмиревшие, что для третьего курса Гриффиндора и Слизерина было из ряда вон выходящим. Никто никого не подначивал, не обзывал и не пытался поколотить. Казалось, мысли у толпы в тридцать человек были одни на всех: «Придти в гостиную, завалиться спать до ужина, домашнюю работу не делать и вообще отослать всех подальше к Мерлиновой бабушке».Рон Уизли героически пытался согнать с себя сонное оцепенение, в которое он впал на второй минуте урока после короткого и непродолжительного шока от увиденных на доске формул. Малфой, из чистого интереса взявший конспекты урока у Гарри Поттера, поворачивая пергамент под разными углами, пытался разобраться в том, что на нем написано. Сам Гарольд вместе с Гермионой шли где-то в самом конце процессии, обсуждая заданный им обоим усложненный вариант домашнего задания.— Как подумаю, что такой же ужас будет твориться на нумерологии, благодарю Мерлина, Моргану и родителей за то, что не записался на эту пытку, — несколькими минутами позже сказал Драко, наблюдая за тем, как от их дружной компании отделяется Гермиона Грэйнджер, надумавшая заглянуть в библиотеку.— М-м? — спавший на ходу Рон повернул голову в его сторону. — Я с тобой полностью согласен. Особенно после того, как случайно на днях заглянул в тот замечательный талмуд, который Гермиона подарила нашему Поттеру.— Не понравились формулы? — ехидно спросил Гарольд.— Я, конечно, понимаю, что в зельеварении пропорции ингредиентов высчитывать сложно, поэтому, кстати, мы и напортачили с зельем в прошлом году, но в сравнении с тем, что творится в этой нумерологии… Мне же теперь кошмары сниться будут с этими уравнениями, которые надо будет подставить в универсальную формулу вычисления компонентов!— Уизли, не пугай меня! Мне Флитвик и так задал к понедельнику откопать какие-то особые чары, о которых даже я ни слухом, ни духом…— Кстати, как там поживает моя домашняя работа? Помнишь уговор?Посмеиваясь, мальчики пересекли Холл и вышли наружу. До хижины Хагрида они добрались за несколько минут и, услышав в ответ на стук бормотание Хагрида, вошли.— Эта... привет, — тоскливо произнес полувеликан. — Малфой, ты-то как?— Отлично, — преувеличенно бодрым голосом отозвался Драко. — Серьезно, Хагрид, ничего страшного.— Э-эх… ну я и молодец… проучетельствовал всего один день, а уже дров наломал… — Хагрид тоскливо покосился на плиту с закипающим чайником.— Эй, ты о чем? Никто же тебя не уволит! — нахмурился Гарри. — Малфой жив-здоров, все нормально…— Не, думаю я, за немногим стало... Всем уже известно, что случилось. Школьному начальству доложат — они точно скажут, что я не с того начал. Да и правы, наверное, будут — у вас самое первое практическое занятие.… Эх, я подумать должен был сначала, да больно уж не терпелось вам показать…— Но Хагрид, я же не собираюсь никому жаловаться! С чего ты это взял? Я признаю собственную вину — я не слушал твои объяснения, и это только моя вина, — возмутился Малфой. — За спиной этого гиппогрифа прятался Джереми Поттер и я…— Нет, я же все-таки учитель… моя это ошибка. Надо было с флоббер-червей начинать или еще с кого-нибудь посмирнее.— Так, ну хватит! Объясни мне по-человечески, почему ты решил, что что-нибудь случится? Малфой же не пойдет на тебя никому жаловаться! — вспылил Гарольд.— Дык ему самому вовсе необязательно жаловаться… — пробормотал лесничий, отводя глаза в сторону.Малфой-младший ойкнул и зажал рот рукой.— Что? — недоуменно спросил Рон. — Чего ты…— Ме-ерлинова борода…. — Драко закусил губу. — Хагрид, я сейчас же пойду писать письмо родителям, чтобы они и думать не смели ни о чем таком…— Ладно, не важно. Чаю-то будете, что ли?Поттер облегченно вздохнул: если Хагрид переключился на чай, значит, все нормализуется.