- IV -

Джин словно очнулся от кошмара. С него обильно стекал пот, голова неимоверно гудела, словно по ней ударили чем-то тяжелым, все тело трясло от перенапряжения, где-то внутри чувствовался остаточный ужас, который он испытал не так давно. Только кое-что выбивалось из общей картины. Щека горела, будто бы отдельно от всего того, что ему удалось пережить. Стоило об этом подумать, как тут же все прояснилось: ярость, так долго рвавшаяся наружу, наконец, нашла выход, но в тот самый момент, когда он хотел дать ей волю, время вокруг словно застыло, а потом он увидел перед собой женщину с янтарными глазами, а следом за ней последовала отрезвляющая пощечина.

— Что... что произошло? — рассеяно спросил молодой человек, попытавшись сфокусировать свой взгляд. В глазах все еще слегка двоилось, но он без труда различил все те же два силуэта: ведьма и девчонка с демоническим глазом. Кажется, ее зовут Аривия. — Что вы со мной сделали?..

В ответ прозвучал лишь тяжелый вздох. Джин был уверен, что это была красивая женщина, отвесившая ему пощечину.

Наконец, его взгляд прояснился, и он снова посмотрел на своих похитительниц. Рыжая девушка со страхом смотрела на него, прижав руки к груди. Она будто бы пряталась за спиной ведьмы. Джин долго не мог понять, почему она так на него смотрит, а потом все же сообразил. Сначала он был в замешательстве, а потом, отступившая злость снова дала о себе знать. Ему это далось тяжело, но он все же встал на ноги. Упершись рукой о стену, он с вызовом посмотрел на Аривию.

— Почему ты строишь из себя жертву, когда сама являешься монстром?! — крикнул он. Стены подвала приглушили его голос.

Аривия вздрогнула. В ее глазах — точнее, в глазу, — появились слезы, но на этот раз и она уже не смогла стерпеть такого отношения. В ней самой забурлило все то, что она была вынужден терпеть многие-многие годы. Эти легенды, ничего не имеющие общего с ней, страх людей и сосуществование той твари, что сидела у нее в голове и была виновницей всех их бед. Хватит! Надоело молчать!

— Да кто ты такой, чтобы так говорить?! — взорвалась девушка, сделав шаг в сторону Джина. — Свалился мне на голову из ниоткуда, преследуешь, а теперь заявляешь, что я в чем-то виновата?! — голос дрогнул, по щеке скатилась первая слеза. — Кто ты такой, чтобы называть меня монстром?!

Джин опешил. Он будто ожидал другой реакции, других слов, но столкнулся с тем, чего и предположить не мог. Где-то в голове промелькнула мысль, что он ошибается в своих догадках, однако она быстро исчезла под напором долго скрываемых чувств.

— Кто я такой?! Я ребенок тех родителей, которых ты убила!

В подвале повисло молчание. С каждой секундой он тяготило воздух и, казалось, его можно было почувствовать всем телом.

Аривия во все глаза смотрела на парня и никак не могла понять, о чем он говорит. Она убила? Она никогда никому не вредила. Даже если ей самой угрожала опасность, все, что она делала, давала себе возможность сбежать, не тронув никого и пальцем. Да, она пользовалась чужой силой, но только для того, чтобы избежать преследования. О чем он вообще говорит?

— Вот здесь, парнишка, попридержи-ка коней, — вмешалась Эмельда, которая до этого лишь стояла в стороне, словно ее здесь и не было. Сыворотка правды не дала нужного результата, но спровоцировала молодого человека на эмоции. Аривия, которая также была на пределе, тоже сделала свой вклад. И вот, кое-что все-таки открылось. — С этого места можно поподробнее. Мне казалось, ты не из здешних мест, тогда откуда? И почему ты думаешь, что именно эта девушка стала причиной гибели твоих родителей?

Спокойный тон ведьмы оказал внезапное влияние и на Джина, и на ее подопечную. Они оба отступили друг от друга, продолжая лишь смотреть, как остатки злости расщепляются в воздухе, оставляя после себя лишь вопросы и непонимание происходящего.

— Почему я должен вам это рассказывать? — Если пыл Аривии уже заметно поутих, то молодой человек все еще цеплялся за остатки своего гнева. Он смотрел то на девушку, то на ведьму и пытался понять, что они замышляют.

Эмельда тяжело вздохнула.

— Видишь ли, Джин, я более чем уверена, что ты ошибаешься.

Парня словно громом поразило, но он тут же взял себя в руки. Он крепко сжал кулаки.

— С чего вы это взяли?

— С того, что если ты никак не связан со здешними местами, то ты никак не мог пересекаться с Аривией. И прежде, чем ты задашь вопрос, я сделаю вот что.

Женщина подошла к лестнице, взяла графин и сделала глоток. Она поставила сосуд на место и повернулась к Джину.

— Аривия никогда не покидала этого острова. Более того, она никогда и никому не приносила вреда, — Эмельда перевела взгляд на свою ученицу. — Кроме самой себя.

Девушка вздрогнула, вспомнив про шрамы на руках. Конечно, наставница лучше всех это знала, но от этого осознания становилось не по себе.

У Джина будто земля из-под ног ушла. Он почувствовал слабость в коленях и снова чуть не упал на холодный пол. В голове крутилось, что эта ведьма врет, она всего лишь пытается защитить эту девушку, но он же сам видел, как она выпила содержимое этого графина. А может, эта сыворотка правды не действует на своего создателя?.. Парень судорожно пытался найти хоть какое-то подтверждение тому, что она врет, но у него уже не было никаких сил. Все надежды в одночасье рухнули. Долгие поиски, которые, казалось ему, были завершены, прошли насмарку. Жгучая досада опалила его сердце и душу. Хотелось закричать от отчаяния, но вместо он еле произнес:

— Если не она... если это была не она, то кто?.. Неужели, — он запнулся, подняв взгляд на ведьму, — неужели есть кто-то еще, кто держит внутри себя демона?

Эмельда подошла к нему и осторожно тронула его за плечо. Он никак не отреагировал.

— Это проклятие, Джин. Это не сделка с темными существами на мирной основе, а самое настоящее проклятие, придуманное еще в те времена, когда люди только-только начали изучать черную магию, — все тем же спокойным голосом произнесла обладательница удивительно глубоких янтарных глаз. — Впрочем, я думаю, что эти разговоры нужно оставить на потом. Сейчас тебе необходимо отдохнуть.

Она выдержала паузу, бросив короткий взгляд на Аривию. Та была в замешательстве, но старательно делала вид, что все в порядке. Слова молодого человека заставили ее напрячься. Еще кто-то с похожим недугом, как у нее? Причем этот «кто-то», вероятно, уже давно себе не принадлежал.

— Похоже, Джин, тебе придется задержаться здесь на подольше. Мне бы хотелось знать, что произошло и почему ты в итоге оказался здесь, в Аквамарине. Твоя история может и нам помочь. Ты согласен с нами сотрудничать?

Молодой путешественник почти не разбирал слов. Он будто был в вакууме. Страшный сон на самом деле не оставил его, а все еще продолжался, только теперь он стал куда более жестоким и вместе с тем реалистичным. В голове вихрем пронеслись воспоминания шестилетней давности, но он постарался не думать о них. Если снова вернуться к этой истории, он больше не выдержит.

Когда вопрос эхом пронесся в ушах, он еле кивнул. Может, эти двое тоже помогут ему. А есть ли в этом смысл? Джин наверняка не знал. Он уже не был в чем-либо уверен. Внезапно он понял, как же сильно устал от этих поисков и погони за призраком, которого, возможно, уже не было на этом свете. Захотелось все бросить, обо всем забыть, но данное давным-давно обещание все еще держала его на плаву. Нет! Он обязан, просто обязан найти того, кто сделал это с его родителями и другими жителями их поселения. То время стало для каждого самым темным и самым тяжелым. Кто, если не он, наконец, принесет покой тем, кто ушел в тот роковой день?

— Эй, парень, с тобой все хорошо? — голос Эмельды зазвучал так близко, что Джин невольно вздрогнул. Он обернулся и столкнулся с ведьмой лицом к лицу. Надо же, а вблизи она выглядела еще более безупречной. — Ты можешь идти?

Парень мотнул головой и выпрямился, всем своим видом показывая, что он справится самостоятельно.

Эмельда задержала свой взгляд на изможденном молодом человеке. Она была достаточно проницательна, чтобы понять, с чем именно сейчас столкнулся Джин. Ведьма потерла виски и подумала о том, что зря все-таки взялась за это дело. С другой стороны — как она уже успела предположить, он может сильно продвинуть дело Аривии. Кто знает, может даже удастся найти какие-нибудь ответы.

Она первая шагнула в сторону лестницы и начала подниматься. Аривия пошла следом за ней, все еще ощущая давление со спины. Сможет ли она себя защитить, если парень все же решит атаковать? То, с каким взглядом он на нее смотрел тогда... Такого рода страх ей еще не приходилось испытывать, но, если он перепутал ее с кем-то другим, то, может, он больше не будет ее ненавидеть?..

«Ты правда веришь в эту откровенную чушь? — противный голос в голове снова дал о себе знать. Аривия проигнорировала вопрос. — Брось, это же люди. Они не могут не ненавидеть. Это своего рода потребность, которую необходимо утолять ежедневно. Нужно же кого-то постоянно обвинять во всех своих бедах»

— Я не ненавижу, — прошипела сквозь зубы девушка.

«А с чего ты взяла, что ты человек? — Аривия не могла видеть обладательницу голоса, но точно знала, что она сейчас противно улыбается. — Да и прям уж ты ни к кому не испытываешь ненависти. А что насчет обворожительной меня? Мне ли не знать, как сильно ты хочешь от меня избавиться»

Этот диалог мог бы продолжиться и дальше, если бы Эмельда, которая шла впереди, резко не остановилась. Аривия отвлеклась, чуть не столкнувшись со спиной наставницы. Девушка уловила смену выражения лица ведьмы и поняла, что-то не так.

— К нам кто-то приближается. И он не один, — произнесла женщина тихим голосом. Аривия заметно напряглась. — Нас нашли.

***

Свежесть леса сильно контрастировала с палящим солнцем, которое господствовало за его пределами. Такой день было бы отлично провести в теньке, потягивая прохладительный напиток и вообще ни о чем больше не думать. Но Меркурию и другим подопечным капитана Ороса о таком оставалось только мечтать. Ближе к полудню поступил приказ — следовать в лес. На границе их встретил капитан в компании, как многие догадались, ведьмы. Она приветливо махнула им рукой, но стражникам пришлось сделать над собой усилие, чтобы не попасть под чары этой женщины. Они знали, чем это могло закончиться.

Лошадям, как и их наездникам, лесная прохлада пришлась по душе. Он издали довольное ржание и чуть бодрее перебирали копытами. Но, чем дальше они заходили в лес, тем гуще он становился, а цели все никак не было видно. Когда стало совсем невмоготу, Корниан остановил своих солдат и приказал слезть с лошадей. Все без вопросов подчинились приказу. Привязав своих скакунов, небольшой отряд из восьми человек, если не считать самого капитана и его спутницу, двинулся дальше в самую чащу.

Меркурий между тем все пытался понять, что происходит. Он слишком давно знал капитана, чтобы иметь все основания полагать: у Ороса есть нездоровый интерес к делу Ока. Принц много раз пытался выяснить, с чем это может быть связано, но всякий раз встречался с непрошибаемостью своего начальника. Тот пытался убедить его, что все, что они делают, — на благо королевства. Однако Меркурий мог заявить наверняка: никогда ему еще не доводилось видеть такое предвкушение на лице капитана. Его одержимость этим делом подтверждало также и то, что за помощью он обратился не к абы кому, а к самой настоящей ведьме. Самому принцу еще не доводилось так тесно сотрудничать со сверхъестественным, но он отличался особенной чувствительностью, оттого и мог определить такие незнакомые ему вещи.

— Капитан, по поводу того парня... — начал было Меркурий отчитываться по поводу своего задания, но в этот же момент женщина, которая по всей видимости вела отряд, вытянула руку в сторону, перекрывая путь.

— Мы на границе ее территории, — загадочно произнесла ведьма. Она обернулась к Оросу и улыбнулась. Эта улыбка показалась Меркурию пугающей, будто за ней было скрыто больше, чем могло показаться на первый взгляд. — Вы готовы, капитан?

Корниан не ответил, а просто сделал шаг вперед.

***

— Ты кого-то привел за собой?

Янтарные глаза обжигали холодом. Казалось, еще немного, и они испепелят Джина, не оставив и мокрого места. Это пугало. Парень даже не понимал, почему ведьма так переменилась. Совсем потерявшись в собственных мыслях, он не обратил никакого внимания на сказанное ею ранее.

— Нет... я никого здесь не знаю, кроме товарища, с которым приплыл. Но даже он понятия не имеет о моем поиске... — голос у Джина дрожал. Он чувствовал, что что-то пошло не так, но никак не мог связать это с собой.

Нечто темное сгущалось вокруг женщины, и это пугало намного больше, чем глаз девушки, которая в растерянности стояла за спиной своей наставницы и тоже не понимала, что происходит.

— Тогда откуда... — Эмельда не договорила. Она вся натянулась, как струна, напряглась, словно прислушиваясь к чему-то. В подвале снова повисла тягостное молчание, никто из двоих молодых людей не смел его нарушить. — Так вот оно что... Паршиво.

— Что случилось? — осторожно спросила Аривия, опасливо посмотрев на ведьму. Та в свою очередь бросила взгляд на девушку. На мгновение показалось, что в нем мелькнуло что-то вроде беспокойства. Это еще сильнее напугало Аривию. — Нас действительно нашли?

Сама мысль об этом казалась девушке невозможной. Она знала, сколько сил вкладывала ее наставница в то, чтобы просто скрыть это место от чужих глаз, сколько использовала всяких отвлекающих маневров в виде зелий, амулетов, оберегов и так далее. Их никто не мог обнаружить столько лет, так почему именно сейчас?.. Нет-нет, наверное, им — кто бы они не были — удалось чудом пройти первую линию обороны. Такое случалось уже и ранее. Иногда даже животное могло забрести в зачарованное место случайным образом. Да, именно так, ничего опасаться не стоило, это все просто случайность.

Вот только вид Эмельды говорил об обратном.

— С ними ведьма. Причем не самого низшего ранга, — подытожила женщина. Она взяла Аривию за руку, и они снова спустились в подвал. — У нас совсем нет времени, надо бежать.

В ее голове выстраивалось множество планов, но ни один из них не гарантировал стопроцентный успех задумки. Непрошенные гости продвигались достаточно быстро. Эмельда чувствовала, как они подходят ко второй линии обороны. Сомнений не было, они пришли за девочкой, и это усложняло все в разы. Не было никаких гарантий, что ведьма-наемница не продолжит преследование, что те, кто пришел с ней, не готовы ко встрече с ее силами. Нужно было придумать не только план отступления, но и отвлекающий маневр, который мог бы на долгое время задержать преследователей.

— Простите, но что происходит? — вмешался Джин. Он уже стал что-то улавливать.

Эмельда посмотрела на него, потом на Аривию. Пара мгновений, и в голове зародился план. Он был далек от идеала, но из того, что она успела рассмотреть, был куда более успешным. Сложности ожидались на этапе переговоров, а времени не было совсем.

Ведьма развернулась к Джину и положила ему ладонь на грудь. Другой рукой она все еще держала Аривию. С ее губ слетела пара фраз на неизвестном языке, но путешественник узнал его звучание — такое же было у тех слов, что произносила рыжая девушка в тот момент, когда они столкнулись. Парень очень быстро понял — все это не к добру, но было уже поздно. Он почувствовал, как в груди что-то обожгло его, словно где-то там внутри орудовали раскаленным железом. Ему захотелось закричать от боли, согнуться пополам, но твердая рука ведьмы не давала сделать ни того, ни другого.

— Послушай, что я тебе скажу, Джин Ивир, — начала Эмельда, вглядываясь в каре-зеленые глаза молодого человека, явно растерявшегося от чужого прикосновения, — теперь безопасность этой девушки зависит полностью от тебя. Если ты бросишь ее на произвол судьбы, подвергнешь ее страданиям и боли, позволишь умереть, все это отразиться на тебе самом. Когда ее сердце перестанет биться, твое в тот же миг тоже прекратит свой ход. Я наложила на тебя печать, она работает только в одностороннем порядке, поэтому если ты окажешься в опасности и погибнешь, Аривии ничего не будет угрожать.

— Что?! — враз спросили Аривия и Джин. Оба посмотрели на женщину в ошеломлении, никто из них не ожидал подобного.

— Но, Эмельда..! — хотела было возразить девушка, но ведьма не дала ей этого сделать:

— Я еще не закончила! — в ее голосе звучала холодная сталь, пробивающая до дрожи. Аривия замерла на месте. Ей и раньше приходилось видеть свою наставницу в таком виде, но это было так давно, что она и не помнила, какой непоколебимой она бывала в такие моменты. Теперь, что бы она не придумала, что бы не затеяла, все будет так, как она скажет. Сердце у Аривии сжалось. Девушка начинала догадываться, к чему все идет. Джин незамедлительно почувствовал неимоверную досаду и осознание своей беспомощности. Он еще не понял, что ощущает далеко не свои переживания. — Эту печать может снять только тот, кто наложил, даже не пытайся обратиться к кому-нибудь, для тебя это может закончиться печально. Я сама сниму эту печать, как только разыщу вас. Единственное условие — Аривия должна быть в целости и сохранности, ты меня понял?

Джин кивнул, хотя не до конца понял, на что именно он соглашается.

Наконец, Эмельда отпустила его и обратилась уже не только к нему, но и к Аривии:

— Сейчас я перемещу вас подальше от этого места. Вам нужно будет спрятаться и не показывать своего носа вплоть до того момента, пока мы снова не встретимся.

Девушка хотела задать вопрос, но ведьма опередила ее:

— Я отвлеку их, возьму весь удар на себя, чтобы вам удалось получше скрыться. Тебя ищет кто-то особенно упорный, раз он нанял ведьму, равную мне по силе.

К глазам Аривии подступили слезы, но показались они только на одном — на том, что был человеческим. Девушка не хотела мириться с таким положение дел, она собиралась взбунтоваться, пойти против, но сделать ей этого не дало обещание.

— Мы же договаривались, Аривия, помнишь? — голос Эмельды заметно смягчился. Слезы подопечной не могли не задевать ее, все-таки Аривия была для нее все равно что дочь, которую она долгое время воспитывала и обучала. Теперь им впервые за много лет придется расстаться, и это заставляло ее, опытную ведьму, едва сдерживать слезы. — Не переживай, я тебя скоро найду, и мы найдем способ избавить тебя от проклятия.

Женщина взяла Аривию за плечи и обняла ее. Девушка судорожно вздохнула. Слезы предательски покатились из глаза, и она уже никак не могла их остановить.

Глядя на эту картину, даже Джин стал испытывать сочувствие к этим двоим. Невольно вспомнилось как он сам когда-то провожал своего отца на охоту или в плавание на долгое время. Для него это было самым тяжелым моментом, несмотря на то что отец всегда возвращался. Кроме одно-единственного раза.

Эмельда отпустила свою ученицу, накинула на нее свой плащ и снова обратилась к молодому человеку:

— Встань рядом с Аривией и представь место подальше от леса. Только очень хорошо представь, чтобы вас перенесло правильно.

Джин послушно подошел девушке. Она вытирала слезы с лица и делала вид, что никого не видит и не замечает.

«Так будет даже лучше» — подумал парень, задумываясь о том, куда бы их могло перенести. У него было множество вопросов и ни одного ответа. Он еще не до конца понимал, в какой переплет он угодил, и вместе с тем был чуть более расслабленным, чем должен был быть.

— Представил? — выдернула ведьма его из размышлений, и Джин отвлекся на другое — на свое воображение. В голове пронеслось парочку мест, в которых он успел побывать, но он остановился на одном. Перед глазами начала вырисовываться картинка, и он кивнул на ее вопрос. — Возьми ее за руку, — он взял ладонь Аривии в свою и подумал о том, какая она маленькая, — защищай ее, чего бы тебе это не стоило. Твоя жизнь напрямую зависит от ее жизни.

С этими словами Эмельда направила на них свои ладони, прикрыла глаза и начала снова говорить что-то на непонятном языке. Картинка стала расплываться. Подвал с женщиной стал исчезать из виду, вместо него появилась вспышка света, которая ослепила и Джина, и Аривию.

Через мгновение в сыром помещении, пропахшем землей, осталась только Эмельда.