Глава 4

Наконец-то вернувшись в комнату, Хёнджин снял с себя школьную форму и повесил её в шкаф, после чего выбрал для себя повседневную одежду. Юноша надел на себя голубую рубашку в прямую полоску и чёрные брюки, чтобы с комфортом передвигаться по комнате. Закончив с переодеванием, шатен сел на свою кровать в позу лотоса и положил свои руки на колени, закрыв глаза и полностью расслабившись, как и советовал ему Джисон. Теперь парню оставалось только полностью сосредоточиться и внимательно слушать биение своего сердца.

Погрузившись в тишину, юноша стал прислушиваться к звукам вокруг. Это было пение птиц за окном, тихие шаги где-то там, за дверью, различные шорохи, которые просто так нельзя уловить своим слухом. Чем больше юноша сидел на одном месте, тем больше звуков ему удавалось уловить, и это его очень радовало.

Спустя пол часа погружения в тишину юноше удалось уловить тихий звук биения своего сердца. Теперь он был полностью сосредаточен на нем и уже собирался попробовать действовать дальше, как вдруг раздался стук в дверь, и все ранее услышанное в миг исчезло. Встав с кровати, шатен подошёл к двери и открыл её, после чего замер на месте от удивления. Перед ним стоял парень невысокого роста с очень красивыми блондинистыми волосами и глубокими каримии глазами. На его лице было множество милых веснушек, а его невероятно милая улыбка не могла не понравиться. На нем была одета белая рубашка и серые брюки в клетку, дополняющие милые ботиночки, что были одеты на ногах Феликса. Хёнджин сразу узнал его, ведь его было невозможно не узнать из-за его привлекательности.

— Здравствуй, Хёнджин. Я пришёл к тебе, чтобы объяснить химию. Когда ты свободен? — спросил юноша, разглядывая своего нового одноклассника в повседневной одежде, что ему очень шла.

— Никогда, — холодно ответил шатен, закрывая дверь перед своим новым одноклассником.

От подобных действий блондин пришёл в недоумение, ведь он просто хотел помочь своему хубэ, что не очень хорошо знает и понимает химию. Не долго думая, юноша просто вздохнул и развернулся, чтобы вновь вернуться в свою комнату, что, к слову, была прямо по соседству, как вдруг он почувствовал на своём плече чужую руку, от чего замер на месте.

— Извини, хён. Я поступил неправильно, — произнёс юноша, виновато глядя прямо в пол.

Услышав знакомый голос позади себя, старший улыбнулся. Он развернулся и взглянул в глаза шатена, что сейчас испытывал вину за свои действия, и это его радовало. Не каждый человек может признать свою вину в той или иной ситуации, поэтому Феликс был рад подобному поступку Хёнджина.

— Ничего, все в порядке. Я понимаю, почему ты так поступил. Просто знай, что я не желаю тебе зла или ещё чего-то, хорошо? — спросил Феликс, лучезарно улыбнувшись.

— Да, спасибо, хён, — ответил юноша, глядя на старшего, что сейчас просто невероятно красиво улыбался. — Пойдём в комнату, — добавил тот, открывая двери и приглашая старшего внутрь.

Спустя буквально пару мгновений оба юноши сидели на кровати, и между ними повисла неловкая тишина. Им обоим было тяжело начать диалог, ведь ещё недавно между ними произошла небольшая стычка, в которой, естественно, был виноват младший. Взяв ситуацию в свои руки, Феликс уже собирался начать говорить, как вдруг его перебил Хёнджин. В этот момент их взгляды встретились, от чего на лице шатена появился лёгкий румянец и он отвёл взгляд в сторону, понимая, что между ними вновь произошла неловкая ситуация. Подобная реакция позабавила блондина, и он улыбнулся, открывая учебник по химии, что лежал в его комнате. Положив одну половину на свои колени, а другую — на колени младшего, юноша открыл нужную страницу и начал свое объяснение.

Голос Феликса звучал очень загадочно и интересно. Его голос был низким, но в то же время в нем звучала некая нежность, от чего слушать его было ещё приятнее. Повернув голову в сторону блондина, Хёнджин стал внимательно слушать его, чтобы не просто усвоить материал, но и насладиться этим низким, но в то же время и нежным голосом.

Так и прошло некоторое время. Феликс старательно объяснял младшему все, что знал сам, и иногда поглядывал на него, чтобы понять, слушает ли его он вообще. И, да, как бы то ни было странно, юноша внимательно все слушал и ему, кажется, даже стало интересно, от чего процесс для него стал ещё более занимательным.

Когда наступило время ужина, весь материал был разобран и можно было спокойно спускаться, чтобы поужинать перед сном. Отложив книгу в сторону, Феликс встал с кровати и посмотрел на младшего, что с недоумением смотрел прямо на него.

— Пойдём кушать, Хёнджин. Уже пора, — произнёс юноша, подавая шатену свою руку.

Кивая на слова блондина, юноша положил свою руку в чужую и встал с кровати, после чего улыбнулся и направился в сторону двери, открывая её своему новому хёну.

— Хён, можно вопрос? — спросил младший, наблюдая за тем, как парень выходит из его компоты.

— Конечно, спрашивай все, что тебя интересует, — ответил тот, остановившись рядом с шатеном.

— Ты пришёл ко мне просто объяснить химию или стать друзьями? — спросил младший, закрывая дверь за Феликсом.

Сейчас в его голове был небольшой бардак, ведь этот вопрос мог звучать слегка странно. «Ты теперь дружишь со мной?». Это могло быть слегка неудобно, ведь юноша пришёл объяснить химию по просьбе профессора, не более.

— И то, и другое, — ответил юноша, глядя в глаза своего нового хубэ.

От подобного ответа на лице младшего появилась улыбка. Он был рад, что теперь у него появился ещё один друг, такой хороший и добрый.

— Не против, если мы будем сидеть вместе в столовой и за партой? — спросил блондин, входя в столовую, где сейчас было полно народу.

— Не против, я только рад, хён, — ответил шатен, мило улыбнувшись уголком губ.

Как только парни переступили порог столовой, они сразу же услышали, как их кто-то зовёт.

— Феликс, Хёнджин, садитесь к нам! — кричал с другого конца столовой Джисон с поднятой рукой, привлекая к себе внимание.

В ту же секунду на него обратили внимание не только двое парней, что только что вошли в столовую, но и ещё пятеро, что сидели с ним за одним столом.

— Зачем ты позвал их? С Феликсом же Хван, — спросил Минхо, недовольно глядя на Джисона.

Не желая слушать ничего подобного, брюнет замахнулся и дал подзатыльник Минхо, что вёл себя просто ужасно по отношению к новенькому ученику.

— Когда ты уже угомонишься? — спросил тот нахмурив брови. — Мне стыдно за твоё поведение.

— Прости, хён... — тихо сказал юноша, виновато глядя прямо в глаза Джисона. — Я больше так не буду.

Ничего не ответив на извинение брюнета, юноша лишь перевёл свой взгляд на остальных парней, что еле-еле сдерживали свой смех. Не удержавшись, все залились смехом всего на несколько мгновений, ведь к столу уже успели подойти Феликс и Хёнджин, которого блондин привёл сюда впервые.

— Ребята, я хочу попросить вас оценивать Хёнджина не по его происхождению, а узнать его получше, — произнёс юноша, пробежавшись по взглядам каждого из парней.

— Да, Феликс верно говорит! Хватит его ненавидеть за то, что он из такой семьи. Фамилия ничего не значит, поймите уже это, — говорил Джисон, немного пододвинувшись, чтобы дать сесть своему лучшему другу.

Его же примеру последовали и остальные, давая возможность Хёнджину сесть рядом с ними. Глядя на Феликса, что уже как несколько мгновений сидел за столом, парень уверенно сел напротив него и, пробежавшись взглядом по всем, сказал:

— Спасибо. Я не прошу вас принять меня, просто позвольте мне быть с вами таким, какой я есть. Я не желаю вам зла, думаю, Феликс-хён и Джисон-хён могут подтвердить это.

— Верно! — сказали в один голос только что упомянутые парни.

От подобного на лице младшего появилась улыбка, такая легкая и нежная, от которой сердце других словно в один миг растаяло. Теперь за столом в воздухе висело не неловкое молчание, а весёлые разговоры, шутки и смех, от чего у всех было хорошее настроение на весь следующий вечер.