Глава 36

Виолетта

Знаете, что самое тяжёлое и мучительное? Какое испытание сложнее всего перенести? Что причиняет нам страдания?

Необходимость улыбаться, когда душа стонет, а сердце ноет, когда жизнь кажется серым пятном.

Но как бы плохо не было, ты понимаешь, что другим совершенно нет дела до твоих проблем или переживаний, им ты интересна только красивая, весёлая, с победной улыбкой на лице.

В тяжёлых жизненных ситуациях ты останешься один на один со своими страхами и демонами. Никого не будет рядом. И только от тебя зависит, сможешь ли ты выбраться или начнёшь ныть, только от тебя зависит выйдешь ты победителем или побеждённым, только от тебя зависит сможешь ли ты жить дальше или постоянно будешь оглядываться назад, разбирая до малейшей детали прошлые ошибки, думать, что сделала не так.

***

Вы замечали, каким необычными могут быть понедельники? Конечно, кто-то сейчас начнёт вовсю спорить со мною, мол что может быть неординарного в этом дне: выходные закончились, надо переться в школу, на работу и т. д. Кстати, в некоторых случаях я соглашусь с Вами, но этот понедельник был особенным.

Вечером, когда никто никого не ждал, прибыл посыльный от моего старшего брата. В письме, к удивлению и огромному счастью всех, сообщалось, что жена Джонатана, Катриона, ждёт ребёнка и вскоре они приедут к нам из Румынии погостить.

Весь дом пришёл в небывалое волнение. В атмосфере чувствовался запах счастья и радости, который уже многие годы не посещал нашу семью. Все: папа, сестра, братья, подданные- только и говорили о будущем ребёнке. Макс и Джейк поздравляли нас желая всех благ и здоровья моему племяннику. Даже старая Ирен соизволила почтить нас своим присутствием за ужином и высказать свои поздравления ( обычно женщина проводила всё время в библиотеке).

Так что я почти не унывала, ведь всё моё время было посвящено подготовке комнаты для Джонатана и Катрионы к их приезду.Только...

Только светлой вампирской ночью я вспоминала того, кого должна была выкинуть из головы. Но понимать и сделать - разные вещи. Я знала, что эта глупая привязанность ни к чему не приведёт, но... Всегда есть это ненавистное "но", которое заставляет меня думать о нём, вспоминать хорошие моменты. Я сама на себя злилась за эти мысли, каждый раз ругала себя, пытаясь вспомнить все причины почему я должна, нет обязана, презирать Коллинза, но сердце, или что там ещё, совершенно не слушало меня, скажу больше, этот предатель каждый раз замирал, когда воображение подкидывало его образ с голубыми глазами.

А потом эти же глаза преследовали меня во сне. Иногда я слышала его голос и чувствовала прикосновения этих рук и губ.

Ну, почему мы, девушки, такие дуры?! Почему мы всегда любим мерзавцев, грубиянов и идиотов?! Почему не обращаем внимание на самых обычных парней, на тех, кто, возможно, на руках будет носить, дарить всю любовь, сворачивать горы для нас.

В моих любимых романах большинство хорошеньких девочек-припевочек влюблялись в плохих парней. И, о чудо! Чувак, который всю свою жизнь вёл аморальный образ жизни, становился чуть ли не ангелочком с нимбом и крылышками. Раньше я обожала такие книжки, я верила, что каждый человек найдёт рано или поздно свою вторую половинку. Но, оказалось, что жизнь- это не роман. Мой личный кошмар не станет прекрасным принцем на белом коне. На самом деле человек, которого я люблю, ценит лишь себя, его раздражают всякие проявления чувств. Также Коллинз умеет хорошо манипулировать людьми, особенно женщинами, и всех использует в своих целях.

Как?! Как я смогла испытывать нежность к нему?

"Избавь меня от этого, окей? То что было для меня не значит ни-че- го".

Слёзы опять заполнили мои глаза от одного воспоминания. Боль разрывала мое бедное, настрадавшееся сердце, но я снова и снова переступала через себя и сдерживалась, а потом опять начинала корить за слабость.

Не в силах больше лежать в кровати и мучать себя воспоминаниями, встала, оделась и направилась в библиотеку, но я была не единственной кто сегодня искал тишины и спокойствия среди бесчисленных книг, стоящих в высоких шкафах. Как только я вошла в библиотеку, при свете огня из камина, увидела Ирен. Женщина сидела в кресле, мастерски держа осанку и гордо вскинув голову. Седые волосы её были собраны в высокую причёску, на коленях лежала какая-то старая, потрёпанная книга. Всё в Ирен говорило о её мудрости.

- Доброй ночи, милая, Виолетта! -воскликнула старая женщина, улыбнувшись уголком губ. - Здравствуйте, - вежливо поздоровалась я и присела на краюшек другого кресла, стоявшего рядом с Ирен.

Молчание заполнило комнату. Старая женщина внимательно, не отрываясь, смотрела на меня, будто бы пыталась узнать все мои потайные мысли, чувства и переживания. Чтобы хоть как-то спрятаться от её пристального взгляда, я перевела глава на огонь, который мятежно полыхал в камине.

Говорят, что можно бесконечно смотреть на огонь. Я же думаю, что это одна из самых феноменальных стихий, созданных природой. Огонь ассоциируется у меня с душой  человека.  Мы горим внутри, согреваем собою окружающих, дарим им своё тепло, а потом медленно погасаем и становимся угольками, иногда бывает, что появляется кто-то, готовый снова раздуть нас, сделать сильными, но часто мы утрачиваем остатки силы и погибаем в боли, закрываемся от близких, которые хотят помочь.

Впервые я задумалась, а не был ли Джейс тем,  кто загасил меня. Ведь, если разобраться, он принёс в мою жизнь только боль, разочарования и ... любовь?

Нет, не смей думать о нём в таком направлении! Ты забыла, что он - бабник, таскающий за собой разбитые сердца? Вспомни его девушку Дженнифер! Помнишь, как она унижалась из-за Джейса? Хочешь быть похожей на неё, дура?

- Я иногда смотрю на тебя, Виолетта, и не могу не выразить моего удивления. Ты стала такой взрослой. Я помню тебя двухлетней девочкой, правда, ты и тогда могла показать свой характер и поднять всю королевскую семью на голову. Но, признаюсь, последнее время меня мучают сомнения по поводу твоего душевного спокойствия. Девочка моя, ты постоянно такая грустная, что содаётся впечатление, что кто-то смог нарушить твой внутренний мир. - Заговорила Ирен.

- Что вы! - воскликнула я, боясь, что она догадается про причину моего уныния. - Ирен, я клянусь, что ничего серьёзного не произошло. Я  постаралась списать всё на внезапный приезд Джонатана,  Ирен сделала вид, что проверила и перевела разговор на другую тему.

Старая женщина оказалась приятной собеседницей. Мы говорили про всё: литературу, музыку, театр, путешествия. Конечно, иногда наши взгляды расходились, но общего было всё-таки больше, чем можно было бы предположить.  Мне и Ирен нравились Вивальди и Моцарт. Я любила узнавать что-то новенькое о других странах, а леди Дюпон  много путешествовала и, к моему счастью, любила поболтать на эту тему. Она рассказала мне про обычаи, традиции, праздники различных народов. Что же касается живописи, то, признаюсь, я совершенно в ней не разбираюсь, однако Ирен очень интересно рассказывала про художников и их картины. Леди Дюпон  также неплохо рисовала и даже сделала несколько набросков.

- А что вы любите читать Ирен? - заинтересованно спросила я.

- Книги? Мне нравится читать, дитя, но классику. Современная литература кажется мне слишком... глупой. Хотя может это я уже слишком старая, - рассмеялась Ирен. Морщинки на её лице выступили отчётливее, что не укрылось от моего внимания, но вот глаза Ирен были... такими мудрыми, пропитанными вековым умом. Казалось, что она знает всё на свете.

- У Вас дома большая библиотека? - спросила я, нарушая молчание.

-Да, довольно большая, но я редко захожу туда. - Ответила Ирен. Я вопросительно посмотрела на женщину в недоумении. Почему тот, кто любит читать, не ходит в свою библиотеку? Ирен пристально посмотрела на меня, прожигая своим взглядом. Я поёжилась от этого и побоялась задавать лишние вопросы, однако этого и не требовалось.  Внезапно Ирен тяжело вздохнула, отвернулась к огню и заговорила глухим голосом:

- Я не захожу туда. Это навивает воспоминания, о которых больно вспоминать. Все книги в доме в Париже собирала моя дочь  Шарлотта. Она была славной, красивой, любящей, доброй девушкой, которая также обожала читать. Иногда мы собирались с ней в библиотеке и обсуждали события, которые произошли в нашей жизни за неделю. - Ирен замолчала на некоторое время, поглощённая воспоминаниями, в то вреня как я пыталась понять, зачем она рассказывает мне о Шарлотте. - Однажды дочка пошла на охоту в лес. Вернулась она весёлой, цветущей, сказала, что встретила кое-кого в лесу, но отказалась говорить кого. Я сразу заподозрила что-то неладное, материнское сердце подсказывало: что-то скоро случиться с моей Шарлоттой. Дни шли, дочка бегала гулять с тем вампиром, но отказывалась знакомить семью с ним. И вот однажды к нам в дом зашёл глава клана. Он был в ярости, спросил, где Шарли, а потом сказал, что... что она обвиняется в измене королевству и короне и приговаривается к казне. Как нам рассказали, вампир, с которым у дочки были отношения, был Джованни, приехавший в Париж к другу. Их нашли в лесной беседке, парня убили сразу. Говорили, что Шарли, увидев это, упала на землю и зарыдала, закричала, что мы все глупцы, что наша вражда только уничтожит вампиров. Шарли убила себя сама. Она просто достала кол из сердца парня и воткнула его в себя. Моя дочь умерла. Вражда, эта глупая вражда, убивает каждый день столько вампиров. Среди них и была моя дочь. Говорят, что на наш рад якобы наложили проклятье, которое уничтожит нас. И спасти нас смогут только вампиры, которые будут достаточно сильны, чтобы объединить нас всех.

Молчание повисло в воздухе. Я обдумывала то, что услышала от Ирен, а она просто смотрела на меня. Ирен вздохнула. За весь рассказ она будто бы постарела ещё на пару столетий.

- Проклятье, - удивлённо переспросила я,- и вы верите в это?

- Не знаю. Мне хочется верить, но, наверное, я уже не увижу этого дня. Но твоя мама верила. Она верила. Виктория доверяла мне. Она искала какие-нибудь записи о проклятье вампиров, насколько я знаю она делала это не одна, но, к сожаления, Викки не сказала, кем был её помощник. За два дня до её убийства Виктория написала мне с просьбой срочно приехать, но когда я прибыла, то увидела лишь похоронную процессию. Прости, милая, за откровенность, но думаю твою маму убили не просто так. Если бы мы знали, кто ей помогал...

Ирен тяжело вздохнула, не договорив, и вышла, сказав, что устала. Я осталась сидеть у комина и переваривать информацию. Из головы не шла история Шарлотты и тот факт, что мама в тайне от папы, расследовала всё это.

Я снова пришла в тот же тупик.

Бекки. 

Вот, кого надо искать. Но где?