"Когда глаза мне повстречались..."

- АСИНИТА, ПРЯЧЬСЯ!! - перепуганная Оми буквально запрыгнула в дом одним мигом. - Они пришли, маги уже не справляются.

- Я могу попробовать им помочь.

- Ни за что! Твоя магия... она не совсем такая.

- А что, если я могу её контролировать? А она довольно сильная.

- Совсем не время экспериментировать и мне кажется, что мы уже это обсуждали. НЕ нужно рисковать сейчас!

- Но они не справляются. Я попробую.

- Аси...

- Просто доверься, хорошо? - Нита метнулась к центру поселения, развивая платье на в прогорклом воздухе, протянула руки к небу, закрыла глаза. Силы не было. Нет, может, она и была, но не было стимула её использовать. Может, девушка должна была почувствовать злость, а не долг и не стремление спасти людей. Но на кого она злится? Никто лично её или её близких сейчас не беспокоит. Нужно лишь поддерживать купол - и всего-то. Вдруг в голову будто стрелой прилетели слова, перевернувшие понимание девушки о своей магии: "Я создана не для защиты". Сзади подбежала обеспокоенная Омелия.

- Если не получается - не нужно рисковать собой. Пойдём в укрытие, АСИНИТА!! - зеленоглазка обхватила за пояс девушку и попыталась оттащить подальше, но та только закричала и с силой вырвалась из "объятий".

Купол пробили, воинам такой форы было более чем, чтобы подготовиться к схватке. Вооружённые мужчины и женщины, парни и девушки ринулись в бой за ворота на поле, крича и повторяя разом "Quisque vitae dignissimus!"*. Сколько прекрасных цветов было смято в этот день, сколько тел перестали дышать, и сколько же слёз пытались не пролиться. Не смотря на то, что воины Веуро были куда сильнее, люди Зоранджии были амбициознее и их боевой дух казался неисчерпаемым по сравнению со стороной врага: многие просто сбегали.

Асинита увидела, как Симус одним только копьём пробил уже троих. Её глаза раскрылись в изумлении: его жажду крови можно было ощущать даже с настолько большой дистанции и это пугало. Краем одного из глаз девушка заметила, как в ворота пробегает чужой и не стала терять времени: пока силы не проявляются, надо взять какую-нибудь балку и сравнять засранца с землёй. Тьма в глазах начала сгущаться, сила - заполнять всё внутри. Луковицы волос били голову током, а когти и зубы стали ещё длиннее и острее, чем когда-либо. Ей казалось, что её окрылили. Говорят, что когда кажется - креститься надо, но тут креститься надо было определённо не Асините. Ноги уже отделились метров на 10 от поверхности, воздух сотрясся будто от вопля сирены. Глаза открылись ещё шире, все четыре ряда зубов оголились разом, а руки с чёрными парящими сферами направились на Веуро: "Твоя дочь мне рассказывала, что будет, если две чёрные дыры столкнутся. Давай проверим?"

Соединившись в полёте прямо перед носом "главаря", сгустки магии образовали сильнейшую взрывную волну, поэтому было неудивительно, что превеликий Веуро погиб в ту же секунду на месте. Пропал вместе с ним и землянин Виктор Картер.

После мощного выброса энергии, Нита полетела на землю, но к ней тут же со всех сторон подбежал живой щит, затаскивая девушку восстанавливаться в домик с ранеными бойцами и истощёнными магами, не давая разозлённым воинам так легко забрать жизнь убийцы короля. Одна из "медсестёр" проинформировала Омелию о том, что с её женой всё в норме, а самой девушке стоит взять оружие, броню и бежать сражаться, иначе разъярённые съедят всю деревню к чертям собачьим. Так она и поступила: вот уж и жизнь. А на Земле она бы не поучаствовала в самой настоящей битве в возрасте лет семнадцати. Да ещё и с использованием магии! Безусловно, даже если сама не смогла пользоваться ею.

Прокричав что-то невнятное на родном языке, девушка вцепилась хваткой коршуна в спину, помеченную знаком "чистости", продырявив копьём где-то наполовину. После подобного удара руки затряслись, а разум помутнел. Испуг будто опустошил голову, но руки всё не сдавались: одному в ногу, другому в живот... Разумное мышление вернулось только тогда, когда её предплечье будто обожгло огнём: это не просто стрела. Осознав, что может умереть от тутошнего яда, Омелия скрылась за забором, сняла повязку с головы и перемотала руку: "Плевать уже, сколько у меня глаз", - после чего с визгом побежала набивать рожи непонимающим происходящее отморозкам. Заметив Симуса вдалеке, она побежала к нему что есть мочи, зовя по имени, но всего за пару метров поняла, что не так, и обомлела: парень был растерзан и прибит своим же копьём к стволу, а из кудрявых локонов торчали оперённые палки тех самых стрел. Дар речи покинул девушку, вместо крика получалось лишь сипение. Симуса больше нет, нет и секретов. Мужчина уже не попадёт в лучшее место, а может лишь надеяться на покой где-то там.

Отступать было непозволительно: надо проверить драгоценную Ниту. Насколько же быстро та помчалась по лужам крови и перепрыгивая через неподвижные тела, будто их и не было. Почему они не пришли к соглашению, а просто хладнокровно нападали?!

В своеобразном медпункте Асиниты не оказалось, что не могло не заставить волноваться ещё больше. На поле боя девушки тоже не было. Прочесав все улицы вдоль и поперёк, Оми начала нервничать. Решив, что разумно будет проверить подальше, она понеслась, тараня толпу щитом и копьём, тем самым расчищая путь к месту взрыва. Сдерживая слёзы и становясь на колени, в кучке пепла она обнаружила блеск... того самого винтажного кольца. "Только не ты! Нет, мне ещё не пора!!"

- Омелия! - послышался до боли знакомый, но хриплый голос где-то из-за огромного валуна. Оми, лихорадочно улыбаясь и понимая, что девушка в каком-никаком, а укрытии, подбежала из последних сил к возлюбленной и упала на колени, - Доктор не наш! Она напоила меня лекарством, от которого у меня жжёт внутри... Не как настойка..

- Сколько ты выпила? 

- Маленькую бутылочку. Она сказала, что восстанавливает магию.. ОМЕЛИЯ, МНЕ БОЛЬНО! - слёзы заполнили глаза обеих: Оми не знала, что и делать. Рвоту вызвать не получится из-за различий рефлексов, больше она ни в чём не сильна. - Слышишь? Я не хочу умирать здесь... - выкашливая сгустки крови, хрипела та.

- Ты не умрёшь. Не говори этого. - вытирая куском рваного сарафана слёзы и фиолетовую жидкость, подбадривала та. Ей казалось, что внутри всё сжалось и закололо. Этот мир не посмеет просто так забрать у неё всё, - Помнишь, я говорила тебе про кольцо? Вот, я его нашла. Давай на Землю? Там тебе помогут наши доктора, они лучшие, я тебя уверяю...

- Посмотри на меня... Разве, таких, как я, у вас бы не заперли в клетку и не ставили бы опыты? Пообещай, что ты напишешь обо мне.

- Просто так ты уйдёшь. Мы ещё столько не успели. Нита, ты мне обещай, что не сдашься так легко!

- Когда глаза мне повстречалисьЗелёные, как жизнь...

- Что ты делаешь? - глаза Оми забегали по телу задыхающейся Ниты. Через какую боль ей даётся всего один вдох, а она ещё и хочет петь.

- Каждый миг я будто просыпаласьИли взлетала ввысь...

- ТЫ МЕНЯ СЛЫШИШЬ? - сорванным от криков и слёз голосом, пропищала Омелия.

- Это ты виноватаВ потере моей головыИ снова ты... виноватаВ цвете кожи синевы, - плача уже не было, слёзы сами текли ручьями по бледно-фиолетовым щекам, а почва лишь жадно их поглощала.

- Зачем так?! Очнись, обещай! - Омелия уже вцепилась в плечи и стала тормошить что есть мочи.

- Теперь последним моим вздохомЖёлтые будут первоцветыА принесёт их на могилкуДевушка... с другой планеты

Она мой сон и моя реальностьОна - тот первый луч звездыМоё горе, моя радостьИ отражение у воды, - всё, чего ей так хотелось - уже сбылось: любовь на всю жизнь, эта же жизнь подальше от тётки, всем, чего та хотела была Омелия. Она случилась. Всё случилось. Вечность им и так не светила:Теперь последним моим вздохом Жёлтые будут первоцветыА принесёт их на могилкуДевушка с другой планеты... - последние искорки погасли в казалось бы, вечных глазах, на белоснежной улыбке образовались фиолетовые разводы, а рука, что так крепко сжимала руку напротив, полностью ослабила хватку. Изо рта показалась полупрозрачная дымка, или же так лишь казалось девушке возле.

- Я обещаю... Я напишу про тебя, Асинита, Я НАПИШУ! Только не оставляй меня здесь одну.. - объятия с бездыханным телом любимого всем сердцем человека можно сравнить лишь с кольями, что пронзают всё тело насквозь, не давая даже вдохнуть, слёзы душат и скручивают горло во все виды морских узлов по очереди, а конечности подводят, заключая под замок всё тело. В такие моменты сам ощущаешь себя трупом. Ни шевелиться, ни существовать нет ни сил, ни желания. Каждый бы тут сказал, что нужно двигаться дальше, и, как не странно, жить. 

Найдя в себе последние залежи энергии, девушка аккуратно сняла ожерелье с шеи любимой, последний раз погладила и вдохнула пьянящий запах русых прядей, немного отошла, качаясь во все стороны. Подняв массивное кольцо, надела на безымянный палец, представляя, что снова женится... Ей не было дела до того, что вытворяет пространство с её оболочкой, она фокусировалась на нутре, а точнее, на его пустоте. Как бы ей хотелось прожить всё путешествие заново: снова почувствовать себя нужной, хотя-бы денёк побыть с Нитой. С живой Нитой. Почему она чувствует линолеум? Где та пыльная тропа? Где инопланетная забегаловка? Может, это был лишь сон? Самый лучший и самый ужасный одновременно. Рука потянулась к голове: волосы короткие, на шее персиковая подвеска, а кольцо пропало. "СУКА!" - крикнула та в ярости и, резко дёрнувшись, затихла, когда услышала щелчок дверного замка и голос матери и звук падающих на пол тесных туфелек.

- Представляешь, у сына Мелиссы дочка родилась! Я же говорила ей, что Клара брюхатая, а дурочка эта не верила совсем. Теперь погляди: что с ней делать в 18-то лет? - женщина остановилась у дверного проёма и буквально вылупила глаза на свою дочь: выросшая сантиметров на 10, вся в оборванной и грязной одежде, с испачкаными ладонями и коленками, подстриженными "абы-как" волосами, рана на пол предплечья. Омелия с таким же удивлением смотрела на мать.

- Ты пересмотрела сериала какого-нибудь своего опять? Что на тебе одето и в чём ты испачкана? А волосы... а как же волосы? Захотела стать похожей на мальчишку? - она подошла к дочери и заметила рану, - Сейчас перекись принесу, иди пока прими душ, ужас! Омелия Картер, где ты шаталась?

- Как долго тебя не было? - с безразличным выражением лица, но с бешено стучащим сердцем, произнесла сухо она.

- Часа два. А тебя-то сколько, ребенок?

- Два с половиной года, если быть точной...

------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

*"Quisque vitae dignissimus!" - (лат. - "каждый достоин жизни!") 

Заявляю официально, что лично плакала пока писала. Может, эта часть мало кого тронет, но ради неё я горбатилась над сим творением полгода, не получая практически никакой отдачи. И всё-же, хочу сказать спасибо. Просто спасибо. Возможно, выйдет коротенький сиквел, но не в связи с успехом работы, насколько я понимаю. Ещё желаю всем тем, кто это читает, лучшего 2022!)